Рафаил Хиллинг и Магия Эльфов

Глава 2.

"Дырявый котел" находился в центре одного из оживлённых районов Лондона. Рафаилу казалось бредом всё, что произошло накануне. Их сумбурная встреча с неким мистером Гарри Поттером больше походила на то, что тетка просто пригласила фокусника на его день Рождения. Встреча эта оставила больше вопросов, чем ответов. Странное письмо, странная встреча, странный разговор. Наверняка Поттер хотел рассказать больше, и рассказал бы, если бы его не позвали домой. Однако теперь он вынужден выполнять какие-то странные экскурсии по загазованному Лондону, вместо того, чтобы изучать в своем кабинете проблемы диффузии капилляров при инфаркте миокарда. -Кажется, нам нужен вот этот бар. -Какой бар? Это верный адрес, но здесь только книжный магазин и какая-то лавочка с китайской электроникой. -Между ними, видишь? -Рафаил, я не слепая! Но между ними ничего не может быть: они же стоят вплотную друг к дружке! Рафаил замер. Он медленно перевел взгляд с бара на людей вокруг. И правда, никто не замечал бара, словно того и не было, люди переводили взгляд с книжного сразу на магазинчик электроники, от которого веяло запахом дешевого пластика. Но между ними мальчик видел аккуратное двухэтажное здание, несколько старинное для этого района, но умело отреставрированное и декорированное под старину с претензией на некоторую современную свежесть. Даже вывеска "Дырявый котёл" выглядела несколько футуристично: надпись была сделана популярным шрифтом и исполнена из дерева и стали в стиле минимализма. -Думаю, бар видят только маги. Но надеюсь, что зайти с магом может и немаг. Мистер Поттер наверняка бы сказал, будь это не так. - Он взял тетку за руку и направился ко входу, который видел только он один на всей улице, полной снующих в разные стороны пестро разодетых туристов. Толкнув дверь, он вошел и тогда миссис Орднунг громко выдохнула: -Но здесь только что ничего не было! Ничего совершенно! Находившиеся в баре примолкли. Бар изнутри оказался больше, чем выглядел снаружи. Но стиль и изнутри оставался таким же, как и снаружи: дерево и сталь, никаких лишних деталей. Некоторые из тех, кто сидели за столиками, курили трубки, но помещение не было задымлено и в нем пахло едой, а не продуктами сжигания сухих растений. На противоположной стороне зала была расположена ярко освещенная стойка, за которой стоял молодой мужчина, тихо беседовавший с дамой в остроконечной шляпе. -А-а-а-а! - вдруг завизжала тетка, тыча во что-то пальцем. Рафаил резко развернулся в ту сторону, куда она указывала и его челюсь сама собой опустилась вниз: в углу за столиком сидел огромный лысый мужчина с ужасно маленькой головой, монструозным брюхом и даже для своих пропорций чрезмерно длинными руками. Сидя в едва освещенном углу и что-то негромко внушая остроухому карлику, он то и дело задевал потолок маленьким черным цилиндром, украшающим шишковидный череп. Оба необычных существа были к тому же совершенно разных цветов кожи: гигант был землисто-болотного цвета, а остроухий карлик ярко-зеленого цвета, как июньский газон. К слову, они были одеты в такие же длинные мантии, как и все люди в этом помещении. На крик тетки никто не среагировал, странные наружностью собеседники и вовсе не прервали разговора, и она, тут же сориентировавшись, закрыла рот ладонью, а уже через несколько секунд негромко извинялась налево и направо. В зале раздалось несколько смешков, но дальше поднялся лишь негромкий гул и тихая музыка, видимо, привычный звуковой фон для этого заведения. Рафаил направился к стойке, положил на ее лоснящуюся от чистоты деревянную поверхность конверт, оставленный мистером Поттером, и затаил дыхание. Мужчина, кивнув даме в остроконечной шляпе, подошел и взял конверт. Распечатав его и пробежав глазами короткое послание, он тепло улыбнулся миссис Орднунг и мальчику: -Рады приветствовать вас в магическом сообществе, друзья. Минерва, - вновь обратился он к даме, - Ваш ученик, мистер Поттер, поручил мне позаботиться о мальчике и найти ему сопровождение на первое посещение Косого переулка! Что скажете насчет прогулки с новым абитуриентом школы Хогвартс? Женщина выглядела старой, но при этом прямой, уверенной и сильной. От неё словно разило несгибаемостью