Личный слуга

- Отец, это несправедливо и жестоко, – Артур непроизвольно сжал кулаки, но пытался держать себя в руках. – Эд не сделал ничего, что заслужило бы изгнания, да еще с конфискацией всего имущества. - Ты слишком много думаешь о черни, – презрительно бросил король. – Их дело служить нам, а если они этого не делают, тогда становятся не нужными. И не слова больше, – Утер повелительно поднял десницу. – Иначе я отправлю тебя в темницу составить компанию Моргане. - Моргана в темнице? – охнул принц. - Да, за свое непочтение она проведет там неделю на хлебе и воде. Это научит ее не оскорблять короля непотребными словами. Ступай, а то я на самом деле преподам урок почтительности и тебе. Артур вышел, «забыв» поклониться. Мальчишка. Наверно и впрямь стоило бы отправить его в темницу, но король до сих пор помнил, как у него едва не остановилось сердце, когда он увидел «мертвого» сына. *** После того, как злокозненную троллиху, выдававшую себя за благородную леди Катрину, убили, казалось, что все начало налаживаться. Рыцари и двор скорее сочувствовали королю, попавшемуся в силки коварной магии, смеяться, и то приватно, позволил себе лишь Артур в обеденной беседе с отцом. Но потом все пошло наперекосяк. И из-за чего? Сущей безделицы, право слово. Эд, личный слуга короля, хрупкий рыжеволосый паренек, стал причиной острейшего кризиса. И Утер решительно не понимал как такое могло вообще произойти. Хотя… вспоминая как Моргана заступалась за всякую чернь, сжигаемую по подозрению в магии, а Артур рисковал собой ради своего Мерлина…, пожалуй, можно было предвидеть, что ситуация может усложниться. Но, по мнению короля, ведь не до такой же степени! Во время своей зачарованности Утер отдал Эда приспешнику троллихи. Вообще-то это было против правил, личный слуга не может передаваться рыцарем в пользование кому-то еще, без его на то согласия. Но дело было сделано, и уродец получил власть над Эдом. Которого никто не успел спасти, ибо все произошло среди ночи, когда почти все способные вмешаться спали или строили заговоры против королевы. Эда уродец изнасиловал практически сразу же, а потом издевался над ним, кормя навозом и избивая. Артур лишь через два дня нашел личного слугу короля и смог отобрать у приспешника троллихи. Тот не решился открыто противостоять лучшему рыцарю Камелота, пусть и лишенному статуса наследника престола. Потом была эпопея с объявлением личного слуги короля изменником и смертным приговором ему. Леди Моргана и Мерлин спрятали больного после всего случившего с ним парня с помощью Персиваля. А когда все закончилось, троллиха пала и указы периода ее правления были отменены, король приказал Эду вернуться и служить, будто ничего и не случилось. И тут всегда послушный и неконфликтный Эд внезапно отказался. Попросил отставку. И повторил свою просьбу на первое королевское «нет». Утер счел, что простолюдин слишком обнаглел и примерно наказал его за дерзость, конфисковав все имущество и предписав покинуть королевство без права возвращения. И внезапно это привело к кризису. *** Сначала Леон попросил короля проявить милосердие к пострадавшему от тролльского приспешника, и отменить хотя бы конфискацию. Старший рыцарь отступил, когда король сказал, что не будет пересматривать свое решение. Но Утеру донесли, что он от себя отдал Эду несусветную сумму в три золотых – по сути доход со своего поместья за два месяца. Это не было преступлением, но Утер не понимал, что нашло на его всегда лояльного и скуповатого по жизни рыцаря, что он так сделал. Потом пришел Гаюс с красочным рассказом о том, как лечил Эда после того, как того отбил Артур у прислужника троллихи. Утер выслушал, сказал придворному лекарю, что надеется, что прочих осужденных им преступников его друг лечить не станет. И выставил его за дверь, пока он не начал просить за Эда. Моргана попробовала поговорить, но в итоге настолько разругалась с королем, что попала в темницу за слишком острый язык. Наконец, Персиваль принес петицию от полутора десятков рыцарей. Духи побери! Его рыцари всерьез написали прошение о милосердии к обнаглевшему простолюдину. И, наконец, вернувшийся из непродолжительной инспекции Артур, узнав о произошедшем, вместо доклада начал говорить о несправедливости к Эду. Утера бесило происходящее. Все решительно помешались на простолюдине, который обнаглел настолько, что посмел отказать королю, который годами оказывал ему честь, разрешая согревать свою постель. И старший Пендрагон был полон решимости искоренить столь неподобающее положение дел. Семья, рыцари и двор обязаны соблюдать правила, иначе Камелот ждет