Devilish

Он пялится. Не просто поглядывает, а прямо пялится, и Джисон не имеет ни малейшего понятия почему. Часовой урок растянулся будто бы на тысячу лет. Джисон расслабился, когда нашёл курсовую программу Минхо внутри его папки, и провел последний час в попытках отметить части, на которых Минхо стоит сделать упор. Вы, должно быть, думаете, что это очень легко, но как раз наоборот, потому что парень напротив будто не был способен делать что-то, кроме как крутить ручку в руках, бездумно мычать в согласие и пялиться прямо на Джисона. Румянец Джисона не ушёл с тех пор, как Минхо развернулся на стуле и понимание отразилось в его невозможно красивых чертах лица, — на самом деле Джисон думает, что все становится ещё хуже. Джисон заставляет себя не смотреть на него, не уделять ему то внимание, которого так желал Минхо. «Как это вообще может быть весело? Господи боже». Джисон водит своей ручкой по листу бумаги, вздыхает и начинает говорить снова. — Так, ну я думаю, мы должны начать с грамматики и потом идти дальше, а начать разбирать модели диалогов позже, — говорит он и не удивляется, когда Минхо просто промычал в ответ, зевнул, пробормотав: — Конечно, как скажешь. Джисон борется с желанием закричать, — он хочет вскочить со стула и приказать незаинтересованному парню начать хотя бы притворяться, что он слушает то, что Хан говорит. Джисон хочет открыть рот и начать говорить, чтобы спросить Минхо, что он сам хочет делать, потому как он не показывает и капли заинтересованности в занятии. Однако ему не удаётся, одна из организаторов встаёт и хлопает в ладоши, чем привлекает внимание всех в аудитории. — Время закончилось, вы можете быть свободны! — говорит она, и Джисон слишком заметно вздыхает с облегчением и захлопывает папку с материалом. Когда он снова поднимает взгляд, Минхо встаёт позади своего места, прижимает ладони к спинке стула и наклоняется к Джисону с ухмылкой, которая растягивается при виде младшего, резко дернувшегося назад. — Сможешь найти путь к остановке один, Джисон? — протягивает он, и брови Джисона сводятся друг к другу, пока он пытается отодвинуться от Минхо настолько, насколько может. — Да, все в порядке, — кратко и незаинтересованно отвечает младший. Минхо закатывает глаза. — Ты уверен? Мне кажется, ты слишком сильно отвлекался, пока шёл сюда. Джисона бесит то, как эти слова могут заставить жар подняться к его шее, и он быстро встаёт со стула, хватает рюкзак с пола и натягивает лямку на плечо. — Я в порядке, спасибо, — пыхтит он, и Минхо фыркает, смягчаясь. — Как скажешь. До следующей недели, Джисон, — Минхо подмигивает, и это точно не выбивает землю из-под ног Джисона, а потом поворачивается и исчезает. Хан стоит в чистом шоке, и студенты в помещении начинают расходиться, но один из них подходит к парню сбоку и выдергивает его из ступора. — Не переживай из-за Ли, он безнадёжен, — почти что рычит парень, выделяя слишком много злости. Джисон скрещивает руки на груди, пытаясь избавиться от румянца на щеках, и поворачивается к студенту лицом. — Серьёзно? Почему? — спрашивает Джисон, чья любознательность когда-нибудь сведёт его в могилу. — Я хожу с ним на английский. Все, чем он занимается, так это прогулами пар, курением в коридорах, раздражением учителей и привлечением к себе внимания… Мудак, — фыркает парень, перед тем как развернуться и выйти из помещения молча, оставляя Джисона вариться в своих мыслях. «Круто, просто супер, у него даже есть репутация». Он уже хочет выйти из комнаты, когда его пальцы касаются жёсткой ткани, — и конечно, Джисон смотрит вниз, замечает темно-серую джинсовую куртку Минхо, которая до сих пор висит на спинке стула Джисона. Каждая часть его души говорит «оставь её», просто уйди, как бы говоря «иди ты нахуй» ужасному поведению Минхо, — но он не может. Джисон вздыхает, пока стягивает её со спинки стула, складывает куртку на сгибе руки и направляется к выходу из аудитории, выключает весь свет, так как он остался один. Джисон вновь проходит через длинный коридор, затем по библиотеке с опущенной головой, чувствуя куртку незнакомца слишком тяжёлой на своей руке. Когда он выходит на улицу, Джисон не позволяет накручивать себя и идёт по пути, который кажется более-менее знакомым, надеясь, что он выведет его к автобусной остановке. Джисон вздыхает и достает телефон из кармана, отбросив нерешительность, быстро находит номер Минхо и нажимает на маленький значок сообщения.

Джисон:

Хэй, Минхо, это Джисон. Ты забыл свою куртку, я её подобрал и принесу на следующей неделе.