и твердостью духа: в ее пронзительном, как будто кошачьем взгляде, в тугом узле волос, в тонких руках и сурово сжатой линии губ чувствовалось нечто настолько авторитетное, подавляющее и бескомпромиссное, что Рафаил впервые смутился. Таких людей он еще не встречал. Она словно всем своим видом говорила: я умнее тебя, уважай меня, если не хочешь неприятностей. -Здравствуйте, - поздоровалась она с миссис Орднунг и мальчишкой, - Вы магл? - На сей раз вопрос был адресован непосредственно тетке. -Э-э-э.. -Вы - немаг? - Исправила женщина формулировку. -А! О, да! Я не маг! Мой приемный сын - вот он маг! Он маг от Бога, лекарь неверо... -Хорошо. Тогда я сопровожу вас и покажу, где и что можно приобрести. Список у вас при себе? -Да, вот, пожалуйста, - Рафаил протянул список, но женщина, мельком глянув, лишь кивнула. -Спасибо, Том, - сказала она уже не таким строгим голосом, а, скорее, немного устало, и, потягиваясь, вышла из-за стойки. - Ну что ж, я готова к небольшой прогулке. -Удачи, Минерва! Заходите в "Дырявый Котел", всегда искренне рад побеседовать с Вами! - Том помахал рукой в спину уходящей женщине. -Кстати, как поживает Гарри Поттер? Я уже несколько месяцев не заглядывала к ним с Джиневрой, - сказала женщина, когда они вышли из бара через заднюю дверь, оказавшись в тупичке, в котором не было ничего, кроме пары сорняков. Миссис Орднунг неопределенно помахала в воздухе рукой: -Выглядит замечательно. Вчера заходил к нам. Он раньше жил по тому адресу, где сейчас живем мы. Увидел, как Рафаилу письмо из школы, так мы и познакомились вчера. Правда, он быстро потом исчез, когда из дома пришло письмо. Женщина коснулась деревянной палочкой одной из стен и в той на глазах начал появляться проход арочной формы. -У Джинни всегда был характер Молли, ее матери. Из них с Поттером всё же вышла прекрасная пара, об этом можно судить по детям. Такие же красавцы, таланты и непоседы, как и их родители. Можешь звать меня профессор Макгонагалл, - неожиданно произнесла она, взглянув на задумчивого мальчика. - Я оставила преподавание чуть более десяти лет назад, но не оставила привычку представляться профессором. Она тепло улыбнулась Рафаилу и тот понял, что сейчас произошло настоящее чудо: наверняка улыбку этой женщины видели не многие. Он робко улыбнулся в ответ: -А какой предмет Вы преподавали? -Теорию и практику трансфигурации. Это... -...переходная форма материи, - закончил Рафаил и с удовольствием отметил, что ему удалось удивить профессора. - Вы занимались преподаванием изменения формы вещей при сохранении их сущности. -Да, верно. Именно этому мы учим в Хогвартсе на трансфигурации. И первые пару лекций я отводила именно на то, чтобы донести до учеников основы магического превращения, одна из которых гласит как раз о неизменности сущности трансфигурируемого объекта. Откуда ты знаешь о таких вещах? Ведь ты рос в семье немагов. Сзади вздохнула тетка Брумгильда: -Рафаил рос больше сам по себе, чем в семье. Я усыновила его в младенчестве и с тех пор чувствую себя чаще не его матерью, а, скорее младшей сестрой, хоть мне и пятьдесят четыре года. Не знаю, кем были его биологические родители, но он с детства умеет лечить прикосновениями и в десять лет окончил почти весь курс средней школы, только бы его не отвлекали от изучения медицины, причем окончил на отлично. Он не хотел уделять время школе, но я попросила: так выше получить грант на обучение в Оксфорде. Хотя теперь, наверное, это не пригодится... Они вошли в арку и Рафаил с миссис Орднунг застыли, как вкопанные. Косой Переулок был... волшебным. Волшебным настолько, что казался невозможным. По самой улице сновали существа различных форм, окрасов и размеров, туда-сюда над головами проносились также различные существа на удивительных летательных аппаратах - тут было, наверное, всё, что только под силу вообразить летающим, от метел, сандалий и ковров, с которыми как-никак немагов знакомила мифология и неродные сказки, до летающих автомобилей и пылесосов, что больше напоминало мир какого-то сумасшедшего будущего. -Нам нужен Гринготтс. Это банк, в котором мы обменяем ваши фунты на валюту магов. Миссис... -Орднунг, - подсказал тетка, перекрикивая разноголосый шум. -Миссис Орднунг, Вам