Эпоха высоких энергий (часть 2)
15 февраля 2025 г., 17:02
2357 ДШЯ
— Ну... что? — пилот глубоко зевнул. — Нашла что-нибудь? — он отвернул голову от молодой блондинки, одетой в защитный комбинезон, к виду нескольких серых гор в лобовом стекле шаттла. — Нет, ещё нет. Но сейчас уж точно... — девушка на соседнем сиденье не сводила глаз с кристаллического детектора, заливавшего кабину громкими трелями с самого прибытия в этот сектор. — Вот! — девушка указала направление. — Летим туда, это точно там! — Ты это говоришь уже восьмой раз — и сейчас там снова ничего не окажется. Может, уже просто смиришься, что эта, как её... эта штука сломалась, и мы продолжим... — Говорю, это точно там! Такого мощного сигнала ещё не было! Прямо туда лети! Давай, чего ты ждёшь?! — Это тебя куда тянет... ух ты, смотри-ка, — пилот сверился с картой, — туда-то нам как раз и надо! Пролетев несколько десятков километров, шаттл приземлился посреди пустынной горной местности. Согласно последним данным, в этом секторе зафиксировано небольшое загрязнение, с которым нужно было разобраться... когда-нибудь. Вот штаб наконец распорядился послать и сюда команду — работы много по всей планете, а людей и техники можно сосчитать по пальцам. Взяв из отсека поисковый дозиметр и несколько трансмутационных кристаллов, практически не отходя от шаттла они приступили к работе. Ну, как приступили?.. — Так, вот тут очень сильный сигнал. Я соберу стойку, а ты... Лана, ты что, опять за своё? Говорю же, сломана эта штука! Она целый день уже... — А я говорю — нет, это военный прибор, такие так просто не ломаются. Тут точно что-то есть, и мы должны это найти. — Перестань, если бы тут действительно что-то было, мы бы давно это нашли. За восемь-то попыток! — Этот сигнал исходит как будто отовсюду, я никак не могла определить его источник, а сейчас получилось! Сэм, пожалуйста, тут точно что-то есть. Если не хочешь помогать, то хотя бы не мешай... — Мы и так уже потеряли несколько часов, а у нас ещё два сектора сегодня! Начальник нам головы снимет, если мы опять не успеем до конца смены! — Сэм, ну... хватит уже! Не будь как ребёнок! Только взгляни на детектор, да я в жизни не видела сигнала мощнее! — Ах, ребёнок... Хорошо, тогда давай так: сейчас сделаем работу, а потом... поедем сюда на свидание! Совместим приятное с полезным, так сказать. Разумеется, я всё... — Тьфу ты, так бы и сказал сразу, что не хочешь помогать, — она развернулась к Сэму спиной и пошла в сторону небольшого холмика, держа в руках всё ещё дребезжащий детектор. — Кажется, тут всего, эм... три области, так что ты и без меня управишься. Пока! — только и остался Сэм провожать её непонимающим взглядом.* * *
Щелчок по тумблеру — и голос Сэма в коммуникаторе, призывающий вернуться к шаттлу, тотчас же замолк, оставив Лану наедине со своими мыслями. Вот уже третий час она в гордом одиночестве бродила среди серо-коричневых горных пород, то туда то сюда направляя кристаллический детектор, по-прежнему непрерывно издававший истошные трели. Судя по всему здесь очень много всевозможных минеральных отложений, реагирующих на этот источник энергии, из-за чего ей до сих пор и не удалось установить его местоположения. Впрочем, она уже и сама начала сомневаться в показаниях своего старенького прибора, которым пользовался ещё её дед, который и сделал ей такой необычный подарок на день рождения. Кажется, Сэм что-то говорил, пока она не отключила коммуникатор, что ещё немного и полетит её искать, да и два часа ходить в душном комбинезоне под палящим солнцем удовольствия явно не доставляло. Лана присела на небольшой выступающий камень и выпила немного воды из фляги. Вдруг камень пошатнулся и опрокинулся, утянув Лану за собой на несколько метров по пологому склону. Встав и отряхнувшись от коричневой пыли, она подняла детектор, дабы убедиться, что он не сломался окончательно после этого экстремального