Жизнь за жизнь.

Согреваясь мелкими глоточками сладкого чая, Малфой думал о том, насколько все странно. Он не мог объяснить себе, что с ним случилось после убийства Смита, но и то, как Грейнджер бросилась его спасать, тоже было непонятно. По его логике выходило, что она должна ненавидеть его, как Пожирателя Смерти, и бояться. Но разве тогда должна она была держать его голову на коленях, когда он пришел в себя? А самым странным казалось то, что от прикосновения ее рук становилось легче, как будто они снимали боль! И вот этого Малфой не мог принять. Прикосновения грязнокровки не должны быть приятны по определению! Немного придя в себя, Драко решил навестить старого друга Теодора Нотта. Он все это время почти не участвовал в делах Пожирателей Смерти, до сих пор не имел метки, и при этом отличался прекрасной успеваемостью в Хогвартсе и широкими знаниями. Теодор любил библиотеку почти так же как Грейнджер. Может он даст какие-то ответы? Драко трансгрессировал к парадному входу в поместье Ноттов. Перед ним тут же возник старый домашний эльф, служивший еще прадедушке Теодора. ‒ Мистер Малфой! ‒ домовик расплылся в угодливой улыбке, узнав гостя. ‒ Где Тед? ‒ сухо спросил его Драко. ‒ На веранде, мистер Малфой. Вас проводить? ‒ Не нужно, я знаю дорогу. Драко знал поместье Ноттов не намного хуже родного, так как в детстве проводил много времени в гостях у Теодора. Здесь ему провожатый не требовался. Знакомыми залами и коридорами, хранившими воспоминания об играх и шалостях беззаботного времени, Малфой вышел на любимую веранду Теда. Друг сидел в кресле с какой-то огромной книгой на коленях. ‒ Драко! Неужели ты? ‒ воскликнул Нотт, вскакивая. Друзья крепко обнялись. Малфой уже больше месяца не видел Теодора и успел соскучиться. И все-таки он радовался, что Нотту не нужно лебезить перед Волан-де-Мортом, это так не подходило его натуре, что Драко сильно изменил бы мнение о Теде, если бы тот вдруг вздумал этим заняться. ‒ Ты по делу или так, на огонек? ‒ спросил Тед, когда они сели рядом у стола с красивой каменной столешницей. ‒ С вопросами... ‒ Серьезно? Драко Малфой признает, что чего-то не знает? ‒ Приходится... Времена меняются... ‒ Меняются, ‒ мрачнея, протянул Тед. Из его глаз пропали лучики смеха, и он внимательно посмотрел на Малфоя. ‒ Ты плохо выглядишь. ‒ Спасибо за комплимент, ‒ шутливо раскланялся Драко, но взгляд не смеялся. Все было куда серьезнее, чем обоим бы хотелось. Малфой рассказал другу все, начиная с нападения Сивого, и заканчивая сегодняшним припадком на руках у Грейнджер. Теодор безошибочно чуял ложь, поэтому юлить не было никакого смысла. Это бы только обидело Нотта. Когда Драко замолчал, тот некоторое время сидел и, не отрываясь, смотрел, как шелестит клен желтеющими листьями. Лицо его выражало крайнюю степень задумчивости. Малфой ждал, зная, что прерывать Теда бесполезно. ‒ Беллатриса была здесь почти накануне битвы, разговаривала с моим отцом, ‒ наконец заговорил Нотт. ‒ Она говорила, прощаясь, что ей надо встретиться с Сивым, по делам Темного Лорда, но не уточнила зачем. Знаешь, Драко, не было у нее причин желать тебе зла самой, сердцем чувствую, что Господин приложил к этому руку, у него всегда и на все есть причины. Малфой и раньше чувствовал, что не в Белле тут дело. Ее вообще никто не волновал кроме себя и Темного Лорда. Теодор, скорее всего, прав. Но тогда зачем Волан-де-Морт так его приближает сейчас, если хотел убить? И зачем прибегать к помощи Сивого? Если Темный Лорд сам посылает в кого-то «Авада Кедавра», никто не спрашивает причин и не защищает приговоренного. Нет смысла прибегать к таким сложностям! Драко чувствовал, что упускает какое-то звено цепочки, и это страшно бесило. ‒ И ты зря так старательно моешь руки от Грейнджер, ‒ вдруг сказал Нотт. ‒ Кровь, кровью, но она была лучшей ученицей Хогвартса за кучу лет! Она могла бы ответить на многие вопросы, на которые не отвечу я. Если она все равно