Прибыла в Одессу банда из Амура...

– Ну что, готов? – Да готов-то готов… но не знаю. А сюда точно никто не зайдёт? – Флетчер робко озирался по сторонам. – Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю, – Ал поднял руку и продемонстрировал Флетчеру ключ. – У Мустанга всё никак руки не доходят до этой части здания Штаба, поэтому он отдал мне ключи, что называется, «до лучших времён». А спортом тут давно, как ты понимаешь, никто не занимается, не до того – все и так с этой пандемией задёрганные… включая, к слову, тебя – ты спать не пробовал, а? Ты своими синяками под глазами скоро панду напоминать начнёшь. – Спать? А что, помогает? – пошутил младший Трингам, пожимая плечами. – Давай не надо на больное, я тебя понял. Кстати, панды довольно миленькие, так что я ничего против не имею… Эй, ты чего на меня так смотришь? – Ну конечно… как я мог забыть, – Ал ухмыльнулся, пряча ключ в карман аккуратно сложенных на скамейке форменных брюк. – Разумеется, панды миленькие… особенно такие – маленькие, с кошку размером… – На что это ты намекаешь, а? – Флетчер ни с того ни с сего вспыхнул до корней волос. – Да вовсе ни на что… – Альфонс невинно пожал плечами. – Ой, кажется, ведь таких маленьких панд в природе не водится… А где ж я её видел? Дай-ка подумать… – Альфонс… – предупреждающе процедил сквозь зубы Флетчер. – А-а! Вспомнил! – Ал с видом святой простоты хлопнул себя по лбу. – Это ж у принцессы Ксинга на том приёме такая панда была, Сяо Мэй звали! А, Флетчер, помнишь? Хотя ты прав, с чего бы тебе помнить эту маленькую принцессу Мэй Чан, с которой ты всего-то пару раз станцевал и часок… другой… третий… пятый… проговорил… про всякое там разное? – в глазах младшего Элрика плясали весёлые огоньки. – Ты… ты… – Флетчер выглядел настолько сердитым и смущённым, что Ал, кажется, с трудом сдерживался, чтобы не захохотать в голос. Наконец, младший Трингам шумно втянул воздух носом и возмущённо тряхнул головой: – Всё, прекрати ржать, учи меня давай – мне ещё никогда так не хотелось тебе врезать! – Отлично, Флетчер, – Альфонс трясся от беззвучного смеха. – Поздравляю, первый этап пройден! – Первый этап? – тот растерянно заморгал. – Ну да, первый этап – ведь главное при освоении чего-то нового – мотивация! – Ах ты… ты всё это ради мотивации?.. – Ну-у… – Ал шумно выдохнул, стараясь выровнять дыхание. – На самом деле – нет. Я это только что придумал. Ты просто… – он вдруг подмигнул Флетчеру. – Ты просто ужасно смешной, когда краснеешь! – Ну всё, ты труп! – плохо понимая, что делает, младший Трингам кинулся на Ала с кулаками. Что, разумеется, оказалось ошибкой – потому что уже в следующую секунду Флетчер лежал на спине, судорожно ловя ртом воздух. – Сильновато, да?.. – над ним склонилось обеспокоенное лицо Ала. – А-га… – сипло выдавил из себя Флетчер. – Извини, не рассчитал маленько, – Альфонс протянул другу руку, помог подняться и усадил его на скамейку. – Живой вообще? – Вполне, – тот помотал головой и, слабо улыбнувшись, поднял на Ала глаза. – А хорошо ты меня… – Да я ничего особо не сделал, – Ал с виноватым видом передёрнул плечами. – Просто увернулся, схватил тебя за локоть и по инерции поставил подножку. – Да? А в ушах до сих пор звенит, – Флетчер потёр затылок. – Научишь так же? – Научу, – Ал кивнул. – Но начнём мы с другого. – С чего же? – С одного вопроса. – Какого? – Ты умеешь падать, Флетчер? Повисла тишина. Младший Трингам озадаченно отвёл глаза и кусал губы. Ал, скрестив руки на груди, терпеливо ждал. Наконец, Флетчер неопределённо передёрнул плечами. – Честно – не знаю. Наверное, нет, – чистосердечно признался он. – Судя по тому, как ты только что упал, действительно нет, – Альфонс присел перед ним на корточки. – Ты же понимаешь, что без этого никак? Можно научиться действенно махать кулаками, но, если ты не научишься правильно падать, это будет бессмысленно – всё равно весь бой простоять на ногах практически нереально… – Я понимаю, – Флетчер твёрдо кивнул, глядя Алу прямо в глаза. Тот даже удивился – такой спокойный и ясный взгляд был сейчас у его друга. – Как врач, я это вообще очень хорошо понимаю. Решено – учи меня падать. Альфонс едва заметно дёрнул уголком губ. Вот оно, преимущество учить взрослого (почти) человека, да ещё и медика – когда учитель объявила им с Эдом, что сначала надо учиться азам вроде падения, Эд от расстройства чувств переломал все нижние ветки на дереве во дворе (за что, разумеется, схлопотал нехилый такой нагоняй от Идзуми). Флетчер же сейчас не то что не возмущался – наоборот, он, кажется, был готов на всё, что Ал ему ни предложит.

