Атмосианские летописи

1167 ДШЯ

Звёздный город. Центральный столичный парк.     Гуляя по ровным извилистым дорожкам среди красиво ухоженных кустов и просторных полей, покрытых аккуратно подстриженным газоном, ни у кого не возникало и мысли, что ещё, казалось бы, совсем недавно это место было погребено под многометровым слоем льда и снега, а небо застилали густые чёрные тучи, и всюду носились шквальные ветры. Солнечные лучи томно пробивались сквозь пелену негустого тумана, который теперь постоянно окутывал это место, поднимаясь из тёплого русла реки. Пожалуй, сегодня он был даже чуть менее густым, чем обычно, так что денёк — самое то, чтобы выбраться на природу. То есть... на то, что удалось восстановить за долгие годы тяжёлой работы. Поодаль, разделяя бледно-голубое небо на две половинки, над Звёздными горами величественно возвышалась Звёздная цитадель. Яркое зелёное сияние, направленное в сторону, подсвечивало туман, окружавший её, и всем своим видом она постоянно напоминала о прошлом, о времени, по странному стечению обстоятельств навеки утраченному.     Выйдя из воздушного такси, молодую семью встретили распахнутые массивные железные ворота с красивым узором, подвешенные на длинной каменной стене, опоясывавшей весь парк. Как только такси поднялось в воздух, вдруг послышался звонкий детский голос.     — Пап, а почему мы вышли? Почему дядя улетел без нас? Я не хочу идти так далеко!     — Потому что над парком бесполётная зона, Рей. Видишь площадку? — Уайс показал вокруг рукою. — На неё можно приземлиться, а за ворота...     — Неправда! — возмутилась девочка. — Подруга рассказывала, как летала с папой на большом корабле над парком, и что было очень красиво! Нечестно, я тоже хочу!     — Кира, папа твоей подруги — магистральный пилот. А магистральному транспорту...     — А мы чем хуже?! Мы тоже хотим!     — Ну я же ведь уже объяснял, Кира... — воздохнул Уайс. — Видишь ли, магистральные...     Но в этот момент Уайса прервала жена, передав ему две больших сумки.     — Так, дорогой... дальше я, пожалуй, сама, — Лира улыбнулась. — Пойдёмте, сейчас я всё вам объясню.     — Фу-х... спасибо, дорогая, — Уайс тихо сказал ей вслед.       Пройдя за ворота, молодая семья направилась вглубь парка к небольшому пруду с маленьким островом посередине. Как-никак дети очень любили это место, поэтому выбор, где же они будут отдыхать, был сделан буквально в тот же самый момент, как только выяснилось, что сегодня случился неожиданный выходной. И, видно, не зря: людей сегодня было, ожидаемо, мало; а здесь, сидя возле небольшого кустика и пары тонких деревьев у берега, можно было и вовсе подумать, что кроме них в парке никого больше и нет. Идиллия, да и только. Что может быть лучше?     Вдруг в воздухе показалась стайка каких-то небольших синих птичек. Они приземлились у самой кромки воды точно подле сумок, беспорядочной грудою громоздившихся чуть в стороне, чем незамедлительно привлекли к себе внимание. Взяв ломоть хлеба, дети начали кормить их и даже безуспешно пытаться поймать хотя бы одну из них. Ведь будь всё так просто, разве было бы интересно?     — Как же нам повезло сегодня, правда? — Лира положила голову на плечо Уайса. — Не каждый день увидишь что-то подобное.     — Да... не каждый, — Уайс положил руку на её плечо.       Однако, как известно, всё хорошее рано или поздно кончается. Свет. Яркий поток лилового свечения озарил местность; и, запрокинув головы, все тотчас же увидели над головами его источник. Прямо над ними открылся портал, из которого, окутанные лиловыми всполохами света, начали вылетать шаттлы и другой воздушный транспорт. Наконец, когда все они вылетели, через портал прошло огромное грузовое судно, гружёное множеством контейнеров, которыми была заставлена вся палуба. Местность залил вой инерционных двигателей гиганта и другого транспорта. Идиллии настал конец.     — Вот видите, дети, почему здесь бесполётная зона? — проронил Уайс, поспешив к детям и закрывая ладонями уши.     — Это... и есть то самое исключение? — немного испуганно спросила Кира.     — Да, Кира, оно самое. Где портал откроется точно определить невозможно...     — Мама! Папа! Посмотрите! — вдруг послышался голос Рея. — Что... что с птичками?     