Obliviate//Забвение

Глаза Гермионы напряженно следили за темной фигурой Беллатрикс, слившейся с тенями деревьев. Через несколько мгновений ее тело упало на землю. Она быстро поднялась на дрожащих ногах, гадая, отпустил ли ее Пожиратель Смерти или просто позволил заклинанию рассеяться. Она подумала, что должна попытаться преследовать Беллатрису, но разум быстро напомнил ей, что это глупо. Она не могла надеяться, сравниться с Беллатрикс в дуэльном мастерстве, а Снейп все еще был без сознания. Лучше всего ей было нужно позаботиться о своем профессоре и благополучно доставить их обоих в замок. Кроме того, она не совсем понимала, что побудило ее последовать за этой женщиной, и не доверяла себе, чтобы понять это на лету. "А еще, Беллатрикс, вероятно, уже аппарировала, и лес был темным, неприступным и опасным, и, и, и." –Гермиона поняла, что ей приходится придумывать множество оправданий, чтобы удержаться от безрассудного поступка. Вздохнув, она повернулась к профессору. Гермиона подошла к телу Снейпа и некоторое время изучала его необычное положение. Было неловко видеть своего напыщенного учителя в таком виде, и она почувствовала, как нежеланный смешок пытается вырваться из ее горла. Наконец она опустилась на колени, поправила его мантию и потрясла за руку. —Профессор? Профессор! Пожалуйста, проснитесь! Вы упали!–Гермиона продолжала трясти Снейпа, гадая, в каком он будет настроении, когда проснется. —Грейнджер?– Он сонно посмотрел на нее. –Что... –Он остановился. Не стоит показаться растерянным одному из его учеников. Он внимательно огляделся, оценил обстановку и продолжил: —Что с тобой случилось? —Со мной??–Гермиона посмотрела на себя и заметила, что на ее мантии было довольно много листьев и мусора. - Я... ммм… Я упала. Кажется, я поскользнулась и упала на что-то, когда искала Нокс Лименери. Мне очень жаль, профессор, но я ничего не смогла найти. —Ах...Ты, должно быть, долго искала, Грейнджер. Наверное, поэтому я и заснул, ожидая тебя. Я разочарован тем, что ты вернулась с пустыми руками, но, по крайней мере, лес не поглотил тебя. Итак, каковы свойства и применение Нокс Лименери? —Мне очень жаль, профессор. Я не могу вспомнить. Я с удовольствием посмотрю о этом растение в книге, когда мы вернемся, и обещаю, что не забуду! —Не важно. Вы, наверное, знаете его под маггловским названием-Фоксфайр. И это гриб, а не растение. Вероятно, Вы искали не то, что нужно. Без сомнения, это то, что вы уничтожили, наступив на него. —Ой! Я действительно знаю этот гриб!–Гермиона начала перечислять зелья для использования гриба лисьего огня, тогда Снейп остановил ее поднятой рукой. —Довольно. Вы потратили впустую достаточно моего времени. Давайте вернемся в замок, и Вы сможете рассортировать растения, которые я собрал.

***

Гермиона почувствовала облегчение от того, что смогла вернуться в тишине, хотя втайне она была поражена тем, как Снейп прикрывал себя. Однако она предположила, что он ничего не помнит, так как Беллатрикс использовала на нем заклинание, поэтому его версия событий, вероятно, имела для него наибольший смысл. Остаток пути она провела, думая о Беллатрикс, Пожирателе Смерти, прекрасной темной ведьме. Всякий раз, когда она прокручивала в голове слова или действия этой женщины, Гермиона приходила в ужас. "—Скоро увидимся снова?— Полезен Темному Лорду?"–Неужели она хочет превратить Гермиону в Пожирателя Смерти? Будет ли она пытать ее, когда узнает,что она магглорожденная? Но так же быстро, как пришел ужас, Гермиона вспомнила ощущение ее языка на ухе, вспомнила это сначала внизу живота, а затем еще ниже, и ниже... Она поймала себя на том, что сосредоточилась на словах Беллатрикс: "Полезна для меня", и ее комплиментах по поводу внешности и интеллекта Гермионы. И хотя ее мозг говорил ей, что нужно использовать разум, чтобы разобраться во всем, мышцы живота сжались в бунте. Впервые мозг Гермионы не установил правила, и она не знала, как вернуть ей контроль над ситуацией. Дневник. Ей нужно было все это записать. И рассказать кому-нибудь, например, Гарри и Рону, конечно! А Дамблдор? Она попыталась привести в порядок все свои мысли, размышляя о том, что Беллатрикс делала в Хогвартсе, и что она сказала о Волдеморте, и как Снейп во всем этом участвовал? Если он больше не Пожиратель Смерти, почему она просто не убила его? Или Гермиону? И почему Беллатрикс лизнула мочку уха? Любит ли она женщин? Неужели Гермиона? Гермионе могут нравиться женщины, она не была в этом быть уверена. Была одна ведьма из Рейвенкло, которая была на несколько лет старше Гермионы и привлекла ее внимание на третьем курсе… Стоп! Вернемся к делу! Злая Беллатриса! Злой Волдеморт! Пытается превратить Гермиону в Пожирателя смерти! Смерч мыслей и трепетных чувств, который кружился вокруг Гермионы, сделал ее довольно некомпетентным сортировщиком растений, к большому отвращению Снейпа. Ему не потребовалось много времени, чтобы отправить ее обратно в общежитие, предупредив, что она будет должна ему две ночи работы, если не принесет ему свою статью о фоксфайре к обеду следующего дня. Гермиона была в восторге от возможности сбежать из его сырой комнаты, хотя ее мысли ни в малейшей степени не успокоились. Хуже всего было то, что к тому времени, когда она вернулась, все ее друзья уже спали, так что ей не с кем было улаживать свои дела.

***

Несмотря на поздний час, Гермиона села в постели с пергаментом на коленях и начала писать. Она создала две колонки: А: Беллатрикс в Хогвартсе? и Б: Что Беллатрикс хочет от меня? В колонку А она поместила все свои мысли и вопросы о Беллатрикс и о том, что она могла делать в Запретном лесу, о своих отношениях со Снейпом, о том, что Снейп мог замышлять, о Волдеморте и так далее. Она заставила себя закончить эти заметки, прежде чем приступить к колонке Б. Несмотря на дисциплину, Гермиона обнаружила, что ей нечего писать в колонке Б. Что Беллатрикс от нее хотела? Все, что она могла придумать, это то, что Беллатрикс думала, что Гермиона может быть хорошим кандидатом для изучения темной магии, так как она была умна. Она также подумала, что Беллатрикс может быть заинтересована в ней по другим причинам, но как бы сильно эта идея ни укоренилась в ее животе, она не записала ее. Хотя она хотела показать этот список Рону и Гарри, она не была уверена, что хочет, чтобы они знали об ЭТОМ. Не тогда, когда она сама даже не знала, что с ней происходит. Гермиона свернула пергамент и попыталась заснуть. За этим последовал час ворочания с боку на бок. Ничто из того, о чем она пыталась думать, ни заученные отрывки из учебников, ни декламации Шекспира не могли успокоить ее бешеное сердцебиение всякий раз, когда она думала о темных кудрях, красных губах и теплом языке у уха. Гермиона наконец заснула поздно ночью, свернувшись калачиком и нежно потирая мочку уха...