страйкоВЫЕБУДНИ

Брок тяжело опустился на лавку в раздевалке и закрыл глаза. Ноябрь выдался в этом году поразительно паршивым. Всё валилось из рук, миссии сыпались на голову как из ёбаного рога изобилия, а Фьюри словно специально сваливал самое дерьмо на подразделение «Альфа». Ведь больше бойцов в ЩИТе нет! Только Брок и его ребята! Ну и хрен бы с ним, на самом деле. Всякое бывает, и ПМС у начальства тоже, но Броку иногда начинало казаться, что Фьюри обиделся и теперь мстит, пытаясь указать зарвавшемуся командиру Альфы, что над начальством стебаться себе дороже. И ведь Брок не виноват! Ну, почти не виноват! Ну, разве только самую чуточку! А нахрен было записывать в комитет, ответственный за Хэллоуинскую вечеринку в этом году? Раньше же как-то справлялись без его идиотского чувства юмора. Поначалу Брок даже не особенно возражал. От него не требовали такого уж деятельного участия. Всего-то и нужно было забрать заказанные костюмы и алкоголь, да организовать бойцов для того, чтобы фойе, коридоры и кафетерий были украшены вовремя и в соответствии с тематикой вечеринки. По крайней мере, именно эти обязанности приписали Броку. Но тут выяснилось, что темы-то нет. Совсем никакой. Прям абсолютно. А ведь нужно придумать, да такую, чтобы точно не задеть чьи-нибудь чувства, не ущемить права, не наступить на больную мозоль очередного меньшинства. — Только судебного иска из-за вечеринки нам не хватало, — со вздохом протянула Хилл и откинулась на спинку крутящегося стула. — Есть хоть какие-нибудь идеи? Я открыта для любых предложений! Она обвела собравшихся тяжёлым взглядом. — Давайте, не стесняйтесь. — Пиратская? — первым подал голос Сокол, которому на роду было написано помалкивать. Но он все упрямо куда-то да лез. — Вроде же не было такой темы? — тут же подхватилась какая-то девица из статистики, видимо, тоже местная активистка, но обычно без права голоса. Она живо принялась рассуждать о том, как здорово можно украсить все помещения, и у неё даже есть на примете один поставщик, который может достать корабельный штурвал. Хилл криво усмехнулась и покачала головой. — Вечеринка с подобной тематикой у нас была на Новый год. И всё кончилось, — она грозно глянула в сторону Брока, — не очень хорошо. Вот тут Брок был не согласен. Он до сих пор хранил в своем сердце тёплые воспоминания о той тусовке. Даже не пожалел, что пришёл, хотя обычно забивал и уезжал на все рождественские выходные вместе с ребятами рыбачить на Великие озера. А в тот раз так совпало, что Роллинз оказался в госпитале со сложным переломом, а без него ехать уже никому не хотелось. Планы Брока изменились в последний момент, но это не помешало вездесущей Марии Хилл всучить ему новогодний колпак с бумажками, на которых мелким почерком Вдовы были выведены имена несчастных, решивших поучаствовать в увлекательном мероприятии под названием «Тайный Санта». Брок не особо любил всякий праздничный интерактив, но кто его спрашивал? Пришлось совать руку в колпак, шурудить там ладонью и тянуть бумажку. «Директор Фьюри». И отказаться или попытать удачу во второй раз Броку не позволили. Пришлось смириться с собственной участью и начать думать над подарком. При том его сразу предупредили, что какие-нибудь банальности типа сигар или бутылки рома засчитываться не будут, а потому следует отнестись к заданию с должными уважением и расторопностью. Проблема была в том, что Брок Фьюри не уважал. От слов совсем и совершенно. Он скорее испытывал к директору ЩИТа нечто, напоминающее прилично разбавленное безразличием презрение. Не нравились Броку те, для кого люди были лишь расходным материалом и допустимыми жертвами. Тем самым процентом, погрешностью. И Фьюри доказал, что доверять ему собственную жизнь не стоит. Всякое, конечно, могло случиться, работа в ЩИТе очень нервная и неоднозначная. Но Брок не стремился в скором времени примерить сначала мешок для трупов, а потом, если повезёт, то и гроб поприличнее. А Фьюри любил разменивать агентов. Броку часто везло на наёбщиков, но именно Фьюри в итоге ответил за всех, кто когда-либо командира бесил. К выбору подарка Брок подошёл с выдумкой и своеобразным чувством юмора, тем более директора ЩИТа жалко не было совершенно. Заслужил, зараза такая. В итоге под «ёлочкой» Фьюри ждали клетка с попугаем и деревянная нога с набором для её полировки. Брок собой однозначно гордился, да и народ заценил. Равнодушных в зале не было. Кто-то откровенно ржал в голос, кто-то перешёптывался и пытался заснять всё происходящее на телефон. Были и те, кто шутки не понял. А ещё сам одариваемый… Брок не представлял, что даже одним глазом можно смотреть так проникновенно, что чуть ли не до нутра пробирало. Но Санта на то и тайный, что поблагодарить за подарок по сути нельзя. Брок не сомневался, что потом по камерам его вычислили, но после драки кулаками махать было уже как минимум глупо. — Значит, нужно думать, — подал голос Коулсон, оторвавшись ненадолго от телефона. — Ну так давайте! — не выдержала Хилл, ударила ладонями по столу. — Побольше инициативы и креатива! Блесните индивидуальностью! — Ага, а потом получите выговор с занесением, — фыркнул Брок. — Знаем, проходили. — Давайте по мотивам диснеевских мультиков? — поднялся с места неизвестный Броку агент. — Русалочка, Золушка и всё такое. — О — оригинальность, — протянул Брок и откинулся на спинку своего стула, вытянув ноги в проход. В зале для брифингов, где и заседал праздничный комитет, повисла недобрая тишина. Все молчали. Брок чувствовал, что если снова не по делу откроет рот, то его примотают к стулу скотчем и отправят к Роджерсу в качестве манекена для отработки праздничной речи. — Р-рамлоу, — протянула Хилл. По ламинату грозно застучали каблуки её модных туфель. Хилл нависла над Броком, поставив колено на его бедро так, что ещё пара дюймов и можно начинать просить о пощаде. — Раз ты у нас тут самый оригинальный, то, может, проявишь гражданскую сознательность и предложишь свой вариант? — почти ласково пропела она. Обманываться не стоило. Многие считали Вдову самой опасной женщиной ЩИТа, не представляя насколько ошибаются. По сравнению с Марией Хилл Романова — всего лишь неуживчивая девочка с рыжими косичками. А вот правую руку директора Фьюри опасаться стоило всерьёз. Эта женщина никогда не забывала своих обидчиков. От неё прилетало каждому да так, что придраться было не к чему. Так что Брок решил с огнём не играть. — Смурфики, — выдал он и оскалился, глядя Хилл прямо в глаза. — Что? — не поняла та и переспросила: — Смурфики? Ты это серьёзно? — А почему нет? — фыркнул Брок. — Самая политкорректная тема из всех возможных. Все одинаковые и голубые. — А чего?.. Это даже интересно! — оживился Коулсон. Вид он при этом имел такой, будто бы прямо перед собой увидел Роджерса, всего обмазанного синей краской, в одних коротких белых штанишках. Тут Брок его фантазию очень даже одобрял. А вот Фьюри, видимо, не понравилось быть папой Смурфом.