Убийственные игры рушат жизни

Очередь слишком длинная. Ожидание выводит, но с этим ничего не сделаешь. Сотни детей хотят принять участие в своей любимой игре. Вот только, если они делают это с целью прославиться, то Ома хочет спасти своего друга. Сыграть вместе с ним, защитить. Или просто остаться рядом, заставить убить себя лишь бы помочь ему сбежать. Кокичи боится терять объект воздыхания, человека, который не перестаёт мерещиться рядом, подбадривать своим приятным до дрожи голосом. Насколько же сильно он удивится, узнав о том, что будет играть с Кокичи бок о бок? Оценивающим взглядом проходится по детям в коридоре — один выглядит жальче другого. Ома раздражён, впервые ему не нравится каждый на кого он только посмотрит, видит соперников: один грызёт ногти, нервно выглядывая из-под кепки; другой рассказывает, как убьёт всех; третья говорит своей подружке что вот-вот описается от страха, тогда как подруга носится вокруг и поддерживает. Скрещивает руки на груди, смотрит на чистую стену напротив… Сколько ещё ждать? Вновь оглядывает толпу, замечая знакомую девушку, — кажется, Миу Ирума. Та самая кричащая на всех идиотка, которая прямо сейчас заметно дрожит, наматывает на палец блондинистую прядь. Ухмыльнулся. Надеется, что она пройдёт. Такую не жалко будет убить. Однозначно, это хоть кто-то сделает. Ну, или же она сама попытается убить кого-нибудь, но чутьё сладостно напевает: «у неё ничегошечки не выйдет! эта дура точно станет мерзким трупом!». Стоп… Что за мысли? Когда это Кокичи захотел убивать? Поднимать на кого-то руку — неправильно, с какой бы целью это не было. Даже Миу Ирума не заслуживает смерти. Она противная, но желать ей чего-то подобного всё ещё плохо. Комната, в которой проходит прослушивание, кажется такой далёкой. Да, Ома тоже слегка перевозбуждён, но держит холодный, безразличный взгляд. Сложно проявить себя хоть как-то, сил нет. Даже непривычно это чувствовать. Ах… А что чувствовать? В груди ощущается странный трепет, но ничем не обусловленный. Наверное. Может это волнение? Непохоже. Кокичи не боится, он слишком верит в свою идею, чтобы даже на маленький шажочек подпустить к себе сомнения. «Ты хочешь всех убить?» — этот вопрос, произнесённый голосом Рантаро заставил вздрогнуть. Сжав кулаки, слабо мотнул головой. Бред. Тон того Кокичи звучит издевательски. «Хей, а ты любишь ложь и шутки? Лично я просто обожа-а-аю» — это уже произносит голос Кокичи в голове. «Ома, что ты собираешься сделать? Зачем стоишь в очереди?» — вновь Амами. Насколько действенно игнорирование собственных мыслей? Сейчас Кокичи это проверит. «Ну же, не молчи, мне так скучно…!» — протянул голос Кокичи. Ома нервно сглотнул. — Уходи, — прозвучало над ухом шепотом Амами. Настолько реально, что Кокичи повернул голову. Позади стена. — Двести сорок шестой! — прозвучало из двери, откуда секундами ранее вышел весьма высокий парень в маске, который с интересом смотрел на бумажный листок в своей руке. Он точно старшеклассник? Кокичи смотрит на небольшой листочек, который ему выдали на входе в помещение: «номер: 246» В комнате тускло, лишь прожектора позволяют развидеть троих людей впереди — двое сидят с листочками, а последний оператор. Кокичи двигается вперёд, предварительно закрыв за собой дверь. Он стоит в самой освещённой точке комнаты. Один из мужчин подзывает к себе жестом. В его руках анкета. Ома быстро заполняет, а затем вновь возвращается в ту точку, самую яркую. Оператор махнул рукой, огонёк возле камеры загорелся красным. Пора… Ухмыльнувшись, поднимает голову, смотря прямо в объектив. Трепет пропал. Сознание кажется отключилось. — Моё имя — Ома Кокичи и я бы хотел принять участие в убийственной игре, — говорит твёрдо, уверенно, практически на автомате. Его речь с каждой секундой становится безумнее, на лице появляется кривая улыбка, но тут же сменяется беззаботным смехом. Странные скачки. Но как только запись останавливается Ома заметил, как два человека за столом переглянулись. Один из них подозвал Кокичи к себе и дал ему листочек: «Имя: Ома Кокичи Талант: Абсолютный Верховный лидер …» На дальнейший текст внимание не обратил. Поклонившись, вышел из комнаты. «Глупый» — с разочарованием произнёс Амами. Кокичи уверен, что тот так бы и ответил.

