Buy me!

Машина неслась по безлюдному шоссе, стрелка на спидометре превышала отметку девяносто. Тишина, заглушаемая лишь гулом с улицы, на душе скреблись кошки. Сжавшись на заднем сидении, меня ощутимо трясло. Мысли о болезни все чаще навещали мою голову. Разумеется, закон подлости... Вся наша гребаная жизнь построена лишь на этом ебаном законе! Потерев ступни ног друг об друга, я скинул свои рваные кеды, забираясь на сидение с ногами, обняв колени и пытаясь согреться. -Включить печку? – Рихард посмотрел в начищенное стекло зеркальца заднего вида. Мне были видны лишь его серые глаза, чуть нахмуренных брови. -Да, можно, - переведя взгляд, я наблюдал за ночными улицами Берлина. Это не каменные джунгли, это и не назвать деревней. Город – помесь. Безлюдно, тихо, но не спокойно. Я всегда чувствовал себя здесь...не комфортно. Этот город не мог дать мне чувство безопасности, может, в этом и вся соль?! Фонари еще не набрали свет, источали его крайне тускло и как-то безжизненно... Мы добрались весьма быстро. По крайней мере, я так подумал, когда мы действительно подъехали к отелю, во время самого же пути время истекало, словно тот песок. Медленно, по крупинке в минуту. И действительно, сейчас очень кстати приходятся шутки в духе: мне вторую нервную систему, пожалуйста. Ожидание...столь утомляющее, паршивое ожидание. Хуже может быть лишь то, когда ты не знаешь, чего ждешь, или же, что ждет тебя. Отель, лобби, регистрация. И вот именно на последнем перед нами явился источник моего веселья – молоденькая брюнетка с ореховыми глазами, кремовой блузой, темно синей юбкой – карандашом, пытающаяся всеми силами привлечь внимание Рихарда к себе. Какая ирония судьбы! Не сказать, что представители слабого пола подобной масти меня раздражали, или я их просто по какой-либо причине недолюбливал. Нет, я относился к ним совершенно нейтрально - это был особый случай. Когда мы получили ключ от номера, вышеупомянутая особа, работающая за стойкой регистрации, резво бросилась проводить нас до номера, в чем ее переубедил Рихард. Кстати говоря, сделал он это весьма деликатно, порой мне кажется, что таких шлюх сразу к хуям посылать надо. Ой, блять, Ландерс, тебе ли говорить?! Улыбнувшись своим мыслям, причем, сделав это довольно широко, я последовал за Круспе. Запустив руки в карманы, фривольно вышагивая, словно в отелях, чьих звезд ровно пять, мне довелось быть не впервые. Далеко не впервые. На прощание, не удержавшись, с характерной гадкой ухмылкой я подмигнув брюнетке, на что получил уничтожающий, полный ненависти и зависти взгляд. Как жаль, что на него мне срать... Настроение заметно улучшалось, что не могло не радовать, жизнь вновь приобретала краски, на этот раз, как мне показалось, не столь фальшивые. Когда створки лифта закрылись за нами, а кабина тронулась, я почувствовал на себе странный взгляд Круспе. Мне даже оборачиваться не хотелось, я стоял плотно к дверям, дожидаясь, когда же наконец мы прибудем на нужный этаж, но вдруг почувствовал пальцы Рихарда на своей шее. Легкие, скользящие, едва ощутимые прикосновения вдоль задней области шеи, заставляющие судорожно набрать воздуха в легкие, которого стало так не доставать. Заметив мое смущение, мужчина лишь улыбнулся. -Вы что, здесь же камеры, - я постарался убрать его руку, чуть дернувшись в сторону. -Ну, вот и хорошо, - в зеркальных створках кабины я увидел, как Рихард улыбнулся еще шире, - пусть посмотрит... И тут мою голову клином пронзила мысль. Неужели все для девушки с лобби? Я не удержался, чтобы не хохотнуть. Когда мы наконец прибыли на нужный этаж и оба вышли из кабины, я остановил Рихарда у двери в номер. -Вы это для нее, да? – махнув головой куда-то вбок, я хитро заулыбался, при этом чувствуя себя девяти летним ребенком. Наивным, веселым, ничего не смыслящим, который постоянно о чем-то расспрашивает взрослых. -Я утвержденный гомосексуалист, плевать хотел на таких, всеми ебаных шлюх, - он спокойно вставил ключ в виде карты в специальное отверстие замочной системы. Мне не нужно было изучать номер глазами, дабы понять, что челюсть под ногами валяется не зря. Это и номером-то язык не поворачивался назвать, скорее квартира, о каких я мог лишь видеть по телевизору. -Иди сюда, - стоило мне перейти порог, как Рихард резко взял меня за предплечье, грубо, довольно сильно сжимая пальцами мои руки, заставляя меня упереться своей грудью в его. Затаив дыхание, в следующую секунду я почувствовал его теплые губы у своих, в нос ударил резкий запах алкоголя и чуть приторный – одеколона. Погладив по щеке, он вобрал мою нижнюю губу своими, легко посасывая ее, вдавливая мое тело в дверь. Погружаясь глубже в поцелуй, Рихард смаковал мои губы меж своими, мягко обволакивая язык слюной, начиная целовать все с большей жадностью. Качнув бедрами, он плотно прислонился ими ко мне, заставляя нервно выдохнуть. Рука Рихарда поползла на затылок, крепко сжимая мои волосы, не давая возможности отстраниться, выбраться из его объятий. Плотно зажмурив глаза, я пытался отвечать взаимностью на его действия, поддаваться