За тебя не жалко пожертвовать крыльями

Божественный Сад встречал каждого из своих гостей изобилием красок и солнечного света. Купол, покрывающий оранжерею, всегда транслировал летнее время года, даруя тепло, легкие порывы ветерка, запах свежескошенной травы. Демонам сюда был ход заказан, но для ангелов это был рай, не иначе. Стив отправился в Сад, чтобы набрать побольше лечебных трав для восстанавливающих зелий, и, пролетая над нужными рядами, заметил у подножья сакуры одинокую фигуру. Вьющиеся русые волосы, грустные шоколадного оттенка глаза, дрожащие руки, обнимающие плечи, напряженная поза… Питер редко выглядел настолько паршиво, но факт того, что сейчас у ангела что-то произошло, игнорировать было трудно. Стив тихо подлетел к другу, уселся рядом на траву, но, немного подумав, улегся спиной, разметав по оставшемуся свободному пространству внушительные крылья. Мужчина молчал, ждал, когда Питер созреет для разговоров, ведь не понаслышке знал, какой юноша бывает колючий, несмотря на то, что ангел. — Вы разрешили конфликт с Наташей? — подал голос Питер, когда, казалось, Стив уже готов был задремать под тепло обнимающими лучами солнышка. — Да, — хохотнул ангел, — остановились на том, что Джек может пропустить пару уроков физкультуры, и то в крайнем случае. Все-таки он отличник и должен поддерживать репутацию. — Сомнительная репутация, — фыркнул Питер, наконец показав хоть какие-то эмоции. Хоть у Морган и были хорошие оценки, её личные ангел и демон не заставляли её быть завсегдатаем Альма-матер. — Хорошо, а что у вас? Опять Тони что-то учудил? — полюбопытствовал блондин и, перевернувшись на живот, подпер подбородок рукой, уставившись на Питера. — Не совсем… — Стоило разговору перетечь на волнующую его тему, как Питер тут же скис, подобно застоявшемуся молоку. Того и гляди, отравит кого-нибудь своим настроением. — Как же все-таки тяжело работать с людьми. Несмотря на то что мы, как высшие, тоже имеем права чувствовать, понять смертных невозможно априори. — Мне кажется, ты преувеличиваешь, — задумчиво протянул Стив. — Люди хотят просто быть счастливыми. Они ставят для этого определенные цели, например: заработать деньги, найти любовь, создать семью. Но в итоге все упирается лишь в то, что счастливы ли они в итоге. — Даже если перед этим им придется испытывать боль? — Ангел отчаянно пытался скучковать в голове всю полученную информацию. — Насколько я помню, Морган — твоя первая подопечная? — неожиданно ответил вопросом на вопрос Стив. — Верно, — недоуменно кивнул юноша. — Потому тебе, пока что, сложно до конца понять психологию смертных. Смотри, — Стив сел напротив Питера, приняв для себя наиболее удобную позу, и щелкнул пальцами. Перед глазами юноши выстроилась цепочка из четырех фотокарточек, на которых были изображены смертные. Питер знал об этом: все эти люди — бывшие подопечные Стива, а фотокарточки обозначали их законченный жизненный путь. Когда Морган покинет мир живых, у юноши появится такая же… — Вот этот человек, Роуди, — Стив взмахом руки выделил одну серую фотокарточку, на которой был изображен мужчина в возрасте, с легкой сединой и ослепительной счастливой улыбкой, — прежде чем обрести дом и любящую его семью, ему пришлось лишиться навыков ходьбы. На войне его подстрелили, из-за чего он потом буквально заново учился ходить. — Стив вернул фотокарточку в ряд, но на её место выплыла следующая. — А это Вижн. — Мужчина, смотрящий на Питера, был абсолютно спокоен, словно познал смысл всего бытия. Его тонкие губы чуть затрагивала добрая улыбка, а глаза смотрели глубоко в душу. — Он отдал жизнь за свою возлюбленную, у которой был рак: ей срочно требовалась пересадка некоторых органов. Вижн пожертвовал своими, но, к сожалению, операцию ему пережить не удалось. И даже предполагая такой исход, он не отказался от задуманного ради нее. — Зачем ты мне все это показываешь?! — ужаснулся ангел, совсем другими глазами смотря на изображенного мужчину. Он не мог поверить, что тот пожертвовал самым важным — своей жизнью, ради спасения постороннего. Даже для него, как ангелу, самопожертвование было чуждо. — Слушай дальше, — следом выплыла карточка с мужчиной, чье лицо выражало полную серьезность и уверенность в себе. Взгляд был слегка надменен, колок, на щеке красовался огромный рубец, но даже это не портило ту природную красоту, что закладывало мироздание в этого человека, — Тор. Его брата, Локи, убил отъявленный преступник, и Тор посвятил оставшуюся часть жизни, чтобы выловить его и поквитаться. Ему это удалось, после чего он нашел свое призвание в полиции, умер по долгу службы, не боясь подставить себя под удар. — На последнем изображении покоилось лицо невероятной красоты девушки. Волосы её отливали золотом, а голубые глаза светились вызовом. — А это Кэрол. Она была летчицей. Бесстрашной, отчаянной, любившей риск. Её жизнь была совсем коротка, всего двадцать шесть лет, но она наслаждалась каждой минутой. Самозабвенно парила в небесах на своих самолетах и ни разу не пожалела о том, что однажды выбрала этот путь. — Они все умерли счастливыми несмотря на то, что испытали столько трудностей? — Питер смотрел на людей перед ними и действительно не находил в их чертах ни толики сомнения, страха или мыслей о том, что их жизни были пусты, неправильны, безнадежны. — Верно, — кивнул Стив, с нежностью смотря на каждого из своих подопечных. — Знаешь, у людей есть прекрасная поговорка, описывающая буквально любую нашу думу: «всё, что ни делается, — всё к лучшему». Ведь не потеряй Тор брата, он бы не понял, что его призвание защищать горожан. Не лишись Роуди способности ходьбы, он бы не познакомился с девушкой, которая подарила ему в итоге двух замечательных сыновей. Не встреть Вижн Ванду, он бы никогда не понял, что настолько смелый и отважный, он бы никогда не постиг любовь. Не живи Кэрол одним днем, своими самолетами и адреналином, она бы прозябала будни в офисе, ненавидя себя за то, что ограничила собственную судьбу такими рамками. — Но если бы они не стали счастливы? — Мотнул головой Питер, вспоминая Морган и все то время, что оберегал её от неправильных шагов. — Для того у смертных и есть мы, Питер, — Стив был научен большим опытом и видел в сидящем напротив него ангеле самого себя. Ведь сам когда-то не понимал этого. — Мы наставляем их на счастливый путь. Это не значит, что смертные каждый раз должны принимать только порядочное, этичное и правильное по законам Отца решение, нет. Они будут испытывать трудности, будут проливать слезы, скулить от боли и обиды, проклинать своих ангелов и демонов за судьбу. Но каждый по итогу придет к тому, что это самой судьбой предначертано. Мы лишь подталкиваем их. — Но как узнать, что именно будет лучше для них? — Методом проб и ошибок, — Стив ослепительно улыбнулся, поднимаясь на ноги и стряхивая со светлых штанов мелкие прилипшие травинки. Протянув Питеру руку, следом поднял и его, — потому у человека есть свой ангел и демон. Своим влиянием мы помогаем понять, что ему больше по душе. Делаем все, чтобы по итогу он не жалел о прожитых годах. — Теперь я, кажется, начал понимать, — юноша улыбнулся другу, крепко сжимая его руку в своей, тем самым благодаря за полезный совет, обещая себе извиниться перед Тони, что необоснованно сорвался. Насколько же юноша неправильно поступал, ограничивая все это время Морган в выборе, заставляя её повиноваться матери и терпеть постоянные домашние унижения. Оправдывал это тем, что так ей будет спокойнее, так она сможет сохранить доверительные отношения с родным человеком и по итогу будет этому рада. Никогда ещё Питер так не ошибался. — Я рад, — блондин положил ладонь на худенькое плечо, чуть сжимая его в знаке поддержки, отчего Питер лишь сильнее уверовал в их дружбу. — А теперь, милый мой, пора платить за добрые советы по счетам. — Улыбка Стива приобрела чуть зловещий оскал, и юноша округлил глаза, дивясь переменам ангела. — Мне столько трав нужно в этом саду, я один не управлюсь в поисках. — Ох, конечно, я тебе помогу, Стив! — Воодушевился Питер. — Ведь старость надо уважать, старшим нужно помогать. — Старк явно очень дурно на тебя влияет, — рассмеялся ангел, ничуть не обидевшись, ведь ему и правда уже перевалило за сотню звезд, и в сравнении с тем же Питером он действительно был стариком. — А демоны могут иметь какое-то иное влияние? — вновь полюбопытствовал юноша, и они вместе направились вдоль оранжереи, высматривая нужные по списку травы. В это время Стив с радостью рассказал легенду о демоне, который отказался от своих крыльев во имя любви к ангелу.

