Черника и пряжа

Не успеваю поднести к потрескавшимся губам стакан с элем, как твердолобый бармен исчезает прямо у меня из-под носа. Так не пойдет. Наш бой еще не окончен. Умею же я найти приключения на свой, отбитый долгими поездками, зад. Мужчина в возрасте, напоминающий хозяина этого заведения, волоком утаскивает молодого фьерданеца за угол стены. Судя по всему, они направляются на второй этаж. Мне не удалось разобрать слов, с которыми мужчина подбежал к бармену, но могу с уверенностью сказать, что он был зол. Его речь была слишком быстрой и неразборчивой, а как бы я не практиковалась, фьерданский с равкианским больно разные. Спрыгиваю с высокого барного стула и в один глоток выпиваю оставшийся эль. А после двигаюсь вслед за интересными персонами. По пути замечаю напряженный взгляд девушки. Еще чу-чуть и я полыхну от ее взгляда, как пух весной. Проигнорировав небольшую опасность поднимаюсь по лестнице на второй этаж, переступая через ступеньки. Осторожно оглядываю коридор, но никого в нем не наблюдаю. Медленно иду по деревянному полу, прислушиваясь к бьющимся сердцам поблизости, но это оказывается лишней тратой сил. За одной из дверей раздается резкий крик. Подхожу ближе к этой массивной двери и опираюсь на стену рядом с ней, чтобы слушать разговор и не вызвать подозрений, если кто-то пройдет мимо, в чем я сомневаюсь. -Йонас, ты идиот, — низкий мужской голос постоянно переходит на повышенный тон. Молодой парень не позволяет себе такой роскоши, поэтому чтобы услышать весь диалог приходится воспользоваться способностями Малой науки. Приживаю одну ладонь к правому уху, увеличивая возможности своего слуха. — Я не знал, что это парем. А когда понял было уже поздно. — Можно было выкинуть его в реку, в которую ты свалился по пути, северный ты олень. — И тем самым заразить воду, данную нам Джелем, этой отравой и подвергать людей опасности? — Парень произносит это без особого беспокойства в голосе. — Может, ты этим только помог бы миру избавиться от демонов. — Или навлек бы на Фьерду неминуемую гибель от скверны, — фьерданцы продолжают спросить еще какое-то время. Парем значит. Не приходилось сталкиваться с этим наркотиком, но судя по рассказам, мне стоит только радоваться отсутствию опыта. О, Святые, мне так хочется отдохнуть, а не встревать в очередные приключения. Вздрагиваю от резких движений, испугавшись того, что фьерданцы распахнут дверь, прижав меня к стене во всех смыслах. Но судя по скрипу половиц пожилой мужчина просто ходил кругами. Больше ничего они не обсуждали. — Коннор, я… Мне очень жаль, что я впутываю тебя в это. Постараюсь уйти пока они не пришли сюда и не разнесли всего «Серебряного оленя». Будет жаль потерять этот рай на земле. — Нет. Тебя сразу же поймают, стоит только высунуться. Оставайся на ночь тут, может к утру все утихнет и они уйдут дальше. — А, если нет, то мы все окажемся в ловушке, — снова наступает гнетущая тишина. — В моей комнате есть запасной выход на задний двор. Сможешь сбежать, поджав хвост, — мужчина своим тоном ставит точку в разговоре. Становится все интереснее и интереснее. За стеной слышится какой-то скрип, вероятно, это дверца шкафа. Его содержимое вытаскивают наружу, а потом на какое-то время все стихает. Я беспокоюсь, что фьерданцы могли что-то заподозрить, чувствую чье-то приближение. Легкими шагами прохожу чуть дальше по коридору и разворачиваюсь в сторону откуда пришла. Мне на встречу идет та девушка с испепеляющим взглядом. — Не помню, чтобы вы снимали комнату, — фьерданка хоть и совсем молода, выглядит на моем фоне огромной, сложив руки на груди, преградив дорогу к отступлению. Останавливаюсь в шаге от белокурой девушки и повторяю ее позу. Но что-то мне подсказывает, что в этой битве я проигрываю. — Любезный бармен забыл взять плату за эль. А мне совесть не позволяет уйти не заплатив, — ложь привычно легко касается моих губ. Девушка протягивает белоснежную, как снег ладонь в мою сторону. Я удивленно приподнимаю бровь. Несмотря на то, что по пути сюда мне попался почти пустой лагерь солдат. Бедолаги отправились на охоту, а трое, оставшихся в карауле, чудесным образом уснули. Было бы скверно пройти мимо и не прихватить немного монет. Но расставаться с ними не очень хочется. — Боюсь, что это будет не совсем разумно. Вдруг я захочу вернуться в это прекрасное место с очень любезным персоналом, а меня вышвырнут за неоплаченный эль. Вдруг вы прикарманите монеты себе. Кажется, мои слова задели фьерданку, потому что ее взгляд стал еще холоднее и теперь напоминал наточенную сталь. — Да как ты, — разрумянившаяся девушка не успевает закончить реплику. Тяжелая дверь за моей спиной открывается и в коридор выходят два уже знакомых фьерданца. Они замирают, заметив нас. Молодой парень сначала пронзительно смотрит на меня, а потом переводит взгляд небесно-голубых глаз на свою коллегу. Девушка сразу же расплывается в широкой улыбке. — Сара, что здесь происходит? — Хозяин таверны первый нарушает неловкое молчание. — Девушка хотела заплатить за эль, поэтому направилась за вами. Вот волькра. Все ледяные глаза теперь были направлены на меня. Чувствую себя так, словно провалилась в прорубь. Выдавливаю из себя улыбку, от чего шрам на глазу неприятно натягивается. Протягиваю монеты в сторону Йонаса, отрывая их от сердца.