***

Заснуть удалось быстро. Мыслей было много, но из-за банальной усталости Ома не смог задержать на них своё внимание как это обычно было. Яркая комната. Красные обои, на которых чередуется карточная масть черви. За длинным столом сидит Рантаро, в домашней синей футболке с каким-то узором в углу. Напротив сидит Кокичи, но в другой одежде — белая, чудаковатая форма, клетчатый шарф, красная королевская мантия и сама корона на голове. — Амами-чан, привет!!! — тепло приветствует тот Ома, — Ты выглядишь уставшим, что-то случилось? — Ома, прекрати дурачиться, — Амами отодвигает от себя тарелку с кусочками мяса и салатом, — Просто скажи, ради чего ты участвуешь в игре? — Ах… Ты не понимаешь, так ведь? — Кокичи встаёт со стула, делает медленные шаги к Рантаро, рукой проводя по пыльному столу. — Ради чего я участвую в убийственной игре? Хороший вопрос, но необычайно глупый! Я хочу веселья, разве это не основная составляющая убийственно-детективной игры? — Любишь убийства? — Да, люблю, — смотрит на свои пыльные подушечки пальцев. — Что насчёт тебя? — переводя взгляд на Амами. — У меня нет выбора. — И в первый раз тоже не было? — В первый раз я не знал, что может случиться что-то странное и неверное. — Незнание — не освобождает от ответственности. — Я знаю, что это ошибка, но осознаю насколько серьезная. Зачем ты идёшь в убийственную игру, если знаешь, что не сможешь выжить? Ты сломаешься там. — Бред, — корону снимает, ставя на тарелку, пачкая салатом, — Я не буду заводить близких связей с людьми. Я буду следить и наслаждаться чужими страданиями. — Ты врёшь. Кокичи, хватит. — Ах, Кокичи? Осмелился называть верховного лидера по имени? — Прости, ты действительно не помнишь… — Рантаро поднялся со стула, сделав пару шагов оказался рядом с Кокичи. Касается его лба. Воспоминания. Яркие… Похожие на лучик солнца. Настоящим Ома видит, настоящий Ома чувствует, настоящий Ома знает, что Рантаро озарил другого Кокичи во сне, который хоть на какие-то жалкие проценты, но всё же подлинный. Убрал руку ото лба Кокичи, Рантаро тут же чувствует теплые объятия. — Я не хочу участвовать. — Ты хочешь быть со мной, — тихо говорит, обняв ответно, — Правда? — Помоги мне, — чужие руки крепче сжимают Кокичи, — не бросай меня, — говорит грустно, но слёзы выдавить не решается. Жалко. — Я не брошу, я буду с тобой. — Я ведь умру…? — с неким страхом произносит Кокичи. — Ты действительно хочешь это узнать? — Да. — Под прессом. Но это… Поможет остальным. Я знаю, что ты не злой. — Как же меня раздражают твои слова, — молчит, прежде чем вновь задать вопрос, — А ты? Ты умрёшь? — Нет. — Я люблю тебя, — и вновь обнимает. Красная комната со столом растворилась. Вокруг слишком светло, но ничего нет. Только Кокичи и Рантаро.

