Пойму, что у тебя внутри.

Måneskin в Х-факторе, судьям понравилось. И так сильно это заряжало на дальнейшее творение. Следующие две недели ребята могут посвятить работе над новой песней и выбрать своего наставника в этом шоу. Моника, как известно, сразу же после появления ребят за кулисами торжественно их восхваляла. Может, это была та чистая радость не присущая любому человеку, а может простая гордость, кто его знает-то. Однако, в любом случае, это было окрыляющее чувство счастья. Дева сразу же набрала номер своего знакомого, что работал в уютном ресторанчике неподалеку, и попросила зарезервировать там столик на пятерых. И зная ее умение сговориться с кем-либо — ужин обойдётся совсем даром. Узнав еще одну чудную новость за такой волнующий все закрома души день, состав группы и их ненаглядная подруга, уже помощница, по совместительству, радостно зашагали в сторону выхода из здания. Двери как-таковой там не было, только лишь серые занавески у огромного шатра, сделанные из чего-то между резиной и пластиком, поэтому учитывая то, что цвет стен сливался в один с цветом этого занавеса, обнаружить выход было отчасти трудно, но через считанные минуты зоркий глаз Фекритто все-таки спас всех от проведения неопределенного времени в заблуждении. Дальше группе предстояло разобраться с тем, за какой угол улицы, из двух представших им, нужно свернуть, чтоб оказаться на верном пути к наполнению желудков самыми разными блюдами. Их совсем недолгая дорога сопровождалась постоянным разговором о планах и будущем, что Моника очень поддерживала, ведь уже разглядела в Måneskin реальный потенциал, что и говорил Мануэль. Да, им нужно учиться, но есть в них то, чему не научишь, и это просто прекрасно. Вот уже можно было увидеть яркую вывеску Gusteria, а прямо под ней и стеклянную дверь, которую резко распахнул Давид для всей компании. Ребята переглянулись и Ника взглядом указала на столик, что сегодня должен располагать круг себя музыкантов. Итан отодвинул два белых стула с высокой спинкой для дам, когда мужская же часть коллектива самостоятельно себя обслужила. Каждый занял место за круглым столом, тогда к ним быстрой походкой причалил официант, предлагая меню. Все разом замешкались, ибо в головах ни мыслишки не было о том, чего же душа желает съесть. Моника предложила всем взять ньокки, что были хоть и маленькими, но довольно сытными. После остаток сидящих за столом людей согласился с предложением Ники. Дамиано тогда лишь скомкано кивнул. Фекритто это отметила почти сразу. После долгой беседы на улице он вдруг замолчал. За столом во время ожидания заказа дева совершала множество попыток выловить его взгляд своим, но тот словно пустыми зрачками бегал по помещению, упуская лица, силуэты, знакомые очертания. Будто в транс вошел, правда, как-то совсем бессознательно. Не то чтобы это насторожило Монику, но такое явление немного удивило, но что же поделать. Человек все-таки ступил на путь к мечте, поводов подумать невообразимое множество. Давид вернулся к друзьям, когда увидел явившегося официанта в паре метров. К небольшой тарелке с ньокки был стакан воды. Официант спросил, стоит ли чего-нибудь еще принести, например, из напитков. От большинства мужчина услышал отказ, Дамиано же промолчал тогда, но после окликнул выряженного в кофейных оттенках заведения гарсона, чтоб он подал ему бокал с красным вином. С возмущенным взглядом он спросил, какого именно вина он хочет. Не желая отвлекаться от своих, видимо, глубоких мыслей парень бросил что-то вроде «На ваше усмотрение», после чего мужчина с именем Лоренцо на бейдже удалился. — Приятного всем, что ли, — протянула Фекритто. — Приятного, — почти хором воскликнули все, логично, кроме причудливого сейчас Давида. О чем же он думал? Вопрос хороший и над ним стоит поразмышлять. Безусловно, в чужую голову не залезешь, но предположить можно. Думал о грядущем будущем после случившегося восторга публики только в начале пути? Или же оскорбился тем предвзятым отношением Мануэля? А быть может, не мог из головы выбить радостные поздравления и прикосновения Моники, вызванные его маленьким успехом сегодня? Мог ведь еще думать о том, что же делать дальше, как не загубить их, начавший расти, куст роз, что сейчас был совсем маленьким неотесанным, но уже