Пойму, что у тебя внутри.

— Слушай, мы с ребятами въебывали последние две недели, а сегодня хотим сходить в баскетбол сыграть. Пойдешь с нами? Вик, может, приведет свою знакомую, — говорил Дамиано в микрофон телефона. — Я бы рада, но я не умею играть в баскетбол. Плюс, я не собираюсь в пальто бегать с мячиком, — отмахивалась Моника, болтая ногами, свешенными на спинку дивана. Голова свисала с сиденья, поэтому кожа лица становилась красноватой. — Ничего, научим, — отмахнулся тот, — а на счет пальто, его можно не надевать. В самом деле, на улице восемнадцать градусов! — Ну, так-то, я не против, но только, если в роли мяча будешь ты! — Ага-ага, а ты в роли кольца, договор? — ерничал парень. — Мистер Давид, вы что себе позволяете?! — наигранно возмущалась Ника. — Мисс Фекритто, я покину свои затеи, если вы согласитесь, завтра прогуляться, — продолжил иронию он. — Так уж и быть, даю согласие! — воскликнула она, нарочно изображая безвыходную разочарованность. — Отлично, тогда, завтра в четыре на баскетбольном поле у школы. *** На следующий день все запланированное случилось. Моника брела к площадке, издали она уже видела силуэты друзей. Дамиано был в сером свитере и белых джинсах в обтяг, Виктория надела черную водолазку и джинсы такого же цвета, на Томасе была красная толстовка с надписью ZARA и синие спортивные штаны. Обувь еще было сложно разглядеть, но, вероятно, у всех были кроссовки. Сама девушка шла в свитере, цвета темного шоколада, и в серых брюках прямого кроя. На ногах красовались черные мокасины. — Приве-е-ет! — прокричала Вик, когда увидела Фекритто в нескольких метрах. — Привет, — спокойно ответила та, немного улыбнувшись. Когда все поздоровались друг с другом, Виктория представила Монике свою подругу — Доминику Орнелли. Девушка была мулаткой с римским носом, тонкими губами, карими глазами и острым подбородком. Одета была в желтую толстовку и клетчатые штаны красных оттенков. Она была довольно мила ко всем. Нельзя сказать, что с Никой они подружились, но друг против друга ничего не имели. Дамиано предложил разделиться на команды. Он играл с Томасом, а Моника с Викторией и Доминикой. Давид подкинул мяч в воздух, а Виктория выбила его и начала вести к кольцу команды парня. За ней ринулись и Ника с Доминикой. Когда были уже совсем близко к кольцу, Вик кинула, но немного промахнулась. Тогда мяч словила Фекритто, бросила его снова и попала прямо в цель. — Ура-а-а! — воскликнули все девушки хором. Дамиано улыбнулся, видя первую победу Моники. Ему стало радостно, что дева делает успехи уже на первой, хоть и «косой» игре, ибо забросила она почти с непозволительного расстояния. Но какая разница, если такая мелочь смогла обрадовать Нику? Потом мяч оказался в натренированных руках Давида. Тот стал стремительно прорываться к кольцу соперников, но Доминика выбила из рук оранжевый шар и передала его Монике. Та, чтоб не потерять мяч, стала вести двумя руками. Да, так нельзя, но кому какое дело? Девушка подбежала к кольцу и бросила мяч. Он пролетел сетку, но Доминика кинула его снова. Бросок был удачным. — Счет два-ноль, лошпеды! А ты еще и баскетболист, ну-ну, — кричала, вскинув руки вверх, Моника. — Ой, да мы ж поддаемся, да Дамиано? — пролепетал Томас. — Угу, — бросил тот, в момент, подлетая к мячу, что лежал на земле, и стал вести его к кольцу соперника. — Эй, не честно! — громко раздалось из уст Доминики. Шатен продолжал вести, даже двумя руками. Он хотел обыграть другую команду. Моника сунула в рот два пальца и свистнула. — Нельзя двумя руками! Дисквалифицирован! — кричала она так, что, вероятно, люди в ближайших домах уже поглядывали в окна на крик. Парень остановился, не стал кидать. — Ты же только что так сделала. Почему тебя еще не дисквалифицировал великий судья?! — саркастично возмущался Дамиано. — А потому, что мне можно, — высунула язык, корча рожицу. Дальше игра шла в таком же духе, сопровождаясь смехом и разными, порой глупыми, шутками. Находила такая чудная эйфория, когда хочется забыться и застрять в моменте. Каждая клеточка тела была довольна. Мышцы лица уже просто отказались покидать положение улыбки, а живот побаливал от хохота. Также стало известно, что завтра Виктория отправится в Данию, ибо ее матери стало хуже. Они с сестрой будут оставаться там, пока той не станет лучше. Часто Вик немного выпадала из беседы, задумываясь о маме. Ей было трудно, очень, но она невероятно сильная и остается на плаву. Ребята закончили со счетом четыре-два в пользу девичьей команды. Виктория с Томасом и Доминикой пошли все вместе, ведь им нужно было идти в горку. Моника же шла вниз некого холма с Дамиано, иногда переговариваясь. Они