***

– Ты молодец, Флетчер, но, может, всё же передохнёшь, а? – Нет, давай ещё разок, я, кажется, понял!.. Ал, устало вздохнув, опять встал напротив Флетчера – и едва заметно дёрнул рукой. –…Нет, ты как хочешь, а отдохнуть надо, – проворчал он, почти взваливая друга на себя – стоять самостоятельно тот сейчас почти не мог. – Я не понимаю, Ал, – Флетчер, оказавшись снова на скамейке, обессиленно прикрыл глаза и уронил голову Альфонсу на плечо. – Я ведь вроде всё делаю, как ты говоришь, но почему-то не выходит… Я разве мало стараюсь? – Нет, стараешься ты более чем достаточно, я бы даже сказал, выкладываешься на двести процентов, – задумчиво протянул Ал, стараясь не двигаться, чтобы не мешать другу. – Но надо к этому подойти как-то иначе… – В каком смысле?.. – В смысле эффективности – твой брат мне спасибо не скажет, если ты встать завтра не сможешь, ещё и врежет за избиение, а ему потом врежет Эд, и мы все опять будем с синяками, только ты нам помочь не сможешь… – Альфонс поджал губы. – Так что же делать? – Флетчер грустно приоткрыл один глаз. – Я что, безнадёжен? – Вовсе нет. Скорее уж наоборот – чересчур талантлив и ответственен, – Ал улыбнулся. – По-моему, проблема как раз в том, что тебе нужно расслабиться, а ты, наоборот, слишком стремишься контролировать каждое своё движение. – Так если я не буду контролировать, я ведь буду просто как мешок с картошкой, разве нет? – Флетчер вопросительно покосился на Ала. – И да, и нет, – иногда выгоднее стать пресловутым мешком с картошкой, чтобы сохранить кости в целости и сохранности. А иногда надо наоборот, настолько напрячься, чтобы всё тело было как деревянное – понимаешь? Нужен баланс! – Я головой-то понимаю, а вот как это сделать на практике, без понятия, – тяжело вздохнул младший Трингам, снова опуская веки. – Не выходит почему-то… Ал безмолвно шевелил губами, видимо, мысленно рассуждая о чём-то. За высокими окнами заброшенного спортзала начинали сгущаться ранние весенние сумерки – пора было потихоньку заканчивать, а то их могли хватиться старшие братья, сегодня очень кстати решившие засидеться подольше в лаборатории (Рассел обнаружил какое-то новое молекулярное соединение, и Эд, конечно, потребовал немедленно ему всё продемонстрировать – когда дело касалось науки, эта парочка забывала абсолютно все свои размолвки и могла часами восхищённо следить за движением едва различимых даже под микроскопом микробов в чашках Петри). Флетчер уже начинал дремать, по-прежнему прижавшись щекой к плечу Альфонса, когда вдруг тот с воодушевлением хлопнул в ладоши. – Придумал! – Что – придумал? – младший Трингам потерянно и озадаченно заморгал. Ал повернулся к нему. Глаза у младшего Элрика горели. – Слушай – ты ведь врач, так ведь? Флетчер закатил глаза. – Ну врач, и?.. Ты до этой мысли не мог полчаса додуматься? Ал, мне жаль тебя огорчать, но у тебя, наверное, рассеянный склероз начинается… – Да погоди ты, не перебивай, – Альфонс нетерпеливо замахал руками. – Раз врач, то ты отлично разбираешься в строении человеческого тела – расположение мускулов, крепление сухожилий, вся эта бадяга, я прав? Флетчер в недоумении поднял брови. – Э-э-э… ну-у… типа того, да, хотя на бадягу это мало похоже, – он пожал плечами. – А как без этого? Рассел же тебе рассказывал, как я учился… – Ну, погоди, и ты знаешь, как это всё работает? Импульсы, аденозинтрифосфат, адреналин, норадреналин, сгибание-разгибание, молочная кислота, да? – К чему ты вообще клонишь? – Флетчер уже совсем потерял нить разговора. – Ну знаю, конечно, иначе какой в этом смысл?.. Я же живых людей лечу, а не, прости Фламель, трупов каких… Ал поднял палец, и Флетчер, вообще перестав что-то понимать, замолчал. – Ну а я, – откашлявшись, торжественно заявил Ал, – а я тоже в этом всём прекрасно разбираюсь, потому что в своё время очень детально изучал экорше, а потом очень долго делал разные наброски с натуры – заниматься во время долгих путешествий в поездах было особо нечем, и я набил себе руку… Смекаешь, к чему я? – Вообще нет, – признался младший Трингам. – Понятия не имею. Ал вздохнул. – Понимаешь, я вот что подумал. Раз уж тебе сложно понять, когда нужно расслабить мышцы, а когда напрячь, потому что ты их слишком хорошо контролируешь, то… я мог бы тебе помочь. С моей стороны аналитика и пояснение прямо во время удара – с твоей быстрая реакция. И, возможно, тебе станет легче. Именно не до удара или уворота, а во время. Что ты об этом думаешь? Флетчер сосредоточенно нахмурился и поджал губы. – Вообще… вообще звучит очень странно. Но, чисто технически… почему бы и нет? Получается, я знаю, как это должно быть в теории – то есть, чего куда и как может двигаться. А ты знаешь, как и когда это должно быть на практике. И, если это объединить… – Должно получиться, – Ал уже стоял на ногах и протягивал Флетчеру руку. – Ну что – попробуем? Флетчер смерил его долгим взглядом, помедлил с секунду, твёрдо кивнул и ухватился за протянутую ладонь. – Попробуем, конечно!