давал надежды? Впрочем, вариантов хренова туча, но стоит сказать, что с его умением смотреть на всю ситуацию глобально, мысли его посещали обо всем и сразу. И пока парень блуждал по темным коридорам собственной черепной коробки, он растерял бдительность, пропуская момент, когда друзья вокруг него уже доели да и он сам. Снова вернул в такую серую и гнусную реальность, которая сегодня чуть посветлела, звук от того, что он елозил вилкой по пустой тарелке. Создавался жуткий скрип, который проигнорировать было очень трудно. Тогда шатен мельком окинул своих ребят и встал в знак того, что пора уходить. Ему соглашенно кивнули и компания зашагала в сторону выхода. Все, за исключением Ники, оказались на обдувающей тела улице, пока девушка должна была поговорить со своим очередным другом чтобы избежать оплаты. Забавно, как помотавшая ее, жизнь сводила Монику с больно полезными людьми. Может, расплата случилась. — Все хорошо? Ты какой-то мутный, — полушепотом проронил Томас, стоящий рядом с Давидом. — Да, — отрезал он также тихо, продолжая всматриваться в фасад здания напротив, на что Раджи лишь опустил уголки губ, мол «Как знаешь». Голубая гладь безоблачного неба уже сменилась всепоглощающей темнотой, где уже заиграли мерцанием звезды. Фекритто покинула стены здания и присоединилась к ждущим ее друзьям. Тело вмиг обдал прохладный ветерок, ведь температура воздуха заметно холодала, это породило множество мурашек по ее коже и сподвигло деву интенсивно зашагать в сторону дома. Весь путь сопровождался бренной беседой ни о чем, которая происходила между Томасом и Итаном, иногда свои фразочки подкидывала Виктория. Моника же словно заразилась задумчивостью и загробным молчанием от Дамиано. Это заметили их друзья, но смекнули, что меж этими двумя своя коммуникация и легче будет переждать такое странство и сросить о произошедшем чуть позже, нежели тратить силы на выпытывание чего-то и в итоге все равно остаться без ответа. *** Следующим днем был тот день, когда вчетвером собирались все участники и без лишних глаз делились своими мыслями на музыкальную или же околомузыкальную тематику. И Давид словно переродился за ночь. Его скверной физиономии и след простыл, а молчаливость сменилась привычной разговорчивостью. Ребята поделились друг с другом самым разным, но в итоге пришли к тому, что должны продолжить репетиции, ибо иначе группе придётся несладко. Пришло время выбора песни для выступления, когда наставник выбирает тех, кого хочет оставить с собой. Vengo dalla Luna, довольно странный трек в оригинале, но преобразить его в примечательно хороший во всех аспектах не составит труда для Måneskin. Томас тогда принялся искать на просторах интернета ноты к песне, которые потом придётся использовать каждому со своим инструментом. Итан, что уже перевёз в квартиру Вик барабанную установку, настукивал ритм, казалось, собственного сердца, ведь это были монотонные удары в размеренном, как и сам ударник, ритмическом рисунке. Хозяйка квартиры, которую уже можно было назвать репетиционной, оживленно общалась с кем-то по телефону и речи ее было не разобрать, но после до ребят дошло, что говорит она на датском. — Нашёл, — проронил Томас, когда на его экране явился нотный стан с правильными записями. — Супер, — лениво, но совсем не грустно, ответил Давид, сидящий на диване. Тогда каждый участник отложил свои дела и взглянул на прыгающие символы, которые выстраивали собою мелодию. Немного смекнув, Итан изменил несколько фрагментов и составил аранжировки для всех из группы. — Ну пиздец, спасибо, вам играть — что в носу поковырять, а мне горло надрывать. Вот она — справедливость вселенская, — протянул, хотя по сути проныл, Дамиано. — Ничего, дорогой харизматичный мученик, как-нибудь перекантуешься, — говорила Виктория и положила свою легкую кисть на трапеции вокалиста. И жалобно вздохнув, парень приступил к работе, что сделали и остальные. Сначала нужно было хорошо изучить партии каждого, после попробовать и убедиться, что это полный провал. После кто-то обязан убедить группу в том, что нужно пробовать дальше и с новых попыток процесс идёт лучше, а участники, которые посылали все к черту, благодарят своего мотиватора. Дальше идут новые пробы несколько часов подряд, ну а потом уж и победа дескать над