Пойму, что у тебя внутри.

Следующий день Монике довелось провести в постели, ведь голова гудела и разрывалась на маленькие кусочки, словно ее тисками сдавили и она лопнула, как тоненькое стёклышко. К вечеру состояние улучшилось и дева смогла на своих слабеньких двух добраться до дивана в зале и посмотреть мелодраму вместе с Дамиано и его мамой, правда по пути назад она еле перебирала ногами и единожды чуть не упала. Ника оперлась на Дамиано и тот не позволил ее тельцу рухнуть на пол, а после — послужил своеобразной тростью для ходьбы и помог все-таки улечься в столь желанной постели. Сомкнув глаза, девушка практически моментально погрузилась в сон из-за жутчайшей измотанности, чего не происходило уже много лет, а последний год получалось спать уж совсем мало. Утром ситуация заметно улучшилась. Выспавшаяся Фекритто самостоятельно и к тому же уверенно ходила, сделала себе завтрак и вообще была в приятном настроении, что не могло не радовать ее друга. *** — Виктория! Давай на этом перекрестке, тут людей много будет, а таскаться с инструментами я не собираюсь! Нам еще сегодня первых барабанщиков встречать и слушать! - истошно ныл Томас, уговаривая подругу остановить поиски улицы для их импровизированной сцены. — Кстати да, - бросил Дамиано, — Давайте тут остановимся. — Ну, - проронила Вик, оценивающе разглядывая место вокруг, — В целом, я согласна. — В целом и общем правильно говорилить, - скзала Моника и доневозможности миловидно улыбнулась в свои тридцать два, до этого же дева молча выпускала сигаретный дым, оглядываясь на каждом предложенном месте. На реплику подруги Виктория лишь высунула язык, а после прикрыла глаза и улыбнулась в знак того, что не держит обиды на Нику и восприняла все должным образом — в шутку. Остальные же доставали из чехлов инструменты, точнее гитару и бас-гитару, микрофона при молодой группе не было. — И все таки, нужно было микрофон брать. Сейчас он тут надорвется и кранты всему, - приговаривала Фекритто. —Ой, не бойся, не загубим твоего ученичка дорогого, любимого и несравненного! - проронил Томас, на что Моника громко вздохнула с тонким оттенком презрения, хотя выглядело это словно очередная ловкая шуточка. Тогда Вик подключила свой бас к комбоусилителю, а Раджи решал, будет ли он подключать также свою акустическую гитару, ведь она и без того громкая. В итоге недолгих размышлений, он заявил, что очень утомился тем, что носит за собой оборудование долгое время и отказывается как-либо напрягаться по отношению к инструменту, помимо настройки. На его высказывание остаток группы отреагировал чем-то вроде «Ты совсем разленился, но черт с тобой, ладно». Исходя из этого Де Анджелис немного покрутила ручку громкости на усилителе, чтобы бас не перекрывал собой гитару. Барабанов по прежнему не было, поэтому ритм держался на Вик. Моника послушала первую исполненную ими песню после долгой настройки инструментов, название которой не знала, но ей очень понравилась интерпретация ребят. Достойно оценив выступление, Ника сунула руки в карманы в поисках мелочи. Обнаружив там два евро, она положила монетку таким номиналом в шляпу для благодарностей публики, которую Виктория положила на землю. — Считайте это моим вкладом в ваше будущее, - бросила дева и улыбнулась правым уголком так манящих вокалиста уст. Друзья радостно оголили свои зубы на такой жест и вернулись к прошлому занятию. Они выбирали произведение, которое хотят поставить следующим в этой очереди, пока Моника наблюдала за группой со стороны и слегка ухмыльнулась понимая, чего может добиться кучка идиотов, играющих на улицах. Тогда к бежевой шляпе подошла еще одна девушка с парой евро, которой улыбнулись музыканты и Фекритто в том числе. — Ну, вам еще долго покорять сердца идущих к метро либо в торговый центр, поэтому я пойду, - протянула девушка и зашагала вниз по проспекту, — Удачи! - воскликнула она, когда прошла уже пару метров и оглянулась. *** — Вы не замечали, что он похож не на итальянца, а на индейца какого-то? - сказал между дел Дамиано, когда остальные участники группы