хаос. Поэтому, проводив взглядом Артура, он вызвал Леона и приказал тому, чтобы уже сегодня Эда отправили в изгнание. И добавил, что конфискация коснется не только того, чем тот владел на момент издания предыдущего указа, но и вообще всего, кроме одной смены одежды из грубого холста. Леон побледнел, поклонился и ушел. *** - Мерлин, передай Гаюсу, чтобы подошел ко мне, – Артур был неестественно спокоен, когда Леон сообщил ему о последнем приказе короля насчет Эда. Мерлин посмотрел на своего господина взглядом, смысла которого Леон не понял и ушел, без всяких вопросов. - Леон, ты всегда был человеком короля, – принц налил себе вина и кивнул собеседнику, разрешая сделать тоже самое, – поэтому я пойму, если ты не захочешь участвовать. Но прошу – не мешай. - О чем ты говоришь? – Леон чувствовал, что пахнет бунтом, но ему хотелось услышать прямой ответ, а не додумывать. - Изгнание, – Артур криво усмехнулся. *** - Ваше Величество! Принц Артур освободил принцессу Моргану, и они с рыцарями направляются сюда. И… они разоружили часть стражи. Утер был сильно удивлен. Как бы там ни было, он был уверен в верности Артура. Но сказанное запыхавшимся от бега стражником сильно напоминало переворот. Но суетиться было поздно. За дверью уже был слышен шум. Все, что успел сделать король, это взять меч. Если сын предал его, он не отдаст трон без боя, пусть даже и безнадежного. А что бой будет безнадежным Утер окончательно убедился, когда в его покои вошли Артур, Моргана, десяток рыцарей в боевом облачении, включая Леона, а также Мерлин, Гаюс и Гвиневра. - Я не звал вас, – чувствуя, как внутри разгорается гнев, жестко сказал пришедшим король. - Дело слишком важное, Ваше Величество, – Моргана ответила не менее жестко, но Артур положил ей руку на плечо, и она умолкла, позволяя говорить ему. - Отец, я пришел, чтобы отказаться от прав на престол. Я и мои друзья отправляемся в изгнание и оставляем тебе свое имущество, кроме одной смены одежды – той, что на нас. Конфискуй. - Чего? – оторопел Утер. Такого он точно не ожидал. - Мы все поклялись, что будем служить Камелоту и его жителям. Сейчас мы можем лучше всего послужить ему тем, что ради справедливости разделим судьбу несправедливо приговоренного вами Эда. - Вы околдованы?! – король полностью перестал понимать происходящее. С чего вдруг все помешались на его неверном слуге? - Ваше Величество, позвольте я объясню, – негромко сказал Персиваль. – У многих рыцарей есть личные слуги. И, если бы любой из наших товарищей сначала отдал бы своего парня нечистой твари на поругание, пусть даже под чарами, а потом попробовал лишить его всего за то, что тот не хочет больше служить предавшему его господину, мы бы никогда не доверили ему свои спины в бою. - Он всего лишь простолюдин! - Он простолюдин, – согласился Артур. – Но, если мы будем поступать с самыми ближними к нам простолюдинами настолько несправедливо и жестоко, то будем уже не рыцарями, а троллями. Отец, остатки гнилой магии туманят твой разум, заставляя принять это бесчестное решение. Ты король и мы не поднимемся против тебя, но, если ты решишь уподобиться своей второй жене, то мы уходим из Камелота. Лучше стать изгнанниками, чем служить троллю. Нельзя сказать, что Утера сильно убедили его собеседники, но… Камелот, потеряв правящую семью и лучших рыцарей, с ославленным на весь мир королем, получит удар кошмарной силы. Ни один простолюдин такого не стоит. - Возможно, магия троллихи и впрямь не до конца отпустила меня, – произнес король, когда тишина зловеще затянулась. – Я отменяю указ о конфискации и изгнании. Эд может остаться жить в Камелоте. Моим личным слугой он более не будет. Гаюс, не жмись у стены, сегодня же ты обследуешь меня и выдашь рекомендации по лечению от последствий чар. - Конечно, Ваше Величество, – с нескрываемым облегчением произнес придворный лекарь. *** Утер не стал преследовать никого из «изгнанников». Это было не нужно – они сохраняли лояльность своему монарху и «взбрыкнули» только один раз, когда сочли, что он остается зачарованным. Во всяком случае, король предпочел истолковать ситуацию именно так. Бесчестным свое поведение он не считал и не верил, что другие так могут про это думать всерьез. Эда взяла на службу Моргана, он стал ее конюхом. Но всегда, встречаясь случайно, Утер делал вид, что не знает этого человека, а Эд смотрел на него с болью. Королю было неприятно вспоминать эту историю, и он предпочел бы обойтись без живого напоминания, регулярно попадающегося на глаза. Но альтернатива – не видеть при этом сына, дочь и лучших рыцарей – была куда хуже. И повелитель Камелота предпочел смириться.