Жизнь за жизнь.

Малфой оказался перед главным входом в старинное поместье своего дома. В саду пахло цветами и росой... Запах лета, такой родной и знакомый! Он поднялся по ступеням и вошел в холл. Перед ним тут же появился домовик, готовый приветствовать позднего (или раннего, смотря как считать) гостя. Увидев хозяина, он расплылся в улыбке. ‒ Доброе утро, хозяин Драко! Хозяин Люциус в кабинете. Он просил вас зайти к нему! ‒ сообщил эльф. ‒ Иду, а ты приготовь мне завтрак. Эльф поклонился и испарился, а Малфой пошел к отцу в кабинет. Дверь была приоткрыта. Сквозь щель хорошо просматривался догорающий камин. На столе оплавлялась свечка. Люциус сидел в кресле с высокой прямой спинкой, опустив голову на руки. Он, видимо, читал, но задремал. Малфой чуть приоткрыл дверь, чтобы убедиться в этом, петли тихонько скрипнули. Люциус тут же вздрогнул и вскинул голову. Его глаза пару мгновений фокусировались на сыне, после чего он улыбнулся ему и сделал приглашающий жест. ‒ Здравствуй, папа, извини, что разбудил... ‒ Драко шагнул в кабинет и прикрыл дверь за собой. ‒ Ничего, я рад, что ты вернулся, ‒ Люциус потер глаза и зевнул. Сейчас он не выглядел холодным лордом, каким видело его большинство людей. ‒ Все хорошо? ‒ Да... ‒ но взгляд отца уже упал на рваную рану на груди, оставленную Сивым. Кровь-то Драко остановил, а вот вылечить времени не было, да и не смог бы. ‒ Что это? Тебе надо в больницу! ‒ Успокойся, никакой больницы! Мунго сейчас толком не работает ‒ власть меняется... ‒ Точно, совсем забыл! ‒ Люциус поднялся и позвал эльфа хлопком в ладоши. Малфой-старший отдавал приказания о воде, бинтах и зельях, как заправский лекарь. ‒ Жаль, что Северуса нет, ‒ бормотал он, осматривая рану сына. ‒ Он бы парой зелий все в порядок привел, а тут... шрам ведь останется! Драко было совершенно неважно, останется у него шрам или нет. Главное, со всем разобраться, чтобы мир, наконец, встал с головы на ноги. Он меланхолично наблюдал за стараниями отца. Люциус суетился вместе с домовиком, как заправская сиделка. А его-то реакция матери беспокоила! Хорошо, что она не видела! ‒ А как мама? ‒ спросил юноша. ‒ Она раздавлена смертью Беллы, ‒ ответил Люциус, продолжая втирать в грудь сыну какую-то мазь. ‒ Мы пытались найти тебя в школе, но Темный Лорд сказал, что с тобой все в порядке, и отправил домой. Она места себе не находила, а потом уснула, не без моего вмешательства, конечно, но ей нужно было отдохнуть. Я отнес ее в спальню ‒ прийти в себя... ‒ Понятно... ‒ Драко никогда не понимал привязанности матери к сестре, ведь тетя Белла взаимностью не отвечала. Однако факты были налицо: Нарцисса Малфой всегда любила Беллатрису Лестрейндж, выгораживала ее и старалась помочь. ‒ Что еще мне следует знать? ‒ спросил Драко, когда отец уже почти закончил. ‒ Северус Снегг погиб, знал? ‒ Нет! ‒ юноша вздрогнул. Его декан. Его учитель. Его крестный. Его друг, в конце концов. Если потеря тетки никак на него не повлияла, то гибель Снегга больно отдалась в сердце. ‒ Прости, я не думал, что ты так отреагируешь! ‒ Он был мне дорог. ‒ Да, наверное... Люциус оценивающе оглядел свою работу. ‒ Теперь Нарцисса не упадет в обморок от одного твоего вида, ‒ решил он. ‒ Я пойду к ней, когда она проснется, а пока хотел бы поесть... ‒ Да, иди, с тобой точно все в порядке? ‒ Да. Почему-то рассказать про Грейнджер язык не повернулся. Его родители и так устали, измучились от всей этой неизвестности, им не нужны