Уайс и Лира незамедлительно подбежали на голос мальчика. Они увидели пять маленьких синих птичек, которые до этого юрко прыгали вокруг сумок и летали, но теперь почему-то вдруг резко стали вялыми и перестали на что-либо реагировать. В следующий же миг, приглядевшись, родители заметили, что они не просто больше не резвились, но... стали прозрачными?     — Уайс... что происходит?     — Не... не знаю, впервые такое вижу! — он подошёл к одной из птичек. Но стоило ему только коснуться её, как вдруг её окутало светло-голубым сиянием, и она исчезла во вспышке света, подобной скорее маленькому взрыву. Вслед за нею, одна за другой, то же произошло и с остальными птичками.     — Мама, папа, что... что происходит? — испуганно, чуть ли не плача, спрашивали дети. — Почему... почему они исчезли?     — Спокойно, спокойно, с ними всё хорошо! Так ведь? Уайс, скажи же что-нибудь!     Точно будучи выдернутым из оцепенения голосом жены, Уайс неуверенно сказал всего лишь несколько слов, всё ещё пребывая в состоянии шока от увиденного.     — Да... да, с ними всё хорошо! Это... — он задумался на мгновение, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение тому, что только что увидел. — Это побочный эффект открытия портала! — он выдал первое, что пришло ему в голову. — Птички, эм... они переместились через портал в исходную точку! — только Уайс проговорил это, как портал тут же исчез, оставив лишь большой грузовой крейсер, медленно покидавший бесполётную зону.     Но, похоже, этого объяснения оказалось недостаточно. Невзирая ни на что дети начали громко плакать и задавать родителям один и тот же вопрос: «что же произошло с птичками и куда они делись». Но, конечно, они не знали на него ответа, и всё, что они могли делать, это просто успокаивать их и делать вид, что ничего плохого не произошло. Однако вечно отговариваться не получится, и рано или поздно им всё же пришлось бы объясниться перед ними.     — Дорогой... что мы теперь им скажем?     — Я... я не знаю.

* * *

    — Сколько ещё ждать?! — вспылил Уайс, сидя на заднем сиденье воздушного такси. — У меня встреча через полчаса, а я всё ещё здесь! Ваш магистральный тариф — обман!     — Уважаемый, вы видите, что крейсер задерживается? — глубоко вздохнул пилот. — Без крейсера никто никуда не полетит, вы не один такой! — он показал рукою на другой транспорт, ожидавший открытия портала.     Вдруг голоэкран на приборной панели замерцал, и в следующий миг на него вывелась какая-то навигационная информация.     — Ну наконец-то! — возгласил пилот. — Видите? Крейсер получил разрешение, портал откроется с минуты на минуту. Успеете вы на свою встречу, не переживайте.     После довольно неприятного инцидента в парке с птицами, Уайс незамедлительно позвонил своему другу из университета, с которым они учились на разных кафедрах. Он выбрал узистику; и Уайс, к своему стыду разбиравшийся в кристаллах и кристаллических технологиях поскольку-постольку, надеялся, что старый приятель уж точно не откажется доходчиво и понятно объяснить ему, что же такое он имел честь наблюдать. Однако к его неожиданности друг ответил, что очень занят и что не может сейчас говорить, и попросил приехать лично к концу его смены, чтобы тот смог всё ему показать в спокойной обстановке. А до конца смены оставалось не так уж и много времени, а работал его друг на седьмой терре — в нескольких тысячах километрах от Звёздного города. И какая же удача, что тот самый крейсер, который внезапно телепортировался почти прямо у них над головами, как раз собирался лететь на седьмую терру! Казалось бы, как не воспользоваться в такой ситуации магистральным перелётом... но в итоге именно это решение едва и не стоило ему целого дня.     С мостика крейсера ударил мощный бело-лиловый луч. Он начал собираться в яркую лиловую точку перед носом воздушного исполина, после чего она выросла в большой лиловый портал, паривший в воздухе перед ним, в который незамедлительно устремился весь воздушный транспорт, ожидавший его открытия. Сам крейсер должен был пройти последним, чтобы никому не мешать и не допустить преждевременного закрытия. Точность телепортации, правда, оставляла желать лучшего: хотя это и не десятки тысяч километров, как когда эта технология использовалась для космического моста к Авроре, но всё же точно на терру навестись было невозможно: портал открывался в произвольной точке внутри сферы радиусом пять-десять километров. Конечно, Уайс знал об этом (хотя и не понимал, почему так), но оттого лишь только сильнее спешил увидеться с другом, которого, к слову сказать, не видел уже очень давно.     