Первые кристаллы (часть 2)
31 октября 2023 г., 00:02
2710 ДШЯ
В глубине долины, почти у самого горизонта, над высокой горой поднималось огромное чёрное облако. Влекомое высотными ветрами, оно неторопливо поплыло в направлении на запад, затмевая собою восходящее солнце. Таков был вид из многочисленных окон крепости, встретивший барона Аурингона и его свиту этим незатейливым утром. — Так кто там из вас говорил, что трясёт как-то слабоватенько, а? — едко выдал барон, глядя в окно на пугающий пейзаж. В ответ последовало лишь неловкое молчание. — Нет, ну чего вы все как не свои-то, в самом деле? Не первый раз ведь уже! — И-извините, господин! Мы сейчас же начнём приготовления! — проронил один из стоящих подле барона. Свита тотчас разбежалась, кто куда, начав выполнять свои обязанности, заготовленные как раз на подобный случай. — Тьфу ты, гора треклятая... — бормотал барон себе под нос перед окном, оставшись в гордом одиночестве. — Интересно, а если в тебя сбросить этот несчастный камень, ты, наконец, прекратишь извергаться? А то только лежит себе в комнате и слепит всех, кто войдёт, а так хоть польза какая-то будет, а не только, чтоб Илинтия с ним игралась почём зря...* * *
Несколько недель спустя. — Илинтия! Илинтия! — окрикивал барон свою дочь. — Ну вот и где она, когда нужна? Опять, что ли?.. — Наверняка, господин, — утомлённо произнёс советник. — Позвать её? — Нет, я сам. И поговорю с ней заодно. Негромким эхом раздавались шаги барона, неторопливо идя вдоль длинного коридора к неприметной деревянной двери почти в самом его конце. Спустя несколько секунд по всему коридору раздался стук железного кольца по деревянному полотну. — Илинтия! Отвлекись, пожалуйста, на минуточку, будь добра! Из-за двери послышалось тихое шебуршение, и через несколько мгновений в коридор вышла невысокая девушка в длинном бело-зелёном платье. — Что от меня опять надо? Я сделала всё, что... — Подпиши, — барон протянул девушке большой листок желтоватой бумаги. — Это письмо графу с прошением выделить нам зерна. Нужна и твоя подпись. Чёрт бы побрал эту треклятую гору... — Всё-таки?.. — Как видишь! Впервые на моей памяти такое сильное извержение! — Но... разве всё настолько плохо? Хранилища-то не... — Пока не пустые. А что будет через месяц, через два? Или это ты так предлагаешь нам всем сесть на диету? Подписывай. — Хорошо, хорошо, вот, — девушка черканула пером по бумаге. — Всё сделала? Теперь, наконец... — Ещё не всё. Завтра мы этот камень сбросим в жерло этой проклятой горы. Кто его знает, может, после этого он, наконец, перестанет... — Нет! Даже не думай! Это... это же не просто какой-то там камень! Она... — Подаёт тебе какие-то знаки? Прекрати! Тебе же уже четырнадцать, не надоело ещё? Ладно, пока ты была маленькой, но не до сих же пор! — Опять ты за своё? Я же говорила: я не выдумываю! Она и правда... — Слушать ничего не желаю! Эта дрянь уже пятнадцать лет никому даром не нужна! В неё только мусор выкидывать, да преступников иногда отправлять, — на большее она не годна; и, главное, к ней ведь даже не подойти из-за свечения — слепит! Я всё сказал. Чтоб завтра днём тебя там не было. Свободна. На следующий день. Прочтя ответ графа на отправленное вчера коллективное письмо, с уст барона Аурингона сошло несколько ругательных слов, ставших достоянием всех присутствующих в просторном помещении. — Да что ж такое-то! — громко взвывал барон. — Сколько крови мне этот прохвост Альгенст ещё испортит?! Мало ему, что мои земли у графа себе выклянчил, так ещё и зерно! — Господин, не надо так, возьмите себя в руки!.. — Сам возьми себя! Любимчик, видите ли, у графа завёлся! Ну ничего, ничего. Ты у меня ещё за всё ответишь, за всё... Чёрт возьми, — недолго промолчав, опустил руки барон. — К перевозке этого камня, надеюсь, всё готово? — Д-да, господин, но... — Что «но»? — Ну, эм... ваша дочь... — Да и чёрт с ней! Не обращайте на неё внимания! Если будет брыкаться — придержите её. Твёрдой поступью несколько отважных воинов прошли вдоль длинного коридора к непримечательной двери, извещая ею всех и всё вокруг о своём приближении. Отворив дверь, они вошли в небольшую комнату, дальний конец которой был завешан широкой ширмой, из-за краёв которой пробивалось бело-зелёное свечение. Но не успели они войти, как Илинтия встала в двери, преградив им путь дальше. — Прошу, одумайтесь! Вулкан не перестанет извергаться, если сбросить в него звезду! Её можно использовать иначе, нам надо всего лишь... — Извини, дорогая. Мы, конечно, знаем, что ты, эм... не согласна со своим отцом, и мы ничего против тебя не имеем, но приказ есть приказ. Пожалуйста, отойди по-хорошему. Илинтия, конечно же, не согласилась просто взять и встать в сторонку. Она попыталась остановить воинов, но те, как и сказал Аурингон, не стали обращать на это внимания, и один из них стал держать девушку, чтобы та не могла вырваться. Помня об особенности звезды, воины вместе с ширмой осторожно вынесли её в коридор. Но хотя воинам было велено не обращать внимания на девушку, вскоре им всё же предстояло осознать то, насколько их господин