Джисон нажимает «отправить» и запихивает телефон обратно, поднимает глаза и замечает фары — да! Парень начинает бежать, когда его автобус останавливается, на ходу вытягивает проездной из заднего кармана штанов. Джисон заходит в автобус, немного улыбаясь и кивая водителю, пока прикладывает билет к счётчику, после чего шаркает по пустому салону и садится в самом конце. Парень вздыхает и расслабляет спину, его рюкзак скатывается к полу между ног, и Джисон впервые за два часа делает глубокий вдох. Джисон чувствует вибрацию телефона в кармане, стонет, когда ему приходится поднять задницу и достать гаджет. Он жмурится от яркого света экрана, пока его глаза приспосабливаются в почти полной темноте автобуса, который скрипит и выезжает с остановки. Уши Джисона снова начали краснеть, когда он увидел, что Минхо все-таки ответил ему. Минхо: Какой я глупый, спасибо Носи, если хочешь Телефон Джисона почти падает из рук, пока он снова и снова перечитывает последнюю часть сообщения, как будто он правда ждёт, пока слова изменятся в что-то более приемлемое, что можно было бы сказать незнакомцу, которого встретил всего час назад. Конечно, сообщение не меняется и его глаза ему не изменяют. Джисон отворачивается от телефона с глубоким шоком. «Чего, ради всего святого, он пытается добиться? Почему я вообще должен хотеть носить его одежду...» Тогда, как будто бы Минхо мог чувствовать смущение Джисона, его телефон снова завибрировал, оповещая о втором сообщении. Минхо: Ты покраснел? Лол, тебе кто-нибудь говорил, что ты очень часто это делаешь Джисон убирает телефон, натягивает капюшон на голову, фыркает и всеми силами пытается забыть то, что сейчас прочитал. «Кем он, блять, себя возомнил?» Джисон вырубается на оставшуюся дорогу до дома, заставляя себя пробормотать благодарность водителю, когда он приезжает к кампусу и выходит на тротуар. Джисон прижимает куртку Минхо к груди, пока быстро идёт по темноте и пытается держать глаза открытыми, чтобы идти по правильному пути. Вход в общежитие и лифт выглядят довольно просто. Он идёт до этажа, где живут студенты с его факультета и вокруг достаточно тихо, не считая текущей воды из общих душевых и приглушенной музыки через стены, пока Джисон проходит через одинаковые двери и наконец достигает собственной. Он поворачивает ручку двери и даже не удивляется, когда она оказывается открыта. Сынмин начал оставлять её открытой, когда он дома, около года назад, потому что узнал о привычке Джисона забывать или терять ключи. Джисон кидает рюкзак возле закрывающейся входной двери, снимает кеды и отталкивает их к стене перед тем, как протопать в спальню. Сынмин уже в кровати — его чёлка убрана за ободок — выглядывает из-за книги, когда Джисон входит в комнату. Ким сразу же замечает угрюмый вид на лице друга, кладёт книгу на колени и вздыхает. — Что, настолько плохо? — посмеивается он, и Джисон поднимает руку в известном «даже не спрашивай» жесте, пока вешает куртку Минхо на изголовье кровати гораздо бережнее, чем этот антихрист заслуживает. — Это… не твоя. Джисон фыркает, пока снимает свои штаны, бросает телефон на прикроватный столик и отправляет вещи в стирку, перед тем как забраться на кровать. — Спасибо, Шерлок, сам бы не догадался, — пыхтит он, поворачивается спиной к Сынмину, который смеётся в ответ. — Вау, значит, все очень плохо, — вздыхает парень, пока Джисон начинает надуваться, как воздушный шар. — Мой так называемый ученик не слушал ничего из того, что я говорил за все время, оставил свою тупую куртку специально, чтобы я её забрал, а потом из-за неё у него хватило наглости со мной флиртовать. Сынмин присвистнул, хихикая, пока Джисон почувствовал, как усталость легла на все его кости. — Эй, так может ты ему понравился! Все не так плох- — Или он использует меня как какую-то игрушку, как психопат. Сынмин продолжил смеяться, и Джисон позволил себе окунуться в забытье.