***

– Эй, у вас всё в порядке? – Рассел изумлённо переводил взгляд с Флетчера на Ала и обратно. – У нас – просто прекрасно! – Флетчер буквально светился от радости. – А почему ты спрашиваешь? – Э-э, ну… наверное, потому, что вы немного… взъерошенные и мокрые, – Эдвард озадаченно провёл ладонью по майке на спине Ала. – Да причём насквозь… Вы что, бегали что ли?.. Альфонс и Флетчер переглянулись. Ещё до начала тренировки они сошлись на том, что старшим знать обо всей этой истории необязательно. А теперь немножко ошиблись – по времени. То есть, не ошиблись, а забылись, потому что первая «совместная» проба принесла такие блестящие результаты, что они оба страшно воодушевились. А в результате спохватились лишь когда уже совсем стемнело – поэтому одежду пришлось натягивать наспех прямо на разгорячённое тело. И вот результат. Больше так задерживаться нельзя. – Бегали! – Ал вдруг ослепительно улыбнулся растерявшемуся Эду. Теперь уже переглянулись старшие. – Куда же это, интересно? – Рассел, ещё не успевший снять белый лабораторный халат, скрестил руки на груди. – Да никуда особо! – у Флетчера вид был, как Рассел это мысленно назвал, «лихой и придурковатый». Он, нимало не смущаясь, глядя старшему брату прямо в глаза, развёл руками. – Смотрим в окно – погода замечательная, солнце светит, птички поют! Пошли с Алом проветриться, дошли до стадиона. А там нам что-то в голову ка-ак стукнет, и мы ка-ак побежали наперегонки!.. А потом так забегались, что стало темно!.. И ка-ак побежали обратно в Штаб!.. Брови у Рассела давно уже скрылись под светлой чёлкой. Эд ошарашенно моргал. Чего?.. Это младшим-то «в голову ка-ак стукнет»?.. Но Флетчер рассказывал так вдохновенно и радостно, а Ал так энергично кивал на каждое слово друга, что, когда они закончили этот «страшно интересный рассказ», старшим ничего не оставалось, кроме как, снова беспомощно переглянувшись, в унисон поинтересоваться: – И кто же победил?.. – Как кто? Ну разумеется Флетчер! – Ал, не дав на этот раз Флетчеру и рта раскрыть, хлопнул друга между лопаток. – И нечего на меня так смотреть – да, у меня ноги длинные, зато Флетчер куда легче на подъём и, будучи врачом, отлично знает, как правильно дышать, чтобы в боку не кололо!

