The Tale of a Forgotten Princess

Несмотря ни на что, солнце все так же, как и раньше, продолжало свой неспешный путь, и спустя какое-то время горизонт уже начал светлеть, знаменуя начало нового дня. Они, не сговариваясь, к счастью, сегодня шли медленнее, чем обычно. Девушка, борясь с собой, старалась не думать о прошедшей ночи, которая казалась не реальнее, чем сон, но у нее это плохо получалось, ведь, как бы неправильно это ни было, вспоминать об этом было приятнее, чем отчаянно зарываться в мысли о том, что их путешествие неизбежно подходило к концу. Хотя с событий того времени прошло очень много лет, одна только мысль о Драконии, о ее колоссальных пустынных залах, насквозь пропитанных древнейшей могущественной магией, заставляла что-то внутри нее сжиматься и холодеть. Да, возвращаться туда было страшно, но дело было еще кое в чем. В самой магии. Это было нелегко, но все же она не могла не признавать, что то, что подчинить и контролировать она не в силах, может быть крайне опасным в неправильных руках. И, какими бы чистыми и благими ни были ее намерения, ее руки были точно такими же «неправильными». Именно эта мысль сейчас двигала ее вперед, и именно поэтому она приняла решение избавиться от того, что лежало сейчас в ее сумке на плече, — чтобы защитить этот мир от корыстных помыслов и соблазнов, в том числе и своих собственных. Но все же магия незаметно для нее самой вплелась в ее жизнь, словно дикие побеги плюща. И она боялась — боялась себя, вдруг как только начнешь распутывать, срезать и избавляться от вьющихся стеблей, может оказаться так, что внутри все держалось именно на них. Вдруг кроме них внутри ничего не останется. Девушка незаметно для себя замедлила шаг, плетясь по пыльной дороге, украдкой поглядывая в знакомую, но не человеческую спину. — Все в порядке? — Знакомый голос вернул ее к реальности. — Да, все хорошо, — тут же притворно бодрым голосом ответила она и ускорила шаг, догоняя своего спутника. Она лгала сейчас не только ему, но и себе самой, и ей очень нужна была эта ложь. Поэтому сейчас она всего лишь стискивала в руке ремень сумки и шагала дальше к неминуемому. Тревога ее была черной бездной, концом ее прошлой жизни, и, как только она освободится от своих прежних предубеждений, она, Саджа, будет предоставлена лишь самой себе. Она сама сможет выбирать свою судьбу и свой дальнейший путь, сможет начать новую жизнь. Но сейчас перед собой она видела лишь бездонную черную бездну. И она боялась ее. Она отчаянно пыталась отвлечь себя мыслями о том, как бы сложилась ее жизнь если бы не… если бы не что? Не ее упрямая гордость? Не безрассудные авантюры, сулящие ей славу? Что было бы, если бы звезды сошлись иначе и она бы не оказалась в той странной компании, что отважилась забраться в древние недра подземелий за призрачным шансом найти сомнительный ключ к победе в еще не начавшейся войне? Что было бы, если бы у них все-таки не хватило сил зайти так далеко, что было бы, если бы они так и не нашли ту самую маску? Что если бы… Она сделала еще один шаг и замерла. Почему она не поняла этого раньше… Это ведь было так очевидно. Они ведь связаны… Все они… и маска, и она сама, и… и посох. Она! Она была связующим звеном! Их невольный договор, заключенный в гробнице, скрепленный ее кровью, и таинственное заклятие, знание, что все еще оставалось в ее памяти, имя, что позволяло пробудить истинную силу маски. А это значит — сердце, что все это время гулко стучало в висках, на мгновение замерло, — она может все исправить! — Подожди… — слабым голосом вдруг попросила девушка. Она не имела ни малейшего понятия, как сказать ему о своем внезапном озарении, поэтому она все сильнее сжимала руку на ремне сумки, чтобы унять дрожь в руках. — Что-то случилось? — Он остановился в паре шагов от нее и обернулся. Ее взгляд на мгновение показался ему пустым и отрешенным, но потом она подняла на него глаза и, кажется, впервые за долгое время искренне улыбнулась. Даже если бы она хотела, вряд ли бы у нее получилось скрыть улыбку, ведь то, что совсем недавно казалось ей неосуществимым, сейчас может стать реальным. Она открыла свою сумку и достала оттуда маску. — Так… теперь ты меня пугаешь. — Я знаю, как сделать тебя снова