Атмосианские летописи

Свободу подарила

Ты миру в облаках!

В единстве наша сила,

Судьба у нас в руках!

(Гимн свободной Атмосии)

1102 ДШЯ

Терра номер семьдесят девять. Жилой квартал.     Длинный коридор, переливавшийся серым металлическим блеском. Нечастые двери, почти что сливавшиеся со стенами, настолько аккуратно вписывались в интерьер, что казалось, будто бы их создала сама природа, а не установили строители. Ряд неярких белых светильников, закреплённых под потолком, державших коридор в лёгком полумраке. Неосторожное касание ключ-картой сенсора — на светло-зелёном дисплее, расположенном рядом с дверью, высветилась пиктограмма разблокировки.     Автоматическая дверь медленно, почти что бесшумно, вдвинулась в стену, открыв путь в небольшую прихожую. Включив свет, Рик окинул гостиную уставшим взглядом, в которой царил всё тот же бардак, что и утром, вчера, позавчера... Сколько уже прошло времени? Кажется, недели две уже? На полу то тут, то там лежало несколько небрежно разбросанных рубашек, на небольшом столике перед диваном примостилась полупустая незакрытая бутылка, а подле неё — пустой, явно давно не мытый, бокал, и ещё небольшая стопка другой грязной посуды. Едва слышно выругавшись, Рик распластался на диване и бросил короткий взгляд на часы; и, к своему удивлению, даже немного взбодрился.     — Ух ты, надо же! Всего-то чуть за полночь... Наконец-то хоть приберусь немного, — он нащупал пульт от телевизора и нажал кнопку включения.     На голоэкране вспыхнула какая-то развлекательная передача, одна из тех, которые Рик на дух не мог переносить. Он тотчас же убавил звук и отмотал запись на несколько часов назад — на время, когда показывали прямую трансляцию очередного раунда переговоров между Арчером и Мейсоном. Он непринуждённо начал проматывать эфир по минуте, внимая обрывкам фраз, произносимых политиками, как вдруг после очередного нажатия на перемотку экран полностью заполнила уже ставшая противной физиономия Арчера. От неожиданности палец Рика соскочил, и вместо перемотки он зажал кнопку увеличения громкости.     — Как я уже тысячу раз говорил, всё это наглая ложь. Илинтия никого не принуждает и не собирается, а все ваши обвинения... — Спохватившись, Рик вернул громкость на место и нажал на кнопку перемотки. Он уже тысячу раз слышал, что «Илинтия никого не принуждает».     — Ложь — это только ваши слащавые речи, господин Арчер, — вдруг послышался голос Мейсона. Рик снова нажал на перемотку: и это он тоже уже много раз слышал.     — Тьфу, хоть бы методичку сменил, чёртов эксплуататор! — выругался Рик в голоэкран, полностью оккупированный слегка полноватым оратором в синем костюме.     — Такие, как вы, приняли безумный план строительства космической пушки, — снова послышался голос Мейсона. Рик ещё раз нажал на перемотку.     — Хотите превратить атмосианскую цивилизацию в космических кочевников? Вы знаете, что так будет! Как знали и ваши предшественники, что не смогут расплавить астероид! — Рик зажал кнопку перемотки, пока физиономия Мейсона не покинула кадр. Его уже тошнило от этого никчёмного популизма.     — Господин Мейсон, — Рик наконец-то перемотал, как ему показалось, нескончаемую тираду Мейсона, — ложь — это только ваши громогласные заявления. Вы прекрасно знаете, что расплавление кристальной матрицы произошло из-за...     — Вот! Туда, туда это синее пугало! — хотя Рик и был в моменте солидарен с Арчером, он, тем не менее, снова нажал на перемотку.     — Если кто-то не хочет улетать, если кто-то сомневается, — пожалуйста. Мы готовы выслушать все претензии и прийти к решению, которое устроит всех. А если всё же окажется... — наконец, Рик выключил телевизор. Он как обычно налил полбокала и сделал пару глотков, после чего откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.     — Как всегда договорились договариваться, — вздохнув, Рик подытожил услышанное, будто бы обращаясь к невидимому собеседнику. Его ничуть не смущало, что в жилом модуле, кроме него самого, больше никого не было.     — Эх, ну ладно, — допив остатки, он встал с дивана и потянулся за первой рубашкой. — Переработки, переработки, и ещё раз переработки, — он начал подбирать рубашки с пола и небрежно сваливать в одну кучу.     — Чёрт бы побрал этого проклятого Мейсона. Нет, чтоб осваивать новые месторождения, закупать новую технику? Не-е-ет, ну что вы? Это всё не по-нашему! — он собрал все рубашки и, дёрнув за длинную металлическую ручку, кинул их в отсек для грязной одежды. — Мы отделимся от Илинтии, потом лишимся множества месторождений, техники, — он направился к столику и неосторожно сгрёб с него кучу немытой посуды, из-за чего уронил несколько ложек, — а под конец — заставим работать на износ то немногое, что осталось! А шахтёры пущай себе пашут в четыре смены, подумаешь! — он сбросил посуду в мойку. Она с громким стуком приземлилась на металлическую поверхность.     — Приходим домой только поспать? Да кого это волнует?! — он полностью вывернул кран. Струя воды тотчас же обдала всю немытую утварь. — Вы должны копать, копать, копать, и ещё раз копать! — он машинально начал перебирать одну тарелку за другой. — Какой отдых, какие семьи? У нас план выполнен только наполовину, о чём вы?! — он выключил воду. От горы немытой посуды, наконец, ничего не осталось.     — Эх, что за жизнь такая нелёгкая-то?.. — он вытер руки и, наконец, направился к своей постели. — Проклятый Мейсон! Вот как знал, что нельзя голосовать за этого прохвоста! Даже думать не хочу, что ещё на уме у этого синего пугала, — он, наконец, добрался до постели. — Ещё чего удумает, а нам потом разгребать...