***

— Амами-чан, — останавливает, потянув за рукав. Звучит неуверенно, боится негативной реакции. Кокичи действительно хотел рассказать о том, что его приняли, но окончательно решился на это после своего сна. — Что такое? — мягко спросил он, повернувшись. — Нужно поговорить, — серьёзен, — Идём в подсобку. — Они вместе направились на нужное место. Амами закрывает дверь, а затем чувствует, как его вжали в неё, обнимая крепко, вот-вот сломает рёбра. — Амами-чан… Меня взяли. Я прошёл прослушивание. — Ты…? — потребовалось несколько секунд, чтобы осознать о чём он говорит. — Это ошибка, Ома, ты понимаешь? — тихо произносит он, совсем без укора. — Пожалуйста, не ругай меня. Я просто… — чувствует на спине руки, ответные объятия. Это заставляет на пару секунд замолчать. — Я не хочу быть один. Прости. — Ты можешь умереть, — дышит в макушку, — Правда, Ома, тебе не стоило делать этого. Я не тот человек, ради которого нужно идти на такие жертвы. Может умереть… Из сна Кокичи понял, что это возможная правда. Ему страшно. Но если довериться всё тому же сну, то Амами будет жить. Разве не чудесно? — Нет. Я так не думаю, — делает шаг назад, всё ещё держась за Рантаро, — Я действительно не уверен, что знаю тебя полностью, но… Ты не можешь быть плохим. Если ты умрёшь, то я сделаю это вместе с тобой. Но… Мы не умрём. Это не ложь? — Ты не знаешь на что идёшь, — Кокичи кивает, подтверждая чужие слова, — Но… То, что ты делаешь слишком добродушно по отношению ко мне, — вновь возвращается тепло, которого не хватало слишком долго, — Честно говоря, я даже рад, что буду не один… По крайней мере, сейчас я точно счастлив. — Счастлив? — шепчет. В голове появляется мимолётная, но такая навязчивая идея. Чувствует, как краснеет. Неловко. — Ты мне нравишься, Амами-чан. — Я уже понял, — пауза, — Ома, подними голову, — повинуется. Привыкший к темноте Рантаро смог разглядеть знакомые черты. Касается губ, но уже углубляется. Кокичи не против. Пальцы сплетают в замок, которые иногда подрагивают. Конец?

***

Четырнадцать учеников собраны в одном спортивном зале, а нет… Ещё двое пришли — милая девушка блондинка и робкий мальчик в кепке, который выглядит уж слишком неуклюже! Пока все шумно обсуждали дальнейший план действий появился чёрно-белый медведь, который объявил начало Убийственного Школьного семестра. Яркий свет… И они совершенно в других местах, в совершенно другой одежде. Кокичи осматривает классную комнату, замечая фигуру похожую на человека, но различные железки на его конечностях сбивают эту мысль. — Ты…? — приставил палец к губе, рассматривая этого непонятного человека. — Моё имя Киибо, Кей-Ван-Би-Зиро, — ответил он, — Я Абсолютный Робот. — Робот? — глаза округляются. — Ты умеешь трансформироваться в машину? Или лодку? Или самолёт? — Что? Нет, — слегка удивился подобному заявлению. — Профессор Идабаши создал меня, как обычного мальчика подростка. Я могу учиться и расти. — Ты даже не можешь стрелять лазерами из глаз? Или там… Из своей робо-груди? У тебя там нет никаких пушек? — Я простой старшеклассник, такой же как ты! — Что за бред? — закатывает глаза, — Ты не можешь быть мальчиком-подростком, потому что у них нет ракет внутри, а у тебя точно есть, да? Дай потрогать! — Ома подбегает к роботу, а тот пугается и двигается в сторону, старается отдалиться от него. — Ты куда? Дай прикоснуться к твоему железному телу! — Хватит, прекрати! Во мне нет таких функций, — кричит на парня, проходит между парт, старается оказаться как можно дальше от Омы. В комнату вошли ещё двое учеников. Они несколько секунд стояли у входа, пытаясь вникнуть в происходящее. Девушка с заколками в виде нот подошла чуть ближе к мальчикам, оставив позади своего робкого друга. — Я хочу потрогать твоё тело! Я всегда хотел подружиться с роботом! — возбуждённо тараторит Ома, не обращая внимание на других ребят. — Роботом? — уточняет она. Киибо услышал это, тут же раздражённо выпалил: — Ты ещё одна робофобка? У меня есть функция записи! Я пожалуюсь на вас! — Но… Ты действительно робот? — она всё ещё выглядит удивлённой. К беседе подключается парень в кепке: — Ты один из Монокубов? — заметно нервничает. — Нет! Я не глупая игрушка вроде них! Я Кей-Ван-Би-Зиро, Абсолютный робот. Называйте меня Кииб- — Эй! Я тоже хочу представиться, — вмешивается Кокичи, перебив Кибо, — Я Ома Кокичи, Абсолютный Верховный Лидер. — Понятно… — девушка неловко улыбнулась. — Ой, я слышал, что дыхание роботов пахнет как… Бензин, — с интересом смотрит на Киибо, который, казалось скоро взорвётся от злости. — Неправда! Я работаю на электричестве, только это отделяет меня от вас. Так-то я обычный старшеклассник! — А у роботов есть член? — Что?! — лицо резко изменилось, — это не этичный вопрос, пожалуйста, не говори о таком больше. — Ты просто ужасно скучный, — хмыкает. — Что насчёт тебя, Ома? — девушка отводит взгляд от робота, переводя тему, — Я не совсем понимаю твой талант… — Ох, — расплывается в зловещей ухмылке, — Я просто лидер секретной организации, — ловит взгляд озадаченный взгляд девушки, — Но нет причин беспокоиться, я лжец, как никак, — беззаботно улыбнулся.

