(Не)озвученное

Саша всегда казалась особенной. Хотя, «казалась» здесь совершенно неуместно и неправильно. Она была особенной. Ее волевой характер и стремление достичь поставленных задач не могли не заставлять восхищаться, а упорство и трудолюбие не могли не заставлять уважать юную девушку. Вся она особенная — начиная от легкой улыбки и заканчивая очередным четверным прыжком на соревнованиях. Многие видели в ней силу, несмотря на достаточно ранимый характер. Другие раз за разом влюблялись в её колкий взгляд. Саша особенная, но Аня никогда не могла найти правильных слов, чтобы выразить насколько она особенная для нее. Наверное, слов, описывающих это, и не найдется ни на одном языке мира. Уже с первой встречи Аня понимала, что она пропала, пропала в зеленых глазах и с ужасом поняла, что готова тонуть в них снова и снова. Саша всегда была для нее особенной, даже когда они были совсем детьми, мечтающими о больших достижениях и громких победах. Но Щербакова никогда не могла предположить, что именно Трусова станет той самой особенной, в которой Аня будет готова растворяться снова и снова, раскрывая свою душу и узнавая раскрытую ей в ответ. Именно в тот момент слово «особенная» приобрело совсем другой смысл, став чем-то более личным, доступным лишь для нее. Ведь только ей Саша улыбалась так тепло и искренне, и только ей были посвящены все звезды в зеленых глазах, когда Трусова снова и снова скользила своим взглядом по Ане. Только Щербакова могла ощутить вкус и нежность чужих губ, навеки скрывая секрет о том, что русская ракета до безумия обожает нежности и смущается при любом проявлении теплых чувств по отношении к ней. Аня могла бы сказать, что ее не распирает чувство собственничества, но это будет наглая ложь, ведь ее сердце готово пробить грудную клетку лишь от одного осознания того, что все тяжелые вздохи и приглушенные стоны Саши тоже принадлежат ей одной. Взаимность. Наверное, если бы у Ани когда-нибудь спросили, что, по ее мнению, является одним из важных пунктов отношений, она бы обязательно назвала ее. Отдавать всю себя и получать тоже самое взамен — неописуемые чувства. Они любили взаимно, просто и искренне, потому что чувствовали это и потому что хотели любить. Любовь у Саши тоже особенная. Когда за долгими вечерами, Аня оставалась одна и давала волю мыслям, разрешая им прокручивать в голове тогда еще не озвученные Саше чувства, она представляла какого это — встречаться с Трусовой. Уже намного позже, укутанная объятиями своей девушки, она рассказывала ей о том, что не представляла ее такой нежной. Ну правда котенок, разве, что не кусается, хотя и с последним иногда можно поспорить. Саша на это мило смущалась, тихо отнекивалась, заявляя, что вообще-то она злой рок, просто с Аней не выходит иначе, просто Аня — это ее личный мир, который хочется оберегать и делать для него только лучшее. Любовь Саши проявлялась в мелочах: задержаться после тренировки и подождать свою девушку, чтобы проводить до дома и провести чуть больше времени вместе, несмотря на ранний вылет утром. Легкие и успокаивающие прикосновения пока никто не видит и не замечает — Саша чувствует, что это нужно, что ее девочке нужна поддержка. Она чувствует это даже за много километров, тут же отправляя важные и нужные слова поддержки или говоря их по телефону. Трусова всегда знала, что необходимо услышать Ане и каждый раз она могли найти слова, способные снова зажечь огонь в груди Щербаковой. Когда Аня скрытно наблюдала за Сашей, даже не подозревая, что её чувства взаимны, она представляла любовь Трусовой яркой вспышкой. Странно, но это сочетание надежно въелось в ее сознание до тех пор, пока она не ощутила на себе насколько сильно ошибалась. Любовь Саши не была вспышкой, которой если честно Аня боялась. Щербакова боялась, что зародившиеся чувства угаснут стоим им перешагнуть черту и перейти на более высокий уровень