Таинственный парень Гермионы

Сборы и инструктаж были недолгими. Гарри повесил на спину Кикимера небольшой мешок с флаконами и пузырьками зелий, перочинным ножиком и несколькими волшебными палочками. Сам же принял парочку антидотов от ядов и проклятий, поставил на часах таймер и немного размял тело. По долгу службы Гарри неоднократно пользовался Оборотным зельем и временно менял образ, чтобы отправиться на дело, поэтому сейчас для него не произошло ничего необычного. Разве что пришлось сменить одежду и привыкнуть к тому, что его тело не такое крепкое: плечи намного уже, руки двигаются не так проворно, как собственные, а про лицо можно и не говорить. Взглянув в зеркале на свои светлые волосы и серые глаза, Гарри лишь покачал головой и попробовал произнести несколько фраз, чтобы привыкнуть к новому голосу. — Кикимер, сделайся невидимым и возьми меня за руку, — собравшись, приказал он, и домовик тотчас исчез из поля зрения. Гарри трансгрессировал с крыльца дома к Министерству, а там воспользовался служебным входом и отправился к лифту. Следом за ним поспешили ещё несколько человек, за ними кинулась ещё парочка, и кабинка, как и обычно, заполнилась битком. — Саммерс?! Ты… разве не на задании должен быть? Обратившийся смотрел на него в упор, и Гарри наконец понял, как звали убитого им на кухне невыразимца. — Пришёл доложить о результатах, — повернув голову, невозмутимо ответил он голосом Саммерса и достал из кармана свои очки с круглыми стёклами. Судя по тому, как округлились глаза коллеги-невыразимца, тот догадался, что Саммерс одолел поддельного Поттера и замолчал, боясь привлечь к ним внимание других сотрудников. Гарри вернул очки в карман и остался неподвижно на месте. Чем ниже они опускались, тем больше людей покидало лифт. Коллега-невыразимец хмурился, и Гарри нутром чувствовал, что тот ему не поверил и заподозрил неладное. Он выпустил из своих пальцев ладонь невидимого Кикимера, стоявшего от него сбоку, и потянулся к волшебной палочке. Как только двери лифта закрылись после восьмого уровня и они остались одни, Гарри и невыразимец одновременно взмахнули волшебными палочками. Два заклятия с хлопком разбились друг об друга, и лифт поехал дальше. Ещё два заклятия успели столкнуться в нём, и тут невыразимец внезапно взмыл к потолку и упал, ударившись лицом об пол. — Никто не имеет права обижать хозяина, — мрачно сказал Кикимер. — Спасибо, — бросил Гарри и взмахнул волшебной палочкой, не дав дверям лифта открыться. За считаные секунды он оглушил невыразимца и выдрал из его головы несколько тёмных волосков. Затем незнакомец был оттащен к стене, Гарри наложил на него дезиллюминационное заклинание, закинул несколько волосков в фляжку с Оборотным зельем и снова сменил образ. Через какие-то секунды он вышел из лифта вместе с невидимым Кикимером и столкнулся лицом к лицу с ещё какими-то коллегами. — Тейлор? Уже закончили? — спросил один из них. — Так точно, — не растерявшись, ответил Гарри и мысленно себе отметил, что теперь он не Саммерс, а Тейлор. Коллега кивнул и зашёл вместе с другими в лифт. Совсем немного и они обязательно натолкнутся на невидимого невыразимца, лежащего у стены. Гарри глянул по сторонам, и как только лифт двинулся с нижнего уровня выше, взмахнул волшебной палочкой. Послышался скрежет, от которого мурашки пробежались по коже. Лифт рванул к верху, затем от ещё одного взмаха волшебной палочкой принялся тормозить так резко, что посыпались искры, и в итоге он застрял где-то между уровнями. Пока восстановят и поймут, в чём дело, пройдёт не меньше получаса, а то и больше. — Что за шум? В чём дело? — поспешили к Гарри другие невыразимцы. — Лифт опять сломался, — буднично ответил он, глянув вверх. — Поганые мракоборцы! — не сдержался один из невыразимцев. — Задолбали использовать Депульсо для ускорения! Что у них там, горит, что ли, вечно?! Я не пойду опять после них чинить, пусть хоть сам министр приходит просить! — А я говорил, давно им надо запретить пользоваться лифтом, пусть вон по лестнице бегают, им полезно, — согласился с ним другой невыразимец. — Кто им вообще разрешил ездить со всеми? — И не говори, неотёсанные, как обезьяны, откуда их только таких берут? — поддержал компанию Гарри и развернулся к коридору, откуда