спуска, и к её удивлению он не только работал, но и вовсе ушёл в зашкал. Она несколько раз провела им вокруг — в зашкал детектор уходил только в одном-единственном месте. Наконец-то! Вот теперь-то ей будет, чем утереть наглый нос Сэма, когда он прилетит за ней с искренними извинениями за свои слова про сломанный дедов детектор! Точно определив место, она достала лопатку и принялась лихорадочно раскапывать небольшой участок. Однако она не могла даже предположить, какая находка поджидала её под полуметровым слоем грунта. Небольшой продолговатый камушек ярко-жёлтого цвета, переливавшийся в лучах солнца. Детектор уже не издавал никаких других звуков, кроме сплошного высокочастотного воя. Ошибки быть не могло. Это последний ненайденный осколок кристалла Хеликса. Отойдя от шока, Лана незамедлительно достала изоляционный бокс и ловким движением убрала в него осколок — и как раз вовремя: в этот самый момент вдалеке послышался вой инерционного двигателя их с Сэмом шаттла, а вскоре из-за высокой скалы показался и он сам.* * *
— Спасибо, Сэм, не надо... я сама починю. — Да брось, я же знаю, что этот, как его... детектор, вот, дорог тебе. Я знаю одного очень толкового парня, он уже завтра... — Нет, говорю же, ерунда! Просто... принимающая матрица повредилась, вот он и... — Тогда, может, вообще даже сегодня! Пустяковая же поломка, чего ты не хочешь-то? — Всё, хватит, у меня... у меня много дел сегодня. Увидимся, — она неторопливо ушла по причалу к одному из выходов, вновь оставив Сэма в недоумении.* * *
На следующий день. Такой возможности упускать нельзя. Как бы Лане ни хотелось кому-нибудь рассказать о своей находке, она прекрасно понимала, что если она будет привлекать к себе слишком много внимания, то всё будет напрасно. Но поскольку что-то делать было нужно, она начала обзванивать друзей и знакомых, так или иначе связанных с кристаллической инженерией, пытаясь узнать, как можно «запитать трансмутационный кристалл от мощного источника энергии, чтобы увеличить радиус действия и сократить время трансформации». Естественно, в ответ звучало лишь полное недоумение: им, видите ли, подавай параметры источника и кристалла, а сверху ещё напомни, что время зависит не от мощности, а от пропускной способности: какой объём энергии кристалл в принципе способен пропустить через себя, не разрушившись при этом. Но тяжелее всего было то, что, похоже, никого из них особо не беспокоило, что за двадцать девять долгих лет последствия того злополучного дня всё никак не удавалось устранить, хотя технологии и ресурсы на подобное мероприятие, безусловно, были, и что ответом на эти заявления были только предложения задать эти вопросы правительству, которое по каким-то причинам предпочитает и дальше работать над «Звёздной пылью» вопреки народному недовольству и тому, чем в итоге обернулась попытка создания второго Кристального солнца. Политика — грязное дело. Лана знала это, и понимала, что ей там делать нечего, и потому решила пойти более лёгким, по её мнению, путём. Если усилить трансмутационный кристалл осколком было нельзя, то можно было создать с его помощью другой, более мощный и ёмкий кристалл, которым можно было бы деактивировать за день не несколько секторов, как сейчас, а хотя бы несколько десятков. Последний знакомый, с которым она говорила, кажется, имел доступ к необходимому оборудованию, так что дело было за малым: наведаться к нему и сделать дело. А осколок... наверное, глупо пытаться его прятать. Рано или поздно его всё равно бы нашли, а так он хоть послужит благому делу, нежели сразу попадёт в руки илинтийцев. Вряд ли кто-то будет против, если перед возвращением произвести при помощи него небольшую партию более мощных трансмутационных кристаллов. С этими мыслями Лана уже было собралась выйти из дома, как вдруг встретила кого-то, кого встречать, в общем-то, особо и не хотела. — Сэм? Что... ты что тут делаешь-то? Давно