Пойму, что у тебя внутри.

Последующая неделя прошла довольно быстро. Ребята вернули Вик в нормальное состояние, хотя бы на половину. Дева стала лучше воспринимать постановку всех событий в ее жизни, поэтому несколько раз даже замечали прежнюю энергичность, что понемногу стала возвращаться. Сегодня понедельник, у Давида урок вокала. Он уже привык, что половину занятия они с Моникой могут просто разговаривать на незамысловатые темы, и даже стал приходить к мнению о том, что уже многое познал в музыке. Но не тут-то было. Стоя в дверном проходе у ее комнаты, он узрел Нику, которая держала в руках скакалку и оскально улыбалась. Видимо, в ее голове зажила какая-нибудь мысль, что явно не понравилась бы Дамиано. Схожие догадки немного смутили парня. — Что делать будем? — как-то даже боязно спросил он, не зная, чего ожидать. — На улицу пойдем. Интрига была сохранена. *** Когда они оказались за пределами подъезда, в их лица дунули струйки приятно прохладного ветерка, что вынуждал пряди волос развеваться, а подолы тканей вздыматься вверх. Солнце выглядывало из ажурных облаков и приятно пекло кожу. Моника аккуратно разложила на лавчонке все, что взяла. Если конкретнее, то на улицу попали гитара, скакалка и даже репчатый лук. — Ну и для чего же нам такой необычайный набор? — испытывал всё растущий интерес он. — Все в свое время, — процедила Ника в ответ. — Начнем занятие, как всегда, с распевок, — продолжала та, поправляя локоны, что запутал поток ветра. Фекритто стала наигрывать привычные мелодии, которые довольно часто звучат на их занятиях в качестве разминок. Парень выполнял обыкновенные ему упражнения на голос. Понимая, что все идет верным чередом, он отбросил мысль о том, что сегодня его может поджидать нечто неформальное. Давид просто предположил, что этот урок может отличаться лишь местом его проведения. И снова заблуждение. — Дамиано, я тебе бросала песню одну, просила выучить текст. Ты выучил? — проронила Моника. — Да, — сказал он так серьезно и четко, будто от его ответа будет зависеть его дальнейшая жизнь. И в чем-то это было даже правильным суждением. — Молодец! — бодро воскликнула дева. — А вот теперь пришло время тебе понять, зачем же мы тут. Хотя правильный ответ только Бог знает, но у меня свой вариант. У Дамиано в глазах мелькнул явный азарт. — Бери скакалку, прыгай, — строго процедила она. Причем так, что страх охватывал. Дамиано немного смутился, но выполнил этакое задание. Он был физически подготовленным, ибо баскетбол научил многому, но в том, что будет дальше, ни один из его ранее полученных навыков не поможет. Тем временем Моника стала наигрывать ритм недавно изученной песни. — Супер, а теперь пой. Парень был в заметном смятении, он не воспринял в серьез указание. Тогда в лицо получил взгляд Моники, что подразумевал собой желание выполнения просьбы. В тот момент Дамиано показательно вскинул глаза, но при этом стал петь. — Vorrei sembare per te un bambino… — вступил он, а голос менялся синхронно с его шустрыми прыжками. — Э-э-й! — вскрикнула Ника. — Почему не в ритм? Что с дыханием? — Ты думаешь, реально спеть ровно, прыгая на скакалке? — возмутился он. — Знаю. И докажу. Дева выхватила из рук резиновую веревку и стала выполнять то же, что и требовала от Давида. — Vorrei sembrare per te un bambino e camminare con te per mano… — почти идеально запела она. Допев первый куплет призведения, Моника остановилась. Дамиано был поражен, мягко говоря. Такого восхищения по отношению к Нике он еще не испытывал, казалось будто свершилось что-то непостежимое человечеству. — Дыхалку тренируем, — проронила Фекритто, — я тебе еще и ритмически удобную песню подобрала. Пробуй делать вдохи, когда идет пауза и ты подпрыгиваешь вверх. Парень демонстративно сделал возмущенное выражение лица, правда, поняв, что ему никаких поблажек сейчас не светит и смирившись, стал опять прыгать. С этой попытки выходить стало лучше, наверное, парень лучше прислушался к ритму игры и приноровился к этаким условиям. Ника это подметила, поэтому усмехнулась правым