придется очень много заполнять различной документации и длительно ожидать. Гоблины до сих пор устраивают сложности при обмене маггловских денег. -Магглы - это немаги? -Да, волшебники называют немагов именно так. Это термин и не более. Миссис Орднунг, в банке вас сразу же попросят подписать необходимый документ для нахождения на территории магического сообщества, этот документ называется "Статут о Секретности". Он обяжет Вас магическим контрактом о неразглашении. Стандартная процедура, после которой Вы получите удостоверение о праве посещения территорий магического сообщества, закрытых от магглов, и при следующем посещении сможете увидеть вход в "Дырявый Котел". Вам туда, - профессор Макгонагалл указала на монументальное светлое здание с белыми колоннами, декорированное барельефами, фресками и горгульями, которые, казалось, двигались, если отвести от них взгляд. -А что я скажу? - Растерянно пролепетала Брумгильда. -Вы зайдете и Вас встретят, спросят, проводят и помогут. Гоблины лукавы, но по-своему честны, пока их не пытаются обмануть. Курс галлеона сейчас составляет ровно десять фунтов. Это - она взмахнула палочкой и из воздуха в руки миссис Орднунг опустился лист бумаги - список необходимых вещей для первокурсников с ценами. Итоговая сумма внизу. Рекомендую Вам конвертировать сумму как минимум втрое больше: курс с каждым годом только растет, как и цены. Мы с Рафаилом купим всё необходимое, а Вы после просто отдадите мне итоговую сумму: так мы сэкономим массу времени. Тетка, взглянув на листок, слегка побледнела, но тут же ободряюще улыбнулась Рафаилу и, потрепав его по светлой непослушной прическе, уверенно двинулась в сторону входа в банк "Гринготтс", рассекая мощной грудью беспрестанно движущуюся по своим делам толпу. Она шла такой монументальной походкой, что даже кентавры отворачивали в сторону, когда видели её на пути. -Рафаил, ты взял чемодан для всех этих вещей? - Профессор Макгонагалл кивнула на список, который мальчик сжимал в руке. -Нет, мы не взяли чемоданов. Мы думали, что купим здесь. Или я наколдую... -Ты не сможешь, даже имея палочку, выполнить столь сложные чары. Нам нужен магазин "Всё для путешествий", у них скидки на школьные чемоданы для учеников Хогвартса. Теперь уже хрупкая с виду профессор Макгонагалл рассекала толпу, как ножом. Ей было достаточно просто посмотреть перед собой, чтобы поток волшебников и представителей иных магических рас сворачивал в стороны. "всё для путешествий" оказался огромным магазином со всем магическим и немагическим, что могло бы пригодиться в путешествии даже, наверное, до Марса. Тут были даже скатерти-самобранки, но работали они совсем не так, как говорится в сказках: на скатерти в определенном месте нужно оставить листок с заказом и щедрой оплатой, а затем ждать, пока в течение получаса листок исчезнет, а через некоторое время на скатерти появится заказ. Стоило такое удовольствие очень дорого, но, видимо, того стоило. Также в ассортименте были палатки, выглядевшие, как обычно, однако способные, по заверениям на ценнике, выдерживать перепады температур на уровне меркурианских. Макгонагалл кое-как оторвала Рафаила от набора первой помощи и едва ли не силой потащила покупать котел, весы и телескоп. В этом магазине Рафаил заметил приборы для диагностики гомеостатических показателей драконов, а также множество различных серебрянных приборов для лабораторий всех типов. На сей раз профессор не могла просто оттащить мальчика, потому что тот принялся активно обсуждать с продавцом функциональность выставленных образцов. Через десять минут терпение Макгонагалл лопнуло и она, пожелав раскрасневшемуся от спора продавцу доброго дня, взяла Рафаила за руку и быстро покинула магазин. -Мистер... -Хиллинг, мэм. -Мистер Хиллинг! Вы тратите мое время! Имейте уважение! Я понимаю, что Вы здесь впервые и по своей природе Вы крайне любопытны! - Ноздри профессора Макгонагалл побледнели и раздувались от раздражения, как два тонких белых паруса, а глаза метали громы и молнии из-за тонких стекол очков. - Всему, что Вы видите, есть аналоги в школе, вот, что я хочу сказать, - тон ее понизился и вновь стал строго=холодным, - у Вас, мистер Хиллинг, будет насыщенная учебная программа. Думаю, даже