all I see is red

vhope au, где Тэхен — фигурист, который претендует на участие в олимпийских играх, а Хосок — его тренер, который считает, что Тэхен участия в них недостоин. — Вы не хотите отправлять меня туда не потому что я плох, а потому что я вам не нравлюсь! — Тэхен почти кричит. Он устал упрашивать этого упыря, правда устал, а ещё он искренне не понимает, зачем тренер с ним так. Олимпийские игры — его мечта, наверное, с пеленок, и он живет этой мечтой до сих пор. Но вместо него хотят отправить парня, который едва на льду стоять умеет. Это несправедливо! — Не повышай на меня голос, — строгим тоном отвечает Хосок и трет переносицу. Тренировка закончилась пятнадцать минут назад, а этот омега отказывается покидать лед, все продолжая свою балладу под названием «100 причин, почему я должен ехать на олимпийские игры». — Тэхен, я уже утвердил Чимина. Просто прими уже, что до ОИ ты еще не дорос. Ким сжимает ладони в кулаки и действительно сдерживает себя, чтобы не врезать тренеру. Он дорос, ещё как дорос, и он добьется своего участия в олимпиаде. Чего бы ему это ни стоило. *** — Тэхен, это плохая идея, — говорит Юнги, наблюдая за тем как его друг пытается нарисовать себе стрелку. — Я знаю, — пожимает плечами омега и матерится на свою полусухую подводку. — Я серьезно, ты можешь очень сильно пожалеть об этом, — вздыхает Мин. — Я понимаю, как сильно ты хочешь попасть на олимпиаду, но… — Юнги, нет, ты не понимаешь! Ты на фигурное катание чисто для галочки ходишь, ты не сможешь меня понять! — бесится Ким и, выливая огромное количество мицелярки на ватный диск, стирает незаконченный макияж. — Да, но… Это все равно не повод калечить Чимина, он в выборе тренера не виноват, — Юнги пересаживается поближе к Тэхену. — И дай я тебе нарисую эти стрелки. Тэхен демонстративно закатывает глаза, но на предложение соглашается. Но только Юнги берет подводку в руки, как он продолжает возмущаться. — Я ведь не хуже Чимина? —спрашивает Ким, заранее зная ответ. — Ну вот, я считаю, что тренер выбрал Чимина только из-за неприязни ко мне. — Тэхен, — смеется Юнги. — Я даже не успел ничего ответить. — Ты слишком очевидный, — снова закатывает глаза Тэхен, но Мин просит его больше так не делать. — Слушай, как думаешь, что я могу сделать, чтобы тренер пустил меня на Олимпиаду? Может, мне переспать с ним? У Юнги от столь неожиданной фразы дергается рука, и он видет линию в вообще не том направлении, залезая на щеку Тэхена. — Ты хочешь сделать что?.. — переспрашивает Мин, искренне надеясь, что ему послышалось. Ну не способен Тэхен на такое. — Я хочу переспать с ним. Или способен. *** — Тэхен, повторяю тебе еще раз, тренер на это не согласится. Твоя задница, конечно, шикарна, но вряд ли он обменяет на нее золото на ОИ, — причитает Юнги, натягивая коньки. — А кто сказал, что я не возьму золото? — хмыкает Тэхен. — Ну… Он думает, что ты не возьмешь. — Он так не думает. Я уверен, он знает мои способности, просто не любит меня и все. У нас с Чимином равные шансы… Да и честно говоря, у меня их чуточку больше. — Да даже если и так, но спать с тренером ради участия… — Юнги, я же говорил, что готов на все? — шипит Тэхен и выходит из раздевалки. *** — То есть ты решил, что для того, чтобы попасть на Олимпийские игры, со мной надо переспать? Хосок не зол, нет. Он в ярости. Как его ученик вообще посмел подумать о нем в таком ключе? Да он за золото на Олимпиаде душу продаст, а отправить кого-то на эту самую Олимпиаду за секс — последнее, что он сделает. Отвратительно. — А как ещё мне попасть на эту чертову Олимпиаду?! Вы достали со своим «не дорос»! Дорос! Ещё как дорос! Я ради этой олимпиады готов со льда сутками не слезать! Хосок устало трет глаза пальцами одной руки. Выслушивать крики Тэхена он сегодня не собирался, но тот на его планы клал гигантский болт. И Хосоку бы положить такой же на крики Тэхена, только он не может. Не может, потому что Чимин начал отлынивать и уже в который раз прогуливает тренировки, и его давно пора бы уже заменить. Вот только кем, если не Тэхеном? Он единственный, кто более-менее дотягивает до олимпиады, и единственный, кто действительно хочет к ней готовится. — Ладно. Поедешь ты на свои Олимпийские Игры. Только учти, не получишь золото — выпорю. *** Тэхен берет золото. С отрывом всего в два балла Тэхен берет золото. То, что сейчас происходит на стадионе, кажется ему сном, галлюцинацией, его больной фантазией, но не реальностью. Он смотрит на баллы и не верит. Тэхен не соврал, когда сказал, что будет заниматься днями и ночами, он правда был на льду почти двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Хосок даже иногда ругал его, просил не переусердствовать. Но Кима это не останавливало. Он был готов на всё ради участия в Олимпиаде, потом он был готов на все ради золота. — Знаешь, а я ведь и не сомневался в тебе, — говорит Хосок Тэхену на ухо, приобнимая того за плечи. — Да что вы говорите, — закатывает глаза Тэхен. — Помните, вы сказали, что выпорите меня, если я не возьму золото? — играет бровями омега. — Так вот, я его взял, пойдете со мной на свидание?