Подлетая к терре, Уайса встретил научный комплекс из нескольких скруглённых белых зданий с чёрными стёклами, сиявших на солнце, и двух биокуполов — зон с контролируемыми условиями, в которых содержались животные, перед тем, как их выпустят на волю. Венс встретил Уайса на посадочной площадке и неторопливо повёл в лабораторию, попутно объясняя то, что же всё-таки произошло с птичками в парке.     — Ну что тут сказать?.. Теперь ты знаешь, как выглядит узон¹-индуцированный распад, — констатировал Венс, проведя Уайса через вход в комплекс.     — Распад?.. Нет, постой-ка, это ведь узонная болезнь. Разве птицы тоже болеют?     — Как видишь, да. Хотя, конечно, странно, что это увидел ты, да ещё и в столичном парке. Неужели даже туда уже начали завозить?     — Завозить? Нет, постой, значит, те птички...     — К большому сожалению, да. Но мы работаем над этим, не расстраивайся.     — Вот же... — сгрустился Уайс. — И как теперь объяснять это детям? Почему это вообще произошло? И почему только птицы?     — Потому что... ну, ты же живёшь в Звёздном городе, там такое скорее исключение...     — Ох, ты ведь не собираешься сейчас начать, что...     — Так ведь это правда! Туда съехались почти все состоятельные слои, и синтезированные продукты туда поставляются в умеренном количестве. А где-то кроме них вообще больше нечего есть, даже если можешь себе позволить настоящие!     — Венс, пожалуйста, давай не будем сейчас об этом... Ты же знаешь, что...     — Да-да... ладно, проехали. Извини, зря вспылил.     — Лучше скажи... а при чём тут вообще синтезированные продукты? Я думал, что...     — А? Так ведь болезнь из-за быстрого синтеза. Упрощая, для этого нужно, эм... столкнуть два узона, и получившийся таким образом атом оказывается связан с Кристальным солнцем и со временем реагирует с приходящими частицами.     Приложив пропуск к считывающей панели, перед Венсом раздвинулась дверь в лучевой цех. Посреди просторного помещения стояла машина высотой в два человеческих роста с большой круглой камерой посреди корпуса, отделённой от внешнего мира смотровым окном, похожим на иллюминатор.     — Я всё равно ничего не понял, — простодушно ответил Уайс.     — Ох... Ладно, попробуем объяснить по-другому. Это неогенный рекомбинатор быстрого синтеза, — он показал рукою на машину посреди помещения. — Всех животных клонируют на таких же установках. И, сюрприз-сюрприз, все они на выходе получаются больные! Поэтому сразу после клонирования они содержатся в биосферах под стабилизирующими кристаллами, пока синтезированное вещество в их телах не заменится обычным. И на это нужны годы. Так что...     — Так почему тогда птицы? Они же тоже должны были...     — Да... должны. То есть, были бы должны. Всё дело в том, что... биосферы не резиновые, и всех не передержишь. А правительство требует клонировать в больших объёмах, а новых биосфер предпочитает не строить — дорого, видите ли. Дешевле клонировать взрослую особь и выпустить. До распада обычно проходит около полугода.     — Подожди... ты же не хочешь сказать, что почти все животные — это вот такие, эм... — запнулся Уайс, то ли не зная, то ли боясь закончить фразу.     — ...Полуфабрикаты, ты хотел сказать? Да, совершенно верно. Именно так большинство из них и оказывается на воле. И, в конечном счёте, рано или поздно всех их постигает одна и та же участь.     На мгновение Уайс замер. Он вытер рукою пот со лба, после чего выдал единственную фразу, которая пришла ему в голову, как только он осознал сказанное.     — Бред какой-то... Терраформирование ведь идёт полным ходом, зачем кому-то вообще заниматься чем-то подобным?     — Ха! А вот это уже не ко мне вопросы. Ты же госслужащий, а не я. Мне бы тоже было интересно узнать, почему нет денег на новые биосферы и почему для восемьдесят второй терры нет несинтезированных продуктов.     — Да какой я госслужащий-то?.. Просто клерк в конторе. Но подожди, разве восемьдесят вторая терра не...     — Прикинь, да! Агропромышленная терра, далеко не самая бедная, и поди попробуй ещё найди что-нибудь натуральное! — Венс резко развернулся к двери и пошёл. — Пошли, сейчас сам всё увидишь.      Выйдя из комплекса на посадочную площадку, друзья очень удачно застали на ней воздушное такси, уже высадившее пассажиров и готовившееся к отлёту; и, наняв его буквально в самый последний момент, уже через каких-то полчаса перед ними раскинулись стеллажи одного из магазинов восемьдесят второй терры, заполненные всякими вкусностями. Вокруг было полно народу: люди толпились у прилавков, а в неширокую выходную дверь сразу перед рамками оплатных терминалов протянулась очередь из нескольких десятков человек, толкавшихся и ругавшихся, что, дескать, кто-то кому-то наступил на ногу. На многих из них можно было заметить небольшие алые кристаллы, которые они носили иногда на рукавах, иногда в карманах, а иногда на верёвочках, как украшение.     — Ничего себе! — удивлялся Уайс. — Это сегодня так людно?     — Шутишь? — отчеканил Венс, достав из сумки какой-то прибор  не то со щупом, не то с антенной. — Тут теперь столько народу живёт, попробуй не...     Вдруг Венса толкнул в плечо какой-то рослый мужчина средних лет, явно оставшись ещё и недовольным.     — Слышь ты, четырёхглазое, чё ты встало как столб? А ну пшло вон отсюда, не мешай людям! — и он сразу же повернулся и пошёл дальше, как ни в чём не бывало.     — Во, видал? — Венс, наконец, включил прибор. На его голоэкране вспыхнуло несколько разноцветных линий.     — Почему все такие... нервные?     — А сам-то как думаешь? Тут же не продохнуть! — он начал водить прибором вокруг прилавков, следя за голоэкраном. — Поживи тут — тоже станешь таким. Кстати, видел кристалл у него в нагрудном кармане?     — Подожди, но ведь раньше не было столько...     — А теперь есть! — линии на голоэкране вдруг как будто заплясали, а сам прибор начал издавать какие-то пищащие звуки. — Во, полюбуйся! — Венс показал Уайсу прибор. — У всего на этой полке такая гамма-кривая — и хоть бы предупреждение написали! Пошли к следующей.     — И что, ты... вот с этой штукой и ходишь в магазин?     — Конечно, что ещё делать-то? — Венс провёл прибором по очередному стеллажу. — О, а вот это можно и взять, — он снял с полки две упаковки каких-то пряностей. — Пошли, угощаю.     — Ну... как-то так и живём, — Венс доел свою порцию. — На других террах не сильно лучше.     — Я и подумать не мог, что с моего переезда всё так изменится! — Уайс бросил упаковку в урну. — Не понимаю: нам ведь говорят, что всё хорошо и растапливаются новые территории за...     — Растапливаться-то, может, и растапливаются, но явно не так много, как нужно! На всех не хватит. — И видел? Почти все ходят со стабилизирующими кристаллами! Они все больны! А кристаллы эти часто нужно покупать за свои деньги, несмотря на госпрограммы: приходишь — а всё уже разобрано!     — Даже гадать не хочу, кто на всём этом наживается! — Уайс топнул ногой. — И всё же, что я теперь детям-то скажу?..     — А чего им говорить? Вон, деньги у тебя есть, пошёл бы в политику. Наверняка многие бы прислушались и поддержали, если б ты немного надавил на Илинтию.     — Чёрт, да какой из меня политик-то? — Уайс сел на скамейку и откинулся на спинку. — Я всего лишь клерк, я ни на что не влияю, я не...     — Очень высокооплачиваемый клерк, на секундочку!     — Ах ты ж... Вот не упустишь своего шанса, правда?! — Уайс бросил косой взгляд на ехидно скривившуюся физиономию Венса.     — Ну как знаешь, конечно. Я не настаиваю, — Венс также сел на скамейку. — Но ты так, это, подумай. Вдруг чего...     — Нет, ну... А что, неплохой бы получился лозунг: «Партия Здоровый Атмос — против суррогата и за природу»!     — Ого, да ты молоток! Я бы проголосовал, честно!     — Шутишь, да?     — Нет-нет, ни в коем случае! Так что, ты в деле? О, точно! А давай вместе пойдём? Я там подсоблю, чем смогу. Недаром же корочки получал?     — Даже не... А хотя, чем чёрт не шутит? Всё равно один раз живём. Попробуем!