Ваше любопытство она сможет исчерпывающе удовлетворить. А сейчас мы отправимся с Вами в другие магазины по списку. И я хочу покидать их, не краснея от стыда. Вам ясно, мистер Хиллинг? -Да. Извините, профессор. - Рафаил потупился. Он знал, почему Мвакгонагалл вышла из себя именно сейчас: впереди были поход в аптеку и книжный магазин. Если бы не эта демонстрация авторитета, Рафаил бы попытался остаться в книжном жить. Но в итоге во "Флориш и Блоттс" и "Магическую Аптеку" профессор входила одна, покупала необходимые вещи и книги, а Рафаил ждал её около входа. Что ж, Макгонагалл была строга и справедлива. Хотя и ей далось тяжело решение не впускать мальчика в книжный магазин: когда она взяла стопку учебников и посмотрела в окно, то увидела, как мальчик вытягивает шею и провожает входящих грустным собачьим взглядом, от которого даже у нее защемило сердце. -Ну, теперь к мадам Малкин! Потом выберем палочку и, думаю, к этому времени освободится твоя мама. -Я зову её тётя Брумгильда. Они пошли вдоль переулка, наблюдая разношерстную гомонящую толпу: каждый за что-то торговался, что-то спрашивал, то и дело в воздух взлетали бумажные самолетики с посланиями, совы уворачивались от метел, а метлы от карет, запряженных летающими лошадьми. И это почти в сердце Лондона! -Вот магазин мадам Малкин, нам сюда, - профессор указала на большой павильон с огромной панорамной витриной, вдоль которой внутри прохаживались светящиеся манекены. «Магазин мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни» - гласила вывеска. "И действительно, на все случаи жизни," - подумал Рафаил, увидев в помещении верзилу, вдвое превышающего ростом профессора Макгонагалл. Когда они вошли, профессор ахнула: -Хагрид! Что ты здесь делаешь? О, потрясающая мантия! Но тебе не кажется, что фиолетовый немного не твой цвет? -Профессор Макгонагалл! - Проревел этот великан так, что светящиеся манекены испуганно сбились в кучу. - Я так рад видеть Вас! Мадам Максим сказала присмотреть что-нибудь необычное! Я ж преподаватель! Негоже, говорит, в куртке лесника ходить всегда! А Вы ж меня знаете: я ж для дела, а не для вида! -Рафаил, познакомься. Это профессор Рубеус Хагрид, он преподает уход за магическими существами. Хагрид, это абитуриент Хогвартса, Рафаил Хиллинг. Он вырос с приемной матерью-магглой и сегодня впервые познакомился с магическим сообществом. -О! Первокурсник! Со мной на лодке поплывешь, как в Хогвартс приедешь! Ты не боись магиков главное, малыш, если ты с профессором Макгонагалл, значит, никто не обидит! Да что же Вы мне всё чёрное-то, пихаете? Я ж не на похороны собираюсь, а детей встречать! Великан отмахнулся от мантии, летающей вокруг него, и та, обиженно взмахнув рукавами, удалилась вглубь помещения. -Черное Вам очень к лицу, Рубеус,- из-за вешалок раздался мягкий голос, а затем показалась коренастая миловидная старушка. - Черный цвет мантии прекрасно подчеркивает Ваши глаза. Будьте уверены: дети привычны к черным мантиям, а мадам Максим будет очарована Вашим выбором, как только увидит Вас. -А. Хм. Да? Вы думаете? А что скажете Вы, профессор? - Хагрид с надеждой уставился на Макгонагалл черными глазами, которые на заросшем бородой лице больше напоминали спинки жуков. -Да, однозначно! Очарована! - Поддержала Макгонагалл миловидную старушку. Хагрид просиял и, что-то фальшиво насвистывая, направился в примерочную кабинку, которая по мере его приближения выросла в габаритах как раз до тех размеров, чтобы в ней без стеснения поместился такой огромный человек. "Человек ли?" - подумал Рафаил, вспомнив крайне необычные глаза преподавателя по уходу за магическими существами. За размышлениями он не заметил, как вокруг него пару раз самостоятельно прошлась мерная лента. Уже через минуту Макгонагалл рассчиталась, громко пожелала удачи Хагриду, напевающему в примерочной что-то рождественское, и вышла на шумную улицу. Рафаил не отставал. -Нам осталась только палочка, - вздохнула профессор, явно уставшая от столь длительного шоппинга. -Палочка - это проводник-регулятор энергообменных процессов при исполнении магических манипуляций? - Спросил мальчик как бы между прочим. -Да, это почти точное определение. Ты уже открывал учебник? -Нет. Хватило наблюдений. Я