Хранители

Мюмла, дав последние приготовления, вытерла руки и вышла из кухни. Зима заканчивалась, а значит, припасники были почти пусты. Она подошла к доске, чтобы оставить по внутреннему каналу связи свое сообщение. На доске был диалог: — Скоро Мю вернется, Ура! (Японка) — Верховная госпожа, а что же вы радуетесь? (Руди) — Руди, сходи за жиром в припасник (Мюмла) — Ребят, а где у нас патроны для «Бульдога?» (Дрожь) — Типичный свободовец! (Японка) — Дрожь, патроны, возможно, в охотничьей комнате, посмотри там (Мюмла) — Ребят, кто-нибудь, скажите наемникам или Долгу, что нам нужен бюрер (Фаулер) Мюмла приписала: Верховная госпожа, как вернетесь, зайдите в гостиную (Мюмла) Руди, спасаясь от вездесущей Японки, решил спрятаться в кабинете Мю. Большое помещение встретило его молчанием. Массивный стол, на нем куча бумаг, плетеное кресло, камин, около него еще два кресла, черный кожаный диван, который они совершенно случайно нашли неподалеку, и на котором Мю любила отдыхать, рядом столик с чашкой чая. Напротив дверь в комнату переговоров и встреч: на стене карта Зоны с пометками, под ней длинный стол для совещаний, рядом шкаф для бумаг и шкаф с костюмами и оружием, чуть подальше, как будто стена, но на самом деле дверь в личные покои Мю: кровать-подиум, комод и журнальный столик. Руди тихо коснулся стола Мю. Как бы то ни было, лидер группировки всегда защищала его, и он был ей за это благодарен. Почти невесомо коснулся шкафа с костюмами. Мю… Она сама обустраивала свой кабинет, на свой вкус. На полу вольготно развалился толстый ковер, в его ворсе всегда вязли ноги — Мю любила ходить по нему босиком. — Что ты здесь делаешь? — в кабинет неслышно проскользнула Мю. — Великая госпожа, — Руди опустил голову в знак уважения, он боялся, что Мю рассердится, но она, мягко потрепав того по плечу, скинула ботинки и прошлась босиком по ковру. — Руди, а где все? — Великая госпожа, Высокочтимая госпожа позвала Верховную госпожу в гостиную. Зачем, я не знаю. — Понятно, принеси мне чай и мимоходом узнай тему собрания, — Мю села за стол и стала разбирать бумаги: «Как много всего и это все мое». Японка и Мюмла обустроились в гостиной. Первая села в кресло, другая на диван. Первое время они молчали, потом Японка заметила: — Ну и зачем мы здесь? Мюмла молча прошлась по гостиной. Сделав круг, она снова села, устремив взгляд на Верховную госпожу, которая не отличалась долготерпением. — Что случилось? Ты так и не объяснила ничего, и почему ты молчишь? Да что всё это значит? Высокочтимая госпожа вздохнула: — Понимаешь, Японка, у нас, кажется, проблема. Если мы хотим доказать, что мы сильная группировка, нам понадобится показать свою силу другим. Но есть одна проблема, как я уже говорила. — И что это за проблема? — Японка с любопытством посмотрела на главную кормилицу Хранителей. — Ренегаты. Короткое слово, брошенное сквозь зубы Мюмлой, возымело действие. Действительно, ренегаты в последнее время были для Хранителей сплошной головной болью. Да и не только для Хранителей. Это были отбросы Зоны, от которых отказались все группировки. Их ненавидели все. Для этих людей не существовало никаких правил, они не подчинялись законам, у них не было никаких принципов. Как правило, они нападали только на тех, кто был слабее их, либо в меньшинстве. Обитали они на болоте, откуда и осуществляли свои набеги. Японка вздернула бровь: — Я предлагаю сказать об этом Мю, действительно, ренегаты мешают нам. В случае, если мы их прижмем, наш авторитет среди группировок повысится, и тогда многие будут уважать нас. — Может, стоит объединиться с Долгом? — осторожно заметила Мюмла, — Две хорошо вооруженные группировки лучше, чем одна. Кроме того, объединившись… — Сначала надо донести эту мысль до Великой госпожи, — фыркнула Верховная госпожа, не желающая, чтобы победу над ренегатами присвоили долговцы. Руди, внимательно подслушивавший наверху в отверстии дымохода, помчался докладывать Мю о разговоре. Через