* * *

Терра номер сорок четыре. Штаб Мейсона.     — Сэр, вы уверены? — вопрошал председатель. — Эта фраза необязательно значит то, что вы думаете. Вы же знаете Арчера, он...     — Молодой дурачок? — усмехнулся Мейсон. — Конечно, это все знают. Вот, не выдержал и проболтался, что хочет бросить всех нас здесь, а сам заберёт Кристальное солнце и улетит на свою эту другую планету, чтобы терраформировать её вместо Атмоса. Или бороздить галактику верхом на космических камнях, не суть. Легко же читается, и прекрасно соотносится с докладами разведки.     — Возможно, он молод и неопытен, но всё же! То, что предлагаете вы, сделает только хуже! Будьте хоть вы мудрее!     — И что же в таком случае предложите вы, господин председатель? — Мейсон сел на диван и посмотрел ему прямо в глаза. Его голос был ровен и совершенно спокоен, хотя в нём и слышалась едва различимая нотка грусти. — Просто сидеть и ждать? Ждать, когда он скажет прямо, когда уже подготовит Звёздный город к подъёму, и будет уже слишком поздно? Мы должны действовать, господин председатель. Прямо сейчас. Пока у нас ещё есть выбор.     — К сожалению, вынужден согласиться с Мейсоном, — добавил начальник сил спецподразделений. — Ждать нельзя. Замешкаемся — останемся без энергии. Все. Пожалуйста, нам нужно разрешение. Немедленно. Пока ещё можно что-то сделать.     Председатель задумался. Он посмотрел на стол перед собой, на потолок и в окно, размышляя надо всем тем, что свалилось на него за последний год. Переворот Мейсона, отделение Атмосии, локальные столкновения, а теперь ещё и это. Но хуже всего было то, что опасения Мейсона были далеко не беспочвенными: хотя беспрецедентная активность под Звёздным городом сама по себе ни о чём не говорит, и Арчер может просто проводить плановую установку антигравитационных кристаллов, рассчитывая на скорую победу, шанс, что он всё же готовится стартовать без Атмосии, сохранялся. Конечно, никто в этом не признается. И, конечно, никто бы на его месте не рискнул проверить, действительно ли Арчер намерен бросить Атмосию. Немного покачав головой, председатель, наконец, потянулся к папке бумаг и быстрым росчерком оставил на документе свою подпись.     — Мы все об этом пожалеем, господин Мейсон. Слышите? Мы все! Это безумие! Атмосу сейчас как никогда прежде нужна сплочённость и единство, а не...     — Ваши предложения, господин председатель? — надменно поинтересовался начальник спецподразделений. — Сколько ещё нужно потратить времени на бесполезные переговоры, чтобы вы передумали?     — Спокойно, спокойно, — уверенно произнёс Мейсон, бросив взгляд на начальника, и забрал подписанный документ. — Арчер уже наглядно продемонстрировал, что не собирается ни с кем договариваться. О каком ещё единстве речь? Ему оно не нужно, — заключил он. В его голосе отчётливо была слышна некоторая нотка грусти. — Благодарю за содействие. Не беспокойтесь, я позабочусь, чтобы всё завершилось как можно быстрее. Я знаю Арчера, у него кишка тонка на что-то большее, чем сотрясание воздуха, — он снова усмехнулся в свойственной себе манере.     — Ваша самонадеянность вас погубит, Мейсон. Арчер, может, немного наивен, но он же не идиот! Мы дорого заплатим за это решение, и вы это знаете лучше кого бы то ни было!     — Свобода дорого стоит, — заключил Мейсон, и направился к выходу. — К сожалению. Свободны.     — Всем подразделениям. Выдвигаемся, — донёсся холодный голос из рации.     Магистральный крейсер, плавно лавируя в ночном небе, неторопливо отдалялся от сорок четвёртой терры. Вой мощных инерционных двигателей огромной воздушной посудины заглушал всё вокруг себя в радиусе нескольких сотен метров. Его неспешно опередило несколько шаттлов, юрко пронёсшихся над палубой и возле бортов. Они выстроились в звено перед самым носом крейсера, пока, наконец, из рации капитана не послышалось сообщение о готовности.     — Открывайте портал! — скомандовал капитан. — Звёздный город, координаты: ноль – ноль – пять!     — Есть! — отчитался оператор, и ввёл координаты в навигационный компьютер.     На носу крейсера загорелся неяркий фиолетовый огонёк, переливавшийся светлыми линиями с лиловым оттенком. Из него вырвался тонкий фиолетовый луч, и остановился в другой точке примерно в трёхстах метрах от носа, и в следующий миг начал расширяться в фиолетовый проход, также переливавшийся светло-лиловыми волнами. Шаттлы один за другим пролетели через портал, после чего он тотчас же закрылся.     — Удачи, — капитан присел на первый же попавшийся поручень и закрыл лицо рукою. — Только бы получилось...     Над Звёздным городом внезапно вспыхнул яркий бело-фиолетовый всполох, из которого тотчас же вылетело несколько шаттлов. Немногочисленные зеваки, сновавшие по улицам, задрали головы в воздух и увидели, что шаттлы, издавая высокочастотный вой, направляются к Звёздной цитадели.     — Чего это они? — вопросил один из прохожих. — Техобслуживание?..     — Да нет, что-то непохожи они на грузовые, — подметил другой прохожий. — Вроде, это корабли для особо важных персон...     Вдруг их прервала зелёная вспышка. Затем ещё одна, и ещё, и ещё. Они ожидали увидеть всё, что угодно, кроме стрельбы. Со свистящим звуком всполохи плазмы покидали стволы пушек и один за другим врезались в окна и стены Звёздной цитадели, взрываясь и отдаваясь раскатистым грохотом.     — Ка... какого чёрта?! — запаниковал один из зевак. — Что происходит?! Почему они...     — Хочешь у них спросить? — другой зевака схватил за локоть остолбеневшего товарища. — Беги, не стой на месте!

