More Things in Heaven and Earth/Есть многое на свете, друг Горацио…

- Андреа, - кто-то громко кричал над самым ухом. - Андреа, ты должна очнуться. Но ей было больно, и она не хотела вставать. Вставать означало, что надо идти на работу и разбираться с Мирандой, а еще… Через секунду ее память заполнили события последних дней, и она резко открыла глаза. Миранда. Которая смотрела на нее сверху вниз со страхом в глазах, с ошейника на шее свисала серебряная цепочка, конец которой едва касался руки Энди. Металл леденил кожу Энди, но ковер под ней ощущался теплым. Ковер. Они были дома. Она сосредоточила взгляд на потолке и поняла, что они находятся в особняке. В кабинете. - Миранда... - прошептала она. - Ты долго была без сознания, - укоризненно сообщила Миранда. - Я думала, ты мертва. Энди улыбнулась. - Жаль разочаровывать. - И с абсолютным изумлением увидела, как Миранда начала плакать, громко, прерывисто всхлипывая. Она заставила себя сесть и осторожно обняла Миранду, изо всех сил стараясь не обращать внимания на интенсивную боль в ребрах, когда Миранда ответила ей тем же. Они долго сидели так на ковре.

* * *

В конце концов, Энди удалось уговорить доктора не оставлять ее в больнице на ночь. - Но, мэм, - попыталась объяснить медсестра с широко раскрытыми глазами, - у вас три сломанных ребра и возможное сотрясение мозга! И ваша рука... Энди помахала забинтованной кистью в воздухе. - Вы же дали мне рецепт, - отмахнулась она. - Я могу применить это сама. И, кроме того... - Она увидела Миранду, с тревогой в глазах стоявшую в дверях. - Я не останусь одна. Так что выписывайте, я ухожу. Миранду, к счастью, врачи отпустили еще два часа назад. Доктор деликатно попытался поднять вопрос о возможности предъявления обвинений против того, кто совершил с ней подобное, но она бросила на него такой суровый взгляд, что он убежал и больше не вернулся. В любом случае, оказалось, что все порезы, раны и синяки поверхностные. Никаких необратимых повреждений, все скоро заживет. Миранде наложили четыре шва на порез на щеке, но это было все. Но когда они остались одни, стены рухнули, и руки Миранды задрожали. Как только они оказались в машине, она прижалась к ноющему боку Энди и отказалась сдвинуться с места. Не могло быть и речи о том, чтобы Энди отправилась куда-нибудь, кроме таунхауса. Они с Мирандой спали бок о бок в главной спальне, стараясь не переставать касаться друг друга руками по ночам.

* * *

Как только Энди перестала принимать обезболивающие, она поняла, что Миранда на самом деле не спала. Ни одна из них не появлялась в «Подиуме» больше двух недель, и когда Энди, наконец-то, смогла заставить себя выйти из дома, вернуться в свою квартиру, чтобы забрать кое-какую одежду, она поняла, что Нейт съехал. Скатертью дорожка. И та ночь стала первой ночью, когда она попыталась заснуть без лекарств, и так она узнала, что Миранда, по-видимому, практически не спала, а если ей удавалось уснуть, то страдала от кошмаров, которые с каждым днем становились только хуже. Миранда не желала говорить о них. Робкие попытки Энди были встречены холодным молчанием и резкими оскорблениями. В тот единственный раз, когда она намекнула Миранде о возможности посетить профессионала, редактор в ярости швырнула вазу ей в голову. В своих самых смелых фантазиях Энди не могла представить, что Миранда Пристли может быть такой... сломленной, но так оно и было. Она рассматривала свою поврежденную руку, меняя повязки, и думала про себя, что ей очень повезло. Ее раны заживали. Миранда же металась во сне и сидела у себя дома с деревянным выражением лица и мертвыми глазами. Ее синяки и порезы исчезали, но Энди начало казаться, что ей никогда не станет лучше. Она позволяла Миранде прижиматься к ней, касаться ее лица, давай возможность раз за разом убеждаться, что это действительно Энди, а не какой-то жуткий монстр, все время зная, что происходящее сейчас между ней и Мирандой, всё это было очень нездорово. Это не было основано на понимании или хотя бы привязанности. Это было основано на потребности. Хуже всего было то, что Энди не меньше Миранды нуждалась в том же самом. Это должно было прекратиться.