***

– Куда ты, тропинка, меня привела… – тихонько напевал под нос Флетчер, роясь в шкафчике в поисках своих бритвенных принадлежностей. – Да чтоб вас, куда же оно могло… – Флетчер, а ты не видел мою… – Рассел, как обычно без стука вихрем влетевший в ванную, поперхнулся на полуслове и во все глаза вытаращился на Флетчера. Тот с перепугу аж подпрыгнул – да так, что стукнулся лбом об край полки. – Уй, блин… Братик, тебя что, стучаться не учили?.. – болезненно морщась и потирая уже набухшую шишку, младший Трингам обернулся – да так и замер. Взгляд у его старшего брата был стеклянный, пугающий. Флетчер даже поёжился. Чего это он на него так пялится? Ну подумаешь, стоит он в одних трусах посреди комнаты – так на то ж она и ванная… стоп. У Флетчера ёкнуло сердце. Вот же чёрт… – Вы ведь не просто бегали, да? – Рассел опасно сощурился. Флетчер сглотнул. – Ты о чём сейчас?.. – Не прикидывайся дурачком, – старший шагнул вперёд. Младший по инерции отступил назад и почувствовал, что затылок упёрся в что-то твёрдое – очевидно, зеркало. Дальше было некуда, а взгляд у Рассела стал уж совершенно прожигающим. – Говори уже. – Что – говорить?.. – Флетчер поёжился. – Братец, не дури! – прикрикнул Рассел, схватив младшего за плечи. – От кого вы с Алом убегали? Ну? Найду – головы поотрываю! Флетчер ошалело моргал. Понемногу до него начинало доходить. – Рассел, я же… – А ты мне зубы не заговаривай! – Да я и не пытаюсь… только ты отпусти – больно, ещё синяков наставишь… – Что? – Рассел изумлённо распахнул глаза, опустил взгляд – и только тогда, опомнившись, разжал пальцы. – Ой, прости, я это не нарочно! – Да знаю, знаю, – Флетчер кивнул ему, растирая побаливающие теперь от стальной хватки плечи. – В следующий раз просто говори, ладно? – Ладно, но… я вне себя! – Рассел уселся на бортик ванны и надулся. «Как мышь на крупу,» – мысленно хихикнул Флетчер. – Ты же сам понимаешь! Говори уже, ну! – Да не буду я тебе ничего рассказывать, – Флетчер, тоже нахохлившись, отвернулся обратно к шкафчику – продолжать искать свою бритву. – Подумаешь, подрались немножко. С кем не бывает. – «С кем не бывает»? Ты издеваешься?! С тобой прежде всего и не бывает! – Рассел стукнул кулаком по стене. – Ты себя в зеркало видел, герой?! Да на тебе живого места нет! Весь в синяках! – А это не от битья, – невозмутимо пояснил младший, наконец, доставая и новое лезвие, и станок, и пену. – А от чего, позволь узнать?! – Ну чего ты орёшь, а? Глухих повезли… от того, что падал неудачно – вот и всё. – … Флетчер, ну что ты, совсем меня за идиота держишь? – как-то грустно спросил Рассел. – Почему за идиота? – младший Трингам озадаченно обернулся. – Потому что сколько это раз падать неудачно надо?.. Ты что, в соревнованиях на падение участвовал? А Ал тогда сколько раз упал? Вот пойду сейчас позвоню Эду, чтобы он узнал… – Не надо! – Флетчер в ужасе выронил бритву. – Не звони! – Почему? – Рассел изумлённо выгнул брови. – Ну не надо, пожалуйста! Мы с Алом всё равно вам ничего