…

Оставшаяся неделя Джисона проходит в неизбежности следующей встречи в колледже, которая висит над ним грозовым облаком и высасывает счастливые моменты из его жизни — особенно куртка Минхо, которая служит зрительным напоминанием каждый раз, когда Джисон заходит в комнату. Конечно, он старается концентрироваться на лекциях, улыбается профессорам и активно участвует в обсуждениях, но каждый раз, когда он садится за свой стол, все, что может сделать Джисон, так это вытащить папку Минхо, пролистать её и придумать новые задания для улучшения понимания текста. Джисон исписывает кучу страниц, посвящённых структуре анализа прозы, даже не понимая этого, пока не проходят часы и Сынмин не спрашивает у него, идёт ли он ужинать. Он знает, что должен выкинуть листы, потому что Минхо только хочет поиграться с Джисоном и не хочет улучшать свои оценки, — но его сердце даже не позволяет попробовать. Так они оказались внутри рюкзака Джисона, напечатанные и скрепленные, пока он выходил из автобуса в следующий четверг. Парень поздно вышел с лекции этим вечером, поэтому в спешке схватил куртку Минхо, от которой он наконец избавится, но забыл свою. Поэтому ледяной ветер, что встречает Джисона в следующую секунду, как только он вышел из автобуса, пробирает до костей и ползет по рукам, которые слишком открыты в одной футболке. Это заставляет парня сорваться с места и бежать к библиотеке как можно быстрее. Он вздыхает с облегчением, как только здание появляется в поле зрения, но его облегчение сразу исчезает, когда из-за работающего кондиционера внутри еще холоднее, чем на улице. Джисон сдерживает желание захныкать, когда ещё одна волна мурашек ползет по коже. Джисон стоит и трясётся в приемной, пока записывает свое имя на листе посещений, а еще надеется, что в классе будет хотя бы немного теплее. Парень поворачивается на пятках и собирается побежать к лестнице, не привлекая внимания, но вздрагивает, когда почти со всей силы ударяется кому-то в грудь. — Ой! Мне очень жаль, — начинает он, но его извинения прерываются, когда незнакомец выдергивает куртку Минхо у него из рук. Джисон резко вздыхает и его глаза расширяются, в то время как человек без слов накидывает куртку на плечи парня и- «Да вы, должно быть, шутите». — Я же сказал, что ты можешь надеть её, или ты слепой, так ещё и глухой? — протягивает Минхо, касаясь руками плеч Джисона, пока младший застыл в чистом неверии. Джисон выдает бессвязную болтовню, состоящую из слова «нет», пока пытается стянуть куртку со своих плеч, но Минхо одергивает его, хватая запястье парня в свою широкую ладонь, и оставляет слишком огромную куртку висеть на узких плечах Хана. — Я сказал, надень её, блять, — шипит Минхо и отпускает запястья Джисона со вздохом, когда он наконец делает шаг назад. Хан снова лишается дара речи и молчит, пока приказ Минхо оседает у него в голове. «Вот опять, кем он себя считает? Крутит мной во все сторон-» — Ну все, давай разберёмся с этим побыстрее, — говорит старший, как будто совершенно не понимая, что мозг Джисона в стадии короткого замыкания, поворачивается и расслабленной походкой идёт к лестнице, снова рассчитывая, что парень пойдёт за ним, как потерявшийся щенок. «Красивый… Такой противный, но… Красивый». Джисон мысленно ругает себя за то, что допустил такую мысль о ходячей занозе в заднице — Ли Минхо. Парень фыркает, пока проталкивает руки в рукава куртки Минхо — убеждая себя, что он делает это для того, чтобы Минхо опять не закатил сцену — и идёт за ним с хмурым лицом. Минхо прячет руки в карманах чёрной толстовки, пока поднимается по лестнице и его ботинки издают слишком громкие скрипящие звуки, способные заставить Джисона съежиться. «Где его чёртовы манеры? Он вообще знает, что это такое?» Джисон почти догнал Минхо, когда они заходят в тот же кабинет, что и неделю назад. Парень повыше лениво машет куратору, обходит парту и движется к той в углу, которую он, видимо, заприметил. Джисон заставляет себя помахать девушке за стойкой, и она сочувствующе улыбается ему в ответ. Джисон — парень, который застрял с Ли Минхо. Когда Джисон подходит к парте, он уже видит, как Минхо удобно обустроился, вытянув свои ноги слишком близко к стулу младшего, и отсел как можно дальше, как и неделю назад, — что едва ли являлось хорошим знаком того, сколько внимания этот раздражающий парень планировал уделить учебе сегодня. Джисон наметил себе чёткий план, пока приближался к столу и решил, что он точно не даст Минхо ни одной возможности сделать из себя дурака, хотя он очень любит это делать, и сразу завалит его работой. «Не отвлекайся, сконцентрируйся». Он садится за парту, куртка Минхо душит его, и едва достает папку с заданиями, когда Минхо начинает говорить. — Сколько тебе лет, Джисон? Я вспомнил, что не спросил на прошлой неделе, — тянет он, и Джисон смотрит на него с тонко завуалированным опасением и ищет подвох в относительно обыкновенном вопросе. Джисон вздыхает, смиряясь со своей судьбой, когда не может найти ничего подозрительного. — Двадцать один, — отвечает он, коротко и ясно, пока открывает папку и достает первый лист с заданиями, не смотря на Минхо. Минхо фыркает в ответ, наклоняется, чтобы закрыть папку Джисона одной рукой, заставляя его посмотреть на вены, ползущие по рукам вверх, и на пару изношенных браслетов на запястье. «Это нечестно». — Мне двадцать два, больше, чем тебе… Думаю, поэтому ты должен относиться ко мне немного уважительнее. Джисон почувствовал, как его живот сжался. — Когда я неуважительно к тебе относился? — выпаливает он и ненавидит панику, которая появляется у него в голосе. Минхо снова наклоняется, приподнимает его подбородок пальцами, заставляя младшего поднять голову и посмотреть ему в глаза. — Ни разу, по крайней мере пока, — вздыхает он, и Джисон быстро отбрасывает его руку, проглатывая кашель, пока ужасный румянец расползается по шее. — Хватит… Хватит трогать меня, Боже, — хнычет Джисон, от чего Минхо пожимает плечами, смягчается и отстраняется. — Тебе не нравится, когда тебя трогают? — высокомерно спрашивает он. — Я тебя не знаю! — почти всхлипывает Джисон, смотря на Минхо с выражением чистого поражения. Старший улыбается, наклоняя голову так же, как и на прошлой неделе при первой встрече у автобусной остановки. — Ну же, я думал, что мы друзья, Сони. «Это… Слишком нечестно». Джисон не даёт фразе повиснуть в воздухе, не даёт Минхо возможность вновь растягивать слова. Он старается, чтобы изгиб губ старшего или его тупые руки не создавали фантазий у него в голове, поэтому он молча толкает лист с заданиями Минхо, делая вид, что даже не услышал произнесённой ранее фразы. — Я сделал для тебя несколько упражнений, они начинаются с лёгкого понимания смысла текста, затем идут сложнее на основные мысли, и как автор их сравнивает, о чем и будет твой следующий тест, — тараторит Джисон и чувствует, как Минхо проделывает у него дыру в голове с каждым произнесенным второпях словом, которое покидает покусанные губы, при этом не поднимая головы и стараясь не смотреть на парня, как будто он разносчик чумы. — Давай посмотрим, как много заданий мы сможем сделать вместе, и если ты справишься, то я дам тебе несколько упражнений на домашнюю работу, хорошо? — натянуто говорит Джисон, добавляя напускной уверенности в тон голоса, пока поднимает голову и протягивает ручку Минхо, который поднимает бровь, забирая ручку, будто бы удивляется, что Джисон не свернулся в комок от его пристального внимания. — Домашняя работа? — фыркает он, и Джисон ещё раз толкает рабочий лист по парте к парню. — Хорошо? Минхо? — ещё раз надавливает он, в его голосе хорошо слышна нетерпеливость, которая в очередной раз забавляет Минхо. — Без проблем, все-таки ты здесь ради этого. Вряд ли это победа, но Джисон предпочитает считать именно так.

