Французское гостеприимство (с 1 по 5 главу)

Слабые лучи солнца, что пробивались сквозь задёрнутые занавески, коснулись лица Владимира. Тот поморщил нос и повернулся на бок. Слух уловил шорох, который доносился из-за двери спальни. Нехотя открыв глаза, мужчина понял — сон безнадёжно утерян. Спустив ноги на холодный пол и присев на край кровати брюнет потянулся, а после встал, подошёл к окну и открыл его. Комната заиграла новыми красками: помещение залил янтарный свет, что проникал в каждой уголок; в воздухе витал слабый аромат каштана — так же уютно, как и вчера. Развернувшись на 180 градусов, мужчина окинул спальню изучающим взглядом. Заметив на тумбочке, что стояла справа от кровати, маленький лист, который был сложен в несколько раз, мужчина хмыкнул. Подойдя к ближе, артист взял в руки аккуратно сложенный прямоугольник, развернул его и стал читать. «Good morning, Vladimir. In the morning I came to you to wake you up and we could have breakfast together. But when i saw how sweetly you sleep, he could not disturb your sleep. I hope you slept really well, because you were very nice. P.s. The maid behind your door walks you to the kitchen. My cooks are wonderful cooks. I really hope you enjoy my choice of breakfast for you. (;»

---

«Доброе утро, Владимир. Утром я заходил к тебе, чтобы разбудить, и мы могли позавтракать вместе. Но увидев, то как ты сладко спишь — не смог потревожить твой сон. Надеюсь, что спалось тебе и правда хорошо, потому что ты был очень милым. П.с. Горничная, что стоит за твоей дверью — проведёт тебя до кухни. Мои повара замечательно готовят. Очень надеюсь, что тебе понравится мой выбор завтрака для тебя. (;» «…ты был очень милым» — карие глаза несколько раз пробежались по этой строчке. От осознания, что на него: спящего, растрёпанного и беззащитного смотрел президент Франции — внутри всё сжалось, а затем, в животе, словно десятки бабочек взмыли вверх. На щеках появился лёгкий румянец, что смутил даже самого Вову. Вернув записку в исходное состояние, мужчина сунул её в карман джинс, что вчера так и не снял перед сном. Надев футболку, мужчина последний раз взглянул в зеркало, поправил растрёпанные волосы и открыв дверь вышел из комнаты. — Good morning, Vladimir! — Доброе утро, Владимир! — Раздался звонкий голос девушки, что была с левой стены от мужчины. — I am Noel. — Я Ноел. — представилась прислуга. Юморист повернулся на звук и окинул француженку беглым изучающим взглядом: милая леди, что была выше самого Вовы на пару сантиметров. Красно-рыжие волосы, которые едва доходили до плеч — каре девушке очень шло. Волосы вились и казались и вовсе непослушными. Лицо было усыпано множеством милых веснушек, что, почти, вероятно, сама обладательница редко подмечала. Конопатый маленький носик, который она обворожительно сморщила, стоило ей приветливо и дружелюбно улыбнуться гостю. На вид ей было 19, но в серых глазах уже виднелся пытливый ум и рассудительность. Мужчина мог бы долгое время любоваться её глазами, что так напоминали ему уже родные очи президента. Но те были скрыты под массивной оправы очков-бабочек, квадратной формы. Девушка переминалась с ноги на ногу и что-то активно лепетала. На её талии был костюм горничной, который больше напоминал что-то развратное с полок sex-shop, а не униформу. Пожалуй, это выглядело бы миловидно, если бы не смотрелось так смешно и нелепо. — Mr. Macron ordered to take you to the kitchen, and after breakfast send you to your hotel. — Господин Макрон наказал проводить вас до кухни, а после завтрака отправить в ваш отель. — Продолжила сбивчиво лепетать гувернантка. На что Володя лишь сдержанно кивнул и послушно направился за ней. Идя по красной дорожке, что вела на кухню, девушка что-то активно рассказывала и при этом жестикулировала руками. Она настолько быстро говорила, что мужчина не всегда поспевал переводить её сбивчивую речь. Поэтому просто вежливо кивал и улыбался. — Let me ask… — Позволь спросить… — вдруг вежливо перебил её юморист и чуть громче добавил… — Why are you dressed like that? — Почему ты так одета? Смешливая девчонка отвела взгляд в сторону, затем смущённый поправила юбочку и произнесла: — This is the uniform of all the girls that work in this mansion. The only exception is cooks. Mr Macron says we must always remain attractive to him and his guests. — Это униформа всех девушек, что работает в этом особняке. Исключение, разве что повара. Господин Макрон говорит, что мы всегда должны оставаться привлекательны для него и его гостей. — Ноел говорила твёрдо и уверенно, без капельки какого-либо смущения. Словно бы и её внешний вид — это что-то обыденное и совершенно не примечательное. Зеленский внимательно слушал девушку, которая закончив свой рассказ робко улыбнулась и убрала выбившуюся прядь волос за ухо. Самому Владимиру казалось, что такая просьба от президента в сторону персонала — это