За свободой в облака

Мы были готовы ровно через полчаса. Мари побежала встречать гостя, а мне оставалось лишь надеть платье и спуститься вниз. Я никогда не любила пышных нарядов, как у аристократок, и поэтому всегда выбирала что-то простое. Как говорила мама: «Не важно насколько красиво выглядит человек, красота всегда в душе. Конечно, нельзя сразу увидеть красивую душу в отличие от наряда, но на чаше весов душа всегда перевешивает». Поэтому по маминому завещанию, я надела простое тёмно-зелёное платье и вышла в коридор. Дойти до гостиной можно было двумя путями: первый путь был короче, нужно было повернуть налево к лестнице, спуститься на первый этаж и немного пройти прямо по коридору. Наш дом был небольшим, и особо надолго нельзя было отсрочить встречу, но всё же был путь номер два. Нужно было повернуть направо к такой же лестнице, спуститься и пойти не прямо, а свернуть налево. Так можно было немного попетлять по коридору, пройти около кухни и уже оттуда выйти в гостиную. Мне нужно было немного подумать и выпустить пар, поэтому я решила идти вторым путём. Шла я специально медленно, максимально оттягивая время встречи. Мне было страшно. Очень. Конечно, я знала, какие действия должна выполнять жена, что ложилось на её плечи, знала её обязанности, но меня больше пугало не это. Одна мысль о том, что я выхожу замуж за человека, которого вижу впервые, заставляла вставать волосы дыбом. Чаще всего от мужа было не так просто сбежать, особенно если его титул был выше. Страшно было ехать в его дом, в котором он был полноправным хозяином и мог делать с тобой, всё что пожелает. Но обиднее всего была мысль, что тебя покупают как вещь. Все женихи, что являлись в поместье, оценивали меня. Они сравнивали, подойду ли я для их благородной семьи, общества, дома. Они не женились по любви, да и даже не для статуса, им была нужна новая интересная игрушка. Я боялась, что в этот раз будет также, особенно, раз это был герцог. Но я уже дала согласие, я уже шла к своей судьбе — я шла в новую жизнь. За такими размышлениями я не заметила, как пришла. Отец с мачехой уже разговаривали с ним о чём-то. На мой приход они не обратили никакого внимания, и я подошла ближе. Разговор шёл о политике, видимо обсуждали новые налоги, законы или новых лиц в высших кругах. Он не смотрел на меня и был полностью поглощен разговором. Через пару минут они всё-таки закончили беседу и обратили внимания на меня. -Ах да, прошу представить вас. Моя падчерица Элизабет Граенн, — она указала на меня руками, словно на товар, и презрительно фыркнула, видимо мой вид был ей не по вкусу. Я, молча и учтиво поклонилась, как этого требовал этикет, и подняла глаза. Он смотрел на меня, но не так как прошлые женихи. Ему был не важен вид товара, у него была потребность в товаре. Его взгляд остановился на мне лишь на долю секунды, и он снова повернулся к мачехе. -Отлично, тогда мы сделаем всё так, как я предложил, — он сказал это так быстро, что я едва успела уловить, о чём шла речь, и он снова повернулся ко мне. -Рад познакомиться, Элизабет. Меня зовут Артур Ламер, и мы через пару часов отправимся в мой дом, думаю, что ты не против, — сказав это он очаровательно улыбнулся и немного поклонился мне, хотя совсем не обязан был его делать. Я несколько опешила от такого заявления и не могла подобрать слов. Благо Луиза опять взяла инициативу в свои руки, и они продолжили диалог. Я, молча, стояла рядом и всё не могла отойти от сказанного. Очнулась я только в тот момент, когда Луиза уже тащила меня к лестнице. Она резко остановилась, бросила взгляд мне за плечо, убедившись в том, что отец с Артуром куда-то отошли, и встряхнула меня за плечи. -Ты хоть понимаешь всю ситуацию? Ты выходишь замуж за этого прекрасного человека! Я даже удивлена, как он взял тебя. Твой вид конечно, — она окинула меня взглядом с головы до пят, — оставлял желать лучшего, но ему видимо, это не важно. О, какой он благосклонный. Смотри не опозорь нас. А сейчас иди в комнату и собирай вещи, Мари поможет тебе. Ты уедешь отсюда уже через пару часов, ах, какое счастье! — наконец убрав свои руки от меня, она снова пошла в гостиную, при этом припевая что-то себе под нос. Вот кто был по-настоящему счастлив в