* * *

Звёздный город. Несколько месяцев спустя.     Небеса над Звёздным городом пронзила яркая вспышка лилового свечения, и через секунду портал начал покидать всевозможный воздушный транспорт, последним из которых, как обычно, вышел большой грузовой крейсер. Покинув портал, шаттл Уайса и Венса тотчас же направился прямиком на посадочную площадку к зданию Звёздной палаты, однако через несколько секунд пилот оказался вынужден немного изменить траекторию из-за стаи каких-то крупных птиц, возникшей справа по борту будто бы из ниоткуда.     — Фу-х, ещё бы чуть-чуть и... — выдохнул пилот. — Ух, терпеть ненавижу эти порталы! Влетаешь — и понятия не имеешь, где окажешься!     — Да уж... — немного растерялся Уайс, но, тем не менее, вскоре придумал, что ответить. — Но согласитесь: так гораздо быстрее, чем если бы...     — Да я и не спорю! — отчеканил пилот, не сводя глаз с радара. — Но всё-таки хотелось бы, чтобы эта, эм... эта штука работала точнее!     — К сожалению, — глубоко вздохнул Венс, — это невозможно! Альфа-узоны, которыми передаётся энергия, восприимчивы к магнитным полям, и любые возмущения, например, из-за солнечной активности, порождают флуктуации, из-за которых точное наведение невозможно!     — Господин, я не понял ничего дальше слова «невозможно»! — простодушно ответил пилот, повернув голову к Венсу. — Невозможно, значит, невозможно. Эх, хоть бы с вашим законом было иначе...     — О законе не переживайте! — воодушевился Уайс. — Мы столько подписей собрали, что ни один чиновник не осмелится нас проигнорировать!     — Да, точно! Закон, считайте, уже принят. Остались чисто формальности — слушание и подписание, — добавил Венс.     — Ну вот это замечательно! Скорей бы уже исчезла эта синтетика, надоело уже с кристаллом ходить! — пилот завис над посадочной площадкой. — Всё, приехали. И это, удачи вам там. Думаю, эти илинт... илинтийцы так просто от своего не отступят.     Выйдя из шаттла, Уайс и Венс проследовали к массивным воротам, на которых было изображено Кристальное солнце в виде шестиконечной звезды. Несколько формальностей при входе — и вот они уже заняли места в зале заседаний как авторы законопроекта об изменении приоритетов терраформирования с растапливания вечной мерзлоты на агропромышленность, а также на восстановление биосферы и ликвидацию узонной болезни. Заседание началось, и через некоторое время премьер-министр дошёл до законопроекта Уайса и Венса. Пожалуй, никто из присутствующих не ожидал чего-то подобного: собрать несколько сотен тысяч подписей за такое короткое время определённо дорогого стоило. До сих пор чиновники и парламентарии припоминали кадры чуть ли не с километровыми очередями и громкие лозунги, призывавшие к масштабным переменам. И сейчас каждому из них предстояло, приложив палец к голоэкрану по завершении слушания, принять решение о дальнейшей судьбе терраформирования.     Когда спикер зачитал основные положения законопроекта, а именно о неконтролируемом распространении синтетических продуктов и узонной болезни, многие выразили согласие с тем, что проблема действительно имеет место. Однако далее слово было предоставлено министру экономики, который вопреки многим выступил против данной инициативы, и с его аргументами, надо сказать, спорить было крайне проблематично:     — Как бы кому из нас ни хотелось реализации того, что предлагает этот без сомнения справедливый законопроект, к сожалению вынужден констатировать, что принимать его нельзя ни в коем случае. Я понимаю, что многим не понравилось то, что я только что произнёс, но сперва ответьте на простой вопрос: а где мы будем всё это