отношений. Она боялась до них, боялась во время и, конечно, боялась после, даже несмотря на то, что старалась отталкивать мысли, что любовь Трусовой на самом деле и была яркой вспышкой, которая угасла по щелчку пальцев. Она отгоняла эти мысли, ведь Саша постепенно выстраивала их взаимоотношения от робких объятий, до жарких поцелуев в любых укромных уголках, а значит, она просто не могла все уничтожить в один миг. Не могла же? «Всё кончено» — ломает все представления Ани о любви. Она знает, что глаза Саши начинают светиться, когда брюнетка посылает той улыбку, она знает, что тело девушки пробивает дрожь, когда Щербакова утыкается той в шею и оставляет на ней невесомые поцелуи. Она также знает, что Саша обожает, когда Аня мягко перебирает ее волосы, пока та, прикрыв глаза, расположит голову на её коленях за совместным просмотром фильма. Аня также знает, что Саша дико ревнует Аню ко всему, что дышит. И ревность ее проявлялась не только по отношению к лицам, романтически заинтересованным в брюнетке, но и ко всем, кто хотел сместить вектор внимания Щербаковой с русской ракеты. Зеленый взгляд наполнен теплотой, наблюдая за Аней, которая, сидя на полу, не выпускает из рук Лану, то и дело сжимая ту в объятиях. Саша медленно перебирает свою косу, которую час назад заплетала её девушка, пытаясь концентрироваться на фильме, который, к слову, Щербакова выбрала для совместного просмотра. Напряженные тренировки перед сезоном забирали почти все время, которое они хотели провести вместе, поэтому Трусова категорически отказалась от совместной тусовки, которую решила провести Загитова и о которой очень громко объявила в раздевалке после тренировки. — Думаю, что мы все прекрасно поработали и мы, наконец, то можем выдохнуть хотя бы один вечер, так что тащите свои милые попки ко мне, — Алина мило улыбалась, расхаживая из стороны в сторону, чтобы никто не пропустил мимо ушей ее приглашение, — поиграем, посмотрим фильмы, как в старые добрые времена. Меня все услышали? — повышенная интонация заставила отлипнуть Сашу от Ани, которая минутами ранее под всеобщие смешки была утянута на колени русской ракеты. Трусова мягко поглаживала спину брюнетки, уткнувшись в чужой висок и прикрыв глаза, обретая свой покой под уже ставшее родным сердцебиение. Её слишком сильно расстраивала возможность видеть свою девушку только в пределах Хрустального из-за плотного графика, но к её же радости, их компания наконец перестала акцентировать внимание на их отношениях, дав больше свободы. — Голубки, отлипните на секунду друг от друга. Почти перестали. Алина, наконец, остановилась, бросив взгляд на парочку. Аня тяжело вздохнула, открывая глаза и немного отодвигаясь от Саши под её недовольное мычание и усиленную хватку на талии, на что Ками отреагировала тихим смехом. Рука Ани быстро запуталась в чужих волосах, аккуратно проводя ноготками по затылку, а сама девушка оставила невесомый поцелуй на виске, прежде чем развернуться к остальным. — Мы хотели провести сегодня вечер вдвоем. Сейчас нечасто удается получить выходной, так что… — Сегодня вечеринка пройдет без нас, — заканчивает Саша, одаривая всех улыбкой чеширского кота и получая всеобщий смех. — Никогда бы не подумала, что наша ракета станет таким покладистым котом. Хорошая работа, Ань, — кидает Алёна, тут же получая гневный взгляд Трусовой. Саша тихо шепчет «Никакой я не кот» и обижено прячется, утыкаясь в чужую шею и оставляя невесомый укус, что вызывает еще более бурную реакцию девушек. — Ой да закройтесь вы, — бросает зеленоглазая, — ни минуты покоя в личной жизни с вами, — бурчит она, стараясь скрыть улыбку, пока остальные, наконец переключаются с них и начинают обсуждать предстоящий вечер. — Люблю тебя, мой покладистый котенок, — тихо шепчет Аня, заставляя Трусову растекаться розовой лужицей. Алина. 21.47. И как дела у наших голубков? Точно не хотите присоединиться?

Саша. 21.48. Лана полностью украла внимание моей девушки, не думаю, что она сможет сейчас оставить её и собраться к вам.

Алина. 21.48. Кто-то ревнует к собственной собаке?

Саша. 21.49. Ой, завались. Я и слова тебе не напишу сегодня.

Алина.21.49. Не обижайся, котенок. Мы все знаем, что Аня истинная кошатница…

Саша. 21.50. Ты такая вредная.

Алина. 21.50. А ты влюбленная, знала? Саша усмехается, блокируя телефон и откидывая его в сторону. Аня все еще играла на полу с Ланой, пока фильм приближался к своей кульминации. — Может быть тебе тоже завести собаку? — после небольшой паузы произносит Трусова. — Зачем мне своя собака, если я всегда могу приходить к тебе? Саша прижимает руку к сердцу, наиграно строя из себя пораженную страшным фактом девушку. — Я так и знала, что ты встречаешься со мной только ради моих собак! Аня громко смеется, наконец выпуская собаку из своих рук и перебирается на диван, тут же утягивая в объятия все еще театрально обиженную Сашу. Брюнетка мягко осыпает лицо девушки поцелуями, пока та не сдается и не захватывает чужие губы, сбивая их дыхание. Фильм заканчивается, показывая титры на экране, пока Аня, аккуратно расположившись на Саше, сплетает их языки в поцелуе, совсем позабыв о фильме. Руки Трусовой плавно блуждают по чужому телу, вызывая дрожь, пока Аня спускается к шее, оставляя еле заметные следы и добиваясь тяжелых вздохов из уст русской ракеты. — Я встречаюсь с тобой, потому что ты моя вселенная. Руки Саши сразу же смещаются к лицу брюнетки, останавливая ту и приподнимая на уровень ее глаз, чтобы поймать чужой уже потемневший взгляд. — А ты моя, — тихий шепот раздается в комнате, оглушающим фейерверком взрываясь в их сердцах. Аня не понимает, как они могли прийти к тому, что имеют сейчас. Ей казалось, что их история точно не будет иметь такое завершение, но «Всё кончено» постоянно бьёт набатом, заставляя покрываться тело холодом. Всё, что осталось у нее — это время, которое, как обещали лечит, но пока что оно лишний раз возвращает её воспоминания в прошлое, заставляя безмолвно глотать слёзы. Дверь раздевалки хлопает, заставляя брюнетку быстро вытереть слезы и натянуть слабую улыбку. Женя, слегка потоптавшись, подходит к ней и опускается рядом. — Саша уходит, Ань, — Медведева не смотрит на девушку, разглядывая пол под ногами, — слышала, как она сейчас говорила об этом, — она делает короткую паузу, — вам нужно поговорить, — ее взгляд наконец встречается с карими глазами, — боюсь, что другого шанса не будет. Сердце Ани пропускает пару ударов, пока Женя, заметно нервничая покидает раздевалку, не дожидаясь ответа. Брюнетка старается сделать глубокий вдох, понимая, что задержала дыхание. Она несмело поднимается на дрожащих ногах, делая шаги по направлению к двери. Уходит? Она больше не сможет наблюдать её улыбку, слышать её смех? — Такое решение ты приняла, — слабо шепчет она себе под нос, — идиотка, какая же ты идиотка, — бросает девушка и выбегает из раздевалки, чтобы направиться на лёд, где Трусова как раз заканчивала свою тренировку. Под легкие взгляды удивления, она хватает Сашу за руку, которая от неожиданности последовала за ней, не сказав ни слова. Щербакова заводит её в раздевалку и прикрывает дверь, замирая на секунду, прежде чем развернуться к рыжей. — Ты серьезно думаешь, что это решит проблему? Что это верное решение? — глухо шепчет Аня, получая в ответ непонимающий взгляд Трусовой, — Я знаю, что ты не можешь видеть меня, но настолько? Взгляд Саши проясняется, и она мнется на пару секунд, блуждая взглядом по комнате, прежде чем останавливает его на противоположной стене. — Это… это решение не связано с тобой, отчасти. Мне нужно это после олимпиады, — девушка тяжело сглатывает, — я знаю, что это ничего не решит. Между нами уж точно, но… — Но ты решила сбежать! — голос Ани повышается, а в глазах начинают скапливаться слёзы, — ты решила сбежать, потому что ты боишься! — Я не сбегаю, я… просто беру себе передышку, — тихо кидает в ответ Саша, наконец поднимая взгляд на Аню. Сердце ноет, воздух становится слишком тяжелым. Всё, что хочется сейчас, это подойти и успокоить Аню, пообещать, что всё будет хорошо, что они всё еще они, — я не могу просто сейчас… — Не оправдывайся, мне плевать, делай, что хочешь. Ломай свою карьеру, уходи к другому тренеру, заканчивай карьеру, — Аня чувствует, как слёзы прокладывают сырые дорожки на её щеках, — мне плевать, слышишь? Саша, поджимает губы, отводя взгляд, чтобы скрыть свои влажные от наступающих слёз глаза. — Если ты решила жечь все мосты, то пожалуйста, мне плевать, слышишь? — Я… Я не собираюсь сжигать мосты, я просто… — Саша делает глубокий вдох, — я просто хочу взять паузу. Я не поеду на Кубок первого канала, чтобы восстановиться. Аня замирает, останавливая взгляд на Саше, пока та нервно прикусывает губу и заламывает свои руки. — Ты не уходишь к другому тренеру? Трусова хмуриться, возвращая внимание к девушке, и отрицательно мотает головой. — Женя сказала… — Аня отрицательно мотает головой, — прости… Я не так всё поняла. Прости. Саша выдыхает, делая шаг к ней и слабо протягивая руку с тихим «Это мне нужно извинятся». Аня замирает, чувствуя, как её рука тянется в ответ, пока в голове не мелькает «Всё кончено». Она резко опускает руку, проходя мимо девушки к своим вещам. Ком в горле не дает говорить, а боковым зрением она замечает, как бессильно опускается рука рыжей. — В любом случае это не мое дело. Мне все равно, — еще раз повторяет Аня, словно надеясь убедить себя саму в правдивости слов. Саша зажмуривается, глухо шепча «Ань», которое тут же прерывается, — не нужно, Саш. Ты сказала все, что хотела тем вечером. Ты дополнила свои слова своими действиями. Я не глупая девочка, все прекрасно понимаю с первого раза. Саше хочется ударить саму себя, когда она слышит горечь и боль в голосе своей уже бывшей девушки. «Ты ужасна» — думает, она, пока Аня складывает вещи в сумку, стараясь делать вид, что находится одна в раздевалке. — Ань… — Нет, Саш. Прошу тебя, не делай мне еще больнее. Если ты хотя бы ценишь то, что было между нами, прекрати делать мне больно, — резкий звук застегиваемой сумки заставляет содрогнуться обеих, после чего Аня спешит покинуть раздевалку, ругая себя в мыслях, что вообще решила завести с ней разговор. Саша с шумом опускается на скамейку, впиваясь ногтями в ладони. Она медленно раскачивается из стороны в сторону, стараясь вычеркнуть из своих мыслей всевозможные ругательства к себе, потому что она стала той, кто сломала её девочку собственноручно. Успокоившись, она резко поднимается и вытаскивает телефон из своей сумки, разыскивая нужный контакт.

Саша. 12.34. Что ты сказала Ане?

Девушка сжимает телефон до побелевших пальцев, расхаживая по раздевалке. Женя. 12.36. Что ты уходишь. Вам нужно было поговорить, но вы избегаете друг друга уже две недели.

Саша. 12.36. Какого черта ты лезешь не в свое дело? Тебя кто-то просил? Она снова сорвалась. Из-за тебя!

Женя. 12.36. Нет, Саш. Она сорвалась из-за тебя, потому что несмотря на то, что ты проебалась, ей не плевать на то, что с тобой происходит, а ты слепо не видишь этого, боясь с ней поговорить открыто.

Саша. 12.37. Да что ты понимаешь вообще.

Женя. 12.38. В любви? Ничего, точно также, как и ты, но я признаю свои ошибки и пытаюсь их исправить, а не прячусь в ненависти к себе. Саша, стискивает зубы, откидывая телефон в сторону и падает на скамейку, не сдерживая слезы. Её руки зарываются в волосы, слабо потягивая их, пока душа снова и снова ломается на осколки. Как можно пытаться поговорить с той, которой ночами шептала слова любви, а потом в один миг из-за жалких эмоций разбила сердце, сломав стальной характер? Да, Саша боялась, что если откроется ей в последний раз, поймет, что она уже опоздала. Саша боялась, что поговорив с Аней еще раз, она услышит, что та больше не может ее любить. Саша боялась сломаться окончательно. Женя. 12.44. Саш, поговори с ней. Если бы ей было плевать, она бы не отреагировала на мои слова. Поговори с ней хотя бы ради неё самой, чтобы она смогла отпустить, а не мучаться. Если любишь, то сделаешь это для нее. Ты не можешь бросить всё на полпути. Зеленые глаза скользят по сообщению, которое она оставляет без ответа. Руки медленно собирают сумку, снова и снова прокручивая последний разговор. — Какая же ты слабая, Саш, — шепчет она сама себе, — и глупая, — тихо добавляет она, покидая раздевалку, надеясь не встретить никого, пока она покидает Хрустальный.