ты тут? — Что? В смысле «давно»? Я просто зашёл проверить, как ты. Может, помочь чем нужно. — Я же говорила, не нужно. Всё хорошо. Я сама починю детектор, — она снова попыталась уйти. — Не, ну подожди ты! Давай хоть вместе пойдём, может... — Слушай, чего тебе так неймётся? Не с кем больше погулять, что ли? Видишь, я занята, не до... — Да расслабься ты уже, я давно понял, что не нравлюсь тебе. Просто ты со вчера ведёшь себя как-то странно, я беспокоюсь. — Это я странно себя веду? Может, наоборот? — она снова попыталась уйти. — Именно, — Сэм остановил её за руку, — ты какая-то... нервная, что ли? Давай я с тобой пойду, может, пригожусь. — Эх, тьфу, чёрт с тобой. Достал. Только не путайся под ногами. — Хорошо-хорошо, как скажешь. Наняв такси, они направились к их хорошему другу — Дью, который, во всяком случае, не отказался помочь Лане с её хоть и необычной, но, тем не менее, дружеской просьбой. Естественно, когда не можешь рассказать всей правды, кто угодно подумает чего не того, но Дью, похоже, был не из таких. Не задавая лишних вопросов, просто попросил приехать и пообещал по мере сил со всем разобраться. Как раз то, что и было нужно Лане. Проносясь по воздушной магистрали мимо множества высотных зданий небольшого города, они в основном молча любовались видами из кабины автомобиля, изредка комментируя то голографический экран со смешной, на их взгляд, фотографией очередного политика, то очередную заезженную мелодию, в который раз звучавшую по радио. Но в какой-то момент музыка исчезла из эфира, и ей на смену пришёл едкий дикторский голосок, объявивший о начале дебатов. До выборов состава председателей Звёздной палаты оставались считанные дни, так что всё чаще подобные передачи занимали всё больше и больше времени в сетке вещания как телевидения, так и радио. На предложение выключить радио шофёр согласился молниеносно — пожалуй, даже слегка на опережение. Всем и без того было известно, что реальной конкуренции илинтийцам на всём Атмосе составить некому, чтобы рассчитывать на как-то иной итог этих «выборов», а слушать пустой трёп так называемой «оппозиции» о том, как важно приостановить «Звёздную пыль», уже тысячу раз себя дискредитировавшую гибелью сотен тысяч человек, и выделять больше средств и ресурсов на ликвидацию последствий, давным-давно уже никому не было интересно. Прибыв в точку назначения, они незамедлительно направились в бывший военный ангар, переданный штабу ликвидации последствий в первые дни после провала «Звёздной пыли». Никто их не встретил, а ворота были приоткрыты, будто приглашая дорогих гостей пройти внутрь. «Дью, конечно, в своём репертуаре» — только и подумали они, просачиваясь в узкую щёлочку между двумя массивными дверями. Впрочем, сам Дью всё же сподобился встретить их, хотя и, конечно, несколько запоздало — когда они уже прошли в исследовательский отсек, в котором Дью усердно и всевовлечённо следил за телеметрией сложной установки, работавшей по правую руку от входа в помещение. — Здорово, камрады! — Дью хлопнул их обоих по плечам. — Что, Сэм, ни на шаг от неё не отходишь? Молодец. Лана хотела было возмутиться, но Сэм продолжил первым. — Здорово, здорово. А иначе никак! — саркастично проронил Сэм. — Вижу, всё с этим несчастным телепорталом воюешь? — Да, будь он неладен! Ума не приложу, что делать с этими проклятыми флуктуациями! На орбиту Авроры через базерный мост ещё куда ни шло — плюс десять тысяч или минус десять тысяч километров погоды не сделают. А вот на Атмосе... А, ну и, конечно же, как телепортировать хотя бы небольшой транспорт тоже совершенно непонятно! А, впрочем, хватит об этом. Сейчас покажу кое-что по-настоящему стоящее. Дью подошёл к стойке и достал из ящика небольшой кристалл багрово-красного цвета. Он положил его на ладонь, и в следующий миг из него выскочила фиолетовая голограмма какого-то насекомого, активно перемещавшаяся взад и вперёд