Хранители

Отношения между Руди и Японкой перешли на новый уровень. Верховная госпожа больше не срывалась на хранителя, а тот, в свою очередь, перестал подкалывать и обращался с ней совершенно серьезно. Сначала многих хранителей это насторожило; на стол Мю полетели записки с предупреждениями: «Они что-то замышляют», «Что-то затевается», «Как бы чего не вышло!», но постепенно все привыкли к новым взаимоотношениям между Руди и Японкой. Долг переехал от них. Харон ушел с Ростка, и Воронин решил вернуться на свою территорию. Мю же расстроилась и просила тех остаться. Ей не нравилось, что теперь они будут меньше видеть друг друга, а все вечера, скорее всего, будут заняты. Общаться же через ПДА было неудобно. — Мю, Долг — это отдельная группировка, — утешала подругу Мюмла, — У них есть своя база. Они различаются с нами по правилам, по структуре жизни… Да, мы союзники, но это не значит, что Долг превратится в Хранителей или наоборот. Мы похожи, но только и всего. — Настолько похожие, что кажемся разными, — усмехнулась Мю, принимая позицию Мюмлы. Вечера у Хранителей потекли так же неторопливо и спокойно, как и раньше, без Долга. В один из таких вечеров Мю сидела у себя и размышляла над поездкой на Большую Землю: — Надо бы все же туда съездить, хоть вспомню, как сотрудники выглядят. Да и отчеты привезти не помешает. Но… кровосос. О нем некому будет позаботиться. Да и сама группировка… Вряд ли Японка с Мюмлой смогут, у них своих дел много. Размышления были прерваны воплем Японки, донесшимся с коридора, и Мю, мысленно отметив, что давно не слышала криков Верховной госпожи, открыла дверь, чтобы посмотреть, что там происходило, и тут же об этом пожалела. Японка ворвалась вихрем в кабинет. Судя по сияющим глазам, можно было предположить, что проблемы Хранителей начинаются. — Ты представляешь?! — Японка подпрыгнула от восторга, но, не увидев на лице Мю ничего, кроме вежливого интереса, заметалась по комнате, снося все на своем пути. Мю благоразумно спряталась за столом и оттуда наблюдала за разрушением своего кабинета. — У меня для тебя есть радостная новость! — уже спокойнее заговорила Японка, — Угадай. Вздох Мю был тщательно отрепетированным. С одной стороны, он как бы говорил: «Ну что опять?», а с другой был — сделан так, чтобы Японка не подумала, что Великой госпоже не интересно. Подумав, что могло ввести Верховную госпожу в такое возбуждение, она осторожно предположила: — Ммм, это как-то касается зимних праздников? По-видимому она угадала, потому что Японка испустила еще один вопль. — Да! Мы подумали с Руди и ребятами и решили: давайте все вместе отметим! И пусть Долг придет! — Я не против. Только скажи Мюмле, что надо будет приготовить. И постарайся это сделать заранее. — Постараюсь не забыть, — улыбнулась девушка. Японка, исчерпав запас своей активности, села на диван и стала наблюдать, как Мю вернулась к работе с бумагами. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском сучков в камине да редкими вздохами Мю. — Тяжело? — посочувствовала Верховная госпожа. Мю кивнула. Быть начальницей всего Центра было сложно. Приходилось работать удаленно от работы, решать множество проблем, начиная от закупок аппаратуры и заканчивая выписыванием отпусков сотрудникам. Все проходило через нее. Даже в своей группировке ее слово было последней инстанцией. И хоть ей и помогали, все равно это было большим трудом. В дверь постучали, и в дверной проем просунулась голова Мюмлы. Девушка была чем-то возбуждена и напряжена. — Проходи, Мюмла, — Великая госпожа кивнула в знак приветствия и указала подбородком на диван, на котором уже сидела Японка. Девушка села. Японка расслабленно закинула ноги на спинку дивана и мечтательно потянулась. Мю, отметив, что Высокочтимая госпожа чем-то взволнована, решила выяснить, чем: — Мюмла? Что с тобой? Что-то случилось? — Я его отпустила. Теперь он на воле. Вот… — Мюмла виновато опустила голову. Мю показалось, что она ослышалась, поэтому некоторое время девушка молчала, давая подруге возможность объясниться. Но пояснений не поступило, и Великая госпожа решила разобраться сама: — То есть как это отпустила? Как это прикажешь понимать? Он же еще ребенок! Чем ты думала?! Зачем? Японка, поняв, что здесь происходит что-то очень важное и ее обделили информацией, решилась проникнуться проблемой: — Кого ты отпустила? Кто ребенок? И почему я об этом ничего не знаю? Мю глубоко выдохнула и напомнила себе, что то была Японка, которой до всего было дело. Она все же принялась рассказывать, потому что знала, что Верховной госпожой, которую обделили информацией, была бешеная Японка. К концу рассказа размерам глаз девушки могла бы позавидовать Луна. — Вы обе что тут с ума сошли? Я надеюсь, никто не забыл, что у нас в союзниках Долг, который не терпит мутантов. И я надеюсь, вы помните, что произошло, когда мы им предложили временно отойти от правил и объединиться со Свободой? Тут весь кабинет был разгромлен, словно Выброс прошел! Да если они узнают, они же пристрелят нас на Арене за пособничество мутантам! — Но если мы представим это как эксперимент… — начала было Мю, но Японка ее перебила: — Неизвестно, как они отреагируют на это заявление. Мю, ты подставишь нас всех под удар. Не хватало еще с Долгом поссориться. — Они не узнают. Воронин отбыл с базы к себе. Шульгу предупредит Мюмла, он лояльно относится к нам. Кроме того, мутант покинул базу и если на него не натолкнутся… — Узнают. Что знают двое, то знает и вся Зона, знаешь ли, — раздраженно отмахнулась Японка. — Где он теперь, Мюмла? — В Рыжем лесу. На шею я поставила метку с нашим флагом. Видна издалека. Он уже вырос, Мю, теперь будет жить в естественных условиях. — Ладно, — Мю встала, — Проворонишь, с тебя спрос.