Trench

Я не был рожден для великих дел Какой из меня воин, блядь, лидер и диссидент И как я очутился сдуру где вечный сюр Посередине жизни в сумеречном лесу Я несу и так едва крест, я тебе не Иса Кого я и куда поведу, я потерян сам Они спрашивают, чем же я стал, за что борюсь Где дорога. Отъебитесь, ей-богу, дай упорюсь Дай кредитку, не горячись, не кипишуй Кто торчит? Меня жить не учи, мы по чуть-чуть

Oxxxymiron «Накануне»

I'm so sorry, I forgot you Let me catch you up to speed I've been tested like the ends of A weathered flag that's by the sea

Can you build my house with pieces? I'm just a chemical

Twenty One Pilots "Chlorine"

Тайлер, и правда, был на границе лагеря. Вот только, как он туда попал, было для него загадкой. Он моргнул, и, когда открыл глаза, уже вечерело, а перед глазами раскинулась равнина и дорога в сторону города. Он обернулся и увидел спасительные маяки жёлтого пламени. Это горели запасные костры. Их стали разжигать и оставлять на весь день, чтобы помочь Тайлеру справиться с Нико. Основные костры Бандито заливали водой на восходе солнца, так как днем от епископов не было опасности. Однако, он заметил, что один из запасных костров, который должен был гореть даже днём, потух. Защитное кольцо вокруг лагеря было сломано. В какой-то момент Тайлер успел ухватиться за малейший знак, когда его сознание перестало принадлежать ему целиком. Он весь сжался, пытаясь закрыться и не дать епископу проникнуть внутрь. — Где же ты? Столько времени прошло… — низкий гулкий голос снова проникал в его голову. Как радиоволны пытаются пробиться сквозь далекие спутники, Нико пытался пробиться в голову к Тайлеру. От этого его голос звучал измененным. — Что тебе от меня нужно?! — крикнул Тайлер. Он больше не мог молчать и хотел выяснить, что происходит. — Неужели тебе не хочется впустить меня? — но у епископа, похоже, заело пластинку. — Тайлер, с вами все хорошо? Что-то случилось в лагере? — на стене стояла Эмма. Эта скромная девушка ко всем обращалась на «вы», по-другому не могла. — Нет-нет, все в порядке, — Тайлер поднял на нее круглые от ужаса глаза. — Мне просто захотелось пройтись. Обратно парень, к своему удивлению, шёл по собственным следам. Он думал, что Нико перемещает его за границу лагеря в секунду, телепортирует. На самом деле он использовал его, как походного мула. На самой окраине лагеря возле скалы было озеро. На его берегу расположился Оливер. Он поставил свою палатку и жил в ней практически отшельником. Некоторые даже не включали его в число Бандито. Поэтому, по рассказам пары человек, в лагере проживали 19 повстанцев. Мужчина вёл свой быт и выполнял очень важную работу. По его словам, конечно. На самом деле он выпаривал из солёного озера основную составляющую любого блюда, а осадком в другую ёмкость выходило химическое вещество — хлор. Оливер был щедрым, поэтому сам его не разводил, а, когда приходило время, и вещества собиралось достаточно, относил в лагерь. Бывало это крайне редко. Бандито поговаривали, что он, все-таки, не такой уж и честный. Мужчина был низкий и коренастый, с рыжей копной волос и густой бородой. Он был похож