непознанное. Мужчина не должен сексуализировать девушку, даже если та, как Ноел — очень хороша. Безусловно гарант страны открылся для Вовы совершенно другой стороны, но на удивление, это не отталкивало украинца, а наоборот — притягивало и заставляло задуматься: какие ещё пошлые фантазии таятся в голове француза? — The rich have their own quirks! — У богатых — свои причуды! — сдержанно подытожил брюнет, когда зашёл на кухню в след за девушкой. Комната для трапезы была залита нежным молочно-жёлтым светом, что проникал в помещение через пару арочных окон. Кухонный гарнитур, стены и круглый стол средних размеров, который был в глубине комнаты — всё это было выполнено в одном стиле и блистало новизной. Мебель цвета слоновой кости и горького шоколада приятно откликалась в душе и дарила ощущение уюта. В просторной комнате витал приятный аромат горячих кексов и розмарина. — Bon Appetit— Приятного аппетита! — ласково протянула девушка и поклонившись, попятилась назад, а затем и вовсе вышла из комнаты. Комик вежливо кивнул ей в след, провожая взглядом, а после подошёл к столу. Резные ножки стула натужено скрипнули, когда мужчина выдвинул его и сел за стол. В животе вдруг заурчало и легонько свело. Будто бы услышав это, в помещение появился человек: дедушка лет шестидесяти, чьё лицо покрывало множество морщин. Его худощавое лицо было добродушно и улыбчиво. Он был высоким и излишне худым, однако не выглядел болезненно. В потускневших от времени голубых глазах сияла жажда жизни, а на голове аккуратной копной седых волос, лежали реденькие и ломкие волосики. — Good morning dear guests! — Доброе утро, дорогим гостям! — старичок сморщил высокий лоб и прогнул сухощавую спину в вежливом поклоне. Дворецкий больше походил на персонажа японских мультиков, чем на реального человека: его высохшее, сморщенное тело было облачено в черный фрак и лишь спереди виднелся белый треугольник выглаженной сорочки. На левом запястье свисало белоснежное полотенце, что было переброшено через руку. В правой руке — серебристый поднос за крышкой-куполом которого скрывалось блюдо. Пожилой мужчина выпрямился и бархатным голосом проговорил: — Mr. Emmanuel always treats his guests with care and attention. — Господин Эммануэль всегда с заботой и вниманием относится к своим гостям. — сморщенная рука поставила поднос на стол. — Therefore, when choosing dishes for your breakfast, you relied on your intuition and facts about your country. — Поэтому при выборе блюда для вашего завтрака — полагался на свою интуицию и факты о вашей стране. — тонкие пальцы обхватили ручку подноса и открыли его. На посеребренном подносе стояла глубокая тарелка, а в ней — борщ, от которого исходил пар и доносился приятный запах. Блюдо было сдобренной щедрой ложкой сметаны, которая аккуратным комочком лежала на оранжево-красной поверхности. Рядом с тарелкой лежали ломтики серого хлеба, с тонко нарезанными на него кусочками сала. От такого гостеприимства Зеленский слегка растерялся и не сразу начал что-то говорить. Но это было и к лучшему — дворецкий продолжал свой рассказ: — Mr. Macron thinks that you need to taste what you are used to. — Господин Макрон полагает, что вам стоило бы отведать, то, к чему вы привыкли. — тонкие губы сжались, придавая тому серьёзности. — He considered it necessary to ask the chef to prepare a dish that is adored in your homeland and considered national. — Он счёл необходим попросить повара приготовить блюдо, которое обожают на вашей родине и считают национальным. — дворецкий нахмурил густые брови и положил на стол приборы. Комик улыбнулся и кивнул. После чего поблагодарил старика и взял в руку золотую ложку. Уж очень не терпелось попробовать, то, что приготовили французские повара. Было очень интересно, удастся ли им передать украинский колорит, если они сами никогда не были в этой стране. — Bon Appetit! — Приятного аппетита! — монотонно сказал француз и повторно поклонившись вышел из комнаты. Каждому украинцу был хорошо знаком этот запах и вкус, что было так приятен и саднил в душе ностальгией. Зачерпнув немного содержимого тарелки ложкой мужчина попробовал: суп был наваристым. В нём плавали кусочки зелени и мясо, что по вкусу напоминало свинину. Блюдо оказалось весьма вкусным, но брюнет всё же подметил для себя одну деталь — он был пересолен. Вероятно, тот кто готовил торопился, но сам Владимир склонялся немного к другому варианту. — Закохався…* — юморист хохотнул. Вероятно, что это относилась к тому, кто приготовил еду. Но Вова был в этом не уверен и тихонько добавил… — я… — откусил кусочек от бутерброда. После столь плотного завтрака вспомнились друзья, которые ждали его в отеле. Почему-то стала одолевать совесть, что в тот вечер, когда Женя звал его отдохнуть — Вова отказал и предпочёл провести вечер и ночь в доме президента. Выйдя из-за стола, комик вышел в коридор, где его ждала