…

Джисон даже не рассчитывал, что Минхо хотя бы посмотрит на домашнее задание, особенно когда на прошлом занятии у парня многое не получалось, даже когда Джисон помогал ему с каждым номером. Джисон узнал многое за последний час, который он был вынужден провести с Минхо, — он хмурится, когда чего-то не понимает и начинает приставать к Джисону или менять тему разговора, когда уже не хочет работать дальше. Учить его было тяжело, хотя для Джисона становилось понятно, что Минхо хотя бы пытается… И он не имел ни малейшего представления зачем. Парень списывает это на маленькую слабость по отношению к студенту и ожидает, что прежнее поведение старшего как полного мудака, вернётся в следующий четверг. Джисон даже не понял, что снова ушёл с предыдущего занятия в куртке Минхо, и колющее желание надеть её снова преследует всю следующую неделю — желание, которое поглощает его, когда Джисон бежит из своего общежития в следующий четверг, на их третью встречу. «Минхо все равно попросит её назад сегодня, на прошлой неделе он просто забыл». И Джисон чуть ли не роняет свой телефон, когда удивлённо садится за парту напротив Минхо и замечает выполненную домашнюю работу перед ним. Листы немного мятые, и в некоторых уголках есть пятна кофе, и что-то, что выглядит как пепел… Все задания выполнены неразборчивым почерком, но сделаны целиком. Его шок, видимо, проявился слишком сильно, отчего Минхо усмехнулся. — Ты удивлён, что я её сделал, как мило, — Джисон замечает, что Минхо начинает раздражаться и возможно даже смущается, когда толкает листы в его сторону. — Н-нет! Конечно нет… Правда, я рад, что ты её сделал, — пытается отрицать Джисон, качая головой, пока переворачивает работу, чтобы прочесть ответы старшего. — Без разницы, — стонет Минхо, скрещивая руки на груди и отворачиваясь от Джисона, раздражение чётко видно на его лице. Джисон замечает синяк на его челюсти и проглатывает порыв спросить, что случилось. «Не моё дело, не буду вмешиваться». Джисон смотрит на домашнюю работу перед ним, слегка наклоняясь, чтобы проверить ответы Минхо с такой концентрацией, с какой возможно при том, что задумчивый парень напротив раскинул свои длинные ноги по двум сторонам от стула Джисона, как будто бы пытался занять как можно больше места. Джисон тщательно просматривает каждую страницу и смотрит на Минхо, когда заканчивает проверку, замечая мягкий взгляд старшего и любопытство, направленные на него, которые быстро меняются на прежнее безразличие сразу, как только Джисон встретился с ним глазами. «Что он вообще делает?» — Минхо, все довольно хорошо, — говорит Джисон, и Минхо фыркает, пока скрещивает руки на груди, поднимает одну и смотрит на ногти. — Довольно хорошо для того, чтобы мне получить аттестацию? — тянет он, и Джисон качает головой в разочаровании. — Это правда твоя единственная цель? Ты не хочешь знать больш- Продолжение застревает в горле Джисона, когда выражение лица Минхо становится жёстче, и суженные глаза смотрят на него из-за косточек пальцев — которые, как заметил Джисон, тоже были побиты. — Я бы посоветовал тебе, блять, следить за собой, Джисон. «Скорее всего подрался… Пиздец». Джисон столкнулся с реальностью, которая до этого не была так ясна, именно в данный момент. Он знал, что Минхо был очень раздражающим, грубым и высокомерным, но он никогда не думал, что он может быть ещё и опасным. Джисон резко почувствовал себя очень тупым, за то, что не понял, что позволил себе расслабиться настолько сильно, пока не увидел синяки Минхо… Как будто он гордился ими, и они говорили о его стиле жизни. — П-прости, я больше не буду спрашивать. Давай просто поработаем, хорошо?

