Дейли Бьюгл

«В одном из крупнейших городов мира жизнь кипит и днём, и ночью. В нашей постоянной рубрике мы стараемся рассказать о каждой профессии, о каждой организации, которая работает в нём. И сегодня речь зайдёт о том, что мы знаем лучше всего — о нас, о дружном коллективе портала «Дейли Бьюгл», наименее уважаемого новостного ресурса Нью-Йорка» Нед Лидс, графический дизайнер TheDailyBugle.net

Каждая морщина на лице Джеймсона была настолько глубокой и чёткой, а лысина сверкала так лаково, что он казался не живым человеком, а отлитой из воска фигурой. Аккуратная щёточка усов под носом напоминала щётку для чистки обуви и Питер едва сдержал смешок, как только эта ассоциация пришла ему в голову. — Ну что же, — крякнул Джеймсон, кладя планшет Неда на стол и с настороженностью во взгляде посмотрев на Питера. Тот постарался изобразить самое невинное и дружелюбное выражение лица, какое мог. — Лидс представил тебя как самого лучшего или, я бы скорее сказал, удачливого фотографа Человека-паука. Так как тебя зовут? Паркер? — Питер Паркер, сэр, — вежливо уточнил Питер, усиленно держа на лице маску дружелюбия. — Так вот, Паркер, — проигнорировав его слова, продолжил Джеймсон. Слова его были отрывистыми и неоправданно громкими, будто старик был туг на ухо. — Лидс — бездельник! И ты, очевидно, тоже, раз он рекомендует тебя. Конечно, Питер привык к нападкам Джеймсона на своё паучье альтер-эго и считал его крайне неприятной личностью. Однако такие, ничем не подкреплённые нападки на него, человека, которого Джеймсон видел вроде как первый раз в жизни, заставили Питера растеряться. Он перевёл удивлённый взгляд на стоявшего чуть позади босса Неда. Тот ободряюще подмигнул. — И если бы не необходимость в таком удачливом фотографе, как ты, и, ко всему прочему, рекомендация от Уотсон, я бы даже говорить с тобой не стал. — Джеймсон передал планшет владельцу. Нед тут же упрятал её в недра сумки. — Но мы здесь. И я вижу — кадры действительно неплохие. Ты принят. Лидс проводит тебя в отдел кадров и в бухгалтерию — оформишься. Все материалы отсылай лично на мой джимэйл. Еженедельно! — Затем обернулся к Неду. — Свободны! Питер почувствовал, как лёгкая судорога свела его мимические мышцы, когда постарался прекратить фальшиво улыбаться. Он не помнил, когда в последний раз ему приходилось общаться со столь неприятными людьми.