посрывали голос на игре, поэтому говорить было довольно трудно. Из-за этого те решили идти молча. Давид периодически начинал диалог, но прерывался, ибо больно было. Моника, у которой голос был более сильным и не так резко сел, просто сказала, что лучше не произносить ничего, чтоб поскорее восстановить свое звучание. По прибытию домой, она получила смс от шатена. «Завтра встретимся на втором, хочу тебе кое-что предложить» В ответ та ограничилась коротким «Ок». Расхаживая по квартире уже который час, она молча вспоминала события уходящего вечера. Хотелось надолго запечатлеть в воспоминаниях каждую улыбку, каждый счастливый возглас, каждый момент столкновения всех в кучу и каждую секунду, проведенную в обсуждении тактик для победы. В голове витали эпизоды, когда после победы Моники, Дамиано поднял ее в воздух и отнес на руках за пределы зала, когда Ника с Викторией разогнались, и сбили с ног Томаса. Все. Все заставляло уста расплываться в глупой улыбке. Несколько раз она получала взгляды искоса и вопросы о том, что случилось, от Софи, но ее ответ ни разу не становился обширней, чем слово «ничего». У девушки все еще был нескрываемый интерес к ситуации, но та решила не ворошить тему, если Моника не хочет говорить. А она, правда, не хочет. Ей не нравится идея, делиться с людьми лишними подробностями. Кто был там — все знает, а остальным это уж больно непотребная информация. Так для чего же раздаривать кусочки своего счастья тем, кому оно не нужно? *** Около часа дня. В этот день Дамиано предложил Нике пересечься на первом этаже, ибо он хочет что-то предложить. Тем самым он жутко заинтриговал деву, поэтому сейчас она переминается с ноги на ногу и не может найти в себе сил, потерпеть до встречи. Договор был таков, что они должны вместе оказаться на первом этаже в 13:00. А часы уже обивали час и пятнадцать минут. Фекритто места себе не находила. Да, это был не большой промежуток времени, но мандраж уже настиг ее целиком и полностью. Давид не отвечал на сообщения, не появлялся, а когда Монике пришла идея проверить журнал его класса, обнаружилось, что его сегодня не было в школе. Ни на одном из уроков. В сеть он тоже не заходил. Пульс девы стал отбивать жуткий ритм. Казалось, что она чувствует, как по организму циркулирует кровь. Неведомая боль задавила на виски. — Что за чертовщина! — воскликнула она, в очередной раз набирая номер Дамиано. Четыре исходящих было адресовано ему. Но ничего в ответ. Девушка уже успела сходить за кофе, но Давида все не было на горизонте. Просто провалился сквозь землю. Совсем. Его друзья, которых она встретила, тоже ничего не знали. На нервах прибывая домой, рыжеволосая схватила пачку сигарет, что хранилась в ящике стола, вышла на балкон и закурила. Вдыхала такого рода дым она исключительно в редких ситуациях. То есть, просто так ее трудно было заметить с тонкой трубочкой меж пальцев. Стремительно опустошая пачку, Моника старалась избавиться от пугающих мыслей, но это было крайне сложно. Пустым, как теперь и коробка сигарет, взглядом дева сверлила здания, на которые падал взор. Ника совсем поникла, но понимая, что за прошедший час что-то могло измениться, она разблокировала свой телефон и зашла в переписку с Дамиано. Начиная печатать очередное сообщение, ее зрачки глянули в сторону статуса контакта. Там она увидела заветное словосочетание «в сети». —Господи! Ура! Он все-таки жив! — эмоциональный возглас раздался из ее уст. Сразу же ее пальцы принялись печатать сообщение на клавиатуре. « Ты там в край опух, или что?! Я тебя ищу в пол дня! Что случилось-то? Такое ощущение, что тебя арабы украли и все! Хули пропал? Еще не пришел на встречу, инициатором которой сам и был!» Вероятно, смс осталось без внимания, потому, что в ответ Фекритто получила только: « Прости, не смог прийти. На занятия с тобой тоже не попаду» Вышел из сети. — Черт бы тебя побрал, Давид! — громко, до заложенных ушей, крикнула Моника. В комнату зашла Соня, что уже не могла сдерживать себя на месте из-за интереса. — Моника, я, конечно, все понимаю, но, что, блять, случилось? — немного агрессивно спросила та. Но ее гнев на соседку резко утих, когда она увидела, буквально, потухшие глаза девы. Еще вчера счастливого пламени там хватило бы на освещение половины Рима, а сейчас загадочный омут превратился в две зеленые точки без души. — Проще говоря, познакомилась на свою голову, — начала Ника, — Давай развивать тебя в музыке, будет круто, — вспоминала она свои слова. — Ага, куда там! Разгребай теперь его проблемы… *** Шел шестой день, как от Давида ни весточки. Никто, абсолютно никто не знал, куда запропастился парень. Моника делала все: спрашивала у всех, кто знал о существовании человека по имени Дамиано Давид, приходила к квартире, где ей не открывали двери, бывала во всех местах, куда кареглазый мог пойти и т.