Ноел. — Come, I'll accompany you! — Пойдемте, я вас провожу! — бодро заявила девушка и подхватила Зеленского под руку. — Wait… my jacket, it's left in the bedroom. — Подожди…моя куртка, она осталась в спальне. — сбивчиво проговорил Володя, пытаюсь припомнить слова на английском. — Oh don't worry! — Ох, не беспокойтесь! — выдохнула француженка… — Our butler — Roger, the one who brought you breakfast, has already taken your things to the car. — Наш дворецкий — Роджер, тот самый, что принёс вам завтрак, уже отнёс ваши вещи в машину. — девушка вновь говорила быстро и сбивчиво, но всё же брюнет смог уловить смысл сказанного. Во дворе и правда уже стоял серебристый Volvo. Подойдя машине, рыжеволосая девушка наскоро попрощалась с гостем шустро юркнула в особняк. Её с лёгкостью можно было понять, почти наверняка, что в таком наряде ей было прохладно находиться снаружи. Роджер открыл дверцу машины, и комик послушно в неё забрался, после чего дворецкий закрыл её и помахал гостю на прощание. Водитель завёл мотор и неспешно тронулся с места. В машине пахло кожей и мускусом. Шофёр внимательно следил за дорогой, а в салоне приглушенно играла музыка — снова что-то нежное и на французском. В авто было уютно, но Владимир вдруг осознал, что безумно скучает по русской или хотя-бы украинской речи. Но на удивление — молчать вовсе не хотелось, поэтому он сел на край сидения, слегка наклонился вперёд и обратился к водителю: — France is very beautiful. Emmanuel must be putting a lot of effort into keeping things under control. — Франция — очень красивая. Эммануэль, наверное, тратит очень много сил, чтобы держать всё под контролем. — мужчина выдержал некоторую паузу. Из-за плохого знания английского — порой было сложно говорить. — It is difficult to imagine how sad his wife is alone. — Представить сложно, то, как тоскливо его жене в одиночестве. — They hardly see each other. Now the President's wife is resting in Germany. — Они почти не видятся. Сейчас супруга президента отдыхает в Германии. — Пояснил водитель, проезжая очередной поворот. — You see, all those close to the president know that the first man of France has long been attracted only to men. For this reason, Emmanuel maintains the appearance of a fictitious marriage. — Видите ли, все приближённые президента знают, что первого человека Франции, уже долгое время тянет лишь к мужчинам. По этой причине Эммануэль поддерживает видимость фиктивного брака. — Шофёр отвлёкся от дороги на несколько секунд и обернувшись посмотрел на брюнета, хитро улыбнулся, потом вновь вернул взгляд на дорогу. — In short, he likes people like you… — Словом, ему нравятся такие как вы… — Which? — Какие? — вопросительно поднял бровь Владимир. — Russians. Ukrainians. If I understand correctly, then Slavic appearance. — Русские. Украинцы. Если я верно понимаю, то славянский внешности. — пояснил мягко водитель. — Mmm… — Ммм… — как-то обижено протянул брюнет и откинулся на спинку сидения. Взгляд потупился в окно, а на душе вдруг появилась тяжесть. Владимир вдруг ощутил себя так неуютно и потеряно, словно его окунули в реальность, но он к ней был не готов. — Don't misunderstand me: you are not the first to sleep with the president, there were others before you… — Поймите меня правильно: вы не первый, кто спит с президентом, до вас были другие… — мягко сказал водитель и сбросил скорость. — Enough! — Хватит! — Возмутился мужчина и ударил по кожаному сиденью ладонями. — We are not lovers, you understand?! — Мы не любовники, ясно вам? — прикрикнул артист. Водитель понял, что сболтнул лишнего. Робко кивнув, он посмотрел на пассажира через окно заднего вида — украинец смотрел в окно и тяжело дышал. Сказанные слова его сильно задели. Юморист вдруг почувствовал горечь обиды и ощутил себя, как шлюшка, что сняли на одну ночь, чтобы развлечься. В горле появилось неприятная жжение и боль. Комедиант закашлялся. Дорога до отеля заняла не больше часа, который мужчины провели в тишине, что нарушалась лишь звуком мотора и играющий магнитолы. Автомобиль остановился в нескольких метров от отеля Hôtel Plaza Athénée. За время пути комик остыл — злоба уже не текла по его жилам. — We've arrived! — Приехали! — громко и с улыбкой объявил водитель, а затем обернулся к пассажиру. — Thanks to! — Благодарю! — снисходительно ответил Вова и слегка подался вперёд. — Can I have a pen please? Unless, of course, you have… — Можно, пожалуйста, ручку? Если, конечно, у вас есть… Шофёр вернулся в исходное положение и достал из бардачка шариковую ручку. Протянул её украинцу и стал наблюдать, что его пассажир будет делать дальше. Вова достал из кармана джинсов прямоугольник бумаги, который ещё утром с трепетом читал. Перевернул чистой стороной и вывел простое послание: «Mr Macron, thank you for your French hospitality. But I hasten to upset you: I am not your toy and not a cheap slut. Remember it!»

