Нож с гравировкой

Lolita, qu'ai-je fait de ta vie? V. Nabokov (Лолита, что я сделал с твоей жизнью? В. Набоков) Будь хоть бедой в моей судьбе, Но, кто б нас ни судил, Я сам пожизненно к тебе Себя приговорил. К. Симонов Спой нам, ветер, про славу и смелость, Про ученых, героев, бойцов, Чтоб сердце загорелось, Чтоб каждому хотелось Догнать и перегнать отцов! В. Лебедев-Кумач

Пролог

Воздушное пространство Украинской ССР, Киевская область, 26 апреля 1986 г. — Взрыв там был, двое погибли, еще двенадцать с ожогами доставлены в местную больницу… — Про взрыв откуда данные? В отчете сказано только про пожар. — Сигнал передали, шифрованный... — Да дежурная напутала что-нибудь. Подняли панику из-за несчастного дыма на крыше. Пострадавшим выплатим компенсацию, и дело с концом. Вечером уже будем дома. Валерий проснулся. Самолет летел над рекой, по берегам которой густо рос еловый лес. Справа, через проход, сидели председатель аварийной комиссии, зампред правительства Щербина и руководитель службы гражданской обороны Иванов. Вид у обоих был глубоко скучающий. — Я против резких мер, — сказал зампред. — Начнем суетиться — и сразу же привлечем к себе ненужное внимание Запада. Валерий снял очки, потёр глаза и достал записную книжку. Отыскал чистую страничку и набросал заметку, из которой впоследствии мог получиться рассказ: «Небо, самолет, чиновник. Он ничего не смыслит в реакторах РБМК, но всю дорогу делает прогнозы, которые сводятся к пропаганде. Недалек, некомпетентен, самоуверен». Литературные эксперименты «в стол» уже много лет были любимым хобби Валерия, а в командировку он сейчас летел по своей основной специальности — как химик-неорганик, потому что его попросили оценить серьезность пожара на атомной станции. Записную книжку он спрятал подальше во внутренний карман пиджака: не ровен час, кто-нибудь увидит его заметки о политиках. Неприятностей с начальством и без того хватало.