* * *

Терра номер семьдесят девять. Бар «Атмаский бачонак». На следующий день.     — О, какие люди! — обрадовалась Мей, завидев Рика в проходе. — Ну и видок у тебя...     — Да... есть такое, — неловко ответил Рик. — Но ничего, прорвёмся. Сегодня, вот, что-то всех пораньше отпустили... подозрительно это.     — Да брось! Видишь, я же говорила, что не будут вас вечно так нагружать? — лицо Мей вдруг чуть ли не просияло от радости.     — Не будут, ага, — Рик слегка рассмеялся. — Никогда так шахту ещё не нагружали. Работаем в четыре смены, а мне даже уборку сделать некогда последнее время: каждый день прихожу домой — и сразу в койку. А наутро сразу же обратно под землю...     — Ужас какой... я бы не выдержала такого графика. Может... может, мне помочь? Дашь мне карточку, а я...     — Что ты, что ты, не нужно, — засмущался Рик. — Я пока ещё не настолько беспомощен.     — Точно? — Мей едко улыбнулась. — Может, передумаешь?..     — Конечно, дорогая. Не переживай, всё хорошо, — Рик изобразил настолько наглую улыбку, насколько у него получилось. — Вон, видишь? Сегодня без переработок, даже свободная минутка выдалась, чтобы встретиться!     — Ой, и давно я у тебя уже «дорогая»? — улыбка Мей вдруг стала ещё едче, чем прежде.     — А, кстати! Ты ведь уже проголосовала? — в последний момент придумал Рик, как непринуждённо перевести тему.     — Ась? Какое ещё голосование? У нас что, снова выборы? — казалось, Мей уже достигла предела своей едкости.     — Сама ты выборы! Голосование, как наша терра будет называться! По-моему, кстати, уже давно пора. А то всё «номер семьдесят девять»... Чуть ли не единственное, что хорошего сделал этот Мейсон.     — А, ты об этом-то!.. — в мгновение ока от едкости Мей не осталось и следа. — Ну конечно проголосовала, как же иначе? Я за «Флору». У нас красивая терра, думаю, ей подходит.     — Правда? А я за «Дип». Отлично подчёркивает одну из крупнейших шахт на Атмосе. Жаль, конечно, что не было варианта «Майн»...     — Фи, всё ты опять со своим шахтёрством, — Мей сердито надулась.     — Ну а чего ты хотела? — Рик бросил горделивый взгляд в сторону. — Должен же я как-то оправдывать свою профессию?     — Дурак ты, Рик.     — Да чего дурак-то сразу? — опешил Рик. — Всего лишь хотел подчеркнуть...     — Дурак, говорю, — Мей встала из-за стола, взяв в руку пустой бокал, и пошла к стойке.     — Э-э-э, Мей, постой, — Рик вдруг спохватился. — Хорошо, хорошо! Я буду очень признателен, если ты, эм... мне немного поможешь по дому, — он неловко посмотрел ей в глаза.     — Вот так бы сразу, — улыбнулась Мей. На этот раз в её улыбке не было ни капли едкости.     — Да... спасибо. Завтра... не знаю даже, приду ли вообще. Эх, чёртов Мейсон...     — Не переживай, — она положила руку ему на плечо. — Должно же это когда-нибудь кончиться...     Вдруг их окликнули голоса других посетителей из-за стойки. Они не сказали ничего конкретного, и только настаивали, чтобы они обратили внимание на голоэкоан под потолком. Бармен суетливо включил громкость на полную. Когда же Мей и Рик, наконец, обратили взоры на экран, то увидели изображение Мейсона, сидящего за столом, за спиной которого красовалась принятая наспех символика молодой Атмосии.     — Что происходит? — немного испуганно спросила Мей. — Сегодня же не должно было быть обращения...     — ...и мы все, как один, встали и добились независимости от режима Арчера и его так называемого «исхода», — Мейсон уже проговорил какое-то время, прежде, чем Мей и Рик начали слушать. — Мы, народ Атмосии, сделали всё, что в наших силах, чтобы вразумить безумца Арчера одуматься и повременить с отлётом, провести дополнительные исследования, найти какое-то другое решение, наконец. Целый год мы упорно вели сложнейшие переговоры, делали всё возможное, чтобы прийти к компромиссу, но они, к сожалению, провалились. Режим Арчера совершенно непреклонен ни перед какими доводами и ни перед каким количеством людей. Уважаемые граждане, с тяжёлым сердцем