---

«Господин Макрон, благодарю вас за оказанное французское гостеприимство. Но спешу вас огорчать: я не ваша игрушка и не дешёвая шлюшка. Запомните это!» Чуть ниже номер, который Владимир сам не знал почему оставляет. Всё время, пока рука выводила буквы на бумаге — зелёные глаза водителя следили за каждым движением украинца. Из-за чего пришлось закрывать текст рукой: был велик риск, только, что послание могут прочитать чужие глаза. «не дешёвая шлюшка»— по этой фразе ручка прошлась несколько раз. Из-за чего шрифт получился жирным и сразу заметным. После чего Зеленский свернул бумагу таким образом, чтобы его послание было не читаемо и протянул бумагу водителю. — Pass it on to Mr. President! — Передайте это мистеру президенту! — сказал комедиант, а затем открыл дверцу машины и вышел из неё, громко хлопнув. — Stop for a second! — Остановитесь на секунду! — окликнул юмориста водитель и схватив что-то переднего сиденья выскочил из машины. Неспеша подойдя к брюнету, коренастый мужчина протянул мужчине бумажный пакет, тёмно-коричневого цвета. — Mr. Macron asked me to give you croissants and coffee. — Господин Макрон просил передать вам круассаны и кофе. — Шатен протянул пакет в руки артиста. Владимир сдержанно кивнул и поблагодарил водителя. Затем развернулся и стал уходить, как вдруг его схватили за запястье и потянули на себя — брюнет с удивлением обернулся. Шофёр наклонился и мимолётно чмокнул Зеленского в щёку. Юморист почувствовал, как пухлые и влажные губы коснулись его щетины и не сразу осознал произошедшие. — And this… — И это… — француз лукаво улыбнулся и попятился к машине — He also asked for… — Он тоже просил передать… — мужчина подмигнул и сев в свой серебристый Volvo тронулся с места. Владимир коснулся щеки и задумался. После чего не спеша побрел к стенам отеля. Только сейчас он заметил, что всё это время за ним наблюдали и его коллеги. — Ну и что это было? — услышал Зеленский голос Евгения, когда до отеля оставалась пару метров. — сам говорил, что хочешь отдохнуть в номере, но тебя утром привозит какой-то мужик, да ещё и целует. — Кошевой сделал затяжку сигаретного дыма. — Жень, не делай мне мозги с самого утра! — Возмутился юморист, вручая другу бумажный пакет. — Он поцеловал меня в щёку. У французов так принято! — заявил Владимир сам, но был не уверен в правдивости это информация. — Ага, конечно! И выглядишь ты помятым, жаркая ночка? — коллега улыбнулся, а затем продолжил, — что, уже успел проверить на прочность койку этого француза? — Кошевой расхохотался и затушил сигарету. Вова закатил глаза, но так ничего и не ответил. — Женя, хватит! — осекла его Елена. — Вова совсем не похож на гея — не неси ерунды. — женщина добродушно улыбнулась Владимиру. «Да, совсем не похож…» — еле слышно проговорил комик и коснулся рукой своей шее. Вдруг отчётливо вспомнилось, то как сильно его возбуждал, тот мимолетный поцелуй в шею и плечо, который подарил ему Эммануэль. Мужчина тяжело выдохнул и развернулся лицом к друзьям. Сегодня утро было действительно сказочным. Французской осенью редко можно было встретить яркое солнце, но сегодня оно сияло ярче, чем в предыдущие дни. Компания друзей стояла возле отеля и разглядывала друг друга, словно не виделись несколько дней. На лысине Евгения был блик тёплого солнца, что напоминало красное яблоко, облитое воском в супермаркете, но Зеленский никогда не сравнивал его лысину с фруктов, скорее, с побритым мужским яйцом в душе. А что? Такой же блик. — Лысина сияет на уровне звёзд, — обернулся малой на своего старого друга, который по своему обыкновению глупо улыбнулся и затушил сигарету. — Спроси ещё у меня, когда я голову помыл… — выкинул окурок в ближайшую железную мусорку. — А ты моешь голову? — Зеленский с удивлением посмотрел на своего друга, и приподнял брови. — Нет, серьёзно, зачем лысым мыть голову? Елена смотрела на двух идиотов в сторонке и от стыда прикрыла своё прелестное лицо тонкой ладонью. Кошевой смотрел на товарища и думал: «хотел бы я ему как в старые добрые дать леща, но делать это при людях — как-то не хотелось. Ещё и в патруль могут забрать». — Задрал уже, мелкий зелёный гном. Пойдём лучше прогуляемся. Говорят, тут в пяти минутах ходьбы уже открывается вид на башню. — толкнул комик шуточно в плечо Вову, отчего тот пошатнулся и сразу выпрямил спину. Владимир поправил свою серую спортивную курточку и скривил лицо: — Гулять? Прости? — Вова нахмурил свои густые брови вниз, не понимая, что тот хочет сказать. — Ты вроде вчера бухал и трахал очередных шлюх в борделях… — продолжил брюнет, вновь рассматривая немного сонное лицо своего друга. — А-а-а… Ты про это? — схватился за свою лысину юморист. — Ну, а ты чего? Если я ебал шлюшек, тогда ты обсасывал сосиски в французской шаурмечной… — Пошло улыбнулся лысый. — Да закрой ты уже свой рот! — прокричал ему малой. — Мальчики! Стоп, хватит! — наконец-то в сей этой абсурдной ситуации вмешалась Лена. Её уже изрядно раздражала эта беседа и будучи светлым разумом двух взрослых мужчин. Кравец решила это прекратить: — Вы же находитесь в центре культурной городской столицы. Ведите себя поприличнее… — девушка развела своими маленькими руками. Она искренне надеялась, что это поможет исправить ситуацию и воззвать к голосу разума. И кажется, что это помогло: двое друзей серьёзно посмотрели на неё, а последовала маленькая пауза, и Кошевой оглянулся на Зеленского, немного нахмурив брови: — Расскажешь, как тебе хот-доги? — вдумчивое лицо Кошевого всегда выглядело по-дурацки и после заданного вопроса он громко засмеялся, словно слова Лены и не услышал. Ситуация вернулась к тому, что и было пару мгновений назад. Коллеги стояли и ловили испанский стыд с товарища. Оба смотрели на мужчину, который почему-то не мог остановить свой бешенный, немного дьявольский смех. Такое с ним случилось часто, но обычно на съёмках шоу «Рассмеши комика», где это было уместно и удавалось пресечь вовремя. Проходящие мимо туристы оборачивались, наблюдали за комиком, и быстро разворачивались, начиная ускорять свой темп и уходить из этой улицы — вероятно, такое поведение артиста их пугало.