п. Но ничего из этого не помогло. Ежеминутно девушку посещали самые, что ныне есть, ужасные мысли. Да, Соф старалась переубедить Нику, говоря о том, что у всех есть свои проблемы. Но как же страшно становится, когда человек, чей лик видно всегда и везде, просто испарился на шесть дней. Деву буквально трусило и знобило, а сигареты стали самым частоизпользуемым предметом для нее. В этот день нервы не выдержали, и было принято решение — любым способом прорваться в квартиру Дамиано. Начиная громким стуком в дверь, заканчивая вызовом аварийных служб. *** Оказавшись пред той самой дверью, Моника начала долго и громко стучать, параллельно нажимая кнопку звонка. Результата не последовало, поэтому Ника стала размышлять о том, что может сделать. Спустя пару минут, она обнаружила в своей сумке шпильку. Это стало почти идеальным вариантом, ведь еще во времена жизни с дядей Крисом она научилась вскрывать замки невидимками. Когда юную Фекритто оставляли дома одну, ее запирали в комнате, из-за данного расклада она и приобрела такие навыки. Через некоторое время нахождения шпильки в секретке, створки цокнули и дверь распахнулась. — Талант не пропьешь, — бросила она шепотом. — Есть кто? — видимо, у пустоты спросила она, неуверенно переступив порог дома. Убедившись, что никто не спешит отвечать, она стала проверять комнаты по порядку. Естественно, сначала дева ринулась в спальню Дамиано. Там были хаотично разбросанные вещи, рисунки на столе и даже круглый светильник, что не остался без внимания рыжеволосой, но виновника всей этой истории не наблюдалось. Дальше Ника направилась в зал. — Тоже пусто, — бурчала она, находясь в жутком стрессе и даже страхе. Следующим на очереди была спальня родителей. Это была последняя комната, что осталась без внимания. Также это была последняя надежда Моники. Перед тем как дергать ручку, она перекрестилась, хоть и не была особо верующей. Но сейчас она была готова принять любую веру, лишь бы увидеть шестнадцатилетнего итальянца по ту сторону. Видимо, ее там услышали. Распахнув дверь, Фекритто увидела мирно спавшего Дамиано. Уже не хотела она знать, что случилось. Просто села рядом на кровать и шумно выдохнула, ибо только сейчас начала отпускать все переживания. Резко стало хорошо, а разум вернулся из состояния судорожного перебора вероятных катастроф. Счастье снова вернулось. — Ну, нет, теперь ты будешь страдать, — говорила она, нагло улыбаясь. Девушка начала трясти Давида со стороны в сторону и постукивать по щекам. Глаза парня стали приоткрываться, а губы пытались произнести что-то связное. — А… А как ты зашла? — невинно спросил тот. — Дверь открыла. — Ой, спасибо, понятней стало, — съязвил он. — Как конкретно? — Шпилькой. Сунула и пошарудила, — ответила Моника. — Мне не понять. — Мне тоже не понять, с хера ли человек — в каждой бочке затычка, вдруг пропал из социальной жизни, — начала девушка. — Ну, ничего, сейчас вернем тебя в чувство. Для начала, встань или, хотя бы, сядь. Шатен приподнялся корпусом, и принял сидячее положение, обнажая голый торс. — А еще, завтра у вас по химии контрольная, в себя придешь. Так, это все, конечно, хорошо, но квартира у тебя тоже не в лучше состоянии. Что не так? — Да насрать, мама с Якопо вернутся только завтра. *** Все случилось, как и хотела Моника. Она вытащила Давида из этой дыры, что он сам себе создал, и заставила прийти в чувство. Парень вернулся в социум. Также Ника выяснила, что все это время, такой умный Дамиано, просто сидел дома и думал обо всем возможном и не очень. Никого, сука, не предупредив. Кстати, вы заметили, что вторая фамилия Моники, если будет читаться наоборот, явит собой имя Марлена? Сейчас дева сидела в столовой с Дамиано и Томасом, которые активно обсуждали меню по понедельникам. Как же хорошо, что все снова возвращается в норму. Что все снова счастливы. Не все. После к столу стала брести какая-то девушка с блондинистой шевелюрой. Виктория, — мелькнула у всех в головах. И это действительно была она. Дамиано, что явно был в шоке более всех остальных, стал громко задавать вопросы. — Вик! Ты приехала! Почему не написала? Мы же интересовались ситуацией в беседе! Садись, — счастливо лепетал он. — Ее больше нет, — тихо говорила Де Анжелис. — Кого нет? Беседы? Мы, вроде, не удаляли чат, — как ни в чем не бывало, сказал Дамиано. — Черт, — шепнула Моника, узнав в глазах Виктории отражение себя, в день, когда она узнала о сущности отца. Уже на одного счастливого человека меньше.