***

Питер на всех парах мчался в дом к Морган, уверенный, что Тони до сих пор там, присматривает за их подопечной. Ангел многое планировал обсудить с демоном, и как бы прискорбно не было осознавать, признать его правоту в воспитании девчушки. Не долетев до дома буквально пару метров, Питер замер и, вскрикнув, схватился за обожженное болью плечо. Вспышка была настолько яркой, что юноше пришлось осесть наземь, тяжело дыша и не чувствуя поврежденную конечность. Что-то произошло с Морган! — Питти! — Из окна спальни Морган вылетел обеспокоенный, растрепанный, напуганный демон. Пожалуй, впервые ангел видел его таким. Коньячные глаза полыхали не то гневом, не то страхом. — Я не смог её остановить, дьявол, Питер! Как ты себя чувствуешь? Боль в плече нарастала подобно снежному кому, перед глазами плясали цветные мушки, а голос демона доносился словно из-под слоя ваты. — Что у вас там вообще произошло? — со скрипом выдавил из себя вопрос Питер. — Пеппер совершенно обезумела! — запричитал Старк, кружа вокруг ангела, не смея к нему прикоснуться, но и не в силах помочь. — Я же говорил, что ей лечиться надо, рыжая стерва! Она перешла уже все дозволенные границы! — Старк! — гаркнул Питер, торопя демона к основной информации. Тони завис в воздухе перед юношей и со смесью вины и скорби прошептал: — Она выжгла её татуировку…