***

— У меня дурацкое чувство, словно ты знаешь, куда идти, Вован? — длинные ноги пытались догнать молодого мужчину, который быстрыми шагами шёл к тому месту, где был вчера. Кошевой и Зеленский медленно спустились по маленькой старой улочке к основному побережью, где гуляли туристы из разных стран, и вальяжно разъезжали французы на дряхлых велосипедах. Побережье — это длинная пешеходная дорога, покрытая серыми камнями, каменные перила, которые ограждают проходящих от речки Сена. В воздухе можно было уловить запах осеннего дождя и цемента, при этом, создавалось ощущение свежести и ласковой свободы. — Я тут бывал вчера. — робко пробормотал мужчина. — Прогуливался. — мимолётно уточнил Владимир, повернувшись к другу, который отставал. Кошевой резко остановился и посмотрел малому в спину, но тот, кажется, даже и не заметил. Лысому мужчине не было понятно, то куда так спешит его приятель. Но, даже смотря в его напряжённое лицо он был уверен, что Вова был полон энтузиазма, а его карие глаза — блестят, так словно он спешит увидеть чудо. — Но ведь ты сказал, что ты остался в отеле! — громко сказал Евгений, отчего украинец был вынужден остановится и посмотреть на товарища. — Я тебе все потом расскажу! — отмахнулся Володя. Мужчина с лысиной начал медленно подходить к комику. Когда тот уже стоял практически возле немного вспотевшего тела, проговорил: — Так, а куда мы так летим? — монотонный голос пронзился с уст высокого товарища, которого стала напрягать сложившиеся ситуация — к тому же Елена изрядно отстала от компании. Но осмотревшись вокруг Кошевой уловил её миловидный силуэт в далеке и успокоился. Брюнет задумался: почему он действительно так рвётся на тот самый мост, где ещё вчера он стоял возле президента Франции. И поймал себя на мысли, что есть у него такое чувство: он был счастлив на том месте, где с ним был Эммануэль. Вчера он испытывал радость, чувства некой эйфории и уюта, которого так не хватало комику в последнее время, но рядом с новым приятелем к нему удалось вернуться и почувствовать себя живым. Пережитые накануне эмоции были очень похожи на чувства влюбленности и сейчас захлестнули Владимира: «Вернуться, чтобы прочувствовать ещё раз эти эмоции и вспомнить о моментах, которые он прожил с Макроном» — вдруг понял для себя украинец и вновь ускорил шаг. Обычный деревянный мост с железными перилами — вовсе не примечательный для мимо проходящих людей, но для Вовы это было что-то притягательное. — Я просто знаю одно местечко, где открывается вид на башню и пейзаж просто потрясный! — Зеленский ещё сильнее выпрямил спину и посмотрел на Кошевого, у которого с лица не сходила ехидная улыбка. — Но вид на башню уже открывается! — Женя показал длинной рукой на красивую, стройную башню. — А вот и это место! — Вова в шутку ударил по руке друга, и показал своей ладонью на деревянный длинный мост и двинулся в его сторону. Поведение низкорослого мужчины казалось для приятеля максимально странным, ведь видеть огонь в глазах человека, который так рвётся на этот сраный мостик — это очень и очень подозрительно, но тот просто закатил глаза под лоб и молча шёл за другом. Вприпрыжку, Зеленский опять шёл впереди и даже не оглядывался вокруг. Люди, проходившие мимо него, медленно поворачивались и смотрели в его спину, говоря: je voudrais cette ambiance — мне бы такое настроение. Наступив на старый брусок и услышавши мелкий треск: Вова вспомнил, как француз вальяжной походкой ходил по деревяшкам и смотрел на ночной облик своего друга. Резко вспомнилось, как его рука нежно легла на руку украинца и трепетно сжала её. Вдруг захотелось вновь ощутить чужие касания, но уже более требовательные и настойчивые. В память врезались мысли, что тогда, стоя на мосту, ощущая ночную таинственность и романтику — хотелось поцеловать президента и прижаться к нему всем телом, вспомнив об этом — артист невольно облизал нижнюю губу. Такие воспоминания согревают не только сердце и душу, но и… — Oooh, are you walking without the president today? — Ооо, вы сегодня гуляете без президента? — звонкий женский голос пронзился в пару метрах от двух мужчин, а в ногах начал ластиться, тот самый кудрявый пудель — Люмин. Видимо, он очень запомнил темноволосого комика и сейчас реагировал так, словно увидел старого знакомого. Кошевой с удивлением посмотрел на девушку с светло-золотистыми локонами и подумал, что это шутка мимо проходящий француженки. Но его друг так не считал, медленно подошёл к ней, и мило улыбнулся: — Today — yes, but I wouldn't mind walking with him again. — Сегодня — да, но я бы не отказался