был неправ. Стоило только звезде оказаться точно напротив девушки, всё ещё не оставлявшей попыток вразумить воинов, как вдруг её тело неторопливо начала окутывать светло-голубая аура. Когда же воины обратили внимание на произошедшие изменения, звезда вдруг произвела мощный выброс энергии, раскидавший всех находившихся поблизости в разные стороны. Будучи до сих пор неспособным поверить собственным глазам, барон Аурингон с плохо скрываемым удивлением смотрел на свою дочь, окутанную бело-голубой аурой. — Я ведь уже много раз повторила: я не знаю, как это объяснить. Сколько себя помню, она всегда подавала мне какие-то... «знаки», когда я оказывалась рядом с ней. И сегодня, когда её вынесли из комнаты, эти знаки стали намного сильнее, и... — Это я уже понял. А тот выброс? Вы ведь все чуть не погибли там... Ты ведь можешь это контролировать? — Ну сколько уже можно? Не знаю, не знаю я ничего! — Илинтия почти заплакала. — Просто возьми и выкинь её уже, ты ведь этого хочешь, да? Я уже не против, только оставь меня в покое! — Ладно, хорошо, хорошо! Давай только без слёз. А... а это... свечение. Его-то ты можешь убрать? — Не знаю... сейчас попробую, — она сосредоточилась, закрыв глаза. — Д-да, могу. Да, получилось, оно пропало! — Вот и замечательно! Хорошо, пока иди к себе, а завтра попробуем во всём этом разобраться. Утро вечера мудренее.* * *
Четыре месяца спустя. Сегодня в просторном подземелье крепости барона Аурингона, как и каждый день на протяжении последних нескольких месяцев, было весьма оживлённо и суетливо. В его дальнем конце стояло множество деревянно-соломенных чучел, обвешанных мешками с песком, очень отдалённо напоминающих настоящих людей. Прямо напротив них стоял небольшой отряд вверенных воинов, готовых в любую секунду наброситься и разорвать любого противника, будь то хоть войско из чучел, хоть кто-либо ещё. В противоположном же конце помещения стояли Аурингон и Илинтия, позади которых в специальной конструкции стояла звезда, освещавшая всё помещение своим ярким бело-зелёным сиянием. По команде барона Илинтия высвободила энергию звезды, и вокруг неё образовалась бело-голубая аура. Далее она распределила энергию между каждым из стоящих впереди воинов, вокруг которых также образовалась такая же бело-голубая аура, как и вокруг неё, после чего те с голыми руками набросились на «войско» чучел, превратив его через несколько мгновений в кучу песка, соломы, и щепок. — Великолепно! — довольно возгласил барон. — Теперь принесите мишень. Отряд тотчас построился вдоль левой стены, и через минуту несколько человек притащили в помещение большой валун высотою в полчеловеческого роста. Воины отбежали от валуна на безопасное расстояние, и все присутствующие прислонили к лицам железные пластины. Илинтия сосредоточилась, и в следующее мгновение из звезды, залив всё помещение мощнейшим потоком зелёного света, в валун вылетел яркий зелёный луч энергии, мгновенно превративший большую глыбу камня в лужу раскалённой лавы. — Замечательно! Просто превосходно! — радовался барон. — О лучшем и мечтать нельзя! — Да-да, отец... Очень рада, что ты так доволен, — отвернув голову, произнесла Илинтия вполголоса. Внезапно в помещении раздался громкий хлопок распахнувшихся дверей. — Господин Аурингон, господин Аурингон! — запыхаясь, подбежал к барону советник. — П-проклятье! Я уже тысячу раз говорил тебе больше так не делать! Ты, видно, хочешь разо... — Господин! Эм, это... на ваши письма... ответили. Что... теперь будете делать?.. — Да это же просто отлично, ха-ха! Ну и, каков ответ? — в предвкушении говорил барон. — Небось даже думать не стали отказываться от моего «замечательного предложения»!? — Э... по поводу этого... Лучше... лучше сами... взгляните... Кинув неодобрительный взгляд на советника, барон вырвал из его рук несколько свёртков жёлтой бумаги. Прочтя их, барон вернул их советнику и подошёл к своим вверенным воинам. — Ну, братцы... вот и пробил час. Собрать всех у западной стены. Сегодняшний день войдёт в историю! Услышав слова барона, воины тотчас же покинули помещение, передавая приказ всем другим воинам, которых встречали по пути. — Ну что, отец, они тебя не послушали? — подошла к барону Илинтия. — А я ведь говорила, что надо придумать что-то поумнее этой глупости. — Они бы всё равно не послушали, — спокойным голосом ответил барон. — Ты тоже готовься. Скоро здесь будут войска графа и Альгенста. Жалко их, конечно. Им всё же стоило признать меня новым королём. Но раз уж они предпочли войну, значит, так тому и быть. — И он ушёл вслед за своими людьми. Тихий ветерок трепал волосы воинов, стоящих плечом к плечу перед стенами крепости. Позади них, вглядываясь вдаль в ожидании войск неприятеля, скрестив руки стоял барон Аурингон, а подле него — Илинтия. Солнце начало неторопливо клониться к закату, знаменуя приближение вечера, а на крыше самой высокой башни крепости сияла звезда, предвещая скорое начало сражения. И вот, наконец, войска графа и барона Альгенста показались из-за невысокого холма, что находился в нескольких стах метрах от стен крепости...