готовились к встрече с барабанщиком, которого пару дней назад окончательно приняли в свой юный коллектив после прослушивая четырех других желающих. — Во первых, не индеец, а индус, - начал Томас, — Во вторых, нет, они немного другие. — Прекратите обсуждать новенького! - крикнула Виктория из другой комнаты ее квартиры, где и будет грядущая встреча. — Ведьма, слышит все за километр, - буркнул Раджи. — Я просто вас на костре сожгу и зловеще посмеюсь! - снова бросила она со своим острейшим слухом. Тогда за дверью послышался глухой стук, вероятно, новоиспеченного барабанщика. Услышав долгожданный звук, Вик радостно подорвалась со своего места, где до этого протирала пыль с полки, что была заполнена самыми разными средствами для макияжа. Она открыла двери и пред ребятами явился Итан Торкио, в руках у которого была крупная черная сумка из клеёнчатой ткани, вмещающая в себе кахон — ударный музыкальный инструмент, представляющий из себя буквально деревянную коробку. Он как-то неудобно улыбнулся и хотел пройти, что уже сделал мысленно и глазами, как на него с объятьями набросилась Виктория, руша планы парня, тогда тот смутился еще сильнее, но однако улыбнулся, ведь рад такому обоютному приему. После Дамиано и Томас по очереди приобняли ударника. — Ну вот, супер, все свободны, Итан, подожди недельку думая, что тебя выгнали из группы, а потом мы тебя обратно вернем. Тут традиция такая — швыряться людьми, - бросил Дамиано, в голосе которого Торкио с горем пополам разобрал иронию и облегченно выдохнул, ведь сначала его напрягло такое высказывание. — Дамиано! Ну не дуйся ты! — Я? Да мне вообще насрать уже, я просто готовлю новое лицо в группе, - отмахнулся он. — Ой! Итан, не переживай, Дамиано просто чутка болен. Бредит иногда. И это, к сожалению, не лечится, - бросила Вик. — Мне жаль, - проронил Итан, продолжая всеобщую шутку, на что улыбнулся и Дамиано, радуясь тому, что барабанщик потихоньку вливается в компанию. — Слушай, а нахрена за собой вечно носить этот барабан? - вдруг спросил Томас, врываясь в беседу своих друзей, — Вик, он сможет оставить этот свой кахон у тебя? Все равно все тут. — Да, вполне. У тебя же он не один, чтобы дома тоже что-то было? - обратилась русоволосая к Итану. — Да, конечно. У меня целая установка дома есть, решил, что сейчас не притащу все с собой. — Супер! *** Дамиано и Томас нервно заламывали пальцы, пока Вик с Итаном решали вопрос с тем, как можно принять участие в небольшом итальянском конкурсе и когда свершится сам концертишко. После они вернулись и растолковали все остатку группы: — И так, - начала Виктория, — Завтра около трех все приходят. Наше выступление может быть в абсолютно любом порядке. Ну типа, мы приходим и сразу нас записывают, как повезет. Нельзя ничего заранее сделать. — Я думаю, придем в три двадцать где-то, чтоб не быть первыми, но и не последними тоже, - слова Торкио, на которые закивали все, считая это лучшим варианом. Полминуты они еще озвучивали свои мысли, как этот процесс прервал возглас девушки из коллектива организаторов сия мероприятия. — Стойте! Я узнала, я могу внести ваши данные, но подтвердиться все равно придется завтра. Просто не будете в очереди стоять, пойдет? - громко говорила она. Ребята переглянулись и, пожав плечами, подошли к брюнетке с согласием. Вмиг в ее руках с наманикюренными пальчиками появилась небольшая стопка бумаг, которую она сунула им. — Так, ручка лежит сверху. Вы садитесь туда, - сказала она, указывая на зрительские места, — И там можете заполнить все, только времени у вас не много. У меня перерыв скоро будет по расписанию, - добавила девушка уже в более грубой или даже оскорбительной интонации. Всё их объединение зашагало в сторону обитых черной тканью стульев. Усевшись, они принялись читать требования от них. Нужно было внести дату мероприятия, имя каждого из участников и название группы. — Так, теперь название группы, - протянул Итан, который записывал все, и впал в замешательство, ведь не знал, что тут написать, — А какое название группы? — Поющий фонтан! - воскликнул