по воздуху над ладонью Дью, будто пытаясь выбраться из кристалла. — Во! Видали? — восторженно вопросил Дью, отключив голограмму. — Это всего-то старый прототип. Новые уже почти полноценные, вот-вот научатся управлять Узами лучше людей. — Это что, та самая «искусственная жизнь» из «Звёздной пыли»? — удивлялась Лана. — Откуда оно у тебя? И, что важнее, зачем? — Скажем так: мне подарили. Но это не важно. Давай, Лана, показывай. — Ч-что показывай? Разве мы не... — Ты же, вроде, как-то хочешь «изготовить партию высокопроизводительных трансмутационных кристаллов» и очень интересовалась применением «мощного источника энергии», правильно? Этот вопрос почти застал Лану врасплох, однако она не растерялась и уже хотела было что-то ответить, как вдруг Сэм наконец раскрыл, что они знали всё с самого начала. — Всё, Лана, хватит. Мы же не дураки. Что ты скрываешь? Не бойся, кроме нас тут никого нет. — Что? — это заявление наконец выбило Лану из колеи. — Ребята, вы о чём?.. — Это мы тебя спрашиваем, вообще-то! — резко продолжил Дью. — Что, думаешь, мы ничего не замечаем? Давай, скажи нам сейчас. Пока не заинтересовался кто-нибудь другой. Ситуация, прямо говоря, неприятная. Как? Когда? В каком месте Лана себя выдала? Неужели даже Сэма она встретила не случайно? Неужели, уже тогда они всё знали? Поняв, что, похоже, больше нет смысла врать, Лана достала из сумочки изоляционный бокс и показала своим друзьям его содержимое. Реакция не заставила себя ждать. — Ё... ёшкин! — Дью схватился за голову. — Ты... ты почему молчала-то?! — А что мне ещё было делать?! Сказала бы — вой бы подняли, и тогда... — Лана, чёрт побери, ты... ты понимаешь, что за это могут вообще расстрелять без суда и следствия?! — добавил Сэм. — Надо немедленно решать, что с ним делать, слышишь, Дью, немедленно! — Ох, только бы я об этом не пожалел, — Дью набрал какой-то номер и начал ждать ответа. — Алё, шеф? Срочно в ангар, дело безотлагательное! — Шеф что-то недовольно пробурчал в ответ. — Да плевать на твои дела! Живо едь в ангар! Слышишь? Сию же секунду! — Шеф явно разозлился, услышав такую дерзость. — Дядя, ты глухой или да? Думаешь, мне заняться нечем? — Шеф всё ещё злобно что-то ответил, но, кажется, наконец согласился приехать. — Ждём. — Дью повесил трубку.* * *
Избирательный участок. День голосования. — Сэм, я же просто хотела ускорить дезактивацию, — сетовала Лана, подходя к дверям избирательного участка. — Зачем было передавать осколок оппозиции? Теперь вообще непонятно, что нас ждёт... — Ну, знаешь, тайно изготавливать кристаллы тоже не сильно лучше... — Это, конечно, так, но всё же... — Что бы нас теперь ни ждало, теперь уже ничего не изменить. Нечего об этом думать. Кстати, за кого будешь голосовать? — Не твоё дело. Как оказалось, у их начальника были связи с оппозиционерами, и он практически без колебаний передал им осколок. Не то чтобы он был против создания высокопроизводительных кристаллов. Просто он хорошо понимал: даже если и снабдить все команды ликвидаторов такими кристаллами, у высшего руководства возникнут вопросы, мол, каким образом они начали управляться сверх установленной нормы. Тогда бы не одна голова полетела с плеч, и, что важнее, тогда бы ничто не гарантировало, что весь нынешний труд ликвидаторов не был бы обесценен ещё одной подобной катастрофой в будущем. Впрочем, его подчинённые, несомненно, тоже понимали это, и поэтому особо не возражали, когда представитель оппозиции забирал контейнер с осколком. Теперь же, когда у оппозиции был весьма существенный аргумент, если они получат места в Звёздной палате, то наверняка смогут наконец как-то уладить всю эту ситуацию. Так, во всяком случае, они обещали во время вчерашнего выступления, публично объявив, что последний осколок найден ими и будет использован во благо народа Атмоса, и что они приложат все силы, чтобы свернуть «Звёздную пыль» и «искусственную жизнь», дабы