Омерта
28 марта 2022 г., 19:40
— Ублюдок! Ты отсюда живым не выйдешь, понял?! Я тебя прибью нахрен, — кричал мужчина. Он был среднего роста, крепкого телосложения, а в трясущейся бионической руке он держал пистолет. Минуту назад он поднялся на лифте на самый верх, в пентхаус казино Лаки 38. Минуту назад он ловко проскочил мимо охраны в лифт. Сейчас же у него на мушке был самый опасный человек пустошей. Тот, кто даже на яростный выкрик обернулся спокойно и размеренно.
— Здесь замечательный вид, ты не думаешь? — Курьер окинул руками округу. Из панорамных окон пентхауса весь Стрип, со всем его лоском был как на ладони. Яркие огни Гоморры, шикарные фонтаны Ультра-Люкса и стильные неоновые вывески Топса. Всё это предстало взору взволнованного мужчины.
Спустя мгновение тот опомнился и принялся за старое.
— Т-ты может не понял? Тебе конец нахрен!
— Это-то я понял прекрасно. Мне не понятно другое. На что ты рассчитываешь?
— За твою голову платят огромные деньги. Даже больше, чем мне нужно. Сейчас я тебя прибью и скроюсь отсюда нахрен, ты меня понял?, — его голос не был ровным, он то повышал его, то наоборот старался говорить спокойно, чтобы произвести впечатление, что ситуация под контролем.
— Так дело в деньгах... Как всё просто. И сколько за меня платят?
— 25 тысяч крышек.., — на какое-то время он опустил пистолет, потом опомнился, снова поднял оружие, — А тебе какая хрен разница? Тебе конец, ты понял?
— Я понял, что если бы ты действительно был готов меня убить, то я уже лежал бы на полу истекая кровью. Но ты не жмешь на курок. Зачем тебе эти деньги?
— Это мое дело, старик. Тебя это не касается.
— Оно было твоим, пока ты не наставил на меня пушку. Теперь это мое дело настолько же, насколько и твое. Ты же не думаешь, что сможешь так просто убраться отсюда? Это место, оно как улей, полный бешеных касадоров. И все они подчиняются мне. Но ответь на вопрос и я отключу секьюритронов. Ты сможешь безопасно покинуть казино. А не ответишь - у лифта тебя встретят пулеметным залпом. Ты ведь понимаешь, что то, что ты попал сюда - чудо. Такое дважды не повторяется.
— Я.., — он опустил пистолет, — это нужно для того, чтобы откупиться. От очень опасных людей. Мне сказали: прибьешь Шестого и ты свободен.
Голос его вдруг сорвался чуть не в плач. Всё то напряжение, что копилось в нем, пока мужчина шел на дело, разом вырвалось наружу. Как струна, которая лопается от слишком сильного натяжения.
— Опасные люди, говоришь... — Курьер нажал на кнопку под столом, выключил секьюритронов. Медленно прошёлся до барной стойки, достал два стакана и бутылку хорошего виски.
— Расскажи мне подробнее. Я безоружен, ты всегда сможешь убить меня, если захочешь. — он снял пыльник, кинул на вешалку. Медленно повернулся на 360 градусов, демонстрируя, что нигде не спрятано ни ножа, ни пистолета. Снял бронекомплект рейнджера и положил на пол.
После он сел за стойку, доверху наполнил оба стакана и пригласил мужчину к столу.
— Как твое имя парень?
Тот осторожно, крадучись подошёл к столу, не спуская Курьера с прицела.
— Мик. Мик Хендерсон.
Так же осторожно он сел чуть поодаль, не убирая оружия. Курьер подтолкнул стакан по стойке, Мик ловко поймал его.
— Мое имя Джон Сорроу. Многие зовут меня Курьером, но это ты и так знаешь.
— Хендерсон, говоришь? Ты ведь боксер, верно? Чемпион турнира Фрисайда и лагеря Маккаран. Теперь узнаю, да... И кто мог прижать легенду вроде тебя?
— Будто ты не знаешь, — Мик отхлебнул из стакана, — там, где бои, там всегда тотализатор. А где тотализатор, там мафия.
— Да уж, догадываюсь. Но кому имено ты перешел дорогу?, — Курьер разом опустошил стакан, дал теплу растечься по телу.
— Я даже имени его не знаю, никто не знает, честно говоря. Он везде подписывается одной буквой, заглавной К.
— Твою мать, — Курьер наполнил стакан снова выпил залпом, — это ведь уроды из Синдиката, верно? Шикарные костюмы, любовь к дорогому алкоголю и абсолютное хладнокровие при убийстве.
— Даже ты их знаешь? Тогда ты должен понимать, что у меня нет выбора.
— И чем ты им насолил? Эти твои руки, это дорогие импланты, но зная твою репутацию... Не за долги же тебя взяли?
— Не за долги. Но и не твоё это дело, — Хендерсон положил палец на спусковой крючок и выдохнул, решаясь. Он не хотел стрелять, даже сам палец на крючке был для него усилием.
— Судя по ответу это что-то серьезное. Прежде чем ты меня убьешь я предположу. Ты нарушил Омерту и тебя приговорили к смерти. А потом К. дал тебе шанс выпутаться и сбежать, так?
— Ну положим, что так, — он нацелил пистолет в лицо Курьеру, — тебе-то теперь какое дело?
— Они тебя не отпустят. Ты не хуже меня это знаешь. За нарушение Омерты наказание одно - смерть. Ты не искупишь вины, даже если принесешь К. головы всех его врагов.
— А что ты мне предлагаешь? Твоя жизнь сейчас на волоске, так же как и моя. Ты бы не рискнул, если бы это могло тебя спасти?, — Мик снова сорвался на крик.
— Я и рискнул. Мы с тобой говорим, а я до сих пор не мертв. Но есть большая разница между риском ради спасения и бесполезным битьем головой об стену, Мик. У меня к тебе встречное предложение. Эти костюмчики из Синдиката, они ведь ждут внизу, у дверей казино? Я выйду оттуда и скажу, что у тебя не вышло. Мне поверят. А ты получишь от меня, скажем, 20 тысяч крышек и помощь, чтобы скрыться. Синдикат в Мохаве перестанет быть твоей проблемой.
— Я... Я не знаю, с чего мне тебе верить?! Сейчас я уберу ствол и ты прибьешь меня! Я знаю, что о тебе говорят. Если хотя бы половина из этого правда...
— Я не просил тебя убирать оружие, Мик. Сейчас мы вместе войдем в лифт, доедем до люксового номера, я достану из сейфа деньги и ты останешься там до самой ночи, — Курьер на ходу составлял план, — Я же выйду на улицу, перебью бойцов Синдиката, а потом устрою маленький апокалипсис охране Стрипа. Когда к вечеру сюда придут бойцы из моей охраны, ты спустишься вместе с ними и уйдешь в патруль как часть отряда. У ворот отделишься от группы и вместе с деньгами свалишь из Мохаве к чертовой матери. Что скажешь?
— Я... Я думаю, что вариантов лучше у меня нет.
— Всё верно, Мик, — улыбнулся Курьер, — еще сегодня с утра ты был приговоренным к смерти. Сегодня вечером ты будешь богачом. Что более важно, свободным богачом, — Курьер протянул Мику руку. Тот ответил крепким рукопожатием.