прогуляться с ним ещё раз. — кивнул головой низкорослый, отчего девушка начала рассматривать его чёткие черты лица и карие глаза. Казалось, словно она хочет его заворожить, но тот и вовсе не предал этому значения. Женя до сих пор не мог уловить смысл и суть диалога: кто она? Какой ещё президент? — It's a pity, but what can you do. The guarantor is a man without time. What are the fates here? — Жаль, но что поделаешь. Гарант — человек без времени. Какими судьбами тут? — белокурая красавица немного наклонила голову и заговорила более ласково. Люмин в это время начал играться со штанами Кошевого: он начал грызть края вольных джинсов, отчего лысый мужчина стал толкать маленькую собачку, а тот в ответ — ловить и упорствовать ещё сильнее. — Showing my friend around Paris. — Показываю своему другу окрестности Парижа. — Зеленский кивнул головой на рядом стоящего приятеля, который хоть как-то пытался избавиться от забавного Люмина, отчего девушка игриво засмеялась. — Didn't your boyfriend show you more interesting sights in Paris than the Eiffel Tower? — Неужели ваш парень не показал вам более интересные достопримечательности нашего города, чем Эйфелева башня? — блондинка толкнула низкорослого комика в локоть, и подмигнула тому — явный намёк на что-то пошлое. От этого, тот удивленно глянул на неё и даже не мог вымолвить слова. — What boyfriend?! — Какой парень?! — в их диалог неожиданно встрял Женёк, который уже замучался убегать от Люмин, и просто взял лохматого пса себе на руки. Он приподнял свои роскошные брови и вытаращился на молодую француженку. — Emmanuel Macron! You should have seen the amorous look your friend has on our president. Many French women look at Macron the same way, — Эммануэль Макрон! Вы бы видели этот влюбленный взгляд вашего друга на нашего президента. Многие француженки смотрят на Макрона также, — она провела своим тоненьким пальцем по груди Зеленского, — and even I… — и даже я… Люмин начал громко лаять в этот момент, а Владимир стоял словно вкопанный и не мог вынуть не слова: только что девушка просто раскрыла все карты, которые украинец не очень хотел рассказывать другу. Дело тут даже не в отсутствие доверия — его было хоть отбавляй. Просто комик понимал, что эта ситуация выглядит откровенно странно, да и сам брюнет ещё не до конца понимал, что с ним происходит. Лысый мужчина даже и забыл, что в руках у него пудель. Он просто продолжал с удивленным лицом смотреть на девушку и не произносить ни слова. — Lumin and I need to find a bathroom, so I'm leaving you guys. Say hi from Lumine to your boyfriend, well… Or president, as you call him. — Нам с Люмин нужно найти туалет, поэтому я покидаю вас, ребята. Передайте привет от Люмин вашему парню, ну… Ну или же президенту, как вы его называете. — она подошла к Кошевому и забрала собачку к себе на руки, а затем опустила его на брусья. — Au revoir! — До свидания! — она действовала так уверенно, что кажется привыкла ставить людей в неловкое положение и это был её обычный досуг. Зеленский опять не проронил ни слова, а просто кивнул головой и наблюдал за уходящим силуэтом. Так же поступил и его друг, который находился в неком шоке. Когда молодая девушка сошла с моста, оба мужчин посмотрели на друг друга, но продолжили молчать. Кажется, что каждый из них боялся нарушить тишину. Неловкая пауза продлилась около минуты — пока обоим не надоело бесценно пялиться на водную гладь и брюнет не положил свои руки на железные перила: — Какого хуя? — еле проронил Кошевой, и оперся об ограждение. Он с интересом посмотрел на товарища, ожидая пока тот, не скажет хоть слово и прояснит ситуацию. Кареглазый молча смотрел на осенний городской пейзаж Парижа, и опустил голову, наблюдая за тем, как волны речки Сено играются с друг другом: — Я вчера гулял с Макроном тут. Вечером. — тихо пробубнил он себе под нос. Он старался не озвучивать имя президента, а если и озвучивал, то очень невзначай. Товарищ наклонился к его лицу: — С кем? — в его голосе можно было наблюдать удивленность перемешанную с некой агрессией, мол: «что за вздор ты говоришь и лапшу на уши вешаешь?» — С Макроном! — Зеленский приподнял свою голову и уставился на скривлённое лицо своего друга. Но услышав ответ, губы напарника расплылись в широкой улыбке, а жилистая рука прихлопнула тонкую спину низкорослого мужчины. — С президентом Франции… Ты меня за дурака держишь, или как? — со смешком проговорил Кошевой и продолжал обнимать приятеля за спину. — Не могу рассказывать это тут, мало ли, кто пройдёт. Пойдём лучше обратно в отель, и я по дороге расскажу тебе, как и что…