Томас свой любимый вариант, на котором настиавал все время существования такого квартета. — Нет, Томас, - ответил Дамиано. — Давайте что-то не клишерованое и не глупое, - сказал Итан друзьям, которые переглядывались меж собой в непонимании. — Скажи что-то на датском, Вик, - проронил Давид. — Нvide batterier — это белые батареи. — Бред, давай что-то одним словом и чтоб не так, будто тебя рвет. — Ой! - недовольно отмахнула девушка, — Ну, Måneblomst — это лунный цветок, а Måneskin — это лунный свет, - рассуждала она. — Давай второе, - сказал Итан, — как пишется? *** После выигранного третьего места в этом конкурсе было принято временно называться Måneskin, а после придумать название поостроумней, но пока выступали под лунным светом. Монике же очень понравился такой вариант, даже произносилось созвучно с ее именем. Положительный отзыв подруги обрадовал других участников и в тот же день Ника предложила нарисовать небольшой плакат с их названием и поставить рядом с головным убором, где собираются деньги, для привлечения внимания. — Слушайте, а вовремя вы все в мою квартиру вломились, - прокомментировала Фекритто, — У меня есть кусок картона на лоджии, можем нарисовать. — Чур не я рисую! - воскликнул Томас, а за ним и все остальные почти синхронно. — Ага, ну тогда и не я, - ответила Моника. — Ну, давай я сделаю, неси свой картон. — Спасибо, Итан, - говорила Ника, интонацией показывая, что так и надо было подходить к вопросу всем. Потом она поднялась с места и отправилась в сторону балкона за обещанным листом плотного картона. Когда девушка вернулась, в ее руках помимо картона было два тюбика акриловой краски, простой карандаш, линейка и толстая кисть, сделанная из ворса белки. Разложив все это на столе в зале, Моника спросила о том, как именного должен выглядеть такой плакат по мнению самой группы. — Нарисуем огонь, а на его фоне три гитары разных цветов и еще написано поверх этого всего Måneskin, а в углу еще..! - говорил парень, представляя сказанное и экспрессивно жестикулируя. — Стоп, - прервала его Виктория, — Мы сейчас говорим о реальных вещах, если хочешь такое — ноги в руки и шагай рисуй, но я уверенна, что из нас никто такого сделать не может. — То не так, другое не сяк, - буркнул Раджи. — Вы мне тут еще в войнушку сыграйте, - бросил Итан, на что улыбнулась Моника, которая была стопроцентно солидарна с другом. — Давайте просто таким типа округлым шрифтом напишем Måneskin да и всего-то? - предложил Дамиано. — Я согласна, - ответила Вик, с которой в последствии согласился каждый из участников. — Супер, теперь ебашим. Сейчас я карандашом нарисую, потом раскрасим, - сказала Моника, услышав соглашение каждого. Тогда дева принялась выводить каждую букву тоненьким графитом по очереди. По началу символы получались совсем маленькими, ведь размер был А2, на котором рисовать она не привыкла, но потом правильно рассчитала предположительный размер каждой буквы и на поверхности появился тонкий контур надписи Måneskin. — О, а теперь давайте каждый по две буквы сделаем? - сказал Томас, на что все закивали. — Ну, вы возитесь тут, я пока на кухню. Кому-то чего-то брать? - между дел проронила рыжеволосая. — Принеси мне шоколадку, - ответила Виктория, что уже занялась раскраской первого символа. — А я б хлебнул чего-нть, - бросил Раджи. Коротко кивнув своим заказчикам, дева отправилась к холодильнику. Вернулась в зал и отдала Вик плитку шоколада, а Томасу поллитровую бутылку газированной воды. Сама же пила яблочный сок из стеклянной бутылки. Схватила пачку сигарет и пошла на балкон, где увидела Давида. — Ебать встреча, я думала, мне не удалось тебя подсадить, - сказала она стоя за спиной друга, который резко обернулся на звук позади. — Тебе удалось, - мягко протянул он, постукивая сигаретой о пепельницу, что стояла на оконной раме, и следя глазами за телом Моники, что подходило ближе, а потом и вовсе оказалось в десятке сантиместров. — Ты так и куришь синий Кэмел? — Не-а, это Парламент синий, стандартый, - ответил он. — И слава Богу, я думала, ты уж будешь эту ересь