вынужден сообщить вам, что Арчер намерен начать свой так называемый «исход» несмотря ни на что. Сейчас вовсю идёт обустройство подземных коммуникаций под Звёздным городом и Звёздной цитаделью, в которой, как вы все знаете, покоится источник энергии наших кристаллов. И Арчер намерен начать отлёт. Без нас, — он выдержал долгую паузу. — Как вы, наверняка, понимаете, нам всем выдвинут ультиматум: либо мы позволим установить антигравы на наши терры и полетим с ним, либо останемся на нашей едва живой планете наедине со стихией. Без энергии. Уважаемые граждане, родные мои, — он положил руку на сердце, — к сожалению, Арчер не оставил нам иного выбора. Только что я получил доклад от начальника сил наших спецподразделений, что они полностью контролируют Звёздную цитадель и успешно отразили две вероломные попытки Арчера отбить её у нас. Мы не сломлены. В течение нескольких следующих дней мы раз и навсегда забудем о безумном плане Арчера. Мы не повторим ошибок прошлого! Мы не позволим этим... илинтианам снова лишить нас нашего дома! Кристальное солнце — великое достояние народа Атмоса, а не чья-то личная собственность! И если илинтиане считают иначе, что могут творить всё, что им заблагорассудится, играть с судьбой всей нашей цивилизации, потому что посчитали укрощение стихии нерентабельным, а энергию — своей собственностью, то мы нагляднейше им продемонстрируем, насколько они ошибаются! — он ударил кулаком по столу. — Арчер! Илинтиане! Я знаю, что вы слышите меня! Запомните: мы вас не боимся! Вы нам не хозяева! Вам никогда нас не сломить! Атмосия будет свободна!     Бокал, который Мей держала в руке, вдруг выскользнул из её пальцев и кубарем полетел вниз. Он с громким дребезгом ударился об пол и разлетелся на множество мелких осколков. В глазах Мей вдруг потемнело. Кажется, это уже было, когда-то давно. Когда она ещё училась в школе, она читала о чём-то подобном в учебнике истории. Как люди жили в докристальную эпоху, как появились кристаллы, и как благодаря им Илинтия превратилась из провинции на окраине насквозь коррумпированного королевства в великую планетарную державу. Но что ей врезалось в память сильнее всего, так это то, какой ценой досталось всё это величие.     Когда Мей впервые узнала слово «война», это был терминологический словарь где-то на последней странице учебника. Всего лишь очередное домашнее задание, которое нужно было сделать через не хочу. В определении была просто сухая формулировка: «вооружённый конфликт между двумя или более государственными формированиями, способ защиты и реализации интересов, практиковавшийся в прошлом». Но всякий раз, когда она читала о войнах, её хватал страх. «Как можно было быть настолько жестокими? Неужели было необходимо такое количество жертв и разрушений? Неужели нельзя было по-другому?» — тщетно пыталась она понять людей прошлого. Но всякий раз это оставалось чем-то совершенно далёким и непостижимым, а война, казалось, навсегда осталась просто очередным умным термином на страницах учебников. Так она думала. До тех пор, пока она не услышала обращение Мейсона.     «Атмосия будет свободна!» — эхом отпечаталась эта фраза у неё в голове. Перед глазами невольно всплывали давно забытые образы рыцарских побоищ и воздушных обстрелов. Кажется, в помещении вдруг стало неожиданно душно. Теперь это взаправду? Теперь она увидит это воочию? И, пожалуй, если бы Рик в этот момент не схватил её за руку, возможно, ей даже могла бы понадобиться медицинская помощь.     — Мей? Мей! Ты в порядке? Ты слышишь меня?! — она вдруг резко обернулась на голос и увидела встревоженное лицо Рика.     — Да, я... в порядке... — вполголоса ответила она.     — В порядке? Да ты вся побледнела! Давай...     — Нет! Всё... всё хорошо. Не нужно, — она сделала глубокий вдох. — Просто... это что, война? Прямо как в прошлом? Я... я не хочу, чтобы...     Вдруг Рик обнял её. Он прижал её лицо к груди и негромко произнёс:     — Этого не случится. Обещаю, этого... не случится.