…

В следующую секунду, как только куратор объявляет конец занятий, Минхо вскакивает со стула. Джисон морщится, когда старший резко забирает домашнюю работу из его рук и уходит из помещения, не попрощавшись. «Я настолько его взбесил? Наверное, это к лучшему». Джисон медленно встаёт со стула, складывает вещи и неосознанно затягивает куртку Минхо вокруг себя. Он кивает куратору, когда проходит мимо, машет её помощнице, которая ставит парты на место, и исчезает из аудитории. Джисон погружается в свою гудящую головную боль, усталость догоняла его с каждым шагом. Это репетиторство эмоционально утомляло, особенно когда учишь взрослого ребёнка, так парень ещё и тонул в куче заданий и подготовок к работам из-за конца семестра в университете. Джисон пытается не думать о Минхо — о том, как он наблюдал за ним и ждал оценки, пока парень проверял домашнюю работу, не зная, что Джисон может его видеть. И о том, как быстро теплота во взгляде исчезла, когда Джисон спросил о, казалось бы, обычном вопросе насчет его целей. «Не трать свои силы на то, чтобы понять его, он того не стоит», — говорит себе Джисон, зевая, пока идёт по пустой территории в темноте. Джисон знает, что он должен остерегаться этих окрестностей, особенно в такое время, — и он вспоминает об этом, когда слышит низкий голос, стоя рядом с автобусной остановкой. — Йо! Красавчик! Джисон резко разворачивается, делая шаг назад, когда ищет человека с этим голосом. Вскоре Джисон замечает трех мужчин, стоящих ниже по улице. Один, облокотившись на фонарь, крутит в руках что-то, что похоже на карманный нож, и все трое держат зажжённые сигареты во рту — оранжевый огонь на конце хорошо виден в темноте улицы. Джисон пытается притвориться, что не слышал их, и быстро осматривается по сторонам, чтобы найти кого-нибудь поблизости, пока ужасный страх заставляет волосы встать дыбом. «Никого… Здесь никого нет». — Ты слишком далеко от дома, парень, почему бы тебе не подойти поближе? — говорит один из них почти пьяным голосом, — и Джисон видит, как они медленно волочатся в его сторону. Джисон издаёт скованный всхлип, делая несколько спотыкающихся шагов назад, так как ни автобуса, ни какой-либо подмоги не было. Он сует руки в глубокие карманы куртки Минхо в надежде найти хотя бы что-нибудь, чтобы попытаться защититься, пока трое огромных и ужасно страшных мужчин продолжают идти к нему, — Джисон понимает, что ему некуда бежать. — Ну, не пугайся, мы тебя не обидим, — посмеивается один, и Джисон начинает по-настоящему паниковать, его руки трясутся, пока он смотрит через плечо и мирится с мыслью, что его единственный вариант был бежать, даже если он не знает, куда и где прятаться. — Я скажу в последний раз, малыш, иди сюда. Джисон поворачивается из-за близости третьего голоса и из него вырывается вздох, когда он видит, что они всего в шаге от него. Мужчина тянется, чтобы схватить его, и притягивает за куртку Минхо, прижимая мозолистую руку ко рту, когда парень кричит. «Нет… Нет… Нет». Джисон зажмуривается, пока пытается сопротивляться и выбраться из хватки мужчины, пока остальные двое смеются. Джисон почти готов сдаться, сползти на пол и надеяться, что все закончится быстро — но этого не происходит, потому что слышится знакомый голос, появившийся из ниоткуда. — Вам, долбоебам, ни разу не говорили приставать к людям вашего размера? Джисон слышит хруст, и хватка на нем исчезает. Он спотыкается, отшатывается назад и натыкается на стенку автобусной остановки. Джисон тяжело дышит, и у него получается вовремя открыть слезящиеся глаза, чтобы увидеть, как Минхо пинает мужчину, который держал Джисона, настолько сильно, что тот скручивается на тротуаре. — Блять! Съебываем отсюда, — кричит один из них, и двое оставшихся разворачиваются и убегают, откуда пришли, без единого слова. Джисон в неверии смотрит, как Минхо наклоняется, хватает мужчину за грудки и дергает его наверх, несмотря на то, что тот был гораздо больше, чем Минхо. Он наклоняется к нему ближе с оскалом и ужасающим выражением лица и выплевывает кучу приглушенных и ядовитых слов. — Трое на одного, да? Теперь посмотри мне в глаза и скажи, ты считаешь это честным? А? — рявкает Минхо, и грабитель хнычет, как маленький ребёнок, качая головой. Минхо фыркает и толкает мужчину в ту сторону, куда убежали его друзья. — Тронешь его ещё раз, и я сломаю каждую кость в твоём жалком теле, понял? — прошипел Минхо, и мужчина усиленно закивал, пока кровь текла по его подбородку из носа, который парень, вероятно, сломал. «Эти ребята… Они точно боятся Минхо». У Джисона едва ли хватило времени собраться с силами, когда старший развернулся и двинулся к нему, — его уже поцарапанная рука приложена к груди, с тяжёлым дыханием, буквально, потому что приложил огромного мужика задницей к бетону из-за Джисона. Джисон чувствует, как слезы собираются в уголках глаз и стыд заполняет его целиком, когда он понимает, что Минхо только что его спас. — Для гения ты слишком безмозглый, Джисон! Ты, блять, тупой, или как? Что ты вообще делаешь здесь сам по себе? — рявкает Минхо, подходя к Джисону, буквально вибрируя от агрессии, источник которой Джисон не может определить. Младший машет головой, пока мямлит ответ, и говорит сам себе, что он не позволит Минхо увидеть, как он ломается. — Я-я просто ждал автобус, — запинается он, и Минхо только хмурится сильнее. — И я, блять, повторяю, почему ты здесь один? — Так ты и не предложил подождать меня! — взрывается Джисон, не зная откуда появилась возможность повысить голос, когда он едва ли может стоять от усталости, его затуманенный от слез взгляд и каждая часть тела от шока дрожит. Минхо отступает, выдыхает агрессию и делает шаг к Джисону. Джисон смотрит на него со слезами, текущими по щекам, пока Минхо осматривает его с ног до головы, но не так, как на занятиях, в его выражении было что-то нечитаемое, отчего у младшего закружилась голова. — Твою мать… Джисон, ты, блять, ранен? — выпаливает Минхо, и Джисону удаётся мотнуть головой, пока его губы дрожат. Минхо ему не верит и делает ещё шаг вперёд, загоняя Джисона в угол остановки, перед тем как начать говорить. — Ты должен сказать мне если ранен, они, блять… Трогали тебя? — Минхо выдвигает мысль, хотя даже идея об этом вызывает рвотный позыв, а забота в голосе слышна слишком хорошо, чтобы Джисон не заметил, и с его губ срывается всхлип. — Нет, сказал же, — хрипит Джисон, слегка отталкивая Минхо, пытаясь вздохнуть, что было почти невозможно, пока парень повыше стоял рядом с ним и давил на него своим странным беспокойством, которое только сильнее запутывало. Минхо ничего не говорит, и на двоих опускается тяжелая тишина, нарушаемая лишь всхлипами Джисона, пока он старается взять себя в руки. Минхо не уходит. Он уверенно стоит на месте, пока Джисон успокаивается и упирается головой в пластмассовую стену, вдыхает холодный воздух, пока дрожь в ногах не исчезает. Джисон слышит визг тормозов и заставляет глаза открыться, чтобы увидеть подъехавший автобус. Парень отходит от стены, немного шатаясь, перед тем как молча пройти к автобусу, пока его двери с шипением открываются. «Не смотри на него. Не-» — Джисон, — твердо говорит Минхо, и Джисон поворачивается к нему до того, как зайти в автобус. Минхо, который до сих пор не двинулся, смотрит прямо перед собой, как будто там до сих пор стоит младший. — На следующей неделе… Я пойду с тобой, ладно? — продолжает он, и это не вопрос, а утверждение, завуалированное под вопрос, которое заставляет неприятное тепло разлиться в груди Джисона. Джисон не отвечает, не зная, что вообще можно ответить, делает шаг и двери автобуса закрываются за ним.