некоторое время, Воронин вышел из кабинета и отправился к мед. крылу. Он собирался поговорить с Мю, но квад медик, отдав честь генералу, сообщил, что лидер Хранителей вернулась в свою группировку. Воронин, покачав головой и пробормотав себе под нос что-то о нетерпении и здоровье, отправился к Хранителям. Ждать, пока Шульга все узнает, для него было невыносимо. — Лучше напрямую спросить и получить прямой ответ, — подумал генерал, шагая по коридору, — Она скажет мне, а вот Шульге может и не сказать, кто он ей, хотя… Шульга… Воронин остановился, поскольку перед ним стоял его подчиненный — полковник Петренко, агитатор всея Долга и по совместительству командир нескольких квадов. — Товарищ генерал, разрешите доложить, на квад №23 напала группа свободовцев. Мы понесли потери: двое раненых, один убит. Свободовцы взяты в плен. Мысли Воронина сразу же перенеслись на свою группировку. На его квад напали анархисты! И он решительно двинулся назад, в свой кабинет, бросив через плечо Петренко, — Привести их ко мне, живо! У Хранителей в это время велось совещание по поводу ренегатов. Мю, собрав у себя всю верхушку Хранителей: Мюмлу, Японку, Дергач и Фаулер, рассуждала, что им делать дальше. — Итак. Откуда мы знаем, что ренегаты расплодились и мешают росту нашей группировки? — задала риторический вопрос Фаулер, стоя у карты Зоны. Решив, что этот вопрос можно было бы и пояснить, Японка хлопнула папкой по столу: — Великая госпожа, моя внешняя разведка всегда видела их стоянку возле болот, где им раньше и было место, однако… — Верховная госпожа ткнула пальцем вверх, — Однако сейчас на мой стол все чаще кладутся рапорты о том, что ренегаты смещаются на восток и вскоре, возможно, посягнут на соседнюю с нами территорию, а там и… — Достаточно, — Мю кивнула головой, — Что говорит разведывательная группа, которую мы отправили специально к ренегатам? — Завязалось столкновение, — неохотно признала Японка, — Вернее, ренегаты попытались напасть на группу. — Итоги? — Мю отпила чай и придвинулась ближе к карте. — Итоги таковы, Великая госпожа, — Дергач поправила очки, — Двое ранены, легкое сквозное ранение, у других несколько ссадин, резаные раны от ножа, крупные сосуды не задеты, несколько неглубоких царапин и одно ранение в область ключицы, было произведено извлечение пули. — Слава Небу, — Мю вздохнула и потянулась к бумагам, — Что мы имеем из оружия, Верховная госпожа? Японка взяла свою кипу листов: — Великая госпожа, на данный момент мы располагаем следующим оружием: 5 «Бульдогов», 12 «Кольтов», 3 «Грозы», 24 «Валов», 30 «Калашникова», 45 гранат разрывных противопехотных, 20 гранат разрывных противотанковых, 20 мин противопехотных и 15 мин противотанковых, 54 прибора ночного видения, 40 датчиков движения, 5 огнеметов, 52 больших ящика патронов, 35 маленьких, 20 снайперских винтовок CheyTac M200. За столом повисло молчание. Мю, судорожно пытаясь подобрать челюсть со стола, заодно вспоминала, сколько времени она лежала в коме. Мюмла, которую оружие не интересовало, скучающим взглядом обводила комнату. — Японка, а откуда у нас столько оружия? — поинтересовалась Мю, — Судя по твоему докладу, мы уже перегнали Долг по военизированности, да и людей у нас столько нет. — Люди будут, Великая госпожа, — Японка тряхнула головой, — А всё оружие я заказала в Центре, пока вы были не у дел. — Мда… у меня нет слов, — развела руками Мю, — Что ж, в таком случае, думаю, мы справимся с ренегатами своими силами и без привлечения Долга, вот только людей надо побольше в армию. — Люди — не проблема, их вербовкой займусь я, — Японка захлопнула папку с докладом. Весь ее вид и поза говорили о том, что девушка уже была готова нестись и вербовать в свою армию новичков. — Тогда, если вопросов нет, заседание объявляю закрытым. Планы на подготовку доложить мне в письменном виде на подпись не позднее следующих 24-ех часов, чтобы я ознакомилась с ними и была в курсе всех новостей. Все свободны.