с детства творю чудеса безо всяких палочек. И знаю, что Вы наверняка умеете нечто подобное, хоть это знание и носит интуитивный характер. - Рафаил пожал плечами. -Я думаю, тебя ждут успехи в учебе. Хогвартс любит не самых умных. Он любит наблюдательных, любопытных и терпеливых. Только перед ними он раскрывается до самых потайных своих глубин. - Макгонагалл вновь тепло улыбнулась ему и от ее кошачьих глаз разбежались добрые морщинки. Теперь Рафаил понял, почему она пошла с ним в эту нелегкую прогулку: именно для того, чтобы позволить себе самой вот так вот запросто улыбнуться от чистого сердца. -Лавка Олливандера. Здесь продают лучшие магические палочки во всей Европе. Они вошли в затемнённое помещение небольших размеров, с пола до потолка уставленное маленькими продолговатыми коробочками. -Минерва, рад видеть Вас в добром здравии. - Из полумрака к ним заковылял сгорбленный старик с серебристыми глазами. -Здравствуйте, мистер Олливандер. Я привела юного абитуриента Хогвартса. Мы хотим выбрать для него волшебную палочку. -Я всегда это говорю, но меня никогда не слышат: не волшебник выбирает палочку, а магическая палочка выбирает волшебника. Наука о волшебных палочках... -Оставьте, мистер Олливандер. Всяк хорош в своей науке. - Профессор Макгонагалл взмахнула палочкой и все коробки в магазине на несколько секунд превратились в пчёл. -Как всегда, потрясающая трансфигурация, Минерва! Простите мне излишнюю болтливость - возраст берет свое. Так, ну что ж, юный чародей, мистер... -Его зовут Рафаил Хиллинг, - подсказала профессор. -О, необычное имя. Очень красивое и развернутое всем своим звуком в сторону наук об излечении, не так ли, молодой человек? - Старик пронзил его своими серебристыми глазами, как рентгеном, отчего впервые за этот невероятный день у мальчика побежали по спине мурашки страха. Но, сглотнув, он ответил, глядя прямо в расплавленное серебро радужек этого необыкновенного мага: -Да, я люблю медицину. Это моя судьба. -Рано говорить о судьбе, мальчик. Тот, кто лучше знает, как вылечить, лучше знает и то, как покалечить. Вот, возьми. Думаю, вы подружитесь. - Он протянул Рафаилу палочку рукоятью вперед. Палочка была неровной, словно её по спирали обвивала маленькая змейка. -Змея и чаша, - завороженно прошептал Рафаил, когда взял волшебную палочку в руку и почувствовал нечто. Это ощущение было не передать словами. -Да-а, - также шепотом протянул старик, восхищенно наблюдающий, как из палочки посыпались разноцветные искры. - Она долго ждала хозяина. В ней сплетены воедино слезная железа феникса и сердечная жила единорога. Эти существа только добровольно могут отдать подобные ингредиенты. Чтобы их отдать, они добровольно претерпели невероятные страдания. Но секрет истории создания подобных палочек мне неведом, за всю жизнь я встречал не так много начинок палочек, добровольно одаренных столь ценно и столь щедро. Надеюсь, вместе вы совершите нечто выдающееся. Эта палочка так же настроена к излечению, как и Ваше имя, мистер Хиллинг: ингридиенты в ее начинке - этоодни из самых мощных целебных ингредиентов. Да и характер у этой палочки... Тринадцать дюймов, гибкая, идеально подходит для сложных и тонких чар. Да, она Вас выбрала, поздравляю, мой мальчик! -Потрясающе, мистер Хиллинг, - произнесла давно молчащая профессор Макгонагалл, - теперь уберите палочку в коробку и ждите меня снаружи. Рафаил вышел, через минуту вышла и профессор, странно взглянув на мальчика. А уже через полчаса они подошли к Гринготтсу, где их уже ждала миссис Орднунг, тихо возмущаясь хамским поведением гоблинов с ней и их же заискиванием перед любым, у кого есть волшебная палочка. Покинув Косой Переулок и рассчитавшись с Макгонагалл, тетя Брумгильда и Рафаил кое-как добрались до дома. Они очень устали от впечатлений, от шума, от эмоций. "Змея и чаша," - как заведенный повторял Рафаил про себя, - "Змея и чаша.. Почему это кажется таким важным? Что такого в этих словах и в этом ощущении? Как можно добровольно отдать глаз или сердце всего лишь для волшебной палочки? Такие вещи не делаются просто так". Проваливаясь в сон, рафаил в последний ускользающий миг вдруг понял нечто важное, но было поздно и объятия Морфея утянули его в бездонную темноту.