* * *

Этим утром Энди снова предложила Миранде попытаться сходить на работу, и в ответ женщина заперлась в ванной на два часа. Обхватив голову руками, Энди тупо сидела в кабинете, не зная, что делать. - Я думаю, что могу быть полезен, - прошептал голос ей на ухо. Она подпрыгнула. - Гарет? И тогда он оказался перед ней, отвесив глубокий поклон. Она заметила золотой обруч у него на голове. - Приятно снова видеть тебя, Андреа Сакс. - Нет, - возразила она. - Ничего приятного. Совершенно. - Твои раны заработаны храбро, - сказал он, кивнув в сторону ее забинтованной руки. - Я думала, ты злишься на меня, - скептически ответила она. - Я разрушила твой план, помнишь? Он улыбнулся, отчего у нее, как обычно, кровь застыла в жилах. - Мой план состоял в том, чтобы убить Лиру, и ты отлично справилась с этим. Я говорил, что если мы добьемся успеха, я буду вознагражден, и так оно и было. Глядя на обруч, она подавила внезапное желание сделать реверанс. - Что, они сделали тебя, типа, королем или что-то в этом роде? - Или что-то в этом роде. Но я у тебя в долгу, Андреа Сакс. - Ты помог мне спасти жизнь Миранды, - тихо сказала она. - Долг уплачен, Гарет. Изучая ее, склонив голову набок, он нахмурился. - Ты так несчастна, дитя. Неужели я ничего не могу сделать? - Они уничтожили ее, - прошептала Энди. - Там ничего не осталось. Я подумывала, может быть, она согласится… она же может притворяться, когда ей нужно, но на самом деле ее там больше нет. Гарет долго молчал, но потом: - Я могу забрать ее боль, - медленно произнес он. - Но цена высока. - Что за цена? - Энди очень старалась не казаться слишком нетерпеливой, но была уверена, что потерпела неудачу. - Ты все забудешь, - сказал он. - Мне придется изменить сам порядок Времени. Это можно сделать, но чтобы спасти ее разум, тебе придется потерять и свои знания. - Ты можешь это сделать? - с надеждой спросила она. Выражение его лица было нейтральным. - Как я уже сказал, я в долгу перед тобой. Если ты попросишь меня об этом, я верну твоей подруге ее прежнюю сущность. Хотя некоторые вещи были бы совсем другими. Энди подумала об этом и поняла, что и думать тут не о чем. Если это был ее шанс спасти Миранду, то это был он. Кроме того, если он был прав, то она не вспомнит, что с ними случилось. Она коротко кивнула ему. В этот момент Миранда зашла в кабинет. - Кто ты? - глухо спросила она Гарета. - Друг, - ответил он достаточно легко. - По крайней мере, сейчас. - Оу. - Миранда? - позвала Энди, ее мысли уже кружились. Миранда бросила на нее недоумевающий взгляд. Прежде чем она успела понять что делает, Энди схватила Миранду и притянула женщину в крепкие объятия. - Пожалуйста, Миранда, помни, что я всегда буду спасать тебя. Всегда, - прошептала она, впервые позволив себе поцеловать Миранду. Поцелуй был коротким, но Энди почувствовала, как по спине пробежал холодок, и, открыв глаза, впервые за много дней увидела в лице Миранды что-то живое. - Андреа... - Тихо сказала Миранда. Когда комната погрузилась во тьму, Энди услышала над ухом насмешливый голос Гарета. - Наша сделка заключена, дитя. Но помни, если ты увидишь меня в будущем, я бы на твоем месте держался подальше. Просто потому, что ты мне нравишься, это не значит, что когда-нибудь я не уничтожу тебя просто ради удовольствия.

* * *

Внезапная боль пронзила череп Энди, и она подумала, не начинается ли у нее мигрень. В конце концов, поводов для головной боли было предостаточно. С тех пор как Эмили загремела в больницу, Миранда загоняла ее всеми этими парижскими приготовлениями. И вечно дувшийся Нейт, решивший, что работа для нее важнее его, делу не помогал. Она поднесла руку к виску и вздохнула. - Что? - резко спросила Миранда с другой стороны заднего сиденья автомобиля. - В чем дело? Моргая, Энди подняла глаза. - Оу. Эм... ничего, Миранда. Извини, что побеспокоила тебя. - Ты подтвердила рейс, Эмили? - Да, Миранда. - Трижды. Энди убрала руку от лица и остановилась, заметив на ладони шрам, которого никогда раньше не видела. Как ни странно, он оказался в форме цифры семь. - Хм... - Что ты снова там бормочешь? - спросила Миранда, явно расстроенная. Не задумываясь, Энди протянула руку. - У меня есть шрам... - сказала она. - А я не помню откуда. Движением, которое потрясло ассистентку до глубины души, Миранда протянула руку и коснулась ее ладони. - Семь? - тихо спросила она. Прикосновение Миранды вызывало мурашки у нее по спине. - Эм... Что, черт возьми, с ней не так? Так же резко, как прикоснулась к ней, Миранда отстранилась. - Я надеюсь, ты убедилась, что сиденья достаточно удобные, Андреа, - поспешно заговорила она. - В последний мой полет кресла в самолете было просто ужасными, и мне не нравится приземляться в Париже на самую важную неделю года с затекшей шеей. - Конечно, Миранда, - послушно ответила Энди. - Конечно, убедилась. Она посмотрела на Миранду новыми глазами. Почему она испытывает такое облегчение, слушая, как редактор говорит обычные вещи? И почему, черт возьми, у нее возникло странное желание поцеловать ее и уберечь от опасности? В опасности от кого? От голодающих моделей? Энди тихо последовала за Мирандой из машины в самолет. Как только она пристегнулась в своем удобном кресле, в великолепных трех рядах от своего босса, Энди вздохнула громко и с облегчением. Эта неделя в Париже будет как раз тем, что ей нужно, чтобы прийти в себя. Миранда наконец-то осознает, что ее вторая помощница не совсем такая пускающая слюни идиотка, какой ее изображали, она встретит много важных людей, и если ей действительно повезет, то найдет и пару приличных туфель на шпильках, от которых у нее не будет ужасных мозолей. Их ждет отличная неделя. Она чувствовала это.

Конец