уголком губ. — Зачем вообще все это нужно? — пробормотал Давид, устало вздыхая. — Отдышки быть не должно, — проронила Моника. — А на счет «зачем» скажу, что… — замялась, подбирая хороший и влиятельный пример, — представь, ты поешь на огромную аудиторию, все кричат твое имя и сходят с ума, на сцене невероятная атмосфера, ты входишь в кураж, начинаешь скакать по сцене и сбиваешься. Ну никуда же не годится! — Но люди ведь понимают, что у вокалиста может сорваться дыхание. — Присядь, — изрекла дева, указывая на лавку, где и сама сидела сейчас. — Понимаешь, в певческом деле есть такая штука, что если ты поешь для кого-то, людям зачастую плевать на чувства исполнителя, плевать на то, что могло случиться несчастье, а оно рано или поздно случается. Плевать, что просто тяжело петь из-за физического состояния либо любой другой возможной ситуации. И люди ждут, что ты будешь идеально все пропевать, позабыв о чувствах и человеческих повадках, превычках, особенностей. Они ведь заплатили за концерт, а к деньгам жадные все. Музыка — дело трудное и часто неблагодарное. Нужно быть сильным, чтоб ради этой же музыки держать себя в руках и продолжать в былом духе. Из-за этого я и учу тебя держать под контролем звучание, несмотря на трудности, — разглагольствовала она. Дамиано лишь задумчиво кивнул, осознавая, что сейчас получил дельное предостережение. До парня начал доходить возможный объем того, что предстоит вытерпеть, и то это была лишь малая непостижимого пути. — Ну что, — отвлеклась от обсуждаемой темы Фекритто, — в бой! На третий подход. Давид снова занялся прыжками и пением. Его взор пал на Монику, которая стала доставать лук из маленького пакетика. Парень опять был в замешательстве, что сейчас поглотило его мысли. А Ника разламывала луковицу на пару кусков, после подошла к Дамиано. Запах резко ударил в нос, предоставляя жуткий дискомфорт щекотанием уязвимых слизистых. — Не останавливайся! Пой! Прыгай! Не заплачешь говорю, я вовремя уберу! Давай! Будь настоящим артистом! Ну же! — приговаривала Моника, пока лицо парня знатно скорчилось. Да, это было жестоко, но будет полезным в будущем, ведь люди, жизнь, судьба жестоки. Давид исполнил завершающую строчку и нарочно рухнул на землю. Неистово он измотался. — Дай пять! — победно воскликнула Фекритто, протягивая свою руку Дамиано. Тот ударил своей ладонью и сухо вздохнул. Чтоб поддержать парня, который довольно быстро достигает успехов в новых начинаниях, Моника тоже присела на землю. Тогда она задумалась о том, что совсем недавно что-то ей от Дамиано нужно было. Что-то она хотела спросить. Точно! — Слу-у-ушай! — протянула она, — Ты ведь еще тогда, в понедельник, хотел что-то мне предложить, но не явился. Скажи сейчас. — Точно, — припомнил шатен. — Не хочешь поехать с моей семьей в Бельгию, ну, через полтора месяца где-то? Там каникулы весенние будут, вот они и хотели съездить. Моника замешкалась. Естественно, она хотела. За границей не была ни разу. «Такая возможность», — думала она. В глазах уже мелькнуло немое согласие. Как те самые импульсивные решения, которые в итоге выходят «на ура». Но не тут-то было. — Нет, слушай, это же дорого будет, плюс, я ни разу за границей не была, это сложно все. Не думаю, что для меня это возможно, — проронила Моника, говорила она быстро из-за того, что нервничала, хотя и не ясно, почему. — Да все для тебя возможно! — вскрикнул Дамиано. — К тому же, мы не возьмем с тебя денег! — Нет, я не буду сидеть у кого-то на шее. Для чего ты мне это предлагаешь, когда знаешь, что деньгами разбрасываться я не буду? — Да как же на шее?! — возмутился парень. — Если вся наша семья только «за»! Тем более, билет уже давно куплен. — То есть, ты купил билет, не спрашивая меня?! Как тебе только мозгов хватило! Я ведь теперь должна тебе! — не могла Моника понять такой инициативы. Как можно было распорядиться, по сути, ее деньгами без нее? — Сказал же, ты ничего не должна. С нами должна была ехать мамина подруга, но после отказалась, когда все уже было куплено, — спокойно изрек Дамиано. Он