не расскажем, а так ты только Эда до инфаркта доведёшь! – так отчаянно Флетчер ещё не блефовал. Рассел растерянно заморгал. – По… почему не расскажете? – Потому что пообещали друг другу и этим, которые те! – младший щёлкнул пальцами, искренне надеясь, что Рассел воспримет «этих тех» как неких придурков из числа шпаны Централа, желающих подраться на пустом месте. – Это каким «этим, которые те»? С которыми вы подрались?.. – Ну да! – То есть вы подрались, а потом договорились?.. – Именно! – А почему не наоборот? – Рассел хмурился. Дебет с кредитом не сходился – это они с Эдом сначала убивали, а потом уже разговаривали. Младшие вели себя ровно обратным образом. – Ну потому… потому… – Флетчер почувствовал, что у него пересохло в горле. Да уж, не привык он врать, да ещё и старшему брату. – Потому что уже темнело, они налетели, не разобравшись, мы им дали сдачи, и тогда они сообразили, что надо бы нас послушать! – он прикусил язык, чтобы не добавить «честное слово!» Рассел с недовольным видом гипнотизировал свои руки. «Всё. Конец. Сейчас догадается,» – в панике метались мысли в голове у Флетчера. Но старший внезапно поднял глаза и… снова сердито стукнул кулаком по стене. – А какого чёрта вы с Алом вообще по темноте шлялись где ни попадя, а?! За этими словами последовала долгая и крайне эмоциональная тирада о вопиющей безответственности некоторых гражданских, с которыми непременно могло что-то случиться («Ты что, забыл, что с Эдом произошло?! Погулять им захотелось!»), о неслыханном наплевательстве на чувства кровных родственников этих самых гражданских («И военнообязанных, кстати, тоже!»), о форменном раздолбайстве, вседолампочестве (тут Флетчер круглыми глазами вытаращился на Рассела, потому что слово такое слышал впервые) и нечего так смотреть, думать надо головой, Флетчер, и вообще… Наконец, старший Трингам, высказав младшему всё, что о нём думает, лишний раз стукнул кулаком по стенке (с потолка уже начинала сыпаться штукатурка), погрозил этим же кулаком брату и со словами «Ещё раз так сделаешь – уши пообрываю! И тебе, и Алу!» вылетел из ванной, хлопнув дверью. Флетчер, который половину этой лекции стоял перед Расселом на вытяжку, а вторую половину тщательно сжимал губы, изо всех сил стараясь не засмеяться, с облегчением выдохнул, прислонился спиной к стенке, тихонечко сполз на пол и затрясся от беззвучного хохота. С одной стороны, ему было ужасно стыдно перед братом, что он заставил его так переживать. С другой – ну это ж надо было так глупо спалиться… а чего он влетает без предупреждения?.. – ЭД, ТЫ ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ЧТО ЭТИ МАЛОЛЕТНИЕ ДУРНИ НАТВОРИЛИ?! – РАССЕЛ, ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ! – Флетчер, которому резко стало не до смеха, в панике подорвался на ноги, опять стукнулся головой – на этот раз об раковину – и, чуть не плача от боли и обиды, кинулся в коридор – отбирать у старшего брата телефон. Подставлять Ала в его планы определённо не входило.