новым произведением. Впрочем, почти каждая репетиция проходит по подобному сценарию, только иногда ещё вклад Моники мелькает, но зачастую она просто слушает и даёт восторженные комментарии. Пару часов спустя голову Дамиано посетила мысль о том, что с песней-то группа уже определилась, а с выбором своего проводника в мир музыки на протяжении всего проекта повременили. — Блять, а давайте Мануэля, — сказал Раджи, словно читая мысли фронтмена. — Почему? — не особо заинтересованно протянула Виктория. — Да потому что он дело говорит, — ответил русоволосый. — Не знаю, можно, но это очень сомнительное решение. Я думаю, с ним сложно, — продолжала дева. — А с кем не сложно? Чтоб чего-то добиться, нужно вкалывать, — влился в беседу Давид. — Ну я не могу объяснить, он неприятный какой-то. — Ой, давайте его и всё, попросту пальцем в небо, мы не ищем легких путей, — бросил Итан. — Шут с ним, давайте, — согласился Томас. *** Путём недолгой дискуссии было принято решение — пойти за Мануэлем. И куда же это привело Måneskin? Сейчас они ехали с ещё двумя группами в автобусе, что вёз их в направлении Манчестера. Аньелли оставил им место, ведь группа поразила и его и публику. Конечно, он был как всегда сдержанным, но тогда на самом деле задумался о мастерстве таких зелёных и неопытных людей, которые сотворили чудеса на сцене своей энергетикой. Моника была до предела совершенству рада, что ребята постепенно идут к своей цели. Она не имела возможности да и прав поехать с друзьями в британский город, но на связи с ними старалась быть всегда. Сообщениям от девы не было конца, хоть и ответы от занятых музыкантов получала она не сразу. Они старались абстрагироваться от этой вселенной и оказаться с головой в музыкальной пучине и Ника это поняла. Тогда смс от неё поступать перестали. И пусть это помогло концентрации на рабочем процессе, но Дамиано это вдруг напрягло. Моментами он представлял возможные реплики Фекритто, если бы она была рядом, ее реакции, пытался предугадать мысли. Улыбнувшись вновь своим раздумьям парень приступил к пению, ведь Мануэль дал им на подготовку песни двадцать четыре часа. Стоило бы ещё заметить, что другие участники Х-фактора попавшие к Мануэлю, очень часто являлись в коридорах здания с репетиционными для каждого. Постоянно они бегали в разные стороны, имя для себя вдохновение на работу, болтали. Убивали время, проще говоря, пока от Måneskin и след простыл. Ребята просто замкнулись на сутки, используя каждую минуту для работы над музыкой. Дамиано сказал, что собственный вокал построит сам, он даже на ноты не взглянул, просто прочёл текст и интуитивно подбирал звучание, чему его учила Моника. Она и сама так поступала, ни мысли о теории музыки у девы не возникало. Может, так он приближал себя к столь приятной душе особе, а может, из восхищения старался приблизиться к мастерским умениям подруги, черт его знает. Впрочем, стены плавились, а инструменты взрывались от усердия группы. Двадцать четыре часа спустя Måneskin стоят пред своим наставником и ещё одной исполнительницей — его помощницей на этот выпуск. Выступают с песней You need me and I don‘t Эда Ширана. Песня в оригинале максимально необычная и неприсущая для ребят, но те смогли её отлично обыграть и превратить в что-то подобное их созревающему стилю. Насколько стало понятно, двум слушателям понравилось и главное — Мануэлю. Он достойно оценил работу ребят, отметив для себя, что в этом эпизоде он точно не выгонит этих участников. После обворожительная четверка отправилась обратно в зал для всех участников, в ожидании результатов — кто останется в проекте, а кому придется ехать домой из по-английски угрюмого Манчестера в солнечную Италию. Тогда Дамиано пришло сообщение от Моники, что становилось редкостью в последние дни, в ответ на фотографию образов каждого из ребят. Сообщение пришло голосовое и звучало оно примерно так: сначала мы слышим заливистый смех девы, а после высказывание, сопровождаемое смехом, мол, «Ты что, шкатулку Виктории с женскими серьгами и кольцами ограбил? Я конечно не против, и не поддерживаю разделение аксессуаров относительно пола, но это выглядит так смешно. Скорей бы вам дали стилиста от Х-фактора!» Слушая, Давид усмехнулся, а после принялся печатать ответ на мерцающем экране.