попал в просторный круглый зал. Рука невидимого домовика взяла его за ладонь и потянула за собой к нужной двери. Гарри вышел в ещё один коридор и, ведомый Кикимером двинулся по нему, невозмутимо глядя перед собой. Какие-то невыразимцы с важным видом проходили мимо. Кто-то ему кивал, и он тоже слегка наклонял подбородок. Кикимер привёл его к двери начальника Гермионы, и та открылась раньше, чем он успел постучать. — Тейлор? А по какому-то вопросу вы к нам? — удивлённо спросил показавшийся незнакомец. — У меня срочное послание к мистеру Фостеру, мне сказали, он у вас, — голосом Тейлора ответил Гарри. — Мистер Фостер сейчас на объекте, можете передать послание мне. — Прошу простить, мне велено передать ему лично. Могу я проследовать на объект? Брови незнакомца поползли выше, и Гарри понял, что сморозил непозволительную глупость. К его досаде, в коридоре то и дело ходили какие-то люди, и о нападении помыслить было невозможно. Незнакомец едва успел открыть рот, как Гарри схватился за волшебную палочку и крепко сжал её в пальцах. — Империо! — грозно прошептал он, и брови незнакомца медленно опустились, а на настороженном лице возникла улыбка. — Скажи мне, где мистер Фостер? — В комнате «Г», второй час кого-то ждёт. — Прекрасно, а теперь иди в туалет наверху и запрись в кабинке. Через два часа выйдешь и скажешь первому, кого встретишь, что на тебя наложили Империус. Незнакомец кивнул и двинулся по коридору. — Кикимер, где комната «Г»? — тихо спросил Гарри. Невидимый домовик снова взял его за руку и повёл за собой. Они прошли сквозь узкий полутёмный коридор, зашли в зал, где на каждой стене висело такое количество зеркал, что у Гарри немного закружилась голова от количества людей, искажённых в них. Прошли сквозь ещё один коридор, где повсюду горели то ли лампочки, то ли подобие звёзд — свет был такой яркий, что Гарри невольно зажмурился, и Кикимер торопливо увёл его за дверь. После ещё одного коридора они свернули налево, в другой коридор, где наконец остановились у одной неприметной двери со странными светлыми символами, начерченными поверх неё. — Нехорошая комната, хозяин. Кикимер не может её открыть и использовать свою магию, чтобы видеть, — тихо сказал домовик. — Держись за мной и достань тот маленький красный пузырёк из сумки, — приказал Гарри. Осмотревшись, он воспользовался невербальными чарами обнаружения, но те, к его удивлению, не выявили в комнате ни одной ауры. Гарри попробовал открыть дверь при помощи Алохоморы, но она не поддалась. Выбивать её грубой силой тоже не следовало, хотя бы чтобы не привлекать к себе внимание. — Нехорошая комната, хозяин, — повторил Кикимер. — Я понял. Дай мне перочинный ножик. Как предмет, зачарованный под самые искусные замки и узлы, ножик, конечно же, справился с задачей, и дверь скрипнула. Гарри выставил палочку перед собой и шагнул в комнату. В ту же минуту вспышка алого света устремилась к нему, и, пригнувшись, он отскочил в сторону. Атакующий опять попробовал его оглушить, но Гарри оказался проворнее. Он отбил новую вспышку света от себя, и с его губ невольно сорвалось тихое восклицание. По центру комнаты находилась Гермиона. Лицо её ничего не выражало и больше походило на маску. Отбитое заклинание пролетело над её плечом и слегка задело пышные волосы, но она даже не вздрогнула и снова взмахнула палочкой. Гарри дважды увернулся от её атак, не желая их отбивать и ранить её, и воспользовался проверенным Экпеллиармусом. Как только палочка Гермионы оказалась в его руке, он поднялся на ноги, готовый её оглушить и привести в чувства, но тут его словно порывом ветра отбросило к дальней стене и верёвки, точно змеи, обвили его тело. — Наконец-то, а то я уж начал думать, что она перестала иметь хоть какую-то ценность, — раздался из ниоткуда голос. Послышался щелчок пальцев и на неприметной односпальной кровати, что стояла у стены, появился коренастый седовласый человек, обративший к нему взгляд тёмных глаз. — Мистер Поттер, надо полагать? Решили по старинке прорваться боем, раз другие методы не оправдали себя? — Мистер Фостер? — уточнил в свою очередь Гарри и поморщился: верёвки так крепко впились в его тело, что собственные руки заныли, прижатые к бокам. Оставалось надеяться, что