***

– М-да. А кому рассказать правду, не поверят ведь, – хмыкнул Альфонс, потирая затылок. – Ты не злишься на меня? – Флетчер виновато слегка толкнул его локтем. – За что? Сам же виноват… Ты и так меня фактически спас. Ну представь, что бы было, если бы Рассел узнал, что это я тебе синяков понаставил?.. «Дорогие друзья, мы собрались здесь, чтобы почтить вечной памятью Альфонса Элрика, умершего максимально идиотской смертью…» – примерно так началась бы твоя речь. А так – ну ладно, мы с тобой схлопотали по нагоняю от наших старших братьев, я ещё и несколько подзатыльников получил… Ну и ничего страшного, подумаешь! Эд, кстати, потом ещё полночи чуть не со слезами на глазах извинялся, а потом опять орал, а потом опять извинялся… Короче, мне самому его пришлось валерьянкой отпаивать, – Ал хихикнул. Эд, который за Ала переживал не меньше, чем Рассел за Флетчера, а то и больше – после всего, через что им пришлось пройти, – устроил Альфонсу натуральный скандал. «ДА ТЫ!.. ДА КАК ТЫ ТОЛЬКО МОГ!.. А Я!.. А ЕСЛИ БЫ С ТОБОЙ!.. НУ ЛАДНО ФЛЕТЧЕР, У НЕГО ЕЩЁ ВЕТЕР В БАШКЕ, ОН МАЛОЛЕТКА, НО ТЫ-ТО, АЛ!.. СВИНЬЯ ТЫ НАТУРАЛЬНАЯ!..» Ал, правда, с трудом сдерживался, чтобы не ввернуть: «Спасибо, что не трансмутированная…», но в итоге ходил за Эдвардом по дому хвостиком, ловил летающие вокруг предметы (от подушек до кружек) и смиренно умолял старшего простить его и не пугать их кота Хеймерика, который, бедолага, перепуганно шипел на братьев со шкафа. В конце концов Эд смилостивился («Снизошёл до меня, грешного! – шёпотом рассказывал Флетчеру Альфонс. – Или наоборот, восшёл… правда, я тогда прятался от него под кроватью, поэтому, наверное, всё-таки снизошёл…») и, взяв с Ала торжественную клятву «Больше так не делать, пожалуйста!», заснул на плече у своего же младшего. Но сегодня всё ещё на него дулся и ворчал без особых на то причин – точно так же, как Рассел дулся на Флетчера и почти с ним не разговаривал. – Извини, это нехорошо получилось, правда, – Флетчер грустно опустил глаза. – А как же теперь быть, а?.. – Есть у меня одна идея, – Альфонс наклонился к уху друга. – А что, если… Они долго перешёптывались, сидя на широком подоконнике в холле, и разошлись по разным кабинетам, вполне собой довольные.

