Там, где я тебя нашёл

Бруно, кое-как разлепив глаза, начал свой день не с пения птиц, не со света в глаза, а, увы, с привычного уже ощущения тесноты внизу. Разбираться с неиссякаемым либидо его племянника уже стало легче, и это даже почти переставало напрягать. Однако, стоило собраться и выйти за дверь, будучи уверенным, что Камило в его теле уже принялся работать где-то неподалёку, Бруно остановился. Он ещё раз прокрутил в голове вчерашний день. Тот, впрочем, ничем интересным не отличался, за исключением того, что его заставили есть вместе со всеми, под удивлёнными взглядами, терзающими его нервы. Все, без исключения, диву давались, как это их озорной нахальный лицедей вдруг стал таким тихим. нервным и скромным, и кое-как осилил свою порцию… Немыслимо. Больше всего, конечно, забеспокоились родители. Бедная Пепа даже подумала, а не заболел ли её бедный мальчик, и чёрт бы знает какими лекарствами напичкала Бруно, если бы не её муж. Однако, там не было его тела. Да, «Бруно» пошёл в башню, как делает это обычно. Вот только в этот раз он, похоже, действительно туда пошёл, а не скрылся ото всех, прячась в своей комнате, как ранее. Потому до этого момента Бруно на глаза он так и не попадался, что не могло не волновать. Стоило всё же убедиться, что он пошёл работать, а не исчез без следа где-то наверху. «А если он с лестницы упал и расшибся?» — вдруг проскочила в голове мысль, от которой Бруно побыстрее поспешил отмахнуться, сберегая и без того пошатанные происходящим нервы. Первой на глаза попалась Луиза. Она наверняка не знала, где может быть её дядюшка сейчас, но всё же стоило спросить, потому мужчина, стараясь кое-как пародировать манеру племянника, подошёл к ней, залепетав: — Иза, как дела? Ты сильно занята? — Ну, вообще-то, у меня было несколько дел… — пробурчала девушка, однако сразу же одарила кузена добрым заботливым взглядом, — Что-то случилось? — А я вот… Дядю ищу, — перешёл к делу Бруно, надеясь, что она не заподозрит ничего неладного, — Ты не видела его случаем? — Конечно, видела, — кивнула девушка, удивив его, — Он же ещё утром ушёл с дядей Феликсом предсказания делать. — Что?.. Бруно остолбенел. Улыбка мигом сползла с его лица, когда он услышал вдруг знакомое слово, до дрожи его пробравшее. Тело затрясло, кровь отлила от лица, настолько мгновенно, что Луиза, до этого спокойная, вдруг всполошилась. Она была в лёгком беспокойстве за двоюродного брата ещё со вчерашнего ужина, и сейчас её волнения только увеличились. — Камило, ты точно не заболел? — спросила она, прикладывая ладонь к его холодной голове, но, не успела предложить и стакана воды, как тот сорвался с места. Он убежал, словно пуля, прочь, оставляя бедную кузину в абсолютном недоумении.