***

Динь-динь-дон! — заставляет отвлечься, поднять голову к источнику звука. Монокума появляется на экране монитора, сидит в кресле, держа в руке бокал шампанского. «Тело было обнаружено. Все, пожалуйста, пройдите в библиотеку». Мчится со всех ног за компанию с остальными ребятами. Все собрались в библиотеке, столпились возле трупа. Это же… «Не ты ли говорил, что мы выживем вместе? Ома-чан лжец». Кокичи огляделся. Рядом одноклассники, но ни один из них не обернулся на голос, который услышал Ома. Галлюцинация? Похоже на то. — Вы можете объяснить, что это всё значит? — горничная тоже была в недоумении, хотя голос звучал спокойно. — Объяснения не нужны. Благодаря Бонусу Первой Крови классный суд отменяется. Убийца Амами Рантаро, подними руку! — рассмеялся Монокума, положив лапы на белый живот. Все стояли молча, в ожидании. Сердце ускорило ритм. Может поднять руку и сбежать? Ха, было бы интересно, но Кокичи с места сдвинутся не решается. В этом плане стоит оставаться честным. — Чёрт, как он мог умереть, — Кайто выглядел раздражённым, — Я лично расправлюсь с убийцей! Давай, признавайся уже, идиот! Будь мужиком! Вместо этого началось ещё большее давление на убийцу, который так и не сознался. — Пу-пу-пу, не проблема! Классный суд состоится, раз убийца хочет этого! — объявил Монокума. Расследование проходит незаметно, а вот суд… Каеде пытается что-то доказать, отвечает на каждый аргумент, а иногда прибегает к очевидной лжи, которую легко опознать через её волнение. «А ты помнишь её?» — это голос Рантаро? «У нас были плохие отношения в школе, я рассказывал? Кажется, да». Шуичи останавливает это шоу, раскрывает всем глаза на истину. На истину, которая для него самого слишком болезненна… Каеде убийца. Отвратительная правда. Это не могла быть она. Девушка плачет, просит прощения, но никто не винит её. Вдруг… Шея резко оказывается скованна, тянет Пианистку наверх. Протягивает руку, хочет ухватиться за Шуичи, но понимает, что это невозможно… Прощай, Акаматсу-чан. Рантаро же не покидает голову. Что он за человек? Кокичи не говорил с ним, даже не пытался подойти. Рантаро тоже не стремился наладить контакт. Так почему этот Абсолютный «непонятно кто» засел в голове? Он ведь ничем не примечательный или…? Он точно что-то знал, но унёс за собой. Поэтому кукловод расправился с ним? «Ома!» Опять он. Кокичи не шевелится, стараясь не подавать виду. Неужели он сходит с ума? «Ома, пожалуйста, будь осторожен. Не сдавайся. Спаси их». — Я бы хотел вернуть Акаматсу-чан к жизни, — ложь, которая вернёт Шуичи в чувства, поддержит хоть немного. Амами-чан кажется лучше, дороже, важнее. Амами-чан притягивает, даже если и был никем для Омы. Видео-мотивы, что раздал Монокума… Проблема. Но! У Кокичи родился замечательный план, только вот получится ли у него реализовать это? Чёрт. Провал. Каждый просто уверен, что это дурацкое развлечение. Конечно-конечно! У Омы-куна совершенно нет серьёзности, а уж тем более страхов. Ха-ха. Куда хуже то, что среди подростков закрался убийца в маске миловидной девушки. Госпожа Ассасин… Что же с ней делать? Ладно, с этим стоит разобраться позже. Проходит ещё один суд. Минус двое.