человеком, — так и не придумав ничего лучше, бесхитростно выпалила девушка. — Ты… ты что? — Ее внезапное откровение привело его в замешательство. — Так, стоп-стоп, подожди! Я не знаю, что ты задумала, но сразу предупреждаю, ты не сможешь заставить меня снова ее надеть. — Тебе и не нужно ее надевать. Ее надену я. — Она сделала шаг ему навстречу. — Ты? — В его голосе она услышала тревожные нотки. Девушка изо всех сил старалась говорить как можно спокойнее, пытаясь объяснить ему свое внезапное умозаключение, но у нее это плохо получалось, ее мысли путались, а голос выдавал ее волнение. — Ты говоришь так, будто ты уже все сама решила… — произнес он после того, как девушка ему все рассказала, и его голос отчетливо стал отдавать холодом. — А меня ты не хочешь спросить? Хочу ли я этого? Его реакция привела ее в замешательство. — Но я думала… ты хочешь этого… — растерянно произнесла девушка. — Неужели ты сам не хочешь вернуть себе то, что у тебя отняли? Ты навсегда хочешь остаться таким… — Девушка повела рукой в его сторону, словно подбирая слово. — … чудовищем? — закончил он за нее. — Ты это хотела сказать? — Нет! — воскликнула она. — Я не… — Правда? — ехидно спросил он. — Тогда посмотри на меня! Она вскинула голову, собираясь доказать ему, что он не прав, однако для нее это оказалось сложнее, чем она думала, и, не выдержав и нескольких секунд, она отвела взгляд. Идти рядом, держать за руку, даже объятия, казалось, были для нее не такими отталкивающими. Дело даже было не в каком-то физическом уродстве, а скорее в странном, неестественно жутком сплетении человеческого тела и того, что в нем оставалось от посоха. Она не знала, куда смотреть. Он победоносно, но безрадостно усмехнулся. — Ты правда думаешь, что я не понимаю, зачем тебе это? Я не выбирал, как мне выглядеть, я не пытался тебе понравиться, я пытался спасти тебя! А ты, принцесса, желаешь невозможного. Снова. Последнее слово эхом отразилось в ее голове. Ей невыносимо больно было слышать этот упрек от него, но ведь сейчас все иначе. Почему он не хочет этого понимать? — Да… да ты просто боишься! — раздраженно выпалила девушка. — Конечно, я боюсь! — тут же в ответ воскликнул он. — Ты только представь, как это звучит для меня: «Давай снова используем ту штуку, что в один момент уничтожила твою жизнь» — или ты думала, что я должен был прийти в восторг от этой идеи? — Но, по иронии, именно эта «штука» может помочь все исправить! — Девушка не хотела оставлять попыток убедить его. — А может разрушить все, что у меня есть! — парировал он. — Представь себя на моем месте, ты бы была готова пожертвовать всем ради этого? Она было открыла рот, чтобы возразить, но вдруг не нашлось, что сказать. Потому что он был прав. Это желание было только ее, и она снова ведет себя эгоистично. Она устало вздохнула и опустилась на землю, обнимая руками колени, чувствуя себя так, будто из нее будто разом выкачали все силы. Удивительным было то, что всего в паре шагов от цели она осознала всю ценность своей ноши, однако теперь она понятия не имела, что теперь ей с этим делать. Она кинула на него удивленный взгляд, когда он опустился на землю рядом с ней. — Прости, — извинилась она после некоторого молчания, невидящим взглядом смотря куда-то вдаль. — Я не знаю, как так вышло. Я не хотела ссориться с тобой. — Видимо, это все влияние близости Совета, — ответил он, и, несмотря на усталость в голосе, его слова на удивление звучали с теплотой. — В прошлый раз ты грозилась выбросить меня… Она удивленно обернулась на него, не сразу осознавая услышанное. — Ну сейчас это представляется более проблематичным… — вспомнив события четырехсотлетней давности, усмехнулась она. — Такое чувство, будто ты этого хочешь больше, чем я сам, — тут же произнес он, но голос его внезапно стал более серьезным. — Не делай вид, что не понимаешь… — отмахнулась она. — Я совру, если скажу, что никогда не думал об этом, — спустя какое-то время тихо сказал он. — Просто… все это слишком неожиданно. Она едва повернула голову в его сторону, почти перестав даже дышать. — Ты так уверена, что это сработает? — Нет, не уверена… Ты же знаешь, что в магии я не знаток, но я уверена в том, что, хоть Малаккар и был одним из самых могущественных