Когда небо усыпано звёздами

      Мир остановился. Я могу поклясться, что увидел, как птица замерла на лету, ночные сверчки прекратили стрекотать, сова повернула свою голову на нашу сторону, и я услышал звук всплеска воды раньше, чем почувствовал её.       — Стой, — слышу я женский голос, — только без резких движений.       Я только хочу подняться, но замираю. Сижу по пояс в воде и пытаюсь восстановить дыхание. Что там такого ужасного, что она попросила не шевелиться?       — Эй, — всё тот же шёпот, — ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает она у меня. Я не могу произнести и звука, поэтому только киваю. — Смотри, — она легонько кончиками пальцев касается моего плеча, и по телу пробегает волна приятного тепла.       Киваю и медленно, опустив свой взгляд на воду, разворачиваюсь в ту сторону, куда она указывает. Я поднимаю свои глаза, и первое, что вижу, — это лебеди. Они медленно плывут по отражению звёздного неба и будто не замечают ничего вокруг себя.       — Красивые, правда? — слышу я тихий и приятный голос со знакомым вопросом.       Я резко поворачиваю свою голову в её сторону. Она смотрит на меня и улыбается.       — Ой, точно, — немного погодя, она, последний раз взглянув на лебедей, начинает искать что-то под водой. — Где-то здесь должен быть мой фотоаппарат… Нашла!       Она вытаскивает из-под воды фотоаппарат, не думаю, что он "живой" после купания в пруду. Я смотрю на то, как она пытается его включить, но вопреки моим ожиданиям, он всё же работает. Девушка не направляет камеру на меня, она что-то проверяет и выключает его.       — Думаю, — говорю я севшим голосом, — нам нужно вылезать из воды, — она кивает и начинает подниматься за мной следом.       Лебеди, до этого мирно плавающие в пруду, замирают, глядя на нас. Сова на верхушке дерева ухает, нарушая тишину, и улетает в ночь. Я подаю свою руку девушке, чтобы помочь ей встать, и она, подняв свой взгляд, будто спрашивая разрешение, с улыбкой принимает её. Все звуки разом обрушиваются на меня: сверчки продолжают своё стрекотание, а птицы начинают петь свои песни вновь. Луна выходит из-за облаков и освещает лицо моей новой знакомой. Она, с маленьким лицом и большими голубыми глазами, похожа на ту куклу, которую подарили мои родители своей внучке на день рождения. Когда мы выходим из воды, я замечаю, она еле как ростом доходит до моего плеча. Дует холодный ветер, и она вся дрожит, обхватив себя руками, она идёт в сторону здания, и я двигаюсь за ней следом. Мы молча дошли до окна и, попрощавшись, идёи в разные стороны.       Как только вхожу в комнату, я переодеваюсь, сажусь за стол и, включив настольную лампу, пишу Хосоку всего два слова.       "10 апреля 2025 года.       Она здесь".       Когда я ложусь, уже рассветает.

***

      Следующие мои два дня ничем не отличаются от предыдущих. Мы с ней не пересекаемся ни в здании, ни у пруда. Я всё время говорю себе, что не жду её, но все время ловлю себя на том, что оглядываясь по сторонам, ищу её.       Уже на третий день, когда звёзды снова украсили небосвод, я иду к пруду. По пути я встречаю уже знакомую мне кошку, несколько светлячков, летающих вокруг деревьев, и мою верную спутницу, сову. С кошкой я уже давно подружился, благодаря этому я легко поднимаю её на руки и несу с собой. На подходе к пруду я замечаю, лебедь был один. Луну закрывают облака, и становится чуть темнее, но это никогда не мешало мне найти знакомое место, и чем ближе я подхожу, тем чётче становится силуэт длинноволосой девушки. Она одиноко сидит на берегу и смотрит на звёздное небо. Ветка у моих ног хрустит, тем самым привлекая её внимание. Девушка поворачивает свою голову в мою сторону, и я вижу её слезы.       — Тебя кто-то обидел? — вырывается у меня гораздо раньше, чем я успел подумать.       — Нет, — покачав головой, она смущённо улыбается, — я счастлива.       Она больше ничего не говорит, и я сажусь рядом с ней. Кошка лениво смотрит на девушку и, убедившись, что она не обидит, решает подремать. Девушка поднимает руку и медленно проводит по её шерстке, кошка громко мурчит. Никто из нас не старается начать разговор, я чувствую себя комфортно даже в молчании.       — Ты… — я не знаю, сколько прошло времени прежде, чем она заговорила. — Как тебе здесь?       — Одиноко... — честно отвечаю я, смотря на лебедя. — Здесь одиноко, как тому лебедю. Ещё вчера рядом с ним был кто-то, а сегодня он один.       — Он не одинок, — она следит за моим взглядом. — У него есть семья, и хоть они сейчас в разлуке, у него есть куда вернуться, — она смотрит на меня, и наши взгляды встречаются. — Ведь есть те, кто его очень ждёт.       — Думаешь, — я чувствую ком в горле, — его все ещё будут ждать?       — Конечно, — она улыбается.       Лебедь уплывает куда-то в сторону, и она поднимается.       — Пойдём, я тебе кое-что покажу, — и идёт в том же направлении, только по суше.       Я поднимаюсь и, уложив кошку поудобнее на мягкую траву, иду за ней. Мы идём недолго, она резко останавливается и подносит палец к губам, прося быть тише. Недалеко от нас, в зарослях, на большом гнезде сидит лебедушка и высматривает кого-то. К ней медленно подплывает лебедь и нежно касается её головки клювом. Со стороны это выглядит очень мило.       — Ладно, пойдём, — минуту спустя она начинает толкать меня в сторону, откуда мы пришли. — Не будем им мешать.       — Как ты узнала, что они там? — спрашиваю я у неё, когда мы отходим на какое-то расстояние.       — Я здесь весь вечер, — она идёт уверенно, будто бывала здесь раньше много раз. — Хотела посмотреть на закат, он здесь по-особенному красив из-за гор вокруг. Я заметила, что он один, и проследила за ним.       — Ты здесь бывала раньше? — удивляюсь я.       — Да, — она останавливается и кивает, — в прошлом году я приезжала сюда по работе.       Мы подходим к нашему месту, и она, высоко подняв голову, смотрит на луну.       — Как тебя зовут? — я запоздало понимаю, что даже не знаю её имени.       — Лара, — а в её глазах отражение звёздного неба.