Мистер Давид

Ага, чтоб нам стилиста дали, нужно хотя бы дальше пройти.

Мисс Фекритто Пройдете! Картинка потухла от нажатия на кнопку отключения пальцем вокалиста, Мануэль позвал к себе Måneskin и Рос. *** — Вот же черти! Не сказали мне, что прошли! Я-то думала, а вы! — кричала Моника наигранно возмущаясь. Она была рада что Måneskin идут дальше, они смогли подвинуть нескольких участников в рейтинге, что обозначает их перспективу победить. — Ну, такие мы интриганы, — ответила Виктория. — Бедные ваши фанаты, — тяжело вздохнув, говорила Ника. Ребята по-доброму усмехнулись диалогу подруги с басисткой и продолжили опустошать небольшие бутылки оливкового цвета, что отливали желтым из-за яркого свечения Солнца. После при небольшой паузе Фекритто бросила быстрый взгляд на Дамиано. Тогда заметила его шевелюру, а точнее то, что из-за объема волос прическа кажется несуразной. — Слушай, с этими своими усиками делай что хочешь, а вот виски я бы тебе сбрила, — внезапно заявила она парню. Тот сначала впал в смятение, но после спросил «К чему это?». — Да к тому, что ты подзарос чуть-чуть, — начала дева, саркастически выделяя «чуть-чуть», — А если ты и дальше хочешь отращивать волосы, то будет выглядеть очень неопрятно. — Кстати да, было бы неплохо, — добавил Томас. — И как ты предлагаешь это делать? Я никуда идти сейчас не хочу, — говорил он, всем своим видом показываю нежелание заниматься своей шоколадной шевелюрой. — Ничего, у меня дома есть машинка. — У тебя все есть, как я понял, — проронил Итан. — Ну почти, — ответила девушка. Совсем немного времени понадобилось, чтобы уговорить парня отправится после их нынешней прогулки домой к Монике. Виктория вызвалась в помощники, а Итан с Томасом сказали, что рады будут просто понаблюдать за таким действом. Пятнадцать минут пришлось шагать до квартиры Ники и Софи, что по приходу друзей не изъявила интереса поучаствовать в очередной затее неугомонных. Рыжеволосая отвела Давида в ванную и сказала присесть на табуретку там. После она устелила его тело чёрной накидкой, которая тоже у неё была. — Откуда у тебя все это? — парень все также недоумевал полной ситуации, но ни чуть не сопротивлялся. — Сезам откройся и все! Нашла волшебную шкатулку, — отвечала дева, параллельно включая моторчик машинки для стрижки. — Н-да, — проронил он. Виктория подбежала к ним из кухни и принялась помогать подруге, придерживая выбивающиеся пряди. Около получаса в сумме было потрачено на такое действо. Сначала Фекритто просто срезала основную массу волос, после ровняла и «наводила красоту». — Шик блеск, — прокомментировала Моника собственную работу. — Ебать прикольно, — в удивлении ответил парень. — А как… Как у тебя так получилось? — Мастер на все руки, — протянула дева. *** Ребята один за другим шагали в репетиционную. Бегло с ними здоровался Мануэль, параллельно читая что-то с экрана своего телефона. Свой недовольно удивленный взгляд он остановил на Нике, что шла за группой. — Она с нами! — робко воскликнул Томас из-за спины мужчины, когда увидел немое возмущение Аньелли. — Идите дальше, — отрезал он так, что противиться было противобезопасно. Последний взгляд на лицо подруги бросил каждый и они отправились в шумоизолированную комнату. Мужчина в алой рубашке еще раз осмотрел с ног до головы девушку, хмыкнув при виде поддельной эмблемы Prada на ее мокасинах. Он поднял глаза обратно устремив их в зеленые озерца. — Что же тут ты забыла? Я думаю, здесь тебя быть не должно было, - протянул он. — Что за совпадение, я о вас такого же мнения, - ответила дева, немного сморщясь. — Вот и поговорили, сейчас я вызову охрану и в ритме танца тебя выведут отсюда, - кажется, Мануэль оскорбился, но лица терять не стал да и времени на вздор у него не было. — Не-а, я должна присутствовать на репетиции, - невозмутимо