The Tale of a Forgotten Princess

Она открыла глаза и впервые за долгое время увидела над собой не голубое небо, а высокий белый потолок, на котором причудливо переплетались золотистые узоры. Красиво, наверное. Было бы красиво, если бы душу не опутывала липкая тьма. Девушка села на кровать, обводя взглядом знакомую комнату. Прошло столько времени, но казалось, что это место времени совсем не подвластно. Она почти не помнила, как добралась сюда: события вчерашнего дня были словно в тумане или казались, в лучшем случае, всего лишь страшным сном. Очень хотелось, чтобы все это было всего лишь кошмаром. Вчера она потеряла почву под ногами, когда в одно мгновение сбылось все, чего она боялась, — она лишилась всего. Она не знала, сколько времени прошло, когда дверь ее комнаты отворилась и к ней зашел некто, представившийся одним из старших стихийных адептов. Он что-то много и нудно говорил, и из его речи единственное, что девушка поняла, это то, что маска теперь надежно запечатана в непостижимых недрах совета стихий. Девушка дослушала адепта и после того, как он закончил свою речь, сухо поблагодарила его. А когда она наконец осталась одна, в ее голове билась только мысль о том, чтобы уйти. Она очень хотела уйти. Она ненавидела это место. В прошлый раз она оказалась здесь, когда потеряла мечту и цель в жизни. Она не думала, что тут же не будет способна расстаться с чем-то столь же ценным. Следуя внутреннему порыву, девушка выскочила из своей комнаты. Она никогда не верила в судьбу и в прочую ерунду, но почему-то именно в тот момент, когда ее сердце было полно решимости, она столкнулась с тем, кого меньше всего хотела сейчас видеть. — Прости, не думал встретить тебя здесь. — Знакомый голос режет ей слух, и сердце невольно сжимается. Она действительно надеялась, что этой встречи получится избежать. — Я уже ухожу, — сухо отвечает она, проходя мимо него. — Насовсем? Она неосознанно останавливается, чувствуя нарастающее раздражение на саму себя. — А тебе какое до этого дело? — Никакого, — спокойно отвечает тот. Она невольно оборачивается, а ее уверенность начинает таять с каждой секундой, сменяясь сильнейшей усталостью. Ей совсем не хочется на него смотреть, но она не могла не отметить то, что выглядит он сейчас совсем иначе, чем при первой их встрече. И в этом, конечно же, нет ничего удивительного. Мягкая кровать, теплая ванная, чистая одежда могут творить чудеса. Он больше не выглядит уставшим и даже кажется моложе. Отчаянно ругая себя за слабость, она понимает, что хочет еще раз услышать его голос. Еще совсем немного. — Ты… нашел что-то интересное? — спрашивает она, стараясь придать голосу максимально непринужденный тон, и кивает на книгу в его руках. Он едва заметно улыбается, заметив изменение в ее голосе. — Еще нет, — отвечает он, перекладывая книгу из одной руки в другую, и девушка отметила про себя то, что книга эта казалась очень старой, — но библиотека тут огромная, так что… — Желаю найти тебе то, что ты ищешь… — девушка изо всех сил стискивала ремень своей сумки. — А ты? — осторожно спросил он. — Ты сделала то, что хотела? — Да, — коротко ответила она. — Сделала. Да, то единственное, что, возможно, могло бы что-то изменить, теперь надежно спрятано ото всех. Когда молчание стало слишком неловким, девушка отвернулась. — Мне нужно уже… — Останься, — перебил ее мужчина, видимо заметив ее нерешительность. — Что? — Обещаю больше не попадаться тебе на глаза и не задавать лишних вопросов. — Он снова едва заметно улыбается, а она не может отвести от него взгляда. — Дело не в тебе. — Правда? — искренне удивляется он. — А мне показалось, дело как раз во мне. Такая бурная реакция на одно мое присутствие и столько ненависти… Ты уж прости, если я одним своим видом… — Я сказала, что дело не в тебе! — повысила голос девушка, перебивая его. — А… — понимающе произнес он, опуская взгляд. — Я понял. Только вот, — он встречается с ней взглядом и видит усталость в ее глазах, — ты можешь убежать отсюда, но сможешь ли ты убежать от самой себя? Она вздрогнула, растерянно ощущая внутри себя всплеск противоречивых эмоций. Он медленно сделал пару шагов к ней навстречу. — Не надо делать вид, что ты… Она не успела договорить. Он, обнимая ее за плечи, прижал к себе, а у нее не было сил этому сопротивляться. Девушка стояла на ногах только потому, что его объятия не давали ей упасть. — Ты не он, — слабым голосом произнесла девушка. — Нет. Не он, — подтвердил он. — Тогда зачем? — она все еще стояла, не находя в себе сил пошевелиться. — Я не знаю. «И от этого только хуже…» — подумала она, но, вопреки своим мыслям, она прижалась к нему еще сильнее, желая раствориться в его объятиях и боясь, что в любую секунду он мог исчезнуть словно наваждение. Ведь можно было хоть на секунду представить, что все могло быть иначе. Отрицать было глупо. Она не сможет уйти.

