Другая

      Программист убежала к себе в кабинет, а Макаров направился в свой. Девушка включала компьютер и задумалась: несмотря на свой брутальный и харизматичный вид бабника, Павел был на деле серьезным и верным мужчиной. И доказывал это несколько раз, хоть она и не докучала ревностью ему.       День начался легко и непринужденно. Саламатин только докучал своими разговорами о том, что ей непременно нужно возглавить киберотдел. — Виталий Леонидович, да не буду я возглавлять киберотдел! Я не такая умная для этого! — Не прибедняйся, Астанина. Если ты сейчас не скажешь мне «да» или хотя бы нормальную причину, то я иду и составляю приказ на твоё имя. Принудительно. Ну? Я жду. — Товарищ полковник, я не хочу быть как ваша Крапивина предыдущая. — Что? Причём тут… — начал было Саламатин, но понял, почему причина звучит именно так. — Макаров тут причём, верно? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал полковник. — Я больше ничего не скажу, — сказала Алёна и отвернулась к монитору. Мужчина не стал больше ничего говорить, только улыбнулся и вышел со словами: — Я рад за вас.       Время шло быстро, ещё одна программа, над которой работала девушка, была готова, поэтому она направила ее Жилину на тест-драйв. Доделав ещё парочку отчетов, подчистив ещё тройку косяков за Тарасовым, Алёна взяла кружку и направилась в кафетерий на обед.       Там же обитали и «безалаберные и бездарные» сотрудницы Макарова. Чтобы не пить кофе в одиночестве, она решила присоединиться к ним. — Привет, девчонки. Я к вам присоединюсь, не против? — поздоровалась Астанина. — Доброе утро, Алён, — приветливо поздоровалась Верба и улыбнулась. Милая. Такая простодыра и доверчивая. Как три рубля. Но от этого и прекрасная. — Здаров, хакерша, — в своей манере поздоровалась Саша Попова. — Привет, Саш. Я, кстати, сдала на КМС по практической стрельбе, — поделилась с ней Алёна. — О, красава, — улыбнулась девушка и отбила «пять».       Туркина была в своих мыслях и переписывалась в телефоне, а потому не заметила Астанину, подошедшую к ним. Она постоянно хмурилась, видимо, с Куренковым что-то не ладилось.       А вот Синицкая очень внимательно смотрела на девушку: сканировала с макушки до пят, задерживая взгляд на каждом сантиметре одежды. «— Вот черт, — подумала Алёна». — Алён, а что это мы во вчерашнем на работу приходим? Дома не ночевала? А где была? — сказала Катя и внимательно посмотрела на программиста. Однако потом, будто что-то вспомнив, принялась печатать в телефоне. — Просто мне вчера так понравился мой новый лук, что я решила ещё денёк в нем походить, — что-то на ходу придумала она. — А утром ты с кем приехала? Я не видела твоей машины на парковке. — Девушка расширила глаза от пришедшего сообщения. Видимо, что-то серьезное. — Да я со знакомым доехала. Подкинул по старой дружбе. — По дружбе или по службе? — прищурилась Синицкая. Сердце предательски застучало и дыхание участилось. — В каком смысле? — В прямом, — произнесла Катя и продемонстрировала видео с камеры видеонаблюдения над входом в управление, в поле которого попадала область парковки, на которой красовались Макаров и Астанина, посылающая воздушный поцелуй майору. — Ты была с Макаровым! Если тебя подвёз Макаров, зачем тогда затирать нам тут про знакомого, который тебя подвёз.       Раз. Два. Три. — Это ты! Ты с Макаровым встречаешься! — проголосила Синицкая так громко, что Туркина отвлеклась от телефонной перепалки с Куренковым и все отдыхающие на обеде опера и ППСники. На меня смотрели четыре пары девичьих глаз. — Ты чего такое говоришь? — проговорила Алёна и медленно начала отходить от стола. — Алён, а ты куда это направилась? — ухмыляясь, спросила Попова, так же медленно обходя стол.       И Алёна приняла единственно верное решение — бежать. Она вылетела из кафетерия и бросилась прямиком по коридору. На кого-то налетала, кто-то налетал на неё, но Астанина даже не пыталась извиниться. Ей было не до этого. В голове осталась лишь только одна мысль — убежать, чтобы эти кукушки не догнали.       Коридор вывел к знакомому кабинету №07, из которого так вовремя выходил Макаров. Громкий звук от каблуков Астаниной и преследовавших ее Синицкой и Туркиной разносился по всему управлению. И конечно же Павел заметил эту толпу, надвигающуюся на него. Алёна подбежала к мужчине и спряталась за его спиной. — Я не понял. Какого хрена тут происходит? — поинтересовался мужчина. — Туркина, признавайся, ты покусала Синицкую и она начала бросаться на людей как ты? Или, дайте угадаю, вы готовитесь к марафону? Вам друг друга не хватает, что вы решили кидаться на мирных жителей. У нас итак проблема с талантливыми хакерами, а вы решили ещё и эту добить? — Пал Сергеич, мы знаем, что вы Астанину… это… — начала Попова. — Попова, дальше аккуратнее с выражениями, — предупредил Макаров. — Как долго вы… ну… вместе? — спросила Синицкая. — Вы таких чисел ещё не знаете, — съязвил майор. — Ну точно вместе! — просияла Екатерина. — Вы не подумайте ничего плохого, Пал Сергеич, просто мы… — Решили засунуть свои прекрасные длинные хоботы в чужую жизнь? — Почему хоботы? — подала голос Верба.       Все синхронно посмотрели на девушку, что ей стало неуютно под такими внимательными взглядами. — Да, мы вместе. Ещё вопросы? — поинтересовался Макаров, глядя на девушек. — Да не, Пал Сергеич, все норм. — Я, кажется, раздал вам задания. Какой крайний срок выполнения? — Двенадцать часов, — сказала Туркина. — Полдень наступает через тридцать минут, а потому, если задания не будут выполнены, всех отправлю с ППСниками патрулировать район. И не на карете, а на тыкве. Всем ясно? — Да, — синхронно ответили девушки. — Испарились, — махнул рукой Макаров и, приобняв девушку за талию, открыл кабинет. — Заходи. — Ну вот, я же тебе сказала, что нас сегодня раскроют, — рассмеялась Астанина. И щедро поцеловала мужчину.       И Макаров растворяется в этом поцелуе, почти невинном, дразнящем своей мягкостью.