***

Накануне он думал. Он и вправду очень долго думал. С одной стороны, ему действительно очень нужна работа. Тогда Питер перестал бы тянуть с оплатой квартиры и зарабатывать пени. Может, нашёл бы жильё поближе к лаборатории, чтобы не рисковать каждый раз, добираясь до работы в костюме Паучка. Купил бы объектив для камеры помощнее… С другой — там работают и Нед, и ЭмДжей! Питер так давно привык держать между ними и собой дистанцию. Он всегда был неподалёку от них, видя, что они вполне здоровы и счастливы. Но никогда — рядом. И это было правильно. Как же он упустил, что оба друга работали в Дэйли Бьюгл? Питер видел, как они приходили в многоэтажное офисное здание со множеством компаний, которые снимали в нём рабочие помещения и никогда не старался узнать, в каком именно они работали. Питер стремился стать чужим для них. Видимо, очень хорошо старался. С другой стороны, что плохого, если он устроится туда на работу и будет получать деньги от одного из тех, кто испортил ему жизнь? Ещё одна ирония в его жизни. Приятная ирония. Питер смог бы хоть немного, но влиять на мнение общественности о Человеке-пауке. К тому же, ему совсем необязательно видеться с Недом и ЭмДжей. Он будет просто сидя дома перед лэптопом отправлять материалы напрямую Джеймсону. Накануне встречи с Джеем Джоной, переодевшись в костюм Паучка, Питер долго летал между крышами, бесцельно, практически не реагируя на звуки города. Это его патрулирование было откровенно бестолковым. Он остановился на крыше дома напротив квартиры Неда и его девушки — их бывшей одноклассницы, Бетти Брант, которая ещё со старших классов работала в Дейли Бьюгл. Сквозь полупрозрачную кружевную тюль, которую так любила Бетти, Питер видел, как они ужинали, иногда невероятно мило кормя друг друга с вилочки. Он просидел у их дома около часа, ощущая тепло и уют, исходившие от яркого прямоугольника окна их квартиры и свое тоскливое, холодное одиночество. Потом он направился к ЭмДжей. В последний раз он видел её под прошлое Рождество, когда она, счастливо улыбаясь, шла под ручку с Брэдом Дэвисом. Да-да, тем самым Брэдом Дэвисом, которых сох по ней со школы, всюду таскаясь за девушкой, как преданный щенок. Почти так же, как сам Паркер. Боже, как же он раздражал его! Особенно в тот момент, когда они остановились у дверей парадной дома ЭмДжей, обнялись и… поцеловались. Долго целовались. А Питер смотрел на них и не мог отвернуться. Сердце в груди творило что-то невероятное. Его сдавливало, словно кто-то сжимал его в кулак прямо там, между лёгкими, стараясь вырвать. К горлу подкатывал пульсирующий ком тошноты. В ушах звенело, и виной этому был вовсе не его обострённый слух. Наверное, это был звон последних рушащихся иллюзий Питера. Он знал, что до Дэвиса у ЭмДжей никого не было. Никого серьёзного и надолго. Питер украдкой наблюдал за её жизнью и этот факт его немного утешал, как бы жалко это ни звучало. Он не хотел быть ни с кем, кроме неё, не сумев за все прожитые вдали от неё годы привязаться к кому-то другому. И, наверное, где-то в глубине души, где-то очень глубоко, он надеялся, что и она тоже будет любить только его (даже не помня — абсурд, верно?) Но она продолжала жить. Это Питер практически похоронил себя заживо, задушив свою социальную жизнь. Но не она. ЭмДжей по характеру была не самой простой в общении девушкой, но Брэду удалось прорваться сквозь стены, окружавшие её, за которые раньше был допущен только Питер. ЭмДжей была счастлива. Как же это было больно. Тогда Питер едва заставил себя уйти с той крыши, оставить влюблённых наедине, без ненужных свидетелей. И не мог уговорить себя вернуться. Он боялся увидеть её замужем. Или ещё хуже — беременной. С детьми. Он боялся боли от вида счастья, которое ей принёс не он. И вот теперь он впервые с того вечера вернулся на ту самую крышу напротив её окон. Питер морально подготовил себя к новой встрече с Дэвисом, с нездоровым любопытством гадая, какой боль будет сегодня по шкале до десяти? И загадал — если выше пяти, он не станет идти на собеседование с Джеймсоном. Питер не увидел Брэда. ЭмДжей вернулась домой лишь к девяти вечера (чем она так поздно занималась, интересно?), долго сидела на широком подоконнике в тёмной комнате, глядя на огни проезжавших по улице машин, потягивая какао с подтаявшими зефирками. Её укутанная в плед фигурка казалась очень хрупкой и уютной. Затем, ближе к полуночи, она наконец легла спать. Одна. На следующее утро, взбудораженный предчувствием грядущих неотвратимых перемен в его застоявшейся, унылой жизни, Питер прибыл к серому монолиту офиса Дэйли Бьюгл за десять минут до назначенного времени.

***

— Да, чувак, мы с ЭмДжей закончили МТИ. Только она же ненормальная, — добродушно хохотнул Нед, подойдя к девушке сзади и дружелюбно приобняв её за плечи. — Вот скажи, Питер, кто поступает в технологический институт, чтобы выучиться на журналиста? Ничего не говори! — драматично вскинул он указательный палец перед лицом Паркера, который вовсе и не собирался ничего говорить, только удивлённо захлопал глазами. — На такое безумство способна только моя подруга! — Угу, — легко согласилась ЭмДжей, не отрываясь от работы и даже не взглянув на подошедших. — И ещё человек двадцать с моего выпуска. Она поправила сползшие на кончик носа очки, продолжая увлечённо стучать пальцами по клавиатуре. Из-за её уха торчал кончик карандаша, на деревянном корпусе которого отпечатались глубокие ажурные следы от зубов, а кофе в стоявшем рядом стакане ароматно дымился. — Вот смотри, она и сейчас работает, хотя уже десять минут как обеденный перерыв, — проворчал Нед, привычно проигнорировав слова девушки. — Трудоголичка ты ненормальная! Мы с Питером пришли напомнить тебе, что одним воздухом сыта не будешь. ЭмДжей вскинула на Питера мрачный, даже кажется осуждающий взгляд, на что тот отреагировал незамедлительно, подняв руки в универсальном жесте «сдаюсь». — Я? — растерянно уточнил он. — Я ничего. Считаю, что кислород и выхлопные газы Нью-Йорка весьма питательны! ЭмДжей тяжело выдохнула и стянула очки. — Я отрекомендовала тебя Джеймсону не для того, чтобы вы таскались за мной, как парочка рыб-прилипал, — проворчала она, засовывая телефон в карман джинс и выуживая карандаш, запутавшийся в кудрях. — Ну да бог с вами. Пошли на обед.