гарантировать, что более ни один безответственный эксперимент над Кристальным солнцем никогда не станет причиной гибели сотен тысяч человек. Но разве может быть всё так просто? На избирательном участке было столпотворение. Похоже, это будет самая большая дневная явка за всю историю Атмоса. Пинаясь и толкаясь, люди штурмовали вход, пытаясь первее всех получить ключ-карту, с помощью которой им будет предоставлен доступ к электронному бюллетеню. Наконец очередь дошла и до Ланы с Сэмом. Получив карты, они было направились к одному из голографических мониторов, установленных в зале, как вдруг в зале погас свет, отключилась связь, а злые языки разнесли по залу слух, что произошло что-то нехорошее. Вскоре из окон, похоже, стало видно причину происходящего — большой столб густого чёрного дыма, а следом послышался громкий хлопок. Вскоре отовсюду зазвучали сирены, а возле столба дыма и вовсе закружили два истребителя.* * *
Штаб-квартира оппозиции. Часом ранее. — Сэр, они прорвались в западное крыло, основной путь отрезан! Быстро в подвал, там нас встретят! — скомандовал телохранитель лидера оппозиции, выведя его из хорошо простреливаемого помещения. — Связь ещё не восстановили? — Работаем над этим. Пошли-пошли-пошли, времени мало! — Где осколок? — Поедет с нами, бегом в подвал! Получив в распоряжение последний осколок кристалла Хеликса, оппозиция была готова к чему угодно, в том числе к вероломному штурму своей штаб-квартиры. Как раз на такой случай и было приготовлено несколько путей эвакуации — никто и не думал, что будет легко. Напротив, все прекрасно сознавали всю важность происходящей ситуации. На случай нападения основным силам заранее были отданы соответствующие приказы, и сейчас, когда это, ожидаемо, произошло, главной задачей было как можно скорее прибыть с осколком в точку сбора и начать действовать. Если Илинтия хочет войны, она её получит! Добраться до транспорта оказалось довольно просто, даже как-то слишком. Точка сбора у распределительной станции. Согласно плану, в случае нападения первым делом нужно захватить её, так как она питает сервера централизованной системы цифрового голосования. Дальше — дело техники. Только что поступила информации, что Илинтия, похоже, не знает, где спрятан осколок, и потому не предпринимает активных действий, и что захват станции прошёл гладко, практически не встречая сопротивления. Одна хорошая новость за другой; и когда шаттл прибыл на место, его радостно встретили две доблестные роты солдат, вверенных свободе и демократии. — Станция под нашим полным контролем, голосование может быть остановлено в любой момент, — отчитался командир. — Никто не оказывал сопротивления, похоже, для илинтиан это было сюрпризом, — он надменно ухмыльнулся. — И правда просто... даже как-то слишком просто, — задумался лидер на фоне работы инерционного двигателя шаттла. — Сэр! Что-то не так? — забеспокоился командир, глядя на явно встревоженного лидера. — Вторая рота сейчас же выдвигается со мной в штаб связи. У нас мало вре... Но не успел он договорить, как вдруг в воздухе послышался высокий вой инерционных двигателей истребителей. В этот миг всё стало очевидно: Илинтия с самого начала знала об этом плане и просто позволила оппозиции его исполнить, чтобы заманить в ловушку. Чтобы не попасть под авиаудар все незамедлительно переместились в помещения станции, прекрасно сознавая, что именно этого Илинтия и добивалась всё это время. После непродолжительного воздушного обстрела всем находившимся на станции объявили, что они полностью окружены, и что если они немедленно сдадутся, им сохранят жизни, и в этой безрадостной ситуации лидер был вынужден принять весьма непростое решение. — Это безумие! Нельзя взрывать станцию! Мы же все можем погибнуть! — Я беру на себя всю ответственность. Используйте осколок и взорвите их вместе со станцией! Это наш единственный шанс выбраться отсюда! Если не сделаем дело сейчас, то никогда не добьёмся справедливости!* * *