невидимый Кикимер поблизости и скоро его выручит. — Он самый, — ответил старик и поднялся с кровати. — Вот мы наконец-то и встретились. И да, вы выбрали не самую лучшую личину, мой мальчик. — Я вам не мальчик, — огрызнулся Гарри и невольно окинул комнату взглядом: помимо жалкой кровати здесь имелся небольшой круглый стол, на котором стояла пустая железная миска с кружкой, полка с книгами на стене и пошарпанная дверь, вероятно, ведущая в уборную. — Ваши апартаменты? — Скорее ваши, — поправил его мистер Фостер, — вернее, той части вас, что нам удалось раздобыть. О, вот только не делайте такое удивлённое лицо, мистер Поттер, как будто не понимаете, о чём идёт речь. Брови Гарри, конечно же, были приподняты, но совершенно по другой причине. Не завидовал он своей копии, если она жила вот в этом… месте. Камеры Азкабана навевали куда меньшую тоску и печаль, чем эта убогая комната. Впрочем, долго над этим Гарри не думал. Его взгляд вернулся к Гермионе, застывшей на месте в ожидании приказа. — Отпустите её, — твёрдо произнёс он. — Хотите получить своего человека и ту часть меня, что я забрал, я их верну. Она тут ни при чём, дайте ей уйти. — Как же это не при чём? Очень даже при чём, — мягко возразил ему мистер Фостер и подошёл к Гермионе. — Вы разве не о ней думали, когда душу раскалывали? По-моему, только о ней одной... Он погладил её по волосам, как будто послушную собачонку, и Гарри весь сморщился от злости и отвращения. За такие вещи руку этому старику хотелось переломать, а лучше даже оторвать. — Знаете, что интересно? — продолжал себе тот. — Мы долго не могли понять, куда же делся осколок души, если ни один ценный предмет ни при вас, ни при ваших друзьях не имелся. Полтора года периодически отслеживали ваши успехи и всё тщетно. И тут чисто случайно произошло дерзкое нападение на вашу подругу... Припоминаете, да? Гарри помрачнел и промолчал. Разумеется, он помнил, как мчался к её дому и до ночи не отходил от неё. Потом ведь поругался из-за этого с Джинни, а Гермионе подарил зачарованный серебристый браслет, предварительно связав его со своими часами. — Мисс Грейнджер двоих опытных бойцов насмерть уложила. Скажете, на войне таких навыков набралась? Гарри промолчал ещё раз и косо глянул в сторону двери: может, Кикимер не только колдовать не может, но и не способен войти в эту комнату? Только бы оказалось, что он всего лишь ждёт подходящий момент, чтобы начать действовать! — Я ради интереса глянул на её оценки по предметам, — продолжал мистер Фостер. — Впечатляюще, конечно, но вот есть одно «Выше ожидаемого». Вы, думаю, знаете, в какой области? «Защита от тёмных искусств», — мог бы сказать Гарри, но промолчал. — Вижу, что знаете. А вот я не поленился и сделал запрос... Знаете, что мне ответили? Вот этого Гарри и не знал. Гермиона не имела привычки жаловаться ни ему, ни кому бы то ни было, а он не спрашивал её, что могло пойти не так. Мистер Фостер улыбнулся, похоже, довольный тем, что нашел, где его подловить. — Мне ответили, мистер Поттер, что оценка мисс Грейнджер не самая высокая, потому как её реакция в некоторых острых ситуациях даёт сбой. То есть прошло больше двух лет с войны, а она без всякой подготовки ловко вышла из-под удара и насмерть сразила нападавших, а тут ещё и сразу появились вы… Признаться, мне пришла в голову совершенно нелепая мысль… но я привык всё проверять и проверил и её. Гарри вдруг тоже пришла в голову «эта мысль», и он невольно сглотнул. — Да-да, мой дорогой, — отойдя от неподвижной Гермионы, продолжил старик. — Это вы наделили мисс Грейнджер недостающими умениями. Вы так отчаянно желали жестоко убить всех, кто испортил вам жизнь, что сами назначили свою подругу самым ценным сосудом для части вашей души. И да, она здесь очень даже при чём. Как только мы поняли, что она из себя представляет, мы сразу же сделали ей предложение работать у нас. Или вы думали мы пригласили такую соплячку, рассмотрев в ней талант? К чему же это? К заучиванию материала из книг или пустым дебатам в борьбе за права домовых эльфов? Знаете… В дверь постучали особым образом, выдержав паузу, и мистеру Фостеру пришлось прерваться. — Прошу прощения, сэр, но… Заглянувший застыл, взглянув на Гарри. Это был тот самый Тейлор, чей образ он