…

Когда наступает следующий четверг, Джисон находится в состоянии сильного и непрекращающегося ужаса. Он едва ли спал с происшествия, а точнее вообще не спал всю неделю, загруженный еще большим количеством работы и преследуемый воспоминанием «спасибо, что спас мой зад», чего он, конечно же, не сказал Минхо. Все это стало еще хуже благодаря Хану, который решил не говорить Сынмину о произошедшем, прекрасно зная, что друг больше не даст парню вернуться в колледж. А Джисон слишком увяз в этом болоте, ему нужны баллы, и он не спустит из-за этого все свои старания в туалет. Поэтому сейчас он стоял перед библиотекой с руками в карманах куртки Минхо, которая постепенно начала врастать в него. Джисон не знает, как это произошло, но он начал носить ее везде и стал профессионалом в уклонении от постоянных вопросов Сынмина «почему?». Джисон был почти мертвым, невыспавшимся и каким-то тяжелым, но все равно заставил себя войти внутрь. Он подписался в бланке посещений и прошел к лестнице, каждый шаг становился более трудным, чем предыдущий, пока Джисон тащит себя наверх и по коридору, где, вероятно, уже сидит источник всех его проблем, с длинными ногами, напускным высокомерием и побитыми руками, которые спасли его жизнь. «Просто скажи спасибо и начни занятие, все что тебе нужно сделать… Больше ничего». Джисон входит в помещение и уже замечает Минхо, сидящего за их партой, повернувшись спиной к двери в темно-серой футболке, свисающей с широких плеч, крутит ручку между пальцами. Джисон хочет просто избавиться от всей накопившейся усталости и упасть замертво, но каким-то образом продолжает делать шаги, пока не достигает стола. Он держит голову опущенной, пока его рюкзак спадает на пол с глухим шлепком, но чувствует, как глаза Минхо следят за каждым его движением, как и всегда, пока младший садится на свой стул. Минхо ничего не говорит, и сердце Джисона опускается в пятки. «Просто скажи, просто скажи». — Минхо, я должен поблагодарить тебя за- — Я сделал твою блядскую домашку, вот, — перебивает его Минхо, игнорируя тяжелые слова парня напротив. Джисон поднимает взгляд со своей коленки и видит три выполненных листа домашней работы, лежащих на парте… С гораздо более аккуратным почерком, чем на прошлой неделе. Ресницы Джисона подергиваются, когда он поднимает голову и тяжело смотрит на Минхо, который сидит с прежним высокомерным и равнодушным выражением, как и всегда. — Ты можешь просто дать мне сказать спасибо за- — Ты собираешься ее проверить или нет? Я думаю, ты понял, что если бы я смог сделать это самостоятельно, меня бы, блять, здесь не было. — Минхо- Минхо нетерпеливо вздыхает, слишком громко и резко для такого тихого места, и люди за соседним столом развернулись, чтобы посмотреть, прежде чем неохотно вернуться к собственным делам. Джисон сглатывает, и Минхо откидывается на спинку стула, складывая руки на груди и явно избегая взгляда Джисона. — Просто… Забудь об этом, ладно? Любой бы поступил так же, просто, блять, забудь. Джисон сдается и кивает, смотря на бумаги перед ним со вздохом, понимая, что это наиболее близкий вариант «спасибо», который бы принял Минхо. Джисон почти прочитал ответы Минхо, которые сильно изменились с прошлой недели, и почти почувствовал стыд за то, что ему было приятно наблюдать старания старшего. Джисон старается контролировать моргание, чтобы не держать глаза закрытыми слишком долго, а его голова иногда наклоняется вперед и выходит из равновесия, пока парень пытается не заснуть. У него не получается, потому что Минхо фыркает на другой стороне крохотной парты. — Выглядишь дерьмово. Джисон сдерживается, чтобы не кинуть ручку ему в голову. — У меня почти началась сессионная неделя, и я… Не так много сплю, если тебе интересно, — бурчит Джисон, и Минхо цокает, записывая что-то в тетради. — Я не спрашивал почему, Сони, просто сказал, что выглядишь, как дерьмо. «Снова это блядское прозвище, Господи». Джисон вздыхает, тянется к рюкзаку, чтобы взять листы с заданиями, и протягивает их Минхо. — Спасибо за твое чудесное замечание, вот следующие, — стонет Джисон, стараясь не краснеть в какой-то сотый раз, когда снова встречается взглядом с Минхо, и это снова напоминает ему, какой он красивый, особенно вблизи. Минхо хмыкает в ответ, забирая задания у Джисона, и молча начинает их читать. Джисон делает жалкую попытку не считать Минхо, зажимающего ручку в зубах, привлекательным, и сам не замечает, когда его подбородок опускается на ладонь, а глаза медленно закрываются.

…

— …нец занятий! Джисон подпрыгивает, в замешательстве смотрит на яркий зал, вырванный из самого глубокого сна за всю неделю. Он слышит, как фыркает Минхо, и видит, как парень забирает свою толстовку с парты, которая была использована как подушка для головы Джисона; еще один непонятный акт доброты со стороны высокомерного Ли Минхо, вызывающий у младшего головную боль. «О Господи… Как долго я спал?» — Как хорошо, что я тебе не плачу за это дерьмо, да? Джисон становится красным, его голова поднимается, и он видит ухмыляющегося Минхо, явно наслаждавшегося выражением вины на его лице. «Он дал мне поспать, какого хрена?» — Минхо, мне так жаль, Господи Боже... — Не преувеличивай, веришь или нет, но я могу прочитать текст без твоей помощи. Джисон сдается, встает со вздохом, и Минхо делает то же самое. Младший делает пару шагов от парты, после чего понимает, что Минхо не следует за ним, и поворачивается с хмурым замешательством, видя его с удивленным выражением. — Без домашки? — спрашивает он, и Джисон почти смеется над тем, что такой грубиян, как Минхо, удивляется незаданному домашнему заданию. — Твоя контрольная в понедельник, так? Поэтому просто повторяй, не надо перенапрягаться, поверь мне, — мягко говорит Джисон, сражаясь с очередным приступом зевания, пока он сигнализирует Минхо идти за ним, что он незамедлительно делает. Они прошли уже половину пути до остановки, Минхо идет рядом с Джисоном, как и обещал на прошлой неделе, когда старший говорит: — Ты думаешь, я сдам? — спрашивает он, и Джисон поворачивается, чтобы медленно ему кивнуть. — Конечно, если будешь отвечать так же, как и на прошлых неделях, — хмыкает Джисон, наблюдая, как Минхо дергает руками и просовывает их в карманы, его нервозность видна издалека. «Красивый, красивый, красивый». — Ну и ладно, мне вообще все равно, — он пожимает плечами, облокачиваясь на витрину автобусной остановки, и отворачивается от Джисона, который машет головой из-за напускного безразличия старшего. Джисон фыркает, отходит приблизительно на три метра от парня, прежде чем сказать: — Тебе точно не все равно. Минхо скалится на его слова. — Мне нужно напомнить тебе не лезть не в свои дела? — Джисон знает, что должен послушаться его, но почему-то ему смешно, и это он сводит к недостатку сна. Минхо запускает руку в карман и достает помятую пачку сигарет, которая заставляет Джисона простонать и отвернуться, что замечает парень. — Что? Есть проблема, или ты так и будешь снова стоять пялиться? — тянет он, и Джисон слышит чирканье зажигалки, но держит себя в руках, чтобы не прочитать лекцию о вреде сигарет. — Никаких. — Ебучий умник, это просто сигарета. Джисон почти развернулся и кинул пару завуалированных оскорблений, но его спасением был приезд автобуса — спасением от нужды провести еще одну секунду с Минхо. Джисон вздыхает, пока идет к двери, замирает на первой ступеньке и поворачивается лицом к парню на остановке, выпускающему огромные клубы дыма. — Удачи… С тестом, — мягко говорит Джисон, и Минхо ухмыляется ему, опуская руку с сигаретой. — Не умри без моей помощи, — отвечает парень, отчего губы Джисона растягиваются в маленькую улыбку. — Очень смешно, просто… Напиши мне, если тебе будет нужна помощь с чем угодно, — заставляет сказать себя Джисон, от чего Минхо снова усмехается. — С чем угодно, Сони? Джисон чувствует прилив красноты к щекам, и его глаза расширяются, когда он поворачивается и заходит в салон автобуса. Он держит голову опущенной, пока садится на кресло, и не может не посмотреть в окно, где стоит Минхо, — как раз когда он снова выдыхает дым и поднимает брови, смотря на Джисона, и автобус отъезжает. «Боже, что он со мной делает?»