втягивать, - сказала Ника, кидая взгляд на пачку друга. После повисла какая-то странная пауза, ведь некомфортной она не была, но однако хотелось о чем-то заговорить, хотя говорить по сути не о чем. Тогда девушка решилась обсудить волнующую тему. — Что ты хочешь делать дальше? Сейчас музыка, а потом? Насколько серьезны твои намерения, ты хочешь рвать дальше? - заговорила она. — Я не могу трезво это оценить. Идти в музыку с головой — жуткий риск и это пугает. Пугает, что окажешься никем в итоге. — А сам ты как чувствуешь? Что опасно и ежу ясно, но стоит ли оно того? — Стоит. — Тогда все правильно. Я вот тоже задумалась. Я ведь хочу быть фотографом до потери пульса. Так много хорошего можно показать через объектив, но это ведь тоже риск. Я верю в вас, как не верю в себя. Я не смогу просто все бросить и с ничего вдруг получить заветную работу. — Поступишь в колледж на фотоискусство и все будет по маслу. — Наверное, - сказала она, вздохнув, — А ты не хочешь поступать в вышку? — Не думаю. Конечно, это зависит от того, как дальше пойдет, но я планирую и школу бросить в следующем году, но пока не уверен. — Ой, пиздец, кажется, я случайно из еблана сделала рок-звезду, - в ответ Дамиано лишь усмехнулся. Никогда ты об этом не пожалеешь, обещаю, - подумал он. — Ну понимаешь, я боюсь слишком много поставить и проиграться, - понемногу он оголялдушу пред подругой. — А как ты собрялся выиграть много, ничем не рискуя или не играя совсем. И, если так подумать, это не ты боишься, а остатки здравого рассудка. Не положено музыканту быть в адеквате, - говорила Моника и смотрела глубоко воистину в дебри через его кофейные очи. У девы же глаза стали вмиг словно стеклянные и забегали по всему силуэту парня. — Думаешь, отрешенности стоит воцарить? — Воцарить должно чудо во флаконе с талантом. И то, и другое у вас на месте. *** — Наше видео с кавером на alt-j набрало около тысячи лайков в инстаграме. Успех, - говорила Виктория в окружении группы и вечно крутящейся Моники. — Это видео мы сняли черт знает когда, что там с you need me, I don't need you? - протянул Давид. — Ну, там около сотни, - боязко ответила девушка. — Ясно, - глухо бросил он. Пронаблюдав за своими друзьями в упадке духа, Моника задумалась над тем, как можно улучшить ситуацию. Глянула на балкон и вышла туда без сигарет. Просто подышать воздухом, а не наполнить легкие дымом, чего не делала уже очень давно. За ней вышел Томас, которому знойно давило на виски такое подвешенное состояние группы, что можно охарактеризовать как «Не туда и не сюда». Ника стала вглядываться в горизонт и перебирать все возможные варианты продвижения начинающей группы. После Томас напомнил ей о песне back to black от Эми Вайнхаус тем, что промычал мелодию этого произведения. Совсем недавно они закончили с этой песней, но кавер не записывали. — Томас, ты гений! - воскликнула она и вбежала обратно в комнату. Глазами окинув пространство, Фекритто схватила пару стульев и потащила в сторону балкона, чем вызвала замешательство самой группы, особенно Томаса. Он совсем не понял, почему это дева так высказалась. Установив два табурета на маленькой площади балкончика, Ника сказала: — Так, все сюда! - протянула она. Через треть минуты все были взборе. — Что такое? - спросила Виктория, не понимая, что происходит в ее квартире. — Будем вам сейчас кавер записывать и не на айфон, как раньше. Я пришла к вам после посещения одной фотостудии, не суть, короче, у меня фотоаппарат с собой. Сделаю вам чуть ли не клип. — Хуясебе, - буркнула Вик, — А почему мы раньше так не делали? — Без понятия. Де Анджелис шустро сбегала за струнными, а Итан поставил на пол кахон с гравировкой Måneskin и сел сверху на деревянный ударный инструмент. Моника скомандовала, кому и как сесть, Дамиано же был в свободном плаванье, с возможностью передвигаться по всей площади. Рыжеволосая расчехлила камеру и установила ее на треногу. Убедившись, что объектив в порядке, все настройки правильные и ракурс хороший, Фекритто подтвердила свою готовность к съемке, в ответ получила тоже