проронила она, еще сильнее раздражая мужчину. — Да ну, кто же ты? От горшка два вершка и уже что-то там должна, - теперь он решил также вступить в некий спор с девушкой. — Я преподаватель пения Дамиано, научила всему, что у него есть, — тогда глаза его округлились, не такой он видел Монику, о которой однажды вскользь заикнулся Давид. Мужчину очень удивило то, что таких навыков парню придала столь юная особа, еще с такими замашками, что заставляют сомневаться в профессионализме, однако поспорить с ее умениями нельзя, плод ее трудов уже поражает массы. — Ну, — недоверчиво протянул он, — тогда пойдем. Сомнения Аньелли исчезли, как только Ника приступила к работе, весь процесс построен был правильно, грамотно донесенная информация и умело подобранные упражнения. Все это оправдало умения вокалиста сейчас, ведь он был определенно хорош. — Жить будешь, - проронил Мануэль, было это внезапно среди шума работы группы с подругой, что могла помочь в любом аспекте. — О чем вы? - спросила она. — О том, что не настолько ты промах, как мне показалось, - ответил он, не желая объяснять свои слова девушке, тем самым льстить ей. — Вот уж спасибо, - язвительно ответила она державшемуся за свое эго. Но слишком уж он хотел быть невозмутимым пред девчушкой, что сумела пощикотать его чувство самолюбия, поэтому лишь ядовито улыбнулся. Ребята продолжили работу над назначеным треком Beggn'. Моника усердно вбивала фронтмену в голову свои слова о исполнении композиции, пока Мануэль был занят не такими строптивыми инструменталистами. Какие плоды принесла эта морока? После эфира на социальные сети группы подписалось около десятка тысяч человек. Абсолютно все сидящие в судейских креслах сразились на повал. Участники смогли блеснуть своими умениями в тот вечер, а снова-таки Дамиано в особенности. Один из судей заметил, что очень круто вышло, что фронтмен иммено он, ведь зачастую тот опьяняющий кураж зритель ловит как раз от его атмосферы и харизматично-притягательных повадок. *** Уже предпоследний эфир. У Måneskin появляется огромное, по сравнению с прошлым, количество фанатов. На каждом из выступлений ребята видят плакаты со своим общим именем. Но не все так чудесно, в особенности у Дамиано. Моника совсем пропала с его амурных радаров, каждым миллиметром своего тела и каждой фазой души она погрузилась в учебу, ведь поступление совсем не за горами. Да, она и фронтмен всеми силами продолжают делать вид, словно ничего и не изменилось, но сменило облик абсолютно все. У каждого появились свои новые дела, цели, задачи. Несмотря на то, что они оставались близкими друг другу, в их отношениях началась революция с названием «Взросление». Если Ника изначально больше походила на женщину, что прошла и Крым и Рим, то Давид же был совсем юным мальчиком. Сейчас же он заметно поменялся, как внешне так и изнутри. Снова-таки, друзья с невообразимой точностью понимали, что у ближнего внутри, но не особо-то это помогало, когда за неделю возможность вспомнить друг о друге выпадала не часто, что уж говорить о встречах. Они стали поневоле отдаляться, что и пугало обоих. Но ничего сделать с этим не могли, словно верить не хотели. Не обсуждали такое, боясь осознать, что сказанное — правда. Но понемногу картинка рушилась. Дамиано несколько дней вообще света белого не видел, наверное, пусть он был и самым легкомысленным, с виду, но самым усердным и скрупулезным на деле. С Фекритто ситуация аналогичная. Сегодня группа выступает с песней Flow. Образ, как и сама композиция, необычный. На участников оденут имитированные оковы, а сами музыканты предстанут в белом одеянии. В совокупности они напоминали ангелов, сошедших с небес. За время проекта каждый изрядно поменялся. Сменились как и моральные понятия, так и, элементарно, внешние данные. Около часа до выхода, этот