выращивать? В старую эпоху у нас была целая планета и огромные пространства для возделывания земли, а что есть сейчас? Терры и пока что только один небольшой растопленный участок возле Звёздной цитадели. Скажите: много ли из нас согласится оставить свои дома и переселиться в пустоши, чтобы засеять освободившиеся терры и спустя несколько лет повысить количество натуральных продуктов? И даже если да, нам всё равно придётся разработать и построить средства защиты и жизнеобеспечения, и эта задача отнюдь не легче растопки территорий. Где тогда окажется это изменение приоритетов? И попрошу также уважаемых коллег обратить внимание на уже проявившуюся перенаселённость некоторых терр. Наша промышленность уже работает на пределе, производя хотя бы какие-то продукты, которые можно употреблять, и перестройка под подобный законопроект потребует огромных усилий. Ещё раз подчеркну, что я не отрицаю реальности обозначенных проблем, однако простого изменения приоритетов терраформирования нам, к большому сожалению, недостаточно. Уважаемые коллеги, после этих слов я буду только надеяться на то, что вы примете рациональное решение по этому вопросу. Спасибо за внимание, — и он вышел из-за трибуны.     Сказать, что Уайс и Венс были ошеломлены услышанным, значит, ничего не сказать. До сих пор они слышали только то, как говорящие головы с голоэкранов вещали о неуклонном и неудержимом прогрессе терраформирования — и что же они слышали сейчас? Какие-то жалкие бюрократические отмазки, мол, дорого! Нецелесообразно! Где мы будем?! Вполне ожидаемо, они не взяли слова, чтобы попытаться убедить парламентариев растопить несколько новых участков земли и построить там всё необходимое. Всё равно бы министр нашёл лазейку, как обратить их аргументы против них самих, да и отчётов промышленников и других документов у них на руках не было, чтобы с высоко поднятой головой заявить, что министр лжёт и замешан в какой-то схеме, отмывая бюджетные средства. Они покинули зал заседаний ровно в тот момент, когда началось голосование, которое, ожидаемо, завершилось с большинством голосов «против».

* * *

Терра номер сто четыре. Штаб-квартира партии «Здоровый Атмос». Несколько дней спустя.     — Что-что, говорите? Через час на сорок второй? — произнёс Венс в трубку аппарата, сидя за столом, будто пытаясь докричаться до бездны. — Отлично, едем! — он положил трубку. — Уайс, слышал?     — Уже вызываю! — молниеносно отчеканил Уайс, прижав трубку к уху. — Не могу поверить, что это было так просто!     — Я тоже не верю! — Венс встал из-за стола и надел пиджак, висевший на спинке стула. — Как бы не опоздать теперь!     — Ну теперь-то уж директор «Авроры» точно всё выложит как есть, и этому министру придётся объясняться, куда он девает деньги! — Уайс вышел из кабинета в коридор. — Долго ещё? Время, Венс, время!     — Сейчас, секунду, — Венс застегнул последнюю пуговицу. — Всё, бегом-бегом-бегом!     Шаттл доставил Уайса и Венса на сорок вторую терру, казалось, моментально. Большая серая безжизненная скала, стоящая среди пушистых облаков, точно остров в небе, на которой примостились здания цехов и возвышалось несколько труб с сигнальными огнями — пожалуй, так и должно выглядеть передовое кристаллическое предприятие НПО «Аврора», производящее высокоэнергетические кристаллы на протяжении уже не одной сотни лет.     