понял, что если сейчас будет излишне эмоционален, то они еще и поссорятся сейчас на ровном месте. Ника словно выдохнула. Она не была особо скупой, но все-таки деньги лишними бы не были. Жутко ее разозлило то, что парень мог потратится без ее ведома, но когда ситуация решилась, ее пыл угас. — Сказал бы сразу, идиот! — воскликнула дева. — Я уж подумала, что ты за меня решил и ставишь перед фактом. Не делай так. — И не думал, — заверил Дамиано. — Так что, согласна? — Да ну нет, какая к черту Бельгия? Куда там, я не готова тратиться. Ты же знаешь, я ни гроша не буду терять так легкомысленно. — Тебе сколько раз повторить? — Давид вскинул руки за голову. — Ты абсолютно ничего не должна. Мы с семьей уже все оплатили и хотим видеть тебя в нашей компании. — Я не могу так. Мне если ехать, то уж за свой счет, — так же стояла на своем Моника. — Если тебе очень хочется, можешь оплатить мне билет на маршрутку до центра. С тебя нужно только согласие, и мы уже в Брюсселе. Еще раза три Фекритто старалась объяснить ему свою позицию и отговаривала от этакой авантюры, но все попытки были тщетны. Парень не отступал от слова совсем. Конечно он не откажется, пытал так много ожиданий по этой поездке, еще и денег своих туда вложил. Естественно, никакая подруга мамы ехать не должна была. Дамиано сам предложил родителям взять Монику, плюс, сам же все это и оплатил. Не зря же копил несколько лет на мечту, вот и потратил на одну новообразовавшуюся. — Ой, да что ж ты будешь делать, — буркнула девушка. — Ты ведь не отвяжешься? — сказала она уже громче. — Ни за что, мисс Фекритто, — воодушевленно улыбался Дамиано, искренне надеясь, что дева даст согласие. — Что ж, мистер Давид, тогда, я подумаю о вашем предложении еще некоторое время и дам вам знать о своих умозаключениях. — Буду весьма благодарен положительному результату, — ответил он, снова расплываясь в улыбке, что появлялась сама по себе. Кстати говоря, разговаривать в более официальной и немного староватой манере намертво влипло в любой их диалог. Некий шарм придавался таким способом и обоим это нравилось. Моника даже контакт Дамиано назвала «Мистер Давид». Но это так, лирика. — Так, положительный ты результат, хватит с тебя на сегодня. Поможешь донести все это до квартиры? — попросила она, обводя глазами гитару со скакалкой и луком, что лежали на лавке. — Конечно. *** Следующим днем Моника была загружена лишь мыслями об отдыхе. Никак не могла принять решение. — Рано еще, не заработала, — думала она. Дева сама для себя не позволяла отдыха. После она поделилась с Софи, та сказала, что стоит ехать. — Моника, очнись, это лучшая возможность, которая хотя бы раз была у тебя. К тому же, ты едешь с Дамиано! Ну неужели ты не видишь то, какой он с тобой? Да это же мечта! — убеждала она. — Вижу. Ты думаешь, стоит пойти на это? — робко проронила Моника, и в чем та уже не была уверена. — Несомненно. Иначе будешь полной дурой. Вечером того же дня Ника ввела на клавиатуре заветное предложение и отправила. «Согласна.» Ответа не последовало, смс лишь получило метку о прочтении. *** — Господи, да не знаю я, где твоя шляпа! — кричала с кухни Соф. — А ты узнай, потому, что я не хочу отключиться из-за палящего солнца! — вскрикнула Моника, пытаясь отыскать нужную вещицу для того, чтоб сложить ее в свой чемодан. Тогда Соня быстро вытерла руки о маленькое полотенчико на ручке духовой печи и гневно ринулась в комнату соседки. — Серьезно, ты издеваешься?! Я, конечно, рада, что ты, наконец, можешь отдохнуть, но, какого черта ты спрашиваешь меня о гребаной шляпе, которая у тебя висит на двери! — возмутилась она. — Прости, не заметила, — как-то наигранно беззаботно сказала Моника и хихикнула. Вздор обеих немного угас, поэтому девочки вернулись к своим прежним делам. Да и, если честно, Воронцова не была так сильно возмущена, просто такая манера общения уже закрепилась меж подругами. После Ника продолжила вкладывать в свой багаж нужные вещи. Застегивая змейку, дева пыталась припомнить, что могла забыть. На ум ничего не приходило. — Ну и