лишние проблемы. Он расскажет потом, когда все уляжется... Драко поднялся в свою комнату. На журнальном столике его ждал заказанный завтрак. Запах кофе и свежих булочек доставил удовольствие, давно у него не выдавалось шанса спокойно позавтракать! Такая роскошь! Малфой сел в кресло и принялся за еду. Потом душ и новая осторожная перевязка, уже в исполнении одного эльфа домовика. Драко хотел было лечь спать, но понял, что скоро проснется мать, а с ней надо увидеться, так что ложиться пока рано. Поэтому он прошел в сторону спальни родителей. Дверь была открыта. Нарцисса лежала на кровати поверх покрывала прямо в одежде и спала. Она казалась такой хрупкой и беззащитной, что Драко невольно захотелось обнять ее и спрятать от всех бед. И тут миссис Малфой неожиданно открыла глаза и посмотрела прямо на сына. ‒ Драко! ‒ она резко подскочила и обняла его. Юноша поморщился от боли в груди, и она тут же увидела повязки. ‒ Что случилось? ‒ Битва, мама! Немного пустили кровь. Все хорошо! Драко сел на кровать и притянул мать за собой. Она выглядела уставшей и изможденной. От нее исходил такой привычный свежий запах духов, почему-то юноше всегда казалось, что именно так пахнет утро. Это был запах его детства, который Драко любил больше всего на свете, запах чистоты и нежности, хотя вряд ли кто-нибудь из чужих мог применить эти слова к Нарциссе Малфой. ‒ Тебе надо еще поспать, прости, что разбудил, ‒ произнес юноша, виновато. ‒ Ничего! Я отдохну потом! Так рада, что ты вернулся... ‒ она не договорила слова «живой», и оно повисло в воздухе. ‒ Как же я мог не вернуться? Война закончилась, теперь все, наконец-то, будет хорошо! Идеальный мир, о котором мы мечтали! ‒ его голос звучал преувеличенно бодро. Об «идеальном мире» столько раз говорил Темный Лорд, но в семье Малфоев в это уже не верили. Путь к хорошему не может вести по такому количеству трупов. ‒ Конечно, теперь все будет хорошо, вот только Белла... ‒ и Нарцисса подавилась рыданиями. ‒ Ну что ты, успокойся! ‒ Драко крепче обнял мать, позволяя ей спрятать влажное от слез лицо у себя на груди. ‒ Она умерла за то, во что верила. Уверен, она бы так и хотела умереть ‒ сражаясь... ‒ Она хотела жить, а не умирать, ‒ сквозь слезы выговорила Нарцисса. ‒ Такая живая и яркая! Она не должна была умирать так рано! И бедный Рудольфус... Женщина больше не могла говорить. Драко просто укачивал ее в объятиях. Он не понимал этой привязанности матери, ему никогда не нравилась тетя Белла. И юноша знал: Рудольфус Лестрейндж не будет особенно горевать по жене, ведь она никогда его не любила, только Темного Лорда, а сам муж менял любовниц как перчатки. Теперь полная свобода... Но говорить об этом матери было бы неразумно, поэтому Драко утешал ее просто своим присутствием. Когда Нарцисса немного успокоилась, Драко позвал эльфа и велел принести сонное зелье. ‒ Тебе надо поспать, набраться сил, с нами все будет хорошо, обещаю! ‒ А похороны? Когда будут похороны? Я смогу пойти? ‒ Конечно, ты пойдешь! Мы все пойдем проводить тетю Беллу. Уверен, темный Лорд не оставит без внимания ярую сторонницу. Нарцисса закивала, проваливаясь в сон. Сейчас могло показаться, что это Драко старше, потому что холодная и расчетливая на людях миссис Малфой в тот момент как никогда нуждалась в заботе и поддержке. Убедившись, что мать спит, Малфой вышел из спальни родителей и прошел в свою комнату. Ему, чтобы отдать себя в руки Морфея, никакое зелье было не нужно.