***

Следующие несколько дней он действительно сдерживал свое обещание и не попадался ей на глаза. Хотя в этом не было его большой заслуги, потому что девушка почти не выходила из своей комнаты. Однако добровольное заключение и самокопание ей вскоре надоело. — Я уже начал думать, что ты все-таки решила уйти, — услышала девушка знакомый голос, едва зайдя в библиотеку. Он сидел за столом напротив большого стеллажа и, подперев рукой голову, смотрел в раскрытую книгу. Она подошла ближе. — Я думала, ты обещал не попадаться мне на глаза… Он поднял сначала голову, а потом взгляд. — Мне уйти? Девушка смотрела на него пару секунд, прежде чем ответить. — Нет. Она прошлась вдоль стеллажа и, взяв с полки первую попавшуюся книгу, села напротив. Он снова погрузился в свою книгу, и ей не нужно было уметь читать, чтобы понимать, что и эта была такой же старинной. Для вида она тоже раскрыла свою книгу, но сама тайком разглядывала мужчину напротив. Даже несмотря на то что сейчас он выглядел гораздо лучше, чем в момент их первой встречи, девушка все равно не могла отделаться от мысли, что она невольно продолжает сравнивать его с более старшей версией себя. Сколько же лет ему было, когда по жестокой воле его господина ему отняли память? Если верить временному божеству и его тело вернулось вместе со старыми воспоминаниями, значит для того, кто сейчас сидел напротив, не существовало всех тех лет многовекового одиночества. Не было того сурового, невыполнимого задания и последующего за предсказуемым провалом безжалостного наказания. Эта мысль все же согревала ей сердце, даже несмотря на то что и ее больше не было в его жизни. Он поднял на нее глаза и слегка улыбнулся. — Ты хочешь что-то спросить? Девушка выпрямилась на стуле. — С чего ты взял? — Ну ты так пристально на меня смотрела. Я ошибся? — Сколько тебе лет? — само собой вдруг вырвалось у девушки. Он бросил на нее удивленный взгляд. — Это я сейчас и пытаюсь выяснить, — сказал он задумчиво, взглядом указывая на книгу, — я уже понял, что от адептов тут мало что можно добиться. Девушка только усмехнулась. — Я тут недавно и почти не видел внешнего мира, но мне кажется, что он сильно стал отличаться от того, что я помню… — спокойно продолжал он, а потом вдруг улыбнулся хитрой улыбкой. — А с чего это вдруг тебя заинтересовала моя персона? Она старательно сделала вид, что вопроса не услышала. — Знаешь, ты бы мне очень помогла… — Нет! Он тяжело вздохнул, но, кажется, был готов к такому ответу. — Я же даже задать вопрос не успел… — Если вопрос был о, как ты выразился, «внешнем мире», то тут я тебе не помощник. — Почему? — И во всю свою историю я тебя не собираюсь посвящать, — добавила девушка. Он пару секунд смотрел на нее, а потом растерянно пожал плечами и опустил взгляд обратно в книгу. — Тебя интересует кулинария? — удивленно произносит он спустя какое-то время, заглядывая к ней через стол. Девушка сначала смущенно вглядывается в буквы, а затем с совершенно невозмутимым видом поднимает на него глаза. — Да, — почти с вызовом говорит она. — И что в этом странного? Он выпрямился, и по выражению его лица было видно, что он изо всех сил пытается скрыть улыбку. — Нет, ничего. — Я не умею читать, — равнодушно ответила она, перелистывая страницу. Уже не было никакого смысла делать из этого тайну. Такое внезапное признание возвело нужный эффект и привело мужчину в некоторое замешательство. — Оу… ну… это все объясняет. — Что это объясняет? — раздраженно спросила она, глядя ему в глаза. — Хотя бы твой странный выбор книг для чтения, — ответил он, ничуть не смутившись. — Прости, конечно, но ты не похожа на ту, кого интересует приготовление пищи. — Спасибо за комплимент! — саркастично улыбнулась девушка. Он тяжело вздохнул. — Разговаривать с тобой — словно ходить по минному полю. — Тогда зачем ты со мной разговариваешь? — Ну ты сама ко мне подсела. И потому, что… — он задумался. — Наверное, потому, что тебе это нужно. — Какая самоотверженность! — язвительно заметила она. — Но в жалости я не нуждаюсь! — девушка фыркнула, демонстративно захлопывая книгу. — Что с твоей рукой? — серьезно спросил он, только сейчас замечая бинты на ее руке. — Ничего смертельного! — девушка поспешила спрятать руку под стол. — Готов поспорить, что ты не обращалась к лекарю. — Нет. Я же сказала, что это ерунда. — Я просто хотел сказать, что могу помочь и ничего