…

Почти в семь утра следующего четверга они вместе идут на первое занятие, и Джисон набирается смелости и рассказывает Сынмину… О своей маленькой влюбленности, каким-то образом появившейся к умному преступнику. Сынмин, как и предполагал Джисон, был не очень в восторге от этого. — Нет, ты не- — Да, я правда- — Нет, он тебе не нравится, Джисон, он просто высокий и аморальный, поэтому ты убеждаешь себя, что он тебе нравится, потому что знаешь, что встречаться ты с ним не будешь. Джисон захлопывает рот, не ожидая, что его лучший друг сделает полный разбор его влюбленности в самом начале дня. Он не обижается, правда нет, но его скрещенные руки и надутые губы говорят об обратном, пока они медленно идут по территории кампуса. Сынмин вздыхает, поворачиваясь, и смотрит на Джисона. — Джисони, ты знаешь, что ничего не выйдет? — говорит Сынмин, и его друг опускает голову, кивая. — Конечно, знаю, он курит, — выдыхает Джисон, отчего Сынмин посмеивается, пока обнимает парня одной рукой, заставляя его увеличить шаг. — Ты забудешь про него, обещаю! Это просто влечение, потому что он уделяет тебе больше внимания, чем ты бы когда-либо получил, от такого как он. — Боже, Сынмин, твои слова выставляют меня каким-то отчаявшимся. — Отчаяние — это побочный эффект двадцатиоднолетнего девственника, Джисон. Джисон издает громкий стон, отмахиваясь от парня с фуканьем, пока его лучший друг смеется. Парень продолжает обижаться, идя за Сынмином по кампусу, и пытается смириться со словами друга, сказанными с оскорблением, но с добрыми намерениями. Джисон точно знает, что Сынмин прав. «Минхо только этого и хочет… Он хочет, чтобы я влюбился в него, только чтобы потом разбить меня». Джисон машет головой, чтобы избавиться от ярких и ненужных картинок с Минхо — теплота в его взгляде, когда он смотрит, как Джисон проверяет его домашнюю работу, или яростное желание защитить его в ту волшебную ночь на автобусной остановке. Образы Минхо, которые слишком сильно отличались от него самого, как будто старший хотел убедить Джисона, что он такой на самом деле. «Что-то не сходится…» В любом случае, Джисон знает, что у него не хватит времени ждать, пока Минхо поймет, что придерживаться грубого образа постоянно слишком тяжело. И если он и правда такой на самом деле, и такие проблески чего-то совершенно иного не являются ничем более, как минутной слабостью, тогда Джисон не знает, сможет ли он это выдержать. Поэтому он кивает своим мыслям и обещает себе последовать совету Сынмина и переждать. «Не привязывайся к нему, он играет с тобой». Дни проходят; Джисон заканчивает предметную презентацию, которой он очень рад и старается думать о своей следующей работе, а не о Минхо, что становится трудно из-за отсутствия Сынмина рядом, как постоянного напоминания о данном совете. Мускусный запах, будто бы запах Минхо, который не исчезал с куртки, которую Джисон носил постоянно, теперь пробрался в его голову… Мускус и сигаретный дым. Через десять минут у Джисона закончится последняя лекция на сегодня, его ноги нервно трясутся, пока он хочет уйти все быстрее и быстрее, когда вибрация из кармана вырывает его из потока мыслей в голове. Парень вздыхает, достает телефон и сразу же проглатывает действительно унизительный возглас, который чешет ему горло при прочтении имени Минхо вверху экрана. «Твою мать». Он проводит трясущимися пальцами по экрану. Минхо: Привет, Сони, нам нужно поговорить, когда ты приедешь, ладно? Джисон чувствует тяжесть в животе, и каждый волос на его затылке встает дыбом — о чем он вообще говорит? Парень быстро набирает ответ.

Джисон:

Хорошо? Встретимся в библиотеке

Минхо: Неа, я встречу тебя с остановки

Джисон:

Все равно будет светло, не надо

Минхо: Просто подождешь, ладно? Джисон пытается не покраснеть при прочтении сообщения, но неудачно, потому что он чувствует тепло на кончиках ушей под горчичной шапкой на его голове.

Джисон:

Ладно, встретимся там

Минхо: Отлично, теперь продолжай усердно учиться Джисон борется с желанием ударить головой о парту.