Директор встретил Уайса и Венса, как только они вышли из шаттла на посадочную площадку, и, не теряя времени, сразу повёл обоих на осмотр предприятия, попутно рассказывая его историю, как были совершены  технологические прорывы и, конечно же, как это всё теперь помогает растапливать новые участки земли, приближая восстановление Атмоса. Но Уайса и Венса, конечно же, интересовало то, насколько соответствовали действительности слова министра, и правда ли, что растопка даже небольшого участка представляет собой тяжелейшую инженерную задачу. А потому Венс, как человек, имеющий некую компетенцию в этой области, задавал директору наводящие вопросы, стараясь не раскрыть истинной цели своего визита — задокументировать состояние предприятия и впоследствии надавить на министра. Однако пока что его слова всё же были похожи на истину: цеха были полны людей, занятых своими делами и уже готовившихся передавать смену. Но больше всего они удивились, узнав, что предприятие работает в четыре смены, и что, несмотря на огромное количество заказов высокоэнергетических камней Авроры, директор тоже сетовал, что, мол, финансирования недостаточно и предприятие не может удовлетворить всех требований государства, хоть машины и работают круглосуточно и без остановки, производя камни на пределе возможностей.      — Нужна энергия, очень много энергии! — сетовал директор. — Мало растопить лёд и вечную мерзлоту, нужно ведь ещё и не позволять замёрзнуть снова. И не справляются кристаллы — износ наступает быстрее, чем успеваем производить! А производство, — директор провёл их в лучевой цех, — очень медленное, — он показал рукою на несколько лучевых принтеров, стоящих посреди просторного помещения. — На этих машинах можно напечатать практически идеальный кристалл из чистого вещества, но процесс длительный. А быстро нельзя, потому что тогда распад, нарушение структуры, целостности, связующего фактора — и молись всем богам, что на третий день не взлетим на воздух!     — Так что же получается? — уточнил Венс. — Вам не выделяют финансирования и намеренно тормозят терраформирование?     — О да! — буркнул директор. — Илинтийцы хотят терраформирования, хотят растопить лёд, территории — а кристаллы-то кто производить будет? Пока они не растопили хотя бы существенной части щита, им нужно очень много кристаллов, и чем большую территорию надо поддерживать, тем больше их нужно. А значит им нужно очень много таких вот машин — а кто их произведёт-то? Денег-то не дают, у них других дел полно, видите ли! А мы тут в четыре смены отдуваемся. А ещё и ваш законопроект отклонили, вот ведь! Зуб даю, тут что-то нечисто. Если им настолько нужно это терраформирование, почему не выделят средств на постройку новых машин?     В этот момент Уайс и Венс переглянулись. До сегодняшнего дня никто из них не мог даже подумать, что кристаллов нужно настолько много. И то, что сказал директор, вкупе со словами министра, похоже, наконец сложилось в картину довольно тревожного характера. А директор тем временем продолжил:     — Нет, не то чтобы они совсем, конечно, ничего не делают. Потихоньку новые машины строим, расширяемся... но и терраформирование их тоже не торопится от этого. Может быть и неуклонно, может быть и неудержимо, но — медленно. А на что они рассчитывали-то?     Впрочем, все дальнейшие разговоры уже не имели решающего значения. Всё, что хотели знать Уайс и Венс, они узнали, и по завершении осмотра цехов и разговора с директором они поспешили обдумать и переварить полученную информацию.     — Думаешь, министр сказал правду? — встревоженно спросил Уайс. — Если так, то...     — Может, да, может, нет, — ответил Венс, набирая кого-то на своём голографическом пейджере. — Похоже на правду, во всяком случае. Сейчас поедем к одному моему знакомому, и станет яснее, — пейджер вдруг замерцал. — Алло, Дэн? Не против, если потревожу через пару часов?