более, — спокойно произнес он, выдержав ее раздраженный взгляд. — Ты умеешь лечить? — девушка удивленно изогнула бровь. — Умею. А почему тебя это так удивляет? Девушка замерла и пару раз моргнула. Он понял, что сболтнул лишнего, когда она поспешно отвела взгляд. — Прости, я не подумал, — понимающе произнес он. — Можно я все же посмотрю? Она колебалась несколько секунд, а потом все же протянула ему руку. Рука действительно болела. — На самом деле, лечение — один из простейших разделов магии, — произнес он пытаясь, совладать с бинтом на ее руке. — Гораздо проще зачарования или, тем более, преобразования. Чтобы исцелить, нужно всего лишь вернуть поврежденный организм в его первоначальное состояние, главное, чтобы этот организм еще подавал признаки жизни, иначе пришлось бы подключать другую сферу магического порядка. Он улыбнулся и поднял на нее глаза, но встретился с ее скучающим взглядом. — Но, по правде говоря, опыта в лечении у меня не так много… — продолжил он, и заметив резкое изменение в ее лице, поспешил заверить: — Но как я говорил, это одно из простейших заклинаний. — А тебе не кажется, что тебе стоило сказать об этом в первую очередь? — Она всерьез подумывала убрать уже свою руку, но с бинтом уже было покончено. — Ну тогда бы ты не согласилась… — В том и смысл. Незначительный, на первый взгляд, порез сейчас выглядел более устрашающим, чем девушка думала. Кровь на ране запеклась и казалась совсем черной, а кожа вокруг воспалилась и покраснела. — …И из-за своего упрямства умерла бы от заражения крови, — продолжил он будничным тоном как ни в чем не бывало. Она ничего не стала ему отвечать, а только закусила губу. Он озадаченно осмотрел рану, все еще держа ее за запястье. — Может быть немного больно, — он осторожно, сначала едва касаясь, провел большим пальцем по ее ране, постепенно усиливая нажим. От его прикосновений к больному месту было неприятно: кожу под его пальцами щипало и жгло, но она молча стискивала зубы, ведь ей совсем не хотелось показывать свою слабость перед ним. На мгновение он замер, но тут же пришел в себя, накрывая ее руку своей. — А теперь магия! — произнес он, улыбаясь, а затем, сказав что-то на незнакомом девушке языке, поднял накрывающую ее ладонь руку, другой продолжая держать за ее за запястье. Девушка не могла отвести взгляд от того, как медленно затягивается ее больная рана, как сходит запекшаяся кровь и уходит краснота. Через несколько секунд от напоминания о порезе остался только тоненький белый шрам. Девушка пошевелила пальцами, освобождая свое запястье из его хватки, и непроизвольно улыбнулась. — Спасибо. Мужчина напротив выглядел почему-то слегка уставшим, но довольным.

***

Она стояла, опершись руками на перила, и смотрела на открывающийся внизу вид. С такой высоты земля казалась слегка подернутой дымкой, но от открывающегося простора захватывало дух. На верхнем ярусе всегда было ветрено, и это еще больше придавало невесомое ощущение свободы. Перед ней лежал целый огромный мир, она могла бы отправиться, куда пожелает, но все еще оставалась здесь. Она больше не возвращалась в библиотеку. Постепенно она начала понимать, что все это время просто пыталась заглушить, притупить свое израненное нутро, не чувствовать одиночества, найти ему замену. Кто мог осуждать ее за это? В конце концов, этот человек был не самым плохим выбором. Но все же ей не хотелось подпускать его ближе, и ее пугали те ощутимые трещины, что с такой легкостью появлялись в ее выстроенном барьере. — Я думал, что ты опять решила сбежать, — послышался знакомый голос сзади. Она не стала оборачиваться и закрыла глаза, подставляя лицо ветру. По звуку шагов она услышала, как он подошел к перилам в паре метров от нее. — А ты что, искал меня? — она наконец открыла глаза и бросила на него взгляд. — Не то чтобы искал… — Библиотека на пару уровней ниже, если ты вдруг заблудился. — Я знаю, — просто ответил он. Ее удивляло то, как он мирился с ее недружелюбной манерой общения, хотя у него не было для этого никаких причин. — Ты все-таки хочешь уйти, — скорее утверждает, чем спрашивает он спустя какое то время. — С чего ты это решил? — Ты не похожа на человека, который прощается перед уходом. Девушка усмехнулась. — Ты плохо меня знаешь. — Правда? — он повернулся к ней и на мгновение задумался. — Тебя крайне раздражает мое присутствие, ты не умеешь читать, и готов