***

А? Что это за чудо сделала Анджи? Взломав дверь, входит в большую комнату вместе с ребятами. Рантаро… «Привет, давненько не виделись». Голос напугал, но Кокичи всё ещё боится подавить виду. Это точно не нужно. «Ёнага-сан талантлива». Ома незаметно кивнул. Теперь образ Рантаро ближе. Но статуя не способна передать и подарить тепло белой кожи. Она ничего не может. Только безжизненно смотреть на Кокичи, изредка покачиваясь, когда Ома толкал её, дабы занять себя. Сколько вообще вещей в его комнате? С каждым расследованием она всё больше и больше походила на свалку. Падает на кровать, смотря на потолок. Закрывает глаза… Рантаро. Рантаро в школьной форме, поедающий рисовый пирожок. Мило. Вот только странно. Фантазия Кокичи настолько разыгралась, что он умудрился придумать такой милый образ уже мёртвого и незнакомого человека. Открыл глаза, повернулся на бок. Сейчас не время думать о нём. Нужно выбираться как можно скорее, но перед этим… Сделать кое-что.

***

Давай, скажи какие же они глупые! Повторяй это снова и снова! Покажи им насколько ты силен духом! Заставь их поверить в то, что тебе это нравится! – говорил сам себе. — Почему вы хотите прекратить эту убийственную игру? Разве вам не весело сейчас? Вы зря стараетесь, — хмурится, голос звучит громче, истерично, — Вы идиоты! Что творится у вас в голове? — Заткнись! — выкрикивает Момота, — Это у тебя проблемы с головой! Улыбка появляется на лице, видна радость в глазах. — Да вы просто слабаки, признайте это! — тон становится насмешливее, — Вы проиграете в этой игре. Я легко могу убить вас ради победы, мне это ничего не стоит. Я собираюсь играть серьезно, понимаете? Ведь так станет только интересней! Давайте начнём это! Моё сердце вот-вот выпрыгнет из груди, ах, — ухмыляется, — Ну же, поскорей начните убивать! Вы же видите, как я этого жду. Иначе я сам кого-нибудь убью, как и обеща– — Хватит! — Кайто срывается с места, быстро двигается к Оме. Удар. Кокичи повернул голову, щека горела. Дальнейших слов он не слышал. Плевать, что несёт этот идиот в тапочках. Он так же глуп, как и остальные. Поэтому Кокичи просто обязан помочь им.

***

«Проследи за Ирумой». Доверие к голосу растёт с каждым расследованием. И он оказался прав. Суд весьма весёлый, вот только Кокичи приходится ходить по тонкому льду. Настолько тонкому, что в итоге он всё-таки провалился. — Откуда ты знаешь столько о крыше, если не был там? Ты соврал? — А? — секундный взгляд на Сайхару, а после милая улыбка, — Конечно нет, с чего ты взял? Мне ведь Юмено-чан всё рассказала! — Я…? — Химико посмотрела с недоумением. — Конечно, ты забыла? — Не было её на крыше! Заткнись! Просто расскажи всё как есть! Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт. «С тобой всё будет в порядке. Успокойся». Суд продолжается, но осталось совсем немного. Удивление вспыхивают на лицах остальных, а Гонта напуган больше всех. Забавно! — Миу была убита… — Шуичи смотрит вниз, а затем выдыхает. Голос начинает дрожать, — Гокухарой Гонтой, — сам не верит в то, что сказал это. Казнь прошла быстро. Она была тяжелой, ведь Гонта… Самый добрый, самый прекрасный и светлый человек, он невиновен, он должен жить. Было бы правильнее казнить Кокичи, было бы правильнее самому умереть, но так нельзя. Шутчи бросает краткий взгляд на Ому. Плачет? Ему действительно жаль? – Вы правда в это верите, жалкие идиоты? Думаете кто-то вроде меня станет плакать со смерти мусора? – Что ты несёшь? Я недостаточно сильно врезал тебе в прошлый раз? – глаза Кайто так же горят, но неизмеримой злобой. Астронавт уже готов убить Кокичи на месте, но- Все застыли в недоумении. Ома ударил Кайто. Кокичи продолжает свою речь, надеясь привлечь внимание, но… Все столпились вокруг Момоты, обеспокоены. Шуичи повернул к нему голову, обращаясь: — Ты останешься один, понимаешь? Всем плевать на твои шутки. Мы сбежим, победим вместе, но что будет с тобой? Ничего. Ты сам настроил всех против себя, — Сайхара слишком сильно прожигает своим взглядом. Холодок пробежался по коже. Кокичи ушёл. Одинок…? Он останется один? Бред. Есть люди, которые помнят его. Помнили. Секретная организация! Да! Ну, нечто подобное секретной организации. Там всего десять человек, но они ведь его друзья, семья. Какие они? Кто они? Существовали ли? Не знает. Помнит их лишь урывки, разбросанными в хаотичном порядке. Чёрт. Тяжело это признать, но если бы сейчас появился голос Рантаро и сказал что-нибудь ободряющее, то было бы явно приятнее. Хотя... Может он тоже чувствует отвращение к человеку вроде Кокичи. Призраки способны видеть мысли и людей? "Амами-чан, не бросай меня," — голос в голове такой слабый, немощный. Это не может быть Кокичи. Точнее, мог бы быть, но... Такого не было. Это ложь. "Я не хочу, чтобы ты плакал," — ласкающий голос, пробирающий до костей. Амами-чан… Теперь картина вырисовывается полностью. Не только слышен, но и виден этот клочок воспоминания. Это прошлое? Будущее? Что это? Появляется ещё один отрывок, и ещё, и ещё, и ещё. Бросает взгляд на статую Рантаро, смотрящую в пустоту. Как же бесит. Сверлит взглядом восковую фигуру, устало зевает, смотрит в сторону. Почему он забрал именно Рантаро? "Ты всё ещё не понял?" Ома отрицательно качает головой.