***

— Ты, мать вашу, ночевал у президента?! — прокричал Кошевой на всю маленькую улочку, где находился отель. В руках комиков находилось по картонному стакану с кофе: Евгений любил американо с молоком, а Вова — крепкий капучино. Они оба стояли возле входа у отеля, где Зеленский вкратце рассказал о том, как прошёл вчерашний день после концерта. Кошевой долго думал, что тот до последнего шутит, но как раз таки сам Зеленский не мог поверить в то, что он говорит. Разумеется, малый не рассказывал своему другу про то, что Макрон, мягко скажем, заигрывает с ним, а тот, в свою очередь — принимает его намёки и сам начинает проявлять интерес к мужчине. Чувства Вовы были ещё в неком смятении, быть может, это всё ему и показалось? Вчерашний день точно не сон? — Так точно. Я сам до сих пор не могу понять, что вчера тусовался с президентом, так что я пойму тебя, если ты не поверишь моему рассказу! — Зеленский посмотрел с отчаянным лицом на своего высокого друга, который достал из кармана джинсов пачку сигарет Marlboro. Ловким движением пальцев Кошевой открывает коробок и достает одну сигарету. — Можно? — смущённым голосом проговорил Вова, отчего лысый мужчина с удивлением посмотрел на него. — Ты совсем уже очумел, дорогой мой? — он ещё раз приподнял свою правую бровь, и презрительным взглядом окутал друга. — Мне кажется, я схожу с ума, или действительно мой друг общается с президентом Франции, и курит сигареты, которые не курил больше 10 лет! — повысил тот свой голос. Сигареты — это было то, что максимально расслабляло Зеленского, поэтому, он отказался от курения. Это гробило его лёгкие, которые и так были не в очень хорошем состоянии. Всю юность он провёл с пачкой сигар, и закинул, когда в его жизни появилась дочь. Гены генами, но не хочется, чтобы дети привыкали к твоим вредным привычках, и не дай бог — сами начали злоупотреблять ими. Сейчас же, Вова сам не понимает, что происходит. В голове какой-то диссонанс, другая реальность. Невозможно же, что такое могло произойти и к тому же, невозможно так же и то, что начали проявляться чувства к мужчине. Мужчине, который оказал ему большое внимание, даже невзирая на то, что должно быть всё наоборот. Этот цвет серых глаз, словно тёмное летнее небо — запомнился Зеленскому, как и тихий, немного игривый бархатный голос француза. Симпатия к Эммануэлю Макрону действительно проявляется в голове, в душе, в сердце. — В честь этого, отдаю тебе свою пачку. Тут все равно 5 штук осталось… — Кошевой достал из кармана помятую пачку крепких сигарет, и протянул её Зеленскому. Тонкие пальцы прикасаются к пожатой красной упаковке. Было заметно лёгкое волнение, дрожь в руках. Он достает одну сигарету, и мимолётно кладёт себе в губы, а затем — Кошевой поджигает кончик табака. Содрогание. Отвращение. Расслабление. Вдыхая каждую сигаретную тягу в свои лёгкие, тело становилось приятно ватным. Голова немного кружилась, и в глазах немного помутнело. — Такое чувство, брат, словно ты сейчас траву закурил, а не обычную сигу, ха-ха! — Женя сильно постучал по его спине, отчего тот чуть не упал, но стоял ровно на ногах. — Иди, Женёк, в номер, я хочу сам постоять… — развязанным языком проговорил Зеленский, аккуратно держа сигарету в двух пальцах. — Напишем твоему макарону потом? — лысый мужчина продолжал подкалывать своего друга, но тот никак не реагировал на его нелепые шутки, и посмотрев на него расслабленным и при этом неприятным взглядом — тот перестал смеяться, а затем и вовсе исчез. Ну, так подумал Вова, на самом деле Кошевой зашёл в отель. Вокруг царила приятная тишина, хотя изредка по маленькой улочке проходили группы туристов. Никто и толком не обращал на молодого мужчину внимание, который стоял у мусорки и рассматривал здание, стоящее напротив. В ту же секунду, завибрировал телефон в кармане, что, бывало, не редкостью для популярного комика, но со вчерашнего дня он часто следил за уведомлениями, которые приходят ему, что и сделал на этот раз: — Emmanuel Macron -- «Паляниця» — are those strawberries?