***

А всего за полчаса до этого виновник беспокойства дяди вышел на просторную поляну на пару с двумя мужчинами. Она находилась недалеко от города, ближе к лесу, и идти до неё всего-ничего каких-то минут пятнадцать. Однако и этого хватило, чтобы лицедей вспомнил кое-как слова Мирабель, пророненные ей когда-то давно. Ещё, кажется, месяц назад, ближе к его шестнадцатому дню рождения. Тогда она, играя с Антонио, обсуждали, каково это было — видеть ритуал Бруно, а Камило, не желая мешать их бурному разговору, лишь прятался за стенкой, внимательно всё запоминая. Как оказалось, не зря. Это очень помогло ему, когда они всё же пришли, и он смог, кое-как сконцентрировавшись, разлить по кругу ведро песка, присаживаясь вместе с Хосе в середине, начиная своё маленькое волшебство. — Вот, возьми меня за руки, — попросил он мужчину, который был слегка встревожен. Тот сразу же послушался. Феликс стоял поодаль, наблюдая за происходящим с лёгкой опаской и интересом. Он уже видел, как Бруно делал подобное давным-давно, но те дни стёрлись из его памяти слишком плавно, и сейчас будто заволоклись мутной пеленой. «Бруно» прикрыл глаза, прокручивая в голове только одно слово: «Будущее, будущее, будущее…» Не работало. Он нахмурился. Попробовал думать усерднее… Не получалось. Двое мужчин тоже начинали понемногу хмуриться, понимая, что происходящее «ничего» уж слишком затянулось. Неужели Бруно так давно не использовал свой дар, что просто забыл, как это делать? Или он обманул их, одурачил, как двух идиотов? А может он и вовсе его потерял?.. «Да что ж такое, работай!» — закричал мысленно разъярённые Камило, чуть ли не до хруста сжав чужие руки и распахнул глаза. Из них вдруг ударил зелёный свет. Вокруг потемнело, но, однако, лишь для него. Все трое, находящиеся на поляне, впали в лёгкий шок, тем не менее, прошедший так же быстро, как поднялась вверх песчаная буря. В темноте, точно из золотой пыли, стали вырисовываться причудливые узоры, в которых, если присмотреться, можно было различить людские фигуры. Женскую и мужскую. — Это… Это моя Кармен! — крикнул вдруг Хосе, — Это она! Скажи, что с ней будет?! — Подожди, подожди, — хмурится «Бруно», вглядываясь в картину сверху сильнее. А та в свою очередь становится всё отчётливее. В девичьих руках появляются постепенно два маленьких клубочка. Наконец, всмотревшись как следует, парень понимает: — Она… Она держит двух детей! — заключает он, улыбаясь, — Да, она держит новорождённых! — Ох, боже! — из тьмы вокруг слышится голос Хосе, радостный и печальный одновременно. Это именно то, чего он хотел — чтобы его дети выжили, чтобы его жена выжила. Несмотря на высокий риск смерти при родах… Всё будет хорошо. Небольшая зеленоватая пластина стекла сама собой появляется в воздухе и летит «Бруно» в ладони. И в тот же момент буря кончается, затихая, и весь песок осыпается вниз, а голову вдруг пронзает резкая боль. Всё вокруг начинает кружиться. Он едва держится на ногах, когда к нему вдруг подбегает мужчина, обнимая, и с тысячей слов благодарности забирает своё предсказание, желая поскорее показать его жене. Феликс улыбается, радостный за друга. Он тоже медленно подходит ближе, желая поблагодарить шурина за помощь, но вдруг останавливается. Песок снова начал подниматься вверх, стоило Хосе выйти из круга. Камило стоял, замерший. Он размышлял, ранее, глядя на стекло в руках, а что, собственно, мешает посмотреть ему и своё будущее сейчас. Потому, кое-как преодолев дикую звенящую боль внутри, он вновь прикрыл глаза, концентрируясь. Буря медленно — гораздо медленнее, чем в первый раз — начала вздыматься вверх. — Стой! — послышался крик издалека. Двое мужчин обернулись на «Камило», вспотевшего и запыхавшегося, который, не без помощи Джульетты и Пепы, указавших ему путь, едва смог найти ушедшего «Бруно». И, стоило издалека заметить, как тот уже давно не первый раз вздымает бурю, как сердце участило свой ритм. Бруно ускорил темп, в то время, как лицедей вдруг схватился за голову. Песок опал обратно. Камило протяжно закричал. Его глаза светились всё ярче, едва не лопаясь. Из носа хлынула кровь. — Бруно! — крикнул Феликс, побежавший вперёд, но собственный сын опередил его, едва успев поймать на руки падающего без сознания мужчину. в Его глазах стоял ужас. Кровь становилось всё больше, тело подёргивалось от перенапряжения в чужих руках. — Быстрее, зови Джульетту! — прокричал ему бледный «Камило», весь в поту, и тот, в панике решивший послушать сына, отправился обратно к Касите на пару со своим другом. Камило же остался с дядей наедине. Камило же потерял сознание. — Я же говорил, что нельзя, — нахмурился Бруно, крепче сжимая чужое тело, стараясь не тормошить его лишний раз, — Потерпи, прошу, скоро всё будет хорошо. Свет в глазах, слепяще-яркий, постепенно стухал. Чужой пульс, до этого тарабанящий, успокаивался. Камило, не успевший даже осознать, что произошло, терял связь с реальностью всё сильнее…