***

– Рассел, а можно мне в библиотеку с Алом? – В библиотеку? Можно… стоп. Опять с Алом?! – Рассел до того резко развернулся, что чуть не посшибал локтями со стола все колбы. – А с кем же мне ещё идти? – Флетчер наивно моргал, молитвенно сложив ладони. Со стороны посмотреть – ну чисто ангелочек. Да ещё и глаза огромные сделал. – Он же мой лучший друг… да и книжек по средневековым патологиям мне без него не дадут. – На кой тебе вообще книжки по средневековым патологиям, а? – Рассел подозрительно сощурился. – Ты бы ещё летопись чумы взял почитать… – Так я её уже читал, там неинтересно – только «ужас, смерть, страх и хоронить, засыпав извёсткой», – Флетчер по-прежнему совершенно миролюбиво улыбался брату, что ну совсем не вязалось с тем, о чём он говорил. – Скучно – хочу про расчленёнку почитать! Рассел молча уставился на младшего брата. Постепенно его губы начинали едва заметно подрагивать. Флетчер по-прежнему безмятежно смотрел на него так, словно они обсуждали, какие галстуки сегодня повязать или какое мороженое купить по пути домой, а не… ну да. Наконец, старший Трингам не выдержал и, отвернувшись, покатился со смеху. – Ой не могу, Флетчер!.. «Хочу про расчленёнку»!.. А чего ещё хочешь?.. – Ну, много чего, – Флетчер заложил руки за спину и, застенчиво улыбаясь, принялся выводить носком ботинка узоры на полу. – Конфет хочу… Чаю, сладкого… Выспаться… Котиков… ну, или хотя бы червяков, круглых таких, а лучше гусениц, волосатых, они шевелятся смешно… Булочку с повидлом тоже можно… Новый набор скальпелей – тренироваться буду, мне доктор Нокс обещал практику в морге… «Захираи-Низамшахи» хочу почитать… Братик, ты куда? – Ты б хоть при старшем брате не матерился! – Рассел уже сполз от смеха на пол и истерично всхлипывал, утирая глаза рукавом халата. – Ну и наборчик: коты, гусеницы, скальпели, морг, булочка… Ты только Алу такое не рассказывай! – Да что я, дурак что ли? – Флетчер непритворно вздохнул, помогая старшему подняться на ноги. – Я ведь знаю, что он гусениц не любит… – Ну вот-вот, а то доведёшь его до обморока, а от Эда потом мне получать! – Рассел шумно вздохнул, помотал головой и, взъерошив волосы младшему на макушке, торжественно объявил: – Хорошо, в библиотеку – отпущу! Но чтоб ни-ни, понял? – Понял, спасибо! – Флетчер просиял. – Мы засветло вернёмся! – Да уж постарайтесь – а то я… за Эда не ручаюсь! – Да за него и Ал не поручится!

***

– Эд… Ну Эд… Ноль реакции. – Ну Эдушка… – Не называй меня так! – Так ты на Эд не отзываешься… – Ну чего тебе, а? – Эд приспустил с носа очки и укоризненно уставился на брата. – Смерти моей желаешь, да? – Нет, в библиотеку хочу, – Альфонс наклонил голову и умоляюще захлопал ресницами. – Э, а ну перестань! Нельзя взгляд из Ренессанса! – Эдвард замахал руками, зажмуриваясь. – Ну Э-э-эд… – И вообще – что ты в той библиотеке забыл? – старший с подозрением открыл один глаз. – Одного не пущу! – Я и не один хочу – мы с Флетчером… – Опять с Флетчером? – Ну да, а что? – Он на тебя плохо влияет, ты в драки влипать начал! – Ой, можно подумать, на тебя Рассел очень хорошо влияет! Может, это не Флетчер вовсе виноват, а вы с Расселом, а? Ты не задумывался? –… Не, бред какой-то, – Эд невозмутимо пожал плечами, снова склоняясь над своими бумагами. – Ну Э-эд! – Да ну что? Я уже почти двадцать два года как Эд! Тебе мало было вчерашнего? Что вам в той библиотеке надо? – Книжки почитать, тут таких нет! – Какие книжки? – Флетчеру надо глянуть что-то по средневековым патологиям, а я давно хочу посмотреть «Блеск Солнца»! – Соломона Тризмосина что ли? – Его, его! Его ведь совсем недавно передали в Центральную библиотеку в подарок от Милоса – ты же слышал, у них там целый склад откопали, и Джулия передала нам в дар несколько древнейших трактатов! – … ну блин, – Эд вздохнул. – Я же тоже хочу. Но на этой неделе совсем никак, без вариантов… – Эд, я за эту неделю там их все бегло гляну и составлю для тебя рейтинговый список! – Альфонс наклонился и потёрся лбом о щёку Эдварда. – Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – Вот ты подхалим, а… – проворчал тот, впрочем, ухмыляясь. – Ладно уж, иди. Но чтоб без всякого! – Ну конечно, братик! – Ал, просияв, чмокнул старшего в нос и, схватив китель со спинки стула, моментально умотал в коридор. – По подворотням не шляться! И чтоб не позже семи дома были! – крикнул Эдвард ему вслед, смущённо потирая кончик носа. – Конечно, философский камень души моей, непременно! – Вот же дурак, а, – пробормотал Эд, тепло улыбаясь.