…

Джисон похож на ходячий комок нервов на протяжении всей поездки на автобусе, перекидывая телефон из руки в руку больше раз, чем он признается, и трясет ногой, — чем заслуживает много направленных на него взглядов, один из которых от мужчины средних лет, сидящего напротив, как будто движения Джисона не могли дать ему сосредоточиться на его тупом кроссворде. Автобус едва остановился, и Джисон уже поднялся с места, засовывая руки в передний карман светло-голубой толстовки, которую он надел под куртку Минхо, но ему все равно холодно. Джисон поворачивает голову, чтобы выглянуть из окна, пока идет к выходу из автобуса, и его дыхание сбивается, когда он замечает Минхо. Парень тоже видит Джисона через затонированное окно и сразу бросает свою сигарету на асфальт, затаптывая своими черными ботинками. Джисон поднимает руку и машет ему, подходя к выходу, сразу же сожалея о сделанном, потому что на лице Минхо появилась маленькая улыбка. «Боже, пожалуйста, не улыбайся мне». Джисон выходит из автобуса и встречает Минхо гораздо ближе, чем планировал. Парень вскрикивает и в удивлении делает шаг назад, но не так быстро, потому что холодные пальцы Минхо обхватывают его запястье и тянут. Джисон почти падает, пока Минхо разворачивается и продолжает тянуть его в противоположное от библиотеки направление. Джисон хмурится затылку старшего, когда он наконец смог выровнять шаг и идти прямо, все еще чувствуя крепкую хватку Минхо на руке. — Минхо! Куда мы идем? — Просто подожди. — Отпусти, мне больно, — хнычет Джисон, и Минхо не отпускает, но заметно расслабляет ладонь, отчего опять в груди Джисона появляются странные и непонятные чувства. Он знает, что мог бы спокойно убрать свою руку, и он также уверен, что Минхо тоже это знает… Но Джисон не может, отчего его щеки заливаются легким румянцем. «Все плохо, вот черт». Джисон не знает, куда его ведут, и надеется не для того, чтобы зарубить топором. Они идут прямо несколько минут и наконец сворачивают в узкую аллею между двумя зданиями, что заставляет младшего занервничать, потому что он все-таки может быть убит. Страх уходит, когда Минхо отпускает Джисона, не поворачиваясь, пока ищет что-то у себя внутри куртки и поворачивается на пятках. Джисон снова вздрагивает, когда парень молча протягивает ему помятый лист. Младший неуверенно смотрит на напряженное выражение лица Минхо и бумагу, пока забирает ее из рук. Джисон вздыхает, пока разворачивает ее, и его глаза расширяются, когда он прочитывает верхнюю строчку, написанную красной ручкой. — Минхо! Это… Это замечательно! Минхо фыркает, пряча руки в карманах, и его лицо смягчается. — Моя профессор думала, что я списывал, старая сука, — стонет он, и Джисон просто светится гордостью, пока читает ответы Минхо на вопросы. — Ты должен гордиться собой, Минхо, это огромное достижение. Он ухмыляется, и Джисон сразу чувствует, как воздух вокруг пропитывается озорством, как и лицо Минхо. «Ну, поехали». — Конечно, и мне нужны такие достижения по всем предметам… Поэтому ты будешь заниматься со мной больше, чем раз в неделю, — говорит старший, ставя перед фактом и не спрашивая Джисона. Тот в свою очередь опешил, находясь в недоумении, пока из Минхо струится уверенность. — Эм… Э-э… Минхо, звучит так, будто ты хочешь, чтобы я стал твоим личным репетитором. Обычно за такое нужно доплачивать, — заикается Джисон, ожидая, что Минхо с поражением откажется от этой идеи, чего он, конечно же, не делает. Наоборот, он делает широкий шаг к Джисону, смотря на его губы и глаза, которые сразу расширяются от близости и пристального внимания, и Джисон чувствует, что не может сдвинуться с места. «Это не закончится ничем хорошим». — Ну, я уверен, что ты знаешь, что у меня нет огромного количества денег. Но, смотря на то, как многому ты меня научил, я думаю, я бы мог научить тебя чему-то такому же полезному в ответ, — тянет Минхо, проводя языком по губе, и Джисона замыкает, его ресницы дрожат, пока он умоляет свои ноги начать двигаться и сделать шаг назад. — Ч-что? Чему? Минхо не медлит. — Скажи мне, Сони, ты бы хотел найти себе девушку? Привести домой и показать ее родителям? Потому что прямо сейчас от тебя несет ханжой, а я мог бы тебе помочь… Мог бы научить. Джисон уверен, что не расслышал его. Так ведь? Однако Минхо не смеется, не ударяет его в плечо и не кричит «Ага! Попался!», — он просто стоит, смотрит на Джисона своей слегка наклоненной, глупой и красивой головой, ожидая ответа. — Ты же… Ты же несерьезно? — бормочет парень. Минхо серьезен как никогда, пока делает еще один шаг к Джисону, почти наступая ему на ноги в слишком тихой и отдаленной ото всех аллее. — Мне грустно, раз ты думаешь, что я бы шутил насчет таких предложений, Сони, — шепчет он, его теплое дыхание ощущается на губах Джисона, отчего его голова начинает кружиться. «Это нечестно». — Ты сошел с ума, Минхо, — резко говорит Джисон, стараясь отвернуться в надежде спасти остатки гордости. Парень не дает ему и слишком бережно обхватывает руками локти Джисона, возвращая его на место, а его глаза невероятно ясные, когда он смотрит на него сверху вниз. — Ты же никогда ни с кем не целовался? Не говоря уже о чем-нибудь другом. — Ты жесток, Минхо, отпусти меня. — Просто подумай об этом на секунду, после этого семестра ты никогда меня не увидишь, я идеальный партнер для практики! Потому что кому какое дело, что я о тебе думаю, да? Джисон теряет дар речи, он смущен и самое главное унижен, поскольку Минхо предлагает самую нелепую вещь в мире… И Джисон онемел, когда понял, что хочет сказать «да». — Скажи это, Сони, — подначивает Минхо, смотря на губы Джисона, пока его рука проводит по плечу младшего, обхватывая шею сзади с той же самой ухмылкой на лице. «Господи, я просто разрешаю ему играть со мной, блять, блять». — Зачем тебе вообще целовать меня? Я же вообще не твой типаж, — бормочет Джисон. Минхо сразу отступает, отчего парень чувствует холод и желание снова оказаться в болезненно невинных прикосновениях, которые заставили колени Джисона подкоситься — то, чего можно ожидать от краснеющего девственника, о чем старший дал понять. — Зови это профессиональным любопытством или равным обменом опыта. — Ты же говорил, что тебе все равно на свои оценки. — Так да или нет? Джисон даже не понял, что он кивнул, пока Минхо не начал победно улыбаться, и младший понял, что только что вступил в игру, в которую не должен был, и буквально проглотил собственную ложь о познавательных целях и о том, что рассуждения Минхо имели место быть. «Сынмин меня пиздец возненавидит».