данной ситуации. Я же устало пошла снова к себе. Когда я пришла, Мари уже укладывала какие-то вещи в сундук. -Ах, мисс. Вы уже вернулись? Ну как он Вам? Вы ещё не отказались от своего плана? — всегда, когда Мари переживала, она заваливала меня вопросами. Вот и сейчас, она стояла рядом с сундуком и, распахнув на меня свои карие глаза, теребила подол платья. -Мари, всё в порядке. Ты же сама его видела. Вроде не такой плохой человек. Правда, он показался мне немного странен. И это была правда. Возможно, такое поведение требовал этикет высших аристократов или просто я чего-то не понимала. У него была красивая внешность: высокий рост, чистое, без единого изъяна лицо, каштановые, аккуратно уложенные волосы и красивые голубые глаза — они и завораживали меня больше всего. Когда мы пересеклись взглядами, я обратила на них внимание. Могло показаться, что это обычные глаза, но я смогла разглядеть в них какую-то необъяснимую тоску, глубокое сожаление и горе утраты, хотелось помочь ему, но я откинула эти мысли, сославшись на то, что мне лишь показалось. Из размышлений меня вывел вопрос служанки: -Мисс, складывать все платья или только некоторые? — Мари стояла около сундука и держала в руках два наряда — они были лучшими в моём гардеробе. -Положи всего несколько, не думаю, что мои платья сгодятся для высшего света. Нужно будет купить новые, отец ведь не оставит меня без приданного? — этот вопрос был риторическим. Отец.… Нельзя сказать, что он совсем не заботился обо мне, но и не сказать, что интересовался мною. До смерти мамы мы были довольно близки: много гуляли, вместе выходили на конные прогулки, но потом всё пошло под откос. Отец будто бы впал в глубокую депрессию. Я несколько раз видела, как он хлестал виски прям из горла в своём кабинете. Пару раз он проигрывался в карты и попадал в крупные долги, но в итоге ему удалось выпутаться. После того как в свете поползли слухи о нём, он женился на Луизе, чтобы укрепить свой статус, а меня он как будто забыл. Лишь изредка он спрашивал как у меня дела, и всё чаще отчитывал за неповиновение. В последние годы мы мало общались, и даже сегодня мне навряд ли удастся попрощаться с ним должным образом, признаться честно, я и не особо хочу это сделать, но я не упущу возможности попрощаться с другими. До отъезда оставалось ещё немного времени, и я, оставив сбор вещей на Мари вышла из комнаты. Я медленно двигалась по коридору. Водила по стенам руками, стараясь запомнить это место таким же, как несколько лет назад. В некоторых местах уже сыпалась штукатурка, где-то вздулся паркет. На лестнице немного скрипела ступенька, а вот немного дальше под потолком виднелась крошечная паутина. Я не хотела расставаться с этим местом, хоть оно и причиняло мне боль. В этих стенах умерла моя мама, здесь меня много раз наказывали и били, а вот тут я первый раз упала, разбив себе при этом губу. Но дом был ни в чём не виновен — он нравился мне. Я спустилась на первый этаж и пошла на кухню. Кафель немного дребезжал под мои туфлями, отчего не удалось зайти на кухню тихо. В доме было не так много прислуги: кухарка Марта, две горничные Мари и Лили, конюх Питер и Джейн, которая ухаживала за садом. На кухне готовила Марта и ей помогала Лили — горничная Луизы. Увидев меня, они тут же прервали свои дела и поклонились мне. -Оставьте, вы же знаете, что мне это не нужно. Я пришла попрощаться с вами, — я не очень близко общалась с прислугой, но у нас были хорошие отношения, поэтому я не хотела уезжать в новый мир незнакомых людей. -Мы молимся на Ваше благополучие и желаем счастья в новой семейной жизни, мисс, — сказала Марта и подошла обнять меня. -Да, мы будем скучать по Вам. Пусть у Вас всё сложится наилучшим образом, — Лили тут же подхватила и тоже обняла меня. -Вы тоже берегите себя и не давайте друг друга в обиду. Если что пишите, я постараюсь помочь вам, — я отстранилась и приобняла обеих за плечи. — Да, мисс, — сказали они хором и вернулись к работе, а я направилась в сад. За домом у нас находилась небольшая территория: конюшня для 3 лошадей, флигель для прислуги и небольшой сад. Хоть наш титул и был невысоким (виконт), мы не были обделены чем-то, можно даже сказать, что мы были достаточно хорошо обеспечены. В