магов, даже он все же не смог узнать того, что теперь знаю я, — осторожно улыбнулась она. Он тихо усмехнулся. — Ты улыбаешься, — заметил он. — Люди улыбаются, когда они счастливы. Я забыл, каково это. Быть человеком… Сложно тосковать о том, чего не помнишь, странно желать быть кем-то другим, страшно думать о том, что ты заслужил то, что получил. Она несмело коснулась его руки. — Никто этого не заслуживает! — Знаешь, я не говорил тебе… — Он говорил так, будто слова давались ему с трудом. — По ночам, когда мир замирает, мне кажется, что моя память начинает просыпаться… Я не знаю, влияние ли это этого места, как это было уже когда-то. Я не знаю, обрывки ли это забытых воспоминаний на самом деле или всего лишь мои страхи, но мне не нравится то, что я вижу. Если бы это были всего лишь сны, я бы назвал их кошмарами. Но я боюсь, что это не так. — Он сделал паузу, высвобождая свою руку из ее. — Ты так уверена, что я заслуживаю второго шанса? Ты уверена, что я именно тот, кем ты меня считаешь? Она задумалась, бездумно разглядывая свою ладонь. — Ты ждешь от меня уверенности, но знаешь, что я думаю? Ты помог мне, и ты не сделал ничего плохого за то время, что мы были вместе. Он тихо ухмыльнулся, но она не придала этому значения, снова касаясь его руки. — Я не знаю твоего прошлого, как не помнишь его ты. Значит, теперь ты совсем другой человек, я знаю тебя именно таким, и такому человеку я хочу помочь. — Ты так упорно хочешь видеть во мне человека? — Хочу, но ты всячески пытаешься это отрицать, — утвердительно заключила девушка. Он не ответил, оставаясь при своих мыслях. — Знаешь, я давно хотел тебе сказать… — Услышала вдруг девушка внутри своей головы. — Что? — переспросила она, когда пауза затянулась. — Я согласен, — ответил он вслух. — Что? — Девушке понадобилась пара секунд, чтобы понять, о чем он, а после даже растерялась от неожиданности. — Ты уверен? — Да, если ты этого хочешь…. Мы в одном шаге от того места, где все могло бы закончиться. — Он встал сам и подал ей руку, приглашая сделать то же самое. — Так не лучше ли попробовать и пожалеть, чем не попробовать и жалеть об этом всю оставшуюся жизнь? — Звучит как-то не очень оптимистично… — заметила она, поднимаясь на ноги. — Я доверяю тебе… — тихо произнес он. Это были приятные слова, но почему-то от них внутри у нее похолодело, но она поспешила поскорее отмахнуться от этого чувства. Она покрутила маску в руках, разглядывая незнакомые ей символы, отчетливо понимая, что ее руки начинают дрожать. Пытаясь справиться с накатившим волнением и ощущая стучащий в висках пульс, она понимала, что понятия не имеет, что ей нужно делать. — Ты… ты можешь мне помочь? Я помню имя джина времени, но совершенно не помню магических слов. — Она протянула ему маску. Он колебался несколько секунд, прежде чем взять ее в руки. И когда она оказалась в его руках, он замер. Со стороны казалось, будто бы он вчитывался в выгравированные слова, написанные изнутри, но на самом деле читать их не было необходимости: эту формулу он знал наизусть. Дело было не в том, что однажды он лишился всего из-за этой маски, а в том, сможет ли теперь она вернуть то, что она забрала много лет назад? Действительно ли теперь все иначе? Всего лишь держа ее в руках, ему казалось, будто в памяти мелькают размытые тени каких-то старых забытых воспоминаний. — Если я правильно тебя понял, — очень медленно произнес он, — тебе не нужны эти слова для того, чтобы вызвать создателя этой маски… достаточно лишь имени. Он вернул ей маску, и она, взяв ее обеими руками, снова заглянула в нее. Она и не думала, что слова, смысл которых она не понимала, могут вызывать в ней такое отвращение. Даже когда она уже надела ее, в голове у нее все еще были сомнения в том, верно ли она поступает и имеет ли на это право. Маска не только закрывала ей глаза, а словно бы давила всей своей мощью на ее сознание, и девушка изо всех сил подавляла навязчивое желание поскорее снять ее. Ей почему-то вдруг стало страшно только сейчас, и она могла лишь догадываться о том, что чувствует сейчас он. А вдруг у нее не получится и что-то пойдет не так, может, ее уверенность точно такая же слепая, что и много лет назад?.. Она резко тряхнула головой, пытаясь