выпуск — прямой эфир, лажать нельзя. Ребята волнуются, ведь никогда с подобным не выступали и новые вариации их творчества могут разочаровать судей и публику. Кстати говоря, Дамиано эта композиция нравится и даже очень. Он хотел бы поделиться своим успехом в новом направлении со своей главной наставницей, если не музой, но она отмахнулась на просьбу прийти тем, что снова готовится к экзаменам. Пусть она и не должна там быть, но Давида это отчасти ранило, он скучал, если проще изъясняться. В нескольких минутах близился выход группы, поэтому кровь привычно закипала, а самые разные недочеты всплывали через считанные мгновения до шоу и персонал, словно ужаленный носился. По этому поводу музыканты вообще не переживали, главное самим не лажать, что уж там говорить про какой-то подвесной свет. Запись начата, Дамиано изображен крупным планом, его лодыжки связаны меж собой реквизитными цепями. Тот медленно спускается по ступенькам и заводит свою песнь, в это же время мы слышим удары Томаса и Вик по деке их гитар, Итан же бьет в такт по кахону. Моника же тем временем погрязла в подготовке к сдаче таких важных ей экзаменов. Зубрит уже несколько часов без остановок, казалось, во времени дева абсолютно потерялась. Когда ее взор пал на стрелки часов, что отбивали восемь часов и двадцать пять минут вечера, Ника истошно протянула бессвязную фразу, после чего упала спиной на диван в гостиной. С трудом разрешив себе отдых, девушка решила включить телевизор. Черную пустоту заменила разноцветная картинка телеканала, который зачастую смотрела Соф и ненавидела Моника. С недовольной гримасой после увиденной дешевой передачи, она переключила на Sky Uno. Каковым же было ее удивление, когда та увидела облик и услышала голос друга. И она была была в действительности удивлена, ведь совсем позабыла о дате выступления ребят. Дева прикрыла рот руками в стыдливом восторге. Она ощутила свою вину за то, что не смогла найти времени взглянуть на близких друзей. Тогда ей казалось, что глядит своими проницательными глазами на нее не тот Дамиано, а кто-то совершенно другой. Поношенный жизнью, понимающий абсолютно все, читающий души из-за огромнейшего опыта. Это чувство ввело Фекритто в транс. Дева позабыла, как дышать. Когда очнулась от такого замешательства — песня подходила к своему концу, а Давид же заканчивал ее своим профиссионально порванным голосом, насыщая каждый миг эмоциями. То — чему Моника научить бы априори не могла. Глаза Ники мгновенно округлились, она сорвалась бегом в свою комнату за телефоном, чтобы после того, как ребята закончат сразу же позвонить вокалисту и через него связаться с каждым из участников. А теперь стоило бы заметить, что пел парень так, чтобы телевизор подруги самостоятельно включился, чтобы она увидела его, чтобы ее пробрало дрожью, чтобы налитые кровью уста изумленно приоткрылись. Смотрел в камеру, словно смотрел в излюбленный зеленый океан. Никогда прежде так он не смирялся с собственными чувствами, признал, что зависим каждым миллиметром кожи от своего рыжего Солнца. Это, наверное, и объясняло изменения в натуре Давида. Он что ли принял все происходящее и решил обреченно ждать своего волшебного мига, надеясь что каждый из прожитых таковым станет. И наверное этот стал, ведь сразу по приходу в гримерную он увидел на экране своего телефона звонок девы. Без лишних размышлений парень снял трубку и уши обдал самый приятный звук из самых приятных — голос Моники. — Это было невероятно! — вскрикнула она, пораждая целый всплеск из бабочек в животе друга, сопрожадемый теплой улыбкой во все зубы. *** Второе место, не первое, один час тех общих разговоров с Никой, не целый день, одна песня получила золотую пластинку, не шесть из альбома. Все есть, но всего недостаточно, словно что-то он потерял, может и кого-то.