***

— Это школа моя! Слышите? Я в ней король! — гордо произносит он, стоя в окружении экзисалов. Никто его не тронет. — Реального мира больше нет! Убийственная игра окончена. Вы можете делать что угодно, никого кроме нас попросту не существует. Кайто хочет продолжать бороться. Он готов на всё, лишь бы ни Шуичи, ни Маки, ни Цумуги, ни Химико и Киибо не пострадали. Но ничего не вышло. Ома забрал Момоту в ангар. Наконец-то… Получилось.

***

Харукава убегает, оставляя парней вдвоём. Ома насильно вливает в глотку антидот, к которому на самом деле не притронулся. — А теперь ты обязан помочь мне, — твёрдо произносит, знает, что Кайто согласится, — Момота-чан, давай остановим убийственную игру? Кайто принимает предложение. Во-первых, да, он готов доверится Кокичи, чувствует искренность, настоящее желание помочь. Во-вторых, яд, который уже был в крови из стрелы Харукавы. Если не поспешить, то Кокичи попросту умрёт, а затем и Момота. Виновницей окажется Маки. — Ты в порядке? — в голосе слышится беспокойство. Кайто проволок Кокичи, оставив кровавый след, который наверняка запутает остальных. — Да, — не смотря на ответ, при ходьбе хватается за кофту Кайто, тот поддерживает за плечи, помогая. Это конец. Завершающая точка в жизни Кокичи. Кайто выглядит взволнованным, в то время, как Ома с улыбкой вручает книгу с расписанными репликами. — Не поведи, Момота-чан, — шарф, вместе с остальным верхом небрежно складывает, тоже отдаёт Кайто, — А от этого избавься, — обходит парня, приближается к гидравлическому прессу. Ложится на куртку. Смотрит в вверх. Закрывает глаза. В голове рисуется образ Рантаро… Снова. Только вот Ома в его объятиях. По телу проходится табун мурашек. Вспомнил. Кокичи всё вспомнил. Как познакомился с Рантаро, как подружился с Рантаро, всё связанное с ним вырисовывается медленно, пробирая до дрожи. «Я не умру, и ты не умрёшь» - глупость, которую сказал Кокичи из-за какого-то жалкого сна. Ах, сон не может быть жалким, если там был Рантаро Амами, да? "Хах, спасибо, Ома-чан" - голос. На него Ома слабо улыбается. Осталось немного. — Момота-чан, жми, — громко сказал он. Знает, что Кайто боится. Знает, что Кайто не хочет убивать. — Давай. Момота чувствует, как глаза наполнились слезами. Он не готов. Но… Это единственный способ вычислить кукловода, помочь друзьям, спасти всех. Момота герой, запачкавший руки в крови. – Простите… Простите меня, — прошептал он. Включил камеру, кулаком ударил по кнопке, запуская пресс. На последних секундах доносится голос, который способен слышать только Ома, он заставляет чувствовать себя не так тревожное: «Мы скоро встретимся, Ома-чан»