отогнать навязчивые неприятные мысли, ведь отступать уже было поздно. — Возьми меня за руку, — почти шепотом попросила она. Он коснулся ее руки, обхватывая ее ладонь своей. Ощущать его руку в своей было невероятно приятно, и это придавало ей уверенности и решимости. Сделав небольшое усилие над собой, она заглянула внутрь себя, и имя, что было наделено огромной магической силой, тут же всплыло в памяти, словно яркая выжженная печать, и в ту же секунду все стихло. В ушах зазвенела пронзительная тишина. Все звуки замерли и исчезли, и девушка поняла, что время остановилось. Все было так же, как и в тот раз. Тогда же она и почувствовала присутствие кого-то еще. Что-то тяжелое, словно свинцовое одеяло опустилось на ее плечи. — Ааа… Саджа… — зашептал голос из маски прямо в ей уши. — Я ждал тебя, ждал твоего желания, с того самого дня, как ты узнала мое имя. Все узнавшие мой секрет рано или поздно поддаются искушению. — Ты боишься меня? — задал он вопрос, но больше утверждая, чем спрашивая. — Презираешь и отвергаешь мою силу? Силу моей маски? Тебе не стоит ее бояться. Моя маска была создана, чтобы нести милосердие в этот мир. Это вы, люди, извратили ее смысл, как осквернили божественные слова внутри нее. — Его речь хоть и была медленной и тягучей, но в ней отчетливо отдавало свинцом. — Вы, люди, использовали мой дар в угоду своим корыстным желаниям. Ваша неуемная жажда власти, ваша жадность и алчность — вот чего истинно стоит бояться. Но в тебе я не чувствую злых помыслов. И тебе не стоит бояться. Так все-таки каким будет твое желание? — Я хочу… — Она услышала свой голос как будто сквозь толщу воды. — Я хочу… — Слова застряли у нее в горле, и она не могла больше произнести ни слова. Неосознанно она еще крепче сжимала чужую ладонь в своей руке. Однако голос из маски будто бы прочитал ее мысли. — Ты сумела меня удивить, дитя. Обычно люди желают изменить что-то, что поможет им добиться власти, богатства, господства или тайных знаний, почему же ты желаешь не для себя? — Голос ненадолго замолчал, а потом продолжил: — Твое желание связано судьбой другого живого человека. Обычно над этим я не властен. Внутри девушки все замерло в ожидании приговора. — Однако я чувствую между вами двумя особую связь, — продолжил голос, — поэтому твое желание будет исполнено. В тот же момент девушка почувствовала, что воздух стал густым и тягучим, как кисель. Его рука выскользнула из ее руки, и девушка почувствовала, как уходит земля из-под ног, потом, даже сквозь маску, она увидела ослепительно яркую вспышку и одновременно с этим почувствовала приятную легкость в теле — оцепенение с нее наконец-то спало. С бешено колотящимся в груди сердцем, она сняла с себя маску. На земле рядом с ней лежал мужчина, он выглядел уже и не совсем молодым, но и старым его тоже назвать было нельзя. Темные волосы с несколькими седыми прядями обрамляли худое лицо с неестественно бледной кожей. Выглядел он крайне изможденным. Она, почти не дыша, присела рядом и осторожно коснулась его руки. Сердце пропустило удар. Теплая! Живая! У нее получилось! Все внутри нее ликовало. Словно чувствуя ее прикосновение, мужчина пошевелился и открыл глаза. — Привет, — улыбнувшись, тихо сказала девушка с трепетом в голосе. — Как ты? Мужчина с ощутимым усилием сел, и вид у него был довольно потерянный. — Я… Я не знаю, — тихо произнес он. В эту секунду в ней словно расцвел самый настоящий сад. Она узнала этот голос, тот самый, что все это время звучал в ее голове. Его настоящий голос. И сейчас она изо всех сил сдерживала в себе порыв обнять его. — Очень болит голова. — Он поднял глаза на девушку, и в его взгляде читалась растерянность, а она с нескрываемым удовольствием понимала, что впервые смотрела на него и ей не хотелось неловко отвести глаза. Невероятным было то, что она видела его впервые, хотя ей казалось, что она знала его уже целую вечность. Внутри нее словно поселилось маленькое солнышко, сияя и согревая ее ничуть не хуже чем то, что поднимается утром над горизонтом. Она не помнила, что ей когда-либо доводилось испытывать что-то подобное. Девушка изо всех сил сдерживала себя, чтобы не рассмеяться во весь голос. Однако всего лишь один его короткий вопрос все изменил. — Кто ты?