ладно, паспорт взяла, того хватит, — думала она. После того, как Моника сочла чемодан абсолютно готовым к вылету, та переговорила с Софи. Россиянка пожелала удачи и отправила соседку в добрый путь. Фекритто вернулась в свою комнату, прикатила чемодан в коридор и стала одеваться. Она была в черных джинсах и светло-серой толстовке на змейке. Сверху она накинула совсем легкую ветровку белого цвета. На ноги натянула коричневые ботинки с цепями на невысоком каблуке. Чем-то напоминали обувь ковбоев. Тогда ей пришло сообщение от Дамиано. «Приходи к нам домой, скоро едем аэропорт, через полчаса где-то.» Моника попрощалась с Соней, последовав ее совету «присесть на дорожку», и направилась к дому Давида. *** Такси подъехало к терминалу. Семейство Давидов и одна Фекритто покинули машину и направились к зданию. — Во сколько у нас вылет? — спросила Моника, поправляя волосы, что развевались на ветру и попадали в глаза. — В шестнадцать двадцать восемь, — ответил Дамиано. — Но сейчас ведь только без десяти час, — смутилась она. — Именнно. — Господи, мы еще не вылетели, а эта поездка уже все мозги потрепала, — огорчилась дева, снимая солнечные очки с лица и проходя в аэропорт. — Не вешать нос! Нас еще столько ждет в этой поездке! — воодушевленно воскликнула Роза, мама Дамиано. — Ага, — вяло ответил Якопо, который явно совсем не спал. Быстро сориентировавшись, вся компания отправилась к рамкам авиабезопасности. Каждый по очереди спустил свой чемодан и ручную кладь на ленту. Проходя через рамки, задержали только Нику, ведь у нее на обуви были элементы, что заставили систему издать писк. После девушку попросили снять ботинки, дальше она прошла без проблем. Пересекая остальные пункты, с проблемами столкнутся не пришлось. Теперь компанию направили в зал ожидания. Все, оказавшись там, расселись на диванах. — И сколько мы должны будем ждать? — спросила Моника. — Часа два с половиной, — ответил Якопо. Дева вскинула глаза и истошно вздохнула. Ожидание пожирало ее целиком и полностью. *** Пройдясь к хвосту, где были их места, каждый уселся. Тогда сердце Ники стало отбивать скоростной ритм. Никогда еще не приходилось ей летать. Мандраж охватил все тело. Видя размеры этой махины и понимая, что такое поднимется в небо, становилось не по себе. Моника уселась на свое сидение и все словно замерло. Гул людей вокруг в мгновение утих. Пульс все учащался. Фекритто положила руку на подлокотник кресла и обхватила его до ужаса крепко. Она стала глубоко, шумно и часто дышать. Это становилось заметным и привлекало внимание. Когда девушка обнаружила на себе озадаченный взгляд, сделала прежний вид, но внутри все колотилось. Видимо, Дамиано снова понял, что у нее внутри, и присел рядом. Моника тогда приняла облик спокойствия. — Все в порядке, — бросила она. После явились проводницы, которые стали рассказывать о правильном поведении в самолете. Инструктаж по эвакуации на случай падения и тому подобного особенно вгонял в панику. Теперь мозг девы не мог остановится выдумывать различные ситуации, закончившиеся очень плохо. В глазах немного помутнело, а самолет стал ехать по взлетной площадке на шасси. Тошнота подступала бестыдным комом в горле. — Я не верю, что все в порядке. Что не так? — спросил Давид. Естественно, он уже понял, в чем дело. — Нет, все правда в норме, — проронила она, немного рваным голосом. — Так, — начал он, — ясно все с тобой, — сказал он и мягко улыбнулся. После взгляд его глаз, наполненных добротой, пал на руку Моники, которая судорожно сжимала подлокотник. Тогда он накрыл эту руку своей, тем самым заставляя деву дернутся и взглянуть ему в глаза. — Спокойно, моя мама — бортпроводник. Она постоянно наблюдала такие случаи. Все будет хорошо, сейчас мы взлетим и ты даже не заметишь, как все пройдет. — Ага, конечно, меня колотит, как я не знаю что. Подай мне лучше мою сумку, я ее на твой столик кинула, — ответила Ника. — Вот тебе твоя сумка, — начал он, отдав сумку владелице, — но не переживай так. Я тебе говорю, нормально все будет. — Ой, — вздохнула она, открыв совсем