---

«Паляниця» — это клубника? Зеленский с улыбкой прочитал его сообщение, и тихо засмеялся. От SMS президента, тот забылся мимолётно выкинул сигарету в мусорку, а после начал быстро набирать текст.

— Владимир Зеленский --

No, it's actually a round loaf of bread. White, wheat bread.

---

Нет, это по факту круглый батон, хлеб. Белый, пшеничный.

— Emmanuel Macron -- It was a bit of a miscalculation. Now I'll know!

---

Немного прогадал. Теперь буду знать! На этом, в принципе, можно было бы и закончить диалог, ведь тот просто задал вопрос — а этот ответил, но нет… Зеленскому так и не хватало общения с ним, хотя бы малейшей весточки. Он безумно хотел сейчас же оказаться там, где и сам Макрон, а затем — крепко-крепко обвить его руками, и вдыхать его строгий и притягивающий к себе одеколон.

— Владимир Зеленский --

Why would you want to do that?

---

Зачем тебе это?

— Emmanuel Macron -- I want to know a little more about your culture than borscht and salo.

---

Хочу узнать о твоей культуре чуть больше, чем борщ и сало. Вова на секунду задумался о том, что тот действительно интересуется украинцем, ведь интересоваться культурой — это что-то новенькое, или же он спросил это ради приличия внимания. Быть может, что Макрон написал ему не из-за того, что такое «паляниця» — а для того, чтобы хоть как-то начать диалог.

— Владимир Зеленский --

Are you going to go to Ukraine?

---

Собираешься ехать в Украину?

— Emmanuel Macron -- Going to see you not only in France, but also in your home country ;)

---

Собираюсь видеться с тобой не только во Франции, но и в твоей родной стране ;) На щеках у Зеленского появился лёгкий, смущенный румянец. Он улыбнулся краем губ, и думал над тем, какие бы слова написать: чтобы и не отталкивали его, и наоборот, побуждали отвечать взаимностью.

— Владимир Зеленский --

It feels like you didn't get my note, Emmanuel…

---

Такое чувство, словно ты не получил мою записку, Эммануэль…

— Emmanuel Macron -- You thanked me for my hospitality. It was a great pleasure!

---

Ты поблагодарил меня за моё гостеприимство. Мне безумно приятно! Зеленский поднял свою голову вверх и прикусил свою нижнюю губу. «Подлец… Хочет, чтобы я озвучил главные слова в записке…»

— Владимир Зеленский --

You know what this note is about, don't you?

---

Ты ведь знаешь, о чем эта записка…

— Emmanuel Macron -- You're not my dirty whore. You're just my friend. Can't I take care of my friend?

---

Ты не моя грязная шлюшка. Ты просто мой друг. Разве я не могу позаботится о своем друге?

— Владимир Зеленский --

Then why did you tell the driver to kiss me on the cheek?

---

Тогда зачем ты передал водителю поцеловать меня в щеку?

— Emmanuel Macron -- What? I didn't ask you to do anything like that…

---

Что? Я не просил делать подобного… — Emmanuel Macron -- Look, he's slick. I wish I were him… :)

---

Какой же он ловкий. Я бы хотел оказаться на его месте :)

— Владимир Зеленский --

???

Does he often kiss your «friends» like that? How many are there?

---

Часто ли он целует так твоих «друзей»? Как много их?

— Emmanuel Macron -- I don't like to be jealous, but I'll let you do it.)

---

Не люблю, когда меня ревнуют, но тебе позволю это делать)

— Владимир Зеленский --

I don't like men, I'll say it again. I am heterosexual, remember that.

---

Мне не нравятся мужчины, я ещё раз повторю. Я гетеросексуал, запомни это.

— Emmanuel Macron -- And when I kissed you on the neck, you didn't resist. And you were even aroused, or is it just me?))

---

А на момент моего поцелуя в шею ты не сопротивлялся. И даже возбудился, или мне кажется?))

— Владимир Зеленский --

It was an impression.

---

Показалось.

— Emmanuel Macron -- And even your faint, monotonous moan that pierced from your lips — was it just me?

---

И даже твой слабый, монотонный стон, который пронзился с твоих уст — всего лишь мне показался?

— Владимир Зеленский --

Exactly.

---

Именно.

— Emmanuel Macron -- Is it?

---

Разве?

— Владимир Зеленский --

Yes!

---

Да!

— Emmanuel Macron -- Liar)

---

Врунишка) Зеленский настолько вовлёкся в этот сладостный диалог, что вовсе забыл, где он находится и что происходит вокруг. В голове вновь вырисовывался его широкие, атлетичные плечи, подтянутое тело, тихий, завораживающий говор. Но всё это резко прервалось, одним неожиданным и громким звонком телефона…