Избирательный участок. Всех, кто находился в здании, организованно вывели на улицу. Связи по-прежнему не было, и вопрос, что происходит, стоял как никогда остро. Спустя примерно полчаса оппозиция вышла в эфир на нескольких частотах и сообщила, что илинтийцы, узнав о местоположении последнего осколка кристалла Хеликса, предприняли вероломную попытку захватить его и в ходе ожесточённого сражения злонамеренно уничтожили подстанцию, и что это не может быть расценено иначе как попытка узурпации власти и уничтожения демократии. Они заверили, что ситуация под полным контролем, и что населению ничего не угрожает, но призвали соблюдать осторожность до окончания этого недоразумения и их триумфальной победы.* * *
Звёздная палата. Выйдя на совещание после продолжительных переговоров, министр явно пребывал далеко не в самом восторженном состоянии духа. Операция по изъятию последнего осколка кристалла Хеликса полностью провалилась: бои затянулись на гораздо больший срок, чем планировалось, а штурмовые подразделения в сложившихся обстоятельствах оказались неспособны переломить ситуацию в свою пользу. Но хуже то, что правительство фактически себя дискредитировало, не сумев предотвратить уничтожение станции и, как следствие, срыв голосования по всему Атмосу. Многие регионы начали бойкотировать операцию, и её продолжение имело риск привести к полномасштабной всеатмосианской войне, в которой, судя по всему, Илинтия не имела каких-то серьёзных шансов на скорейший успех. Видя это, министру ничего не оставалось, кроме как согласиться с требованиями оппозиции. — Вы в своём уме? Оппозиция требует полного сворачивания многих фундаментальных проектов, в том числе «Звёздной пыли», и перенаправления высвободившихся ресурсов на ликвидацию последствий взрыва и гражданские нужды. Это безумие! Население Атмоса растёт из года в год, если мы прекратим работу над «Звёздной пылью», мы никогда не сможем выбраться за пределы... — Ничего другого не остаётся. Придётся на время отказаться от этих проектов, но через несколько лет сможем продолжить их уже с полным техническим оснащением. Сборка Камня бесконечности из осколков — сейчас самая приоритетная задача. — Какой нам толк от этого Камня бесконечности, даже если удастся его собрать, если все фундаментальные проекты будут при этом свёрнуты? Он не самоцель, ваше предложение... — А вы предлагаете начать полномасштабную войну без видимых шансов на успех? Вы же сами видите, в каком состоянии вооружённые силы и оборонно-промышленный комплекс! Какой тогда нам толк от фундаментальных проектов, если Атмос будет лежать в руинах? — Господа, попрошу обратить внимание, что оппозиция в худших условиях, чем мы. Им будет достаточно даже небольших уступок, а закрыть проекты мы можем только на бумаге. Как и сказал мой коллега, сборка Камня бесконечности сейчас в приоритете. Если нам удастся хотя бы вернуть управление над Кристальным солнцем, то ни одна сила на Атмосе не сможет диктовать нам свои условия, но до тех пор... придётся немного потерпеть. Я за уступки. — Что ж, это... прозвучало убедительно. Тогда предложим им пятьдесят мест в Звёздной палате и приостановку проектов в обмен на осколок. Возражения? Возражений не последовало, и спустя шесть часов по всем каналам в прямом эфире показывали, как главы обеих сторон садятся за стол и подписывают бумаги. Одни СМИ уже успели окрестить это событие как «триумфальное торжество справедливости и безопасности всего Атмоса», другие же закономерно критиковали всех и вся за слабину и за достижение соглашений вопреки демократии. Впрочем, последнее, похоже, никого особо не беспокоило. После того, что Атмос пережил за последние годы, происходящее сейчас действительно казалось настоящим прорывом. И теперь уже ни у кого не оставалось сомнений: что бы ни случилось, всё будет к лучшему.