маленькую бутылочку ликера. Его везти нельзя было, но девушка умудрилась это сделать. Тогда шатен немного смутился, но оглянувшись понял, что никто из проводников и проводниц не устремил свой взгляд на них. Поэтому ограничился недовольным взглядом. На третьем сидении рядом с ними сидел Якопо, который не слышал их разговора, сунув наушники в уши. Тогда он приметил бутылку алкоголя в руках Фекритто и потянулся к ней. — Делись, куколка, — бросил он, выхватывая из руки девушки бутыль. Моника тогда возмущенно осмотрела с головы до пят этого наглого парнишку и забрала емкость обратно. — Врязумся, пожалуйста, недо-Кен, — недовольно вскинув брови бросила она. — Обычная Моника возвращается! — воскликнул Давид, развидев обыденную Нику в напуганной особе. Тогда она немного улыбнулась и снова посмотрела в иллюминатор, где виднелся конец взлетной полосы. Мы скоро полетим, — со страхом думала она. Будто отворачиваясь от своей боязни, дева отвернулась от окна. Двигатель загудел еще сильнее, а из динамиков стало известно о скором взлете. В тот момент Ника напряглась, как никогда. За ней тогда следил Дамиано, который и сам боялся высоты, но боролся с этим дабы не напрягать Монику. Махина оказалась в считанные секунды в нескольких метрах над землей. Испуганно Фекритто закрыла глаза, не желая этого видеть. Внутри все колебалось, а железная птица вздымалась все выше и выше. Уши заложило и это снова напугало Монику еще сильнее. На неё нахлынула волна паники, и было трудно совладать с собой. Ника потеряла счет во времени, ведь оно сейчас волновало меньше всего. Почувствовав, что самолет перестало так сильно пошатывать, дева решила попробовать перебороть себя и посмотреть в окно. Но она тут же пожалела об этом. Казалось бы, такое прекрасное небо, облака, оставшиеся где-то далеко внизу, должны были немного успокоить, но наоборот — стало только хуже. Дамиано же, заметив, что той не становится лучше вот от слова совсем, накрыл своей рукой её. — Все нормально, не переживай так сильно. Попробуй уснуть, нам еще долго лететь, — произнес он. — Сколько? — Моника, прищурившись, посмотрела на друга. — Поверь мне, вполне достаточно, чтобы выспаться, — Дамиано же не скажет ей, что дорога займет чуть больше двух часов. Да, это относительно недолгий перелёт, но сейчас любое его необдуманное слово может стоит кучу потрепанных нервов. Дева решила не отвечать на его реплику, но решила прислушаться к совету. Все же сумев успокоиться, Ника положила свой корпус на выдвижной столик и ушла глубоко в свои мысли о предстоящем отдыхе. Казалось, не успела она даже закрыть глаза, как проснулась из-за легких хлопков по ее плечу. Нехотя поднявшись, рыжеволосая немного потянулась, чувствуя, как сильно затекла ее спина. — Ну и зачем ты меня будил? — сонно, но в то же время и недовольно спросила Фекритто. — Мы уже приземлились, или, может, ты хотела остаться здесь? — Давида позабавила такая реакция и он не смог сдержать смешок. — Иди в жопу, — пробурчала она, не с плохим контекстом, боже упаси. Дальше ребята стали собирать свою ручную кладь и ждать, пока вся эта толпа немного разойдётся и можно будет спокойно выйти из самолёта. Это у них получилось сделать где-то минут через пятнадцать. Оказавшись на свежем воздухе, тело моментально окутала прохлада: климат в Бельгии значительно отличался от итальянского, да и сейчас время близилось к вечеру. Добравшись специальным автобусом до терминала, им предстояло пройти паспортный контроль и забрать багаж. Эта процедура не заняла много времени и уже через полчаса, ну, может, чуть дольше, они уже вышли из аэропорта и направились к отелю по заранее запланированному маршруту. Сидя на месте возле окна в автобусе, Моника стала рассматривать местную архитектуру. Сказать, что она была просто потрясающей — ничего не сказать. Да, дева, безусловно, перед отъездом изучала эту тему, но при виде этого всего вживую нельзя было ничего сказать кроме слов восхищения. Ей все никак не верилось, что она видит это все своими глазами, не верилось, что это происходит наяву.