самое. — Погоди, я только сижку достал, - проронил Давид. — Блять, давай уже так! - ответила их временный оператор, — Три, четыре! Бодрые мотивы песни культовой исполнительницы раздались почти сразу после вскрика девы. Такой задорный ритм у этой песни, хотя вроде бы он был размеренным и монотонным. В общем, мастерство ребят и Эми Вайнхаус в одной микстуре очень хорошо ложилось на слух, и в целом звучало как новая композиция. Очень хорошая композиция, чем не могла нарадоваться Ника. Тогда вступил и Дамиано, за которым внимательно наблюдала Моника через маленькое окошко видоискателя. Его графичные брови постоянно двигались и приподнимались, уголок губ подрагивал, словно кто-то дергает за ниточки и приоткрывает вид на челюсти вокалиста, часто глаза были прищурены либо совсем прикрывались, когда наступала пауза парень заметно прикусывал щеку, а из уст периодически стремились клубы дыма. Он выглядел словно реальная, мать его, звезда. Фекритто заметила, как он меняется из неуверенного мальчика в идущего напролом. И это поразило деву. Она оторвалась от слежки за фотоаппаратом и устремила взгляд на Давида, который за этот год очень сильно изменился в лучшую сторону, относительно своих мечт и целей. Последний аккорд прозвучал и Моника радостно воскликнула «— Снято!». — Твою же мать, с первого раза! Да вы уже готовые артисты всемирной эстрады! — Было бы неплохо, - бросил Итан. — Все будет! - добавила Виктория, — Я видела, что в Милане будет один конкурс и моя знакомая может организовать место там. Никаких прослушиваний. Просто отправить видео на нужный электронный адрес. — А какие сроки? - спросила Ника. — Не знаю, сейчас посмотрю, - ответила она и достала свой телефон, чтоб проверить дату, — Отправить можно до.. - начало она вчитываясь, — До завтра. — Ну привет, ночь за ноутом, - протянула Фекритто, на что получила недоумевающие взгляды, — А что? Вы думали, так все просто? Мне куски еще соединять, потом цвета откорректировать. *** Группа приехала в Милан на неделю. Там они несколько раз отрепетировали пару каверов, а на последний выгнали Монику из комнаты, чего дева совсем не поняла, но решила не спорить, мало ли, что они там придумали. Минут через восемь весь состав Måneskin покинул временную репетиционную, которую выделила организация конкурса, с донельзя довольным лицом. Увиденным лицам Ника задумчиво хмыкнула и прошла по павильону за бутылкой воды, также от организаторов. Ее взор пал на маленькие настенные часы, которые показывали, что выход ребят-то уже через сорок минут. Фекритто подошла к друзьям и заверила в том, что они обязательно сделают все, как положено, или даже одержат победу. Ребята скромно улыбнулись и продолжили что-то обсуждать, не позволяя Монике услышать. Время пролетело несказанно быстро и вот нервничающих друзей точно также нервничающей Ники позвали за кулисы, но стоило им выйти на сцену и взглянуть на такую довольную толпу, что встречает не менее довольными вскриками, как это напряжение мигом сошло и группа преступила к исполнению. *** — Спасибо всем! Мы очень рады, что вам понравились наши кавера, - говорил Давид со сцены в микрофон. За ним с невообразимым интересом наблюдала Ника из зрительского зала. Ее просто от счастья распирало - ученик, на которого возлагать надежды было дохлым номером, теперь добился больше, чем ее остальные учащиеся. — А сейчас мы хотим представить вам нашу новую песню! Встречайте Recovery! - воскликнул парень, после чего глаза рыжеволосой девушки округлились. — Ебать что, - пробурчала она. — I am walking down my road.. - удивительно, он поет в десятки раз чище, нежели, казалось, совсем недавно. Он ведь правда рвет все на своем пути и добивается. Насколько знала Фекритто, они уже были близки к выпуску альбома на площадки. И такие события заставили деву вдуматься в масштабы возможного, после грядущих событий на пути Måneskin. *** — Ты уверен? - спрашивала Давида директриса школы. — Я уже прошел кастинг. Мы в Х-факторе. Я уже все обдумал. — Раз так, можешь забрать свой табель за первый семестр. Документы, которые