* * *

Терра номер пятьдесят шесть. Жилой сектор.     — Вот так-так, ребята, весёлая ж у вас выдалась неделька, как погляжу, — Дэн сидел за синим голографическим монитором с какими-то расчётами.     — Прости, что так внезапно, дело срочное.     — Да, понимаю... — он ввёл какие-то параметры и на экране высветился результат. — Ух ты ж... Похоже... похоже, ваш министр всё же был прав. При таких темпах терраформирование завершится не раньше чем через тысячу лет.     — Так, погодите, я запутался! — вдруг вспылил Уайс. — Что тут вообще происходит? Мы восстанавливаем Атмос или нет?     — Восстанавливаем, восстанавливаем... Правда, увидят это даже не наши правнуки. Чёрт, а я ведь верил, что всё хорошо...     — Подожди, что значит прав? Мы что, не можем нарастить производство камней Авроры, или что?     — Ну можем, наверное... Лучевой принтер — очень сложное устройство, нужно очень точное оборудование, чтобы построить. Нужны новые предприятия, а это тоже ресурсы и время. А терры и без того уже перенаселены, а если начнём строить новые предприятия, того и глядишь, где-то коллапс случится.     Вдруг Уайс медленно опустился на стул и приложил руку ко лбу.     — Так, погоди-ка... ты же не хочешь сказать, что...     — А ты догадливый. Не тянем мы это терраформирование. А вся эта синтетика — просто вынужденная мера, иначе начнётся голод, — констатировал Дэн. — Если бы мы могли воссоздать хотя бы Камень Бесконечности, то было бы проще, но...     — Нет, погоди, если мы не тянем терраформирование, зачем тогда это всё? Почему мы не можем сосредоточиться только на главном, если?..     — Ну не знаю, Венс. Политика, наверное? Люди же хотят верить, что всё хорошо?     — Эх... чтоб тебя! А я-то ещё думал, что это нашу лабораторию недофинансируют...     — Бывает, Венс, бывает... Я тоже думал, что илинтийцы какие-то там хороводы водят, а оно вон как оказывается.     — А зачем тогда вообще это терраформирование? — вдруг вопросил Уайс.     Вдруг все взгляды устремились на Уайса. Конечно, мысль уже витала в воздухе, но чтобы её озвучил Уайс... Для всех это стало полной неожиданностью.     — Эм... ну как это зачем? — непонимающе вопросил Дэн. — Ну, это... Как бы Атмос — единственное место, где...     — Так ведь и я о том же! Мы столько сил прилагаем на восстановление по сути погибшей планеты, что... Может, было бы целесообразнее, не знаю... переселиться на другую?     — Уайс... ты это серьёзно сейчас? — удивлённо спросил Венс.     — Нет... Простите, не обращайте внимания. Просто мысли вслух, ничего такого.     — Фу-х, ты не пугай меня так, а то я аж разволновался! Хотя, а что, интересная мысль. Только как и, что важнее, на какую?     — Да откуда мне знать-то? Я же не астроном в конце концов! Я вообще в этих ваших кристаллах только недавно начал что-то понимать...     — Венс, ну ты чего так? Он интересную вещь предложил. За тысячу лет мы могли бы добраться до ближайшей звезды, было бы желание. Если бы где-то в окрестностях была планета с подходящими условиями, то это могло бы иметь смысл.     — Если бы да кабы, Дэн. И даже если кабы, как? Подняв терры на орбиту и превратив их в биосферы, что ли? И это я ещё не про двигатель...     — А что, почему бы и нет? Защитное поле легко сделать, а терры... Ну можно напечатать кристалл с особой поверхностью и использовать Камень Бесконечности для связи, даже если это приведёт к износу. Тогда, может быть, и получится. Лететь, правда, придётся всем вместе, со Звёздной цитаделью, так что...     — Ничего себе! Дэн, я, конечно, знал, что ты безумец, но чтоб настолько!     — А-ха-ха, ну да, Венс, это ты в точку попал...     — Так, парни, всё, пошутили и хватит, — наконец вмешался Уайс. — Даже если это и разумная идея, мы же не настолько плохо живём, чтобы начинать исход? Но как альтернатива на случай провала терраформирования вполне могло бы и подойти, почему нет?     — Как знать, Уайс, как знать? Сейчас не настолько, а что будет через десять лет, сто? Вон, сколько уже лет прошло, а за пределами терр всё ещё нечего делать.     — Ладно, всё, ребята, кончайте уже этот балаган, — вмешался Венс. — Потом решим, что со всем этим делать. Утро вечера мудренее. Хотя, если это терраформирование действительно провалится, во что я даже могу поверить, то... возможно, это станет спасением.     — Да, ты прав, — констатировал Дэн. — Будем верить, что илинтийцы решат так же, когда эта идея придёт им в голову.