в твоих руках, почему не использовать ее? ‒ Она же молчит! ‒ Не язык же она себе откусила! Это последствия стресса. Если создать ей атмосферу уюта и безопасности, она заговорит снова. А пока можно заставить ее писать, или делать закладки в книгах на нужных местах... В наше время нельзя брезговать никакой помощью... ‒ Может, лучше ты разберешься? ‒ Я попробую, но ничего гарантировать не могу. Это странная реакция на убийства, я нигде на такое не натыкался. Возможно, какая-то магия... Я в этом не ас. ‒ Никто не ас. Мне не к кому пойти, Тед! Никому нельзя доверять! ‒ Однако мне ты доверяешь? ‒ Ты мой друг, с детства! ‒ Осторожнее, Драко, со всеми осторожнее, ты правильно сказал, сейчас никому нельзя доверять. ‒ Ты хочешь сказать, что предашь меня? ‒ Малфой почувствовал холод страха в сердце. В это не хотелось верить. Он не может потерять Теда, просто не может. ‒ Нет, конечно! Я просто предупреждаю и все! Я же твой лучший друг, ‒ и Теодор засмеялся, а у Драко немного отлегло от сердца. ‒ Так ты поищешь о реакции на убийство? ‒ Поищу, но вряд ли смогу помочь. Еще раз говорю, используй Грейнджер, дай ей доступ к библиотеке в вашем поместье, и она тебе что-нибудь нароет. ‒ Я подумаю. Драко отправился домой. Сегодня ему впервые в жизни стало неуютно с Теодором. Какой-то странный у него взгляд. И все же, не верить в дружбу Теда, значит ни в кого не верить, кроме себя. А себе верить становилось сложно, потому что собственное тело выдавало странные и непонятные реакции. И все чаще мысли возвращались к Грейнджер. Может и правда использовать ее для поиска ответов? Но согласится ли она? Нельзя совершить открытие под заклятием «империус»! Девчонка должна делать это сама, добровольно. Но, с другой стороны, если Грейнджер бросилась помогать ему сегодня, то почему бы не помочь еще раз, ведь она и так читает, по словам Веста. Пусть читает с пользой для дела! И все же что-то мешало Малфою обратиться к Грейнджер, как будто это сломает какую-то преграду между ними. Драко не хотел доверять грязнокровке, все его существо этому противилось. В итоге он решил повременить и подумать, может Тед, что-нибудь найдет, или все само сойдет на нет, тогда этого и не понадобится. Время терпит... Пока терпит... Спустя примерно час после того, как Малфой покинул поместье Ноттов, к Теодору явились еще двое. Молодой человек в это время собирался на конную прогулку, седлал лошадь, а это он всегда делал сам по давно сформировавшейся привычке. Услышав шаги за спиной, Тед обернулся. У входа в конюшню стояли Блейз Забини и Грегори Гойл. Нельзя сказать, чтобы Нотт не ждал увидеть их, но радости ему это не доставило. ‒ Быстро же до вас новости доходят... ‒ протянул Теодор, так и не накинув потник на конскую спину. ‒ Жаль, что не от тебя... ‒ в тон ему ответил Забини. ‒ Я хотел сначала сам в этом разобраться. ‒ Это хорошо, но главное, чтобы никому в голову не пришло, что ты специально скрыл приход Малфоя. ‒ А о чем мы говорили, вы тоже знаете? ‒ съехидничал Нотт, стараясь перевести тему. ‒ Нет, но ты сейчас нам расскажешь. Тед вздохнул, он понимал, что смысла скрытничать нет, ему же будет хуже. Отец попал в опалу, так что теперь всем Ноттам нужно быть особенно осторожными и аккуратными. Теодор рассказал все, что услышал от Драко, сократив ненужные подробности. ‒ Значит, Грейнджер у Малфоя... ‒ протянул Блейз. Лицо его приобрело очень задумчивое выражение. ‒ А мы-то гадали, где она... ‒ Теперь знаете... Что еще нужно от меня? ‒ Пока ничего. Зря, конечно, ты посоветовал Драко использовать грязнокровку. Хотя, может он еще и не решится. Сам ему информации не давай, «корми завтраками», обещай в скором времени полное объяснение и жди. Темный Лорд знает, как нужно. Гости ушли, а Теодор так и остался стоять, обнимая лошадь. Только что он предал единственного настоящего друга, ради спасения собственной шкуры. Если так пойдет дальше, то от самоуважения останутся одни лохмотья.