центре сада находился небольшой пруд с кувшинками, от него шли две дорожки: левая — к конюшне, правая — к флигелю. Сначала я решила зайти в конюшню, там можно было поймать обоих обитателей сада. Прогуливаясь вдоль клумб, в моей голове невольно всплыло воспоминание из детства. -Мама, мама! А это что за цветочки? — я стояла около клумбы с какими-то белыми цветами и тыкала пальцем прямо в бутоны. -Солнышко, не стоит так делать, — она ласково убрала мои руки от цветка и продолжила, — Это нарциссы, правда красивые? -Мама, а когда я вырасту, я буду такой же красивой как эти цветочки? — я была совсем малышкой и ещё не знала, что ждёт меня в будущем, какой я была беззаботной тогда. -Конечно, ты и сейчас очень красивая, прямо как цветочки. И мама, и папа — все красивые как цветочки, — она потрепала меня по голове своей нежной ладонью и ласково улыбнулась. Почему-то я запомнила её именно такой, именно такой она остаётся в моей памяти. Аккуратные, собранные в пучок светло-каштановые волосы, лёгкое, для прохладного утра, жёлтое домашнее платье и цветок фиалки в волосах, который я ей подарила. Она навсегда осталась для меня такой, и даже спустя много лет я буду вспоминать её именно так. Я уже подходила к немного хлипкой и ветхой от времени конюшне. Когда-то здесь было трое прекрасных гнедых жеребцов, но после смерти мамы отец продал одного, чтобы покрыть свои долги. Как я и надеялась, в конюшне оказались Питер и Джейн. Только завидев меня, они уже бросились ко мне со всех ног и упали прямо в мои объятья. -Как же мы без вас, мисс Элизабет? Неужели вы уже сегодня уезжаете? Уже меньше чем через час? — Джейн чуть ли не рыдала в моих руках. Она была не намного старше меня, но была достаточно впечатлительной. Питер же отстранился и шутливо поклонился мне, как всегда это делал. -Госпожа, рад был служить Вам, желаю, счастья и благополучия в новой жизни, — он сделал книксен и снял воображаемую шляпу, выглядело это довольно забавно. -Ну, хватит, я сейчас сама расплачусь. Я пришла попрощаться, я вам тоже желаю счастья и всего хорошего. Не скучайте тут без меня, — я любила Питера и Джейн, они всегда поддерживали меня, и я проводила с ними много времени. -Я ещё хотела попрощаться с ними, — указав рукой на лошадей, я подошла к ним, — Буря и Молния, я с вами прощаюсь, мне было очень приятно ваше общество, надеюсь после скорой продажи, вы попадёте в хорошие руки, — я потрепала их по мордам, а те в ответ прильнули к моим рукам. -Вы думаете, господин Граенн продаст их? — Питер был очень обеспокоен этим вопросом, так как тоже очень привязался к этим непоседливым животным. -Думаю, что всё будет так же, как и после смерти мамы. Что ж, мне пора. Пишите мне, если вдруг что-то случиться, знайте, что я любила вас до конца, — уже у входа в конюшню я обернулась и помахала им на прощание, они ответили мне тем же. Пора было возвращаться к дому. Я зашла в гостиную, где уже стояли Мари, Луиза, отец и Артур. Отец с Артуром снова о чём-то беседовали, а Луиза за что-то отчитывала Мари. В этот раз на мой приход все обратили внимание. Первым ко мне шёл Артур, где-то за ним семенили Мари с мачехой, отец и вовсе не торопился. -Я так полагаю, что Вы готовы ехать? Путь неблизкий, поэтому хотелось бы выехать как можно скорее, чтобы успеть к вечеру, — не дождавшись моего ответа, он прошёл к двери, открыл её и жестом пропустил меня вперёд. -Мисс, — ко мне тут же подбежала Мари, — Наденьте, несмотря на то, что только середина августа, ветер достаточно холодный, — она подала мне накидку и осторожно, незаметно для остальных коснулась моего плеча, подбадривая. Мы посмотрели друг на друга. Я, молча, извинилась за то, что не смогла попросить герцога взять её с собой, она же поняла меня без слов и лишь благосклонно кивнула. Перед воротами стоял экипаж, запряжённый двойкой вороных лошадей. Артур подал мне руку, но я забралась сама, он проигнорировал моё неуважение, садясь сам, он подал знак кучеру, и мы тронулись. Я успела рассмотреть, как Луиза, на моё удивление, вместе с Мари махали мне вслед, отец же бесстрастно остался стоять около входа в дом. Дальше мы понеслись по песчаной дороге в новую жизнь, и тут я поняла, что пути назад уже нет, выбор был сделан.