ты уже заполнил, я отнесу в секретариат. — Спасибо, удачи, - проронил он, покидая кабинет синьоры, но вдруг его внимание снова обратила на себя она. — Скажи, а остальных мы тоже потеряем? Виктория с Томасом уйдут? — Не думаю, - сухо бросил он. — Так ты избранный выходит. *** Один из сотрудников объявил группе о их скором выходе. Каждый засуетился, морально подготавливаясь и настраиваясь на выступление, но все попытки сохранения спокойствия были тщетны. Дамиано, выкуривший последнюю сигарету подозвал всех в своеобразный круг и там самыми разными способами добивался уверенности группы. — Ребят, я верю в Måneskin так, как не верю в свое отражение в зеркале. Мы сможем! — Сможем! - хором ответили Томас, Итан и Виктория. После к ним подошла нервно переминающаяся с ноги на ногу Моника, желающая также поддержать своих близких друзей. — Вы сможете, - начала она, — Обязательно сможете. Песня чудесная, в первый тур вы однозначно пройдете! Вы огромные молодцы, знайте, тяжко проделанная работа получит признание, не сомневайтесь! — Спасибо, - в унисон ответили участники группы, сердца которых палыхали. — Måneskin! - послышалось со сцены, заставляя нервые клетки ребят подрывать самих себя. — Все, шляпу поправь, - пролепетала дева, и похлопав по плечу, чмокнула в щеку Давида. После он с ошеломленным видом и остальные с самым обыкновенным, пошагали к сцене. — Здравствуйте, - сказал почти каждый, сидящий в судейском кресле. — Здравствуйте, - бросил в ответ Давид, уже прикусывая губу от волнения. — Что будете исполнять? - заинтересованно произнесла Клаудия, красивая девушка, впервые оказавшаяся в жюри. — Это наша собственная песня - Chosen, - глаза парня горели при ответе. — Играйте, - предвкушающе сказала Мара, одна из судей. Слышны стали первые аккорды, а после и пение Дамиано. Он, как и все собственно, просто блистал, вся его неуверенность словно моментально испарилась и каждый в зале просто попал на концерт неизвестной им, но явно состоявшейся группы. Прорывало до мурашек, эта энергия, посыл самого произведения, показывающий то, что Måneskin идут до конца полностью сочитался с образом группы. Моника за кулисами стала наблюдать взгляды судей. Это были очевидно не простые взгляды, так знакомые Нике, ведь она понимала их значение. Девушку просто насыщало чувство гордости, вместо крови, когда она смотрела на Мануэля, что несмотря на свою предвзятость, хорошо сейчас оценил творчество ребят. — Тебе ведь восемнадцать? - спросила сразу после выступления и оваций Мара. — Да, - коротко ответил он. — Тебе очень повезло, знаешь ли, - в ответ последовала усмешка шатена. — Мой вердикт: однозначно да! - протянула так по-итальянски обаятельная бабушка. — Спасибо, - снова кратко, сопровождась поклоном всей группы. Практически сразу все судьи, кроме Мануэля, закивали и произнесли такие же реплики, что и Мара, чему были брагодарны Måneskin, но ждали слов озадаченного чем-то Аньелли, который запал в душу ребя почти сразу. — Понимаете, атмосфера, созданная тут вами просто невероятна, только посмотрите, весь зал стоит, но вы все еще зеленые. Я не уверен, что вы хотите с таким работать. Абсолютно не всем придется по духу группа молодых оборванцев. — Мы не будем прислушиваться к мнению из каждого чайника, - ответил Дамиано, жутко переживая, ведь до дрожи в коленях хотел слышать положительный ответ мужчины, хотя он бы ничего не поменял, ведь большинство проголосовало за них. — Тогда вы не послушаете и меня, - заключил он. — Мы хотим учиться, но не на сплошной ненависти и критике, - робко бросил парень, боясь, что вновь сказал что-то не то. — Что ж, - мужчина вздохнул, — В вас есть потенциал, почему нет. — Спасибо, - снова сказал Давид и изогнулся в поклон, что сделали и другие участники. Ребята радостно сошли со сцены за кулисы, где с теплыми объятьями их встретила Моника, состояние которой было на грани срыва. Мануэль умеет интриговать. — Пиздос холодос, какие вы! Это прорыв! - говорила она, обнимая всех одной кучкой, — А это уже ваш вклад в ваше будущее, - полушепотом протянула она.