Глава 1. Пионер и шпион. Бульварный роман

Москва, сентябрь 1949 г. Валерка отодвинул желтеющую ветку и прищурился — снова этот тип был здесь. Его коричневое пальто казалось сейчас размытым пятном, но по облику и по тому, как он держал плечи, как склонялась его голова над газетой, спутать его с кем-то другим было невозможно: точно он. Валерка заметил его недавно — он сам каждый день возвращался из школы по бульвару и садился немного почитать, пока ранняя осень еще радовала теплыми днями. Эту скамейку он облюбовал сразу — с главной аллеи она была не видна за киоском «Соки-воды» и обыкновенно пустовала, даже когда все прочие были заняты. И так продолжалось некоторое время, пока не появился неожиданный сосед. Что в нем было не так, Валерка и сам не мог объяснить, но в свои тринадцать прочел достаточно шпионских романов и понимал: не может человек просто так, безо всякой цели, сидеть каждый день в одно и то же время в одном и том же месте. «У него здесь явка». Через несколько дней, осмелев, он стал садиться рядом и таким образом получил о шпионе дополнительные сведения — что тот белобрыс, росту выше среднего, носит под пальто черный шерстяной костюм — точно такой же был и у Валеркиного отца — и читает всегда неизменно газету «Правда». Подмывало сказать ему: «В газете „Правда” ни слова правды», но отец запретил Валерке так шутить. Сегодня, увлеченный своим расследованием, Валерка совершенно забыл про угрозу с правого фланга. Угрозой этой был Дятел со своей шайкой. Дятел был старше Валерки, учился в восьмом классе, но имел вид типичного второгодника. Первый конфликт у них произошел сразу, как только Валерка поступил в новую школу, то есть почти две недели назад. Дятел был хулиган, неряха и задира. На школьной линейке он толкал малышей и почти довел до слёз учительницу, слишком молодую и неопытную, чтобы с ним сладить. Валерка прилюдно сделал ему замечание. И тут же попал в список злейших врагов, — Дятел это недвусмысленно дал ему понять, постучав себе по горлу ребром ладони. Мол, крышка тебе, приятель. Такой шпаны было полным-полно и в Кирове. Все они носили высокие ботинки и прятали там остро заточенный финский нож. Может быть, у Дятла и не было ножа, и с одним с ним Валерка бы как-нибудь справился, но Дятел ходил в компании взрослых приятелей. У Валерки ни в школе, ни в городе пока не было друзей, которые могли бы за него вступиться — он с родителями приехал в Москву только в конце июля. А в доме у них жили одни девчонки. Здраво оценив свои силы, Валерка стал практиковать отступление: не выходил на переменах из класса, а после школы опрометью бежал на бульвар, под защиту кустов акации, за которыми мог скрываться. Какое-то время. Но длилось это недолго. Что-то больно стукнуло его по затылку. Валерка обернулся — в траве лежал мелкий камушек. Его укрытие обнаружили: со стороны переулка на бульвар двигалась шпана, человек шесть-семь, а впереди всех — Дятел. Он-то, должно быть, и кинул в Валерку камень, а теперь нагибался за следующим, покрупнее. Взвесив свои шансы на благополучный исход, Валерка полез напролом через кусты и газон и плюхнулся на свою потайную скамейку, рядом со шпионом. Тот не обратил на соседа ровно никакого внимания, подумаешь, очередной школьник, и лишь перевернул страницу газеты. Валерка украдкой обернулся. Шайка Дятла рассредоточилась по основной аллее, а сам вожак с двумя сподвижниками шел по боковой в направлении Валерки. «Как их остановить? Может, сказать, что поймал шпиона?» — лихорадочно думал Валерка. Делиться своей тайной, конечно, не хотелось, — это дело вёл он сам. Да и тайна была слишком хороша, чтобы запросто подарить ее какому-то Дятлу. Такая, может, только раз на миллион выпадает. Но и драться с целой ватагой парней, для которых не существует понятия честного поединка… Что же делать? Враги тем временем уже поравнялись со скамейкой. В этот момент шпион поднял голову, посмотрел на них, — и они, ускорив шаг, прошли мимо. Съежившийся Валерка перевел дыхание. Но он видел — враги ушли недалеко, они встали за киоском и по-прежнему караулили свою жертву. Шпион сложил газету и поднялся. Скользнул безучастным взглядом по Валерке и направился восвояси. Дятел только этого и ждал — сразу вышел из укрытия и сделал знак приятелям, дежурившим на главной аллее. Решение пришло мгновенно, и рассуждать, умно ли он поступает, Валерка не стал. — Владислав Петрович, подождите! Я забыл вам сказать… Моя мама передает вам… — он припустился за шпионом и схватил его за руку. Шпион даже виду не подал, что удивился, — настоящий шпион! И руки не отнял. Его ладонь была широкой, а пожатие уверенным и крепким. Валерка впервые взглянул ему в глаза и подумал, как глупо было принимать его за шпиона — открытое лицо и прямой твердый взгляд выдавали в нем настоящего коммуниста. И на вид он был не старый, лет тридцати — даже моложе Валеркиного отца. — Тебя обижают? — спросил он. — Пойдем, провожу тебя домой. Валерке было неловко за свой порыв, и он уже ругал себя почем зря, но отступать было некуда, он лопатками чувствовал взгляд Дятла. Они пошли по улице рядом, Валерка пару раз оглянулся, но преследования не заметил. — Почему «Владислав Петрович»? — спросил неожиданно его спаситель. — Так твоего отца зовут? — Нет, — Валерка снова взглянул на него снизу вверх и улыбнулся. — Просто я подумал, вам очень подходит это имя — Владислав. Бывший шпион озадаченно посмотрел на него в ответ. — А ты занятный малый, — пробормотал он. И замолчал, но молчание это было спокойным и надёжным. Да и не пришлось Валерке долго наслаждаться его обществом — до дома было рукой подать. — Мне сюда, — сказал Валерка, останавливаясь возле своего подъезда. — Спасибо вам за помощь. — Не за что. У меня сын немногим моложе тебя. Я Борис, кстати, — сказал его новый знакомый. — Просто? — удивился Валерка. — Ну, конечно. — А я Валера, — они пожали друг другу руки. — Еще увидимся, — добавил Борис. — На бульваре. В следующий раз можешь не прятаться в кустах, сразу приходи на скамейку. Валерка покраснел и нырнул в подъезд.