использовал, прежде чем оглушить и бросить в лифте. — Мы уже во всём разобрались, мой дорогой, — заверил его мистер Фостер. — Можете не тратить время на объяснения. — Но… может, вам принести гоблинской воды, чтобы снять эффект Оборотного зелья, сэр? — услужливо спросил тот. — Не нужно, мы уже никуда не торопимся. Знаете что, принесите мне лучше тот железный ошейник, который Гертворт брал починить, наш гость больно буйный и, как мне известно, выработал иммунитет к чарам подчинения. — Да, сэр, сейчас сделаю, — заверил настоящий Тейлор и скрылся за дверью. Гарри почувствовал, как на его руках встали дыбом волосы. И после этого Кингсли ему говорит не соваться в Отдел тайн? Да чем они вообще тут занимаются?! Держат людей в «нехороших» комнатах, как мышей в клетках? Надевают на них ошейники, чтобы были «послушными»? Заколдовывают и запугивают собственных сотрудников, чтобы помалкивали? Это точно уровень Министерства магии, а не подземелье, принадлежащее чудовищам в людском обличье? Когда мистер Фостер вернулся к Гермионе, грудь Гарри начала заполняться обжигающей желчью. Отдел тайн, который многие уважали за его «важные» дела, стал казаться ему рассадником страшной заразы. Сборищем нечистот, где сидели не люди, а крысы, способные загрызть друг друга. — Знаете, а ведь мы больше года убили, чтобы понять, как же безопасно извлечь из неё этот осколок, — продолжил мистер Фостер, — любое повреждение сосуда влекло за собой уничтожение части души, а нам крайне требовалось этого избежать. — И как? «Извлекли»? Довольны собой? — мрачно спросил Гарри, припоминая слова убитого им невыразимца: «Мы сделали из него полноценного человека». — И что же вам это дало? Клонирование раньше магглов решили запустить? Разбей душу — получи в подарок брата-близнеца? — Какой вы фантазёр, мой дорогой, не ожидал. Ваш осколок понадобился нам совершенно для другой цели. Впрочем, это уже не важно, я и так потратил на вас немало времени, когда мог бы… В дверь опять постучали особым образом и, получив разрешение, открыли. — Прошу прощения, сэр, но Гертворт до сих пор не починил ошейник, — доложился заглянувший в комнату Тейлор. — Какой вы, однако, везучий, мистер Поттер, — повернув к нему голову, заметил мистер Фостер. — А вот ваш предшественник долгое время лежал вон там, — он дёрнул подбородком в сторону кровати, — совсем больной и слабый, можно сказать, выжил чудом. Всё благодаря заботе мисс Грейнджер. У них ведь обнаружилась особая связь. Хотя чему удивляться, если вы и сами сразу примчались сюда, как только заподозрили неладное. Подозреваю, ваш предшественник унаследовал это особое отношение к ней от вас, разве что оказался куда глупее и сентиментальней. Видели бы вы его лицо, всякий раз когда она ему читала или рассказывала о чём-то… бедняжка всё-таки сразил её этими своими щенячьими глазками... Ещё полгодика не исполнилось, а уже надумал жениться на ней, если выживет. Возможно, этот рассказ о копии Гарри должен был его как-то задеть или вывести из себя, но Гарри и без того уже был зол, что не повёлся на это. — Что же мы будем делать, сэр? — влез в разговор Тейлор. — Как же… тот Поттер? — Лучше молись, — раньше мистера Фостера ядовито ответил Гарри, — потому что, когда я встану, ты у меня ляжешь и навсегда забудешь, как дышать. В отличие от напряжённого Тейлора, заметившего, что эффект Оборотного зелья начинает слабеть и голос известного ему героя обретает характерные нотки, мистер Фостер подошёл к Гермионе. — К нашему счастью, мистер Поттер сам облегчил нам задачу своим вмешательством. — Он приложил к её плечу ладонь, и Гермиона повернула к нему голову. — Мисс Грейнджер, вы знаете, где живёт мистер Поттер? Тот самый дом, сокрытый от глаз многих? — Да, сэр, — бесстрастно ответила она. — Тогда отправляйтесь туда. Думается мне, там вы найдёте нашего потеряшку. Если он жив, убейте его, а затем себя. Если же он уже мёртв, убейте себя, вот вам прощальное письмо. Идите, моя дорогая, не теряйте времени. — Не-е-е-е-ет! — закричал Гарри, уперевшись спиной в стену и попробовал приподняться. — Гермиона, не слушай! Гермиона, ты сильнее, сбрось с себя!.. Тейлор взмахом волшебной палочки швырнул его обратно на пол, а Гермиона всё с тем же каменным лицом двинулась к двери.