всем телодвижениям, максимально расслабляясь. Стараться, по крайней мере. Улавливая теплый, мокрый язык мужчины, я простонал ему в рот, к голове прилила кровь, на виске пульсировала венка, а в штанах член. Ослабив хватку рук, Рихард отступил, пройдя в спальню и поманив меня пальцем. С взъерошенными волосами, высоко вздымающейся грудью и бешеным сердцебиением, словно пробежал кросс, я покорно подошел к нему. Положив руку на мою грудь, он легко толкнул меня, дабы я лег на кровать с атласным постельным бельем, после чего встал на колени по обе стороны моих бедер, начиная вольно стягивать мой свитер. Только теперь я почувствовал, как тело пылает, но освободившись от верхней одежды, дышать стало куда легче. Запрокинув мне руки за голову, Рихард стянул их моим зелененьким свитером, одним концом туго закручивая его на запястьях, а другим к спинке кровати. Склонившись над моим обнаженным торсом, он начал легко целовать шею, ниже, ключицу, время от времени прикусывая зубами кожу в наиболее болезненных местах. Негромко прикрикнув, я отчаянно дернул руками, но это ровным счетом ничего не дало, они были намертво закреплены. Задыхаясь в чувствах, душном воздухе, я выгнулся в спине, до скрипа стиснув зубы и улавливая каплю пота, пробежавшуюся по виску. Не церемонясь, Рихард дернул застежку на моих джинсах. Та предательски с лязгом поддалась. Оголив мои ноги, он плавно прошелся рукой по внутренней стороне бедер, чуть раздвигая их. Оттянув резинку боксов, плотно прилегающую к нижней области живота, он обвил член рукой, взяв в кольцо и скользя по нему теплой ладонью, тем самым заставляя меня тяжело дышать через влажный рот. Закатив глаза, я сжал кулаки, боль от, если можно так выразиться, вериг немного прошла, уступая место наслаждению. Рванув верхний край рубашки, заставляя миниатюрные пуговички поддаться, Рихард освободил свое пылающее, напряженное тело от одежды. Оба пылали жаром. Рефлекторно сжав одной рукой волосы на моем затылке, бесцеремонно заставляя запрокинуть голову назад и зашипеть от удовольствия, второй рукой Круспе взял меня за подбородок, утягивая в поцелуй. Телом обуяла мелкая дрожь, оторвавшись от моего рта, Рихард коротко поцеловав в подбородок, почти не касаясь его, лишь скользя мокрыми от слюны губами. После, он приоткрыл мой рот пальцами, вводя один вовнутрь и смачивая его слюной. Поднявшись и вновь оперевшись на колени, Круспе ухватился у меня под коленями, поднимая ноги к себе на плечи. Облокотив голову на плечо, я почти не слышно простонал в его, после чего начал тревожно приподниматься, выгибаясь максимально сильно в пояснице. Стараться, по крайней мере. Было больно с непривычки, поза, надо сказать, не слишком удобная. По сравнению с горячим кольцом анала, палец, который туда был введен секундой позже, казался весьма холодным. Моментально сжавшись, я случайно дернул бедрами, получив довольную ухмылку Рихарда. Не спеша, но и не особо церемонясь, он ввел еще один палец, растягивая анус и заставляя негромко поскуливать, корчась от боли. -Терпи, малыш, - он оскалился, не останавливаясь ни на секунду, чтобы дать привыкнуть хоть немного, продолжая проталкивать пальцы. -Хватит, пожалуйста, - из глаз искры посыпались, крепко зажав зубами нижнюю губу, я старался не подавать и звука. -Тихо, успокойся, - более серьезно начал он, проведя свободной рукой по моей щеке, стараясь немного успокоить. После, Рихард резко вынул пальцы, туго приставив вместо них голову члена, начиная просовывать ее вовнутрь. Резко сжав мышцы, я напрягся, не желая позволять так варварски рвать мой зад. -Расслабься, слышишь? – он продолжал проходить в горячее, тесное нутро. Скривившись, я зажмурил глаза, почувствовав, как по щекам начали струиться слезы. Блять...нет, нет! Какого черта? Начиная медленно проталкивать и все сильнее с каждым разом, вскоре Рихард достиг сладкой точки, хорошенько вдарив по ней. Из его груди вырвался рык, он еще крепче сжал мои ноги, вдавливая пальцы до багровеющих пятен. Начиная наращивать темп, динамично насаживать меня на свой член, Круспе уже и не пытался сдерживаться, продолжая во всю иметь мой зад. Запрокинув голову, я глухо стонал через приоткрытый рот, сердце билось в грудной клетке, да так, что я чувствовал каждый его толчок. Тишь номера разрывали глухие стоны в унисон, резкими, отрывистыми телодвижениями Рихард приближал оргазм. Резко выйдя из меня, он выстрелил струей спермы мне в лицо, содрогнувшись всем телом. Поддавшись агонии, я тихо проскулил, стараясь привести сердцебиение в норму. Поддавшись тазом к моему лицу, Круспе провел головкой полового органа, из которой все еще сочилась белесое семя, по моим губам, тем самым заставляя взять член в рот. Проведя кончиком языка по крайней плоти, я дернул головой в сторону, тяжело дыша и чувствуя, как тело Рихарда больше не нависает надо мною. Прикрыв глаза, и отчетливо ощущая, как конечности, которыми я был не в силах пошевелить, но время от времени дергал, словно марионетка, коей управляет кукловод, занемели. Будто сотни маленьких, невидимых иголочек покалывали их.