***

Честно, Питер не имел ни малейшего понятия, почему он не жевал сочную сальтену, устроившись на крыше соседней высотки и отмахиваясь от надоедливых голубей, что обычно делал в это время дня, а сидел в ближайшем кафе, которое усиленно маскировалось под итальянское. Было бы правильнее не сближаться с друзьями, как он решил, успокаивая самого себя и принимая предложение о работе. Но, как оказалось на практике, это было абсолютно невыполнимо. Невозможно было видеть бодрого и смешливого Неда и восхитительно флегматичную ЭмДжей и не хотеть проводить с ними время как раньше. Питер когда-то ценой чудовищных усилий заставил себя держаться от них подальше, но одна короткая случайная встреча накануне — и он уже с трудом и некоторым ужасом представлял себе новый день без их присутствия в его жизни. Как же легко он сдался. Как легко отпустил все эти годы одиночества. Питер решил перестать лгать самому себе: уговаривая себя вчера на работу у Джеймсона, он втайне радовался такому удачному стечению обстоятельств, снова приведшему его к друзьям и знал, что не станет отказываться от встреч с ними. Он будто снова вернулся домой из очень долгого и не самого приятного путешествия. Это чувство было таким тонким, сокровенным, запретным, как цветок, проросший сквозь бетон на крыше дома, в котором он снимал квартиру. И Питер трепетно берёг его в душе, запрещая себе откровенно радоваться воссоединению с друзьями, но не в силах прекратить улыбаться. Нед оживлённо болтал обо всех сотрудниках Дейли Бьюгл, начиная с их кратких биографических данных и заканчивая кулуарными слухами. Кажется, друг был рад перспективе общения с ещё одним таким же гиком, как и он сам. Питер понимал его, как никто — они буквально выросли вместе, интересуясь одними и теми же вещами. ЭмДжей рассеянно ковырялась в своей пасте, слушая Неда вполуха и то и дело поглядывая на время в телефоне. На каждый писк уведомлений она тут же бросалась читать и печатать ответ собеседнику. Интересно, кто ей писал? Питер искренне старался не нарушать её личных границ, но всё равно ловил себя на попытках подглядеть в экран её смартфона, что ему, впрочем, так и не удалось. Как же он по ней скучал! По этой привычке смахивать непослушную прядь с лица. По изучающему внимательному взгляду, который заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. По её запаху, который он всегда отчётливо выделял из всех. По тому, как она закусывала нижнюю губу, когда задумывалась о чём-то. Было заметно, что мыслями ЭмДжей была далеко от их компании. Сейчас ей был неважен ни новый коллега Питер Паркер, от которого её самый близкий друг Нед был в восторге. Ни сам Нед, который давно привык к тому, что подруга часто выпадала из реальности и никогда не обижался на то, что в эти моменты она не принимала участия в разговорах. — …так мы с Бетти и начали встречаться, — оживлённо сообщил Нед Питеру, заканчивая рассказ о его отношениях с давней подругой. — И если бы она не позвала меня в Дейли Бьюгл, а я не привёл с собой ЭмДжей, то мы до сих пор бы числились безработными — ну кому в наше время нужен ещё один графический дизайнер и журналистка? Удачно получилось, верно, ЭмДжей? — пихнул он девушку локтем. Та в очередной раз бросила быстрый взгляд на время и поспешно засобиралась. — Верно, — безэмоционально согласилась она, натягивая куртку и на прощание похлопывая друга по плечу. — Веселитесь, амигос. Обеденный перерыв закончен, я пошла работать дальше. — О, ну ладно, — легко согласился Нед. — Планы на вечер в силе? — Нет, прости, — покачала головой ЭмДжей, не выглядя сильно расстроенной. — Нарисовалось кое-какое дело. Увидимся завтра. — Затем она посмотрела прямо на Питера. Её взгляд был холоден и безразличен — взгляд случайной знакомой, которая не отводила в своей жизни особого места для него. Сердце снова болезненно сжало. — До следующей встречи, Паркер. — Пока, — ответили его непослушные губы. Нед продолжил рассказ, но Питер не слышал ни слова, глядя на удаляющуюся спину девушки, которую очень хотел снова когда-нибудь обнять. А она в который раз уходила. И, судя по всему, торопилась. К кому-то. К тому, кто всё обеденное время писал ей сообщения. Нет, он не должен вмешиваться в её личные дела. Достаточно того, что Питер уже нарушил данное себе слово и снова стал частью её жизни. Пусть маленькой, незначительной, но частью. Не ходи за ней. Чёрт, тебе так хочется снова смотреть, как она целуется с этим рафинированным смазливым Дэвисом? Почему она вообще начала встречаться с ним? Его ЭмДжей никогда не нравилась бессодержательная внешняя привлекательность. А Брэд, совершенно очевидно, был пустышкой. Красивой, белозубой пустышкой. Он ничем не мог привлечь его ЭмДжей. Не ходи за ней. Чёрт! — Прости, Нед, — нервно улыбнулся он новообретённому другу, невежливо обрывая его рассказ на полуслове. — Я вспомнил об очень важной встрече. Договорим позже, идёт? Питер очень быстро оделся и закинул рюкзак за плечо, едва уловив ответное растерянное Недово: «О, хорошо». Кудрявая макушка ЭмДжей как раз исчезала в многолюдном автобусе, когда Питер отчаянно высматривал её в толпе на улице. Он успел залететь в другой конец салона за мгновение до того, как двери захлопнулись. Девушка не заметила его — всё её внимание занимал телефон, в котором она печатала сообщение своему таинственному собеседнику. Питер выдохнул и забился в угол салона, надвинув капюшон на лицо, в который раз спрашивая себя: зачем он это делал?