поспорить, что и готовить тоже, ты слишком беспечна к своему здоровью и невероятно упряма. Девушка улыбнулась. — И ты думаешь, этого достаточно, чтобы считать, что хорошо знаешь человека? — усмехнулась она, скрещивая руки на груди. — А еще ты, — его голос стал звучать теплее, — очень непредсказуемая. В тебе сочетается так много граней, что я не уверен, что успел увидеть их все. Ты своенравная, целеустремленная и непокорная, но в то же время справедливая и милосердная. Поэтому, надеюсь, ты позволишь продолжать звать тебя принцессой? Она замерла. Сердце, что замерло на пару секунд, теперь отчаянно старалось наверстать упущенное, а ее губы скривились в улыбке. — Ты меня пугаешь, — растерянно улыбнулся он. — Я думала, что потеряла тебя, — с трудом выдавила из себя девушка, все еще не находя в себе силы выйти из оцепенения. — Почему? — Почему память вернулась? Думаю, дело в тебе. В твоей крови. — В моей? — едва держа себя в руках, произнесла девушка. — Ты ведь заключила сделку с демоном, ты забыла? — он улыбнулся. До нее не сразу дошел смысл сказанных им слов, но спустя мгновение она рассмеялась и на ее глазах выступили слезы. — Так просто? Если бы я знала, что все окажется так просто, я бы… я бы… — огромный ком в горле мешал ей говорить. Она до боли впилась одной рукой в другую, ей хотелось доказательств того, что все происходит на самом деле. До этого она не осознавала, насколько сильно она скучала по нему. — Прости, что не сказал сразу, мне нужно было о многом подумать. — Это правда ты? — перебила она его, подойдя ближе. — Я, — коротко ответил он. Девушка медленно уткнулась лицом в его плечо, но обнять его она не смела. Слезы подбирались все ближе к горлу, и она, не в силах их больше сдерживать, зарыдала. Сложно было представить зрелище более странное, чем то, как холодная язвительная девушка в одно мгновение вдруг сделалась уязвимой маленькой девочкой. В это время все, что он мог сделать, это растерянно стоять в ступоре. — Прости меня! — вдруг произнесла она сквозь слезы. — Я виновата перед тобой! Я так боялась, что никогда не смогу попросить у тебя прощения! Я не хотела… Я не думала, что все получится вот так… Я не… — Эй! Ты чего? — взяв ее за плечи, он отстранил ее от себя, но ее голова все еще была опущена. — Я не должна была настаивать. Не должна была… — Но я благодарен тебе, — его руки все еще оставались на ее плечах, и она подняла на него глаза. — Без тебя я бы вряд ли смог решиться на это. Да и ведь все закончилось хорошо. Разве не это главное? Его ласковый голос уводил землю из-под ног. — В следующий раз, — вытирая слезы, произнесла девушка, — держи опасные магические артефакты от меня подальше, — она наконец искренне улыбнулась, а он тихо рассмеялся. — Как скажешь, Шаризад. Внутри нее сейчас словно расцветал сад, и она, не сдержавшись, рассмеялась. — Я так боялась больше никогда не услышать этого глупого прозвища. — Знаешь, принцесса… — его голос вдруг зазвучал иначе и с какой-то необыкновенной теплотой. — Если бы… мне кто-нибудь когда-нибудь сказал, что однажды ты будешь плакать по мне, — клянусь, я бы ни за что ему не поверил. Девушка замерла, и ей от его изменившегося тона вдруг стало не по себе. — Все то время, что я находился рядом, в моей голове вертелось много слов, произнести которые я не должен был. Их было так много, но значили они всегда одно и то же. Сейчас же все они, как назло, вылетели у меня из головы, — он замолчал, смотря на то, как по небу лениво проплывали облака. — О чем ты? — осторожно спросила она. — Я люблю тебя, — сказал он спокойно, обернувшись. Девушке понадобилась пара мгновений, чтобы понять услышанное. От неожиданности она даже забыла, как дышать. Это было последнее, что она ждала сейчас услышать от него. — Благодаря тебе, я наконец могу сказать это, глядя тебе в глаза, — продолжил он невозмутимо. Сердце стучало так, словно в груди ему стало тесно, а ее лицо залилось краской. — Что? Что ты… — только сумела выдавить она из себя. — Не говори ничего, — успокаивающе произнес, заметив растерянность на ее лице. — Я не хочу сейчас услышать от тебя ни один ответ, ведь ни один твой ответ сейчас не будет правдой. У меня было достаточно времени, чтобы разобраться в моих чувствах. Ответишь мне, когда ты разберешься в своих. И я приму от тебя любой ответ. — Хорошо, — улыбнулась она ему. Хотя в глубине души свой ответ она уже знала.