Noblesse. Заглянувшая за горизонт

      Физика и биология пролетели незаметно. Шинву спал, Ик-Хан залипал в ноутбуке, Юна прилежно училась, Суйи разглядывала Рея. Последний смотрел в окно. Я рисовала в тетрадке, пытаясь подсчитать, когда стоило бы ждать в гости Сейру и Региса. Получалось, что уже на этой неделе.       — Наконец-то закончилось, — потянулся Хан, услышав звонок. — И урок последний. — Чем теперь займемся? — развернулся Ву. — Ну, пойти куда-нибудь поесть сейчас не очень-то…       — Точно, — поддержала Су, — пока Суйи здесь, надо избегать людных мест.       — Тогда нам просто некуда… — вздохнул Шинву, отметив, что остальные притихли в ожидании его решения. — Что же делать? — осмотрелся по сторонам, словно в поисках подсказок, задержался взглядом на нас с Кадисом, на мгновение замер, а затем приободрился и радостно оскалился.       А-ха-ха-ха! Дети нагрянут во Франкенхауз, вангую.       — Выбора нет, — согласился Ик-Хан, моментально обо всем догадавшийся.       — Именно, — парочка заговорщиков обменялась довольными улыбками.       — Что с ними такое? — послышался громкий шепот: Суйи не понимала причины веселья и требовала пояснений.       А я вот отлично понимала. Предупреждение опекуну улетело тут же: «Франкенштейн, мои соболезнования! Сегодня у нас будут гости».       Так и получилось. К моменту возвращения директора домой компания уже обосновалась в гостиной, ограбив холодильник и шкафчики на предмет вкусняшек. Вернее, мы с Юной все организовали, пока парни выспрашивали у Рейзела, какие игры тому нравятся и что установить на смартфон. Не отвертелся благородный от знакомства с современной культурой. Только Суйи вела себя подчеркнуто вежливо, когда выходила из ступора. Правда, сразу следом одноклассники отчебучивали что-то еще, и состояние шока возвращалось, мотивируя к пересобиранию картины мира.       — Что с тобой? — заметил, что подруга вела себя слишком скованно, Шинву. — Чувствуй себя непринужденно.       — С каких это пор вы, ребята, стали так бесцеремонно вваливаться в директорские апартаменты? — откликнулась она. — Я знала, что вы с ним на короткой ноге, но не до такой же степени… И вы не просто посидеть зашли, а даже…       — Все в порядке, — улыбнулась Юна. — Все потому, что Ани и Рей остановились у директора.       — Мы частенько заходили проведывать Ани, потом познакомились с Реем, а теперь и с директором подружились, — пояснил Ву.       — Да неужели?       В этот миг хлопнула входная дверь. Через минуту в гостиной появились Франки и Эмыч.       — А-а, директор!       — Вы вернулись? И аджосси с вами.       — Здравствуйте, директор, — присоединилась к радостным восклицаниям Юна, передавая Ик-Хану тарелку с виноградом.       И только Суйи подскочила с места и почтительно поклонилась.       — Зд-дравствуйте!       На мгновение даже жаль стало Франкенштейна. Однако тот смог взять себя в руки и чуть вымученно улыбнуться.       — Вижу, вы и Суйи сегодня пригласили.       — Ах, да, — заикаясь подтвердила та.       — Ой, забыли чашки… — абсолютно проигнорировал атмосферу Шинву. — Директор, вы нам несколько чашек не принесете?       Я искренне восхитилась наглостью парня. Жаль, Франки не оценил, покачал головой и удалился на кухню. За ним последовал и Два-один. Поднялась, направилась за бокалами. Не хорошо все-таки, что дети так быстро на шею сели. Нужно их окоротить. Но как это сделать доходчиво и не обидно? Собрала нужное количество чашек, поставила на поднос.       — Помощь нужна? — поинтересовался М-21.       — Нет, спасибо, справлюсь, — мягко улыбнулась. — Завари лучше ромашковый чай. У нас есть, я купила, — указала на согбенную фигуру, замершую у плиты и бормотавшую: «Я смогу защитить Мастера и свой дом. Сумею защитить, что бы ни случилось!»       Раковина начала покрываться изморозью. Метнулась к страдальцу, положила руки на напряженную спину.       — Ш-ш-ш-ш-ш, — зашептала, когда тот нервно дернулся, — все хорошо, они скоро уйдут.       Легкими массирующими движениями размяла зажатые мышцы, почувствовав, что опекун позволил себе чуть расслабиться.       — Дай мне полчаса.       Франки вздохнул, кивнул. Смирился. Двадцать первый подсунул ему ромашковый чай. Я почти на цыпочках забрала оставленный поднос и вернулась в гостиную.       — Ребята, я хотела познакомить Рейзела с караоке.       Ноблесс заинтересованно блеснул глазами.       — Поможете?       — Конечно, Ани, — оживилась Юна, — отличная идея!       — Если снять отдельную комнату, то нас никто не будет беспокоить, — задумчиво проговорил Ву, — значит, Суйи тоже сможет пойти.       Та подтвердила:       — Я знаю отличное заведение. Знакома с хозяином. Уверена, он сделает нам скидку.       — Решено! — подскочил Шинву. — Идем в караоке. И почему я сам не догадался? Там ведь и просто посидеть можно.       И получил локтем в бок.       — Потому что это дорого.       Рыжик помрачнел.       — Я оплачу, — взмахнула руками.       Уверена, никто не будет против подобных трат. Что такое деньги по сравнению с чистым пустым домом и довольным Мастером?       Как и обещала Франкенштейну, через полчаса мы погрузились в минивэн и отбыли на встречу с прекрасным. Ну, или как пойдет… Надеюсь, Рейзел снисходительно отнесется к подростковым завываниям и будет просто наслаждаться атмосферой веселья и радости.       Рекомендованное Суйи заведение оказалось вполне приличным закрытым клубом. Владелец — поклонник певицы — без всяких вопросов оформил мне золотую карту. Скидка получилась существенной, бонусы обслуживания — на VIP-уровне. Но и сумму с карточки списали немалую. Для караоке предоставлялось на выбор несколько тематических залов. Похихикав, выбрала «Готику». И не прогадала: мягкие диваны в виде открытых гробов, уютный полумрак тяжелых портьер, благоухающие толстые свечи, темно-бордовые розы в вазах на столиках, вишневый сок в ажурных бокалах — обстановка полностью соответствовала классическим описаниям из вампирских романов девятнадцатого века. Сразу захотелось надеть викторианское платье в пол, поднять волосы в вычурную прическу и завести неспешный разговор о жизни и смерти.       Кадис воспринял приключение вполне благосклонно. О том, что слушать ему предстояло не Баха и не Моцарта, я предупредила сразу. И заранее попросила прощения. Ответом мне стала поднятая бровь. Хм-м-м… точно, благородный же проспал восемь столетий. Нужно будет его познакомить с культовыми композиторами. Интересно, кто ему понравится?       Мы попали под очарование комнаты. Песни выбирались либо из аниме на вампирскую тематику, либо из соответствующих фильмов. Потом устроили перерыв на чай и включили «Призрака оперы». По связи ощутила интерес и радость. Рею мюзикл явно пришелся по вкусу. А мне все сильнее хотелось реализовать задумку «костюмированной вечеринки» и посидеть в этой мрачной атмосфере в тишине, без криков и гомона. Поэтому, когда пришла пора расходиться по домам и прощаться, мы вызвали ребятам такси, а сами остались.       Я сменила школьную форму на викторианский наряд: шерстяная длинная юбка, черная блузка с оторочкой белым кружевом у манжетов и воротника. Подколола заколками боковые пряди, чуть завила и нарастила волосы.       — Мне так понравилось здесь, — пояснила Рейзелу, с любопытством наблюдавшему за преображением. — Давай просто немного посидим? Я включу тебе Вагнера.       Тот улыбнулся, кивнул. Щелкнул пальцами, сменив свой костюм на более старомодный, гармонировавший с моим. Откинулся на подушки и прикрыл глаза, заслышав первые аккорды «Гибели богов». Я села в обитое мягким бархатом кресло и постаралась полностью отключиться от реальности, сосредоточившись на музыке и на эмоциях Кадиса. Не знаю, сколько времени мы так провели. Опера еще звучала, когда в дверь робко постучали.       — Простите, клуб закрывается. — На пороге комнаты застыл владелец клуба. — Бог мой, это прекрасно!       Ой! Мы так увлеклись, что забыли вернуть одежду в первоначальное состояние.       — Милорд, леди, позвольте обратиться с нижайшей просьбой, — склонился в подобострастном поклоне мужчина.       Забавное обращение. Решил подыграть нам? Однако Кадис благосклонно кивнул:       — Говори.       — Милорд, позвольте написать ваш портрет? Вернее, серию, триптих.       Что?       — Видите ли, я художник, оформитель интерьеров. — Заметил мой взгляд и дал пояснения: — Сам занимался дизайном всех залов клуба и подбором предметов обстановки. Давно хотел повесить здесь несколько картин, искал моделей, пробовал разные варианты… но… — последовал тяжкий вздох, — все не то. А сейчас, увидев вас, — воодушевился хозяин заведения, — я понял, чего мне не хватало.       — Хорошо.       Хах? Как это? Почему?       — Благодарю вас, милорд, — обрадовался мужчина. — Я оставлю визитку в вазе у выхода. Пожалуйста, позвоните мне, когда будете свободны. В любое время.       Еще один поклон. И дверь за посетителем тихо закрылась.       — Рейзел, почему ты…       — Он творец, — перебил меня Ноблесс. — Его мысли чисты и только об искусстве. Он старается сделать мир вокруг прекрасным. Таким людям не стоит отказывать.       — Вот как, — удивилась, — а я ничего не почувствовала. Просто посчитала его приятным дяденькой.       Эмофон забурлил весельем.       — Что?       — Ани, ты его в два раза старше, — последовала лукавая улыбка.       — А? Зачем ты про это вспомнил? — надулась. — Для девушек возраст — больной вопрос. — Ответом мне был выразительный взгляд, пришлось объяснять: — Ну, чем старше человек становится, тем больше морщин, болезней. Организм изнашивается, красота увядает.       — Но ты ведь благородная.       — И правда… — вздохнула. — Видимо, в прошлой жизни я была человеком.       По связи донеслись удивление и любопытство.       — Что? Ты не веришь в реинкарнацию?       — Нет.       — Ну, а я верю. Наверное. По-другому не могу объяснить свои знания настоящего и будущего.       — Они тебя беспокоят? — голос Рейзела звучал напряженно.       — Да, конечно. Это не самые радостные воспоминания.       — Я могу избавить тебя от них, — предложил, нахмурившись. — Ты забудешь…       — Нет.       Я в панике подскочила.       — Не надо, пожалуйста! — Сделала два поспешных шага, опустилась на колени перед благородным, прижав руки к груди. — Пожалуйста, пообещай, что не будешь стирать мне память!       — Ани, я…       — Пожалуйста, — прошептала, чувствуя, как сознание захватывала паническая атака.       Если я утрачу знания, то не смогу помочь. Раджак погибнет, Мастер умрет. Неизвестно, как повернутся основные события саги, это ведь не канон. А как я смогу жить дальше, смотреть в глаза Франкенштейну, Эмычу? Всхлипнула. И почувствовала теплую ладонь на голове. Мечущийся разум успокоился, тело перестала бить дрожь.       — Дитя, — мягко проговорил Кадис, — тебе не стоит меня бояться.       — Я страшусь не тебя, а за тебя… — еле слышно пробормотала, усмиряя скрывавшееся дыхание.       Повисла тишина. Собеседник погрузился в мрачные размышления, эмофон захлестнула меланхолия.       — Прости, Рейзел, я не хотела расстраивать тебя, — вздохнула, вглядевшись в грустное лицо напротив.       В ответ мне взъерошили волосы.       — Среди благородных давно не рождалось предсказателей, — наконец нарушил молчание Ноблесс, — их еще называли «заглянувшими за горизонт». Они являлись предвестниками тяжелых испытаний, ставивших Лукедонию на грань. Считалось, что связь с предками у провидцев особенно сильна, потому к их советам всегда прислушивались.       Я завороженно внимала речам, раскрывавшим тайну моих знаний.       — Однако, Ани, среди них не было ни одного дожившего до малого совершеннолетия.       — Почему?       — Сила была слишком велика в них, — печально констатировал Рей. — Тела не справлялись. Предсказатели застывали в развитии, навсегда оставаясь детьми. После первой сотни лет они обычно уходили в Вечный сон.       Меня зазнобило. Это что, я должна забыть про «долго и счастливо»?       — Как они выглядели, если сравнивать с человеческими детьми? В каком возрасте переставали взрослеть?       — Десять-двенадцать лет.       Выдохнула, прислонилась лбом к мягкой ткани дивана.       — Но я не выгляжу на этот возраст, значит, я не… — задумалась. — Послушай, а не могли эксперименты Союза сломать этот «запечатывающий» механизм? — идея мне понравилась, я принялась ее развивать. — Если на время из меня сделали полукровку, пусть и искусственно поддерживая это состояние, могла я перестать быть нормальной «заглянувшей за горизонт»? А потом еще и твою кровь начали переливать…       Собеседник вновь замолчал. В эмофоне царил хаос: растерянность, непонимание, сомнение, облегчение, радость, надежда.       — Я не знаю, дитя, — покачал головой. — Раньше такого не случалось.       Вот это поворот! Что ж теперь, надо благодарить своих мучителей? Сами того не осознавая, они мне жизнь спасли? Ну, по крайней мере, продлили. Я не понимала, как на это реагировать. Казалось, голова сейчас взорвется.       — Рейзел, а эти дети уходили в Вечный сон именно после того, как исполнялись их пророчества?       Кивок.       — Всегда-всегда?       Еще один кивок.       — Ну, значит, какое-то время есть, чтобы во всем разобраться.       Стало чуть легче, ведь проблему можно было отодвинуть на «завтра». А там, глядишь, решение найдется само.       — Ани, обещай сказать мне, если захочешь уйти в Вечный сон, — тихо попросил Ноблесс, бледными пальцами подцепив мой подбородок и заставив посмотреть в глаза.       Оу! Что это с ним? По связи ощущались обреченность, тоска и одиночество. В то же время я чувствовала, что мой ответ очень важен.       — Хорошо, — завороженно залипла, разглядывая алые всполохи в бордовой радужке напротив, — обещаю.       Время замерло. Мы просто сидели, не разрывая зрительного контакта, пока в какой-то момент это удивительное состояние не исчезло: Кадис отпустил меня и встал.       — Пора возвращаться, — подал руку, помог подняться.       — Возьмем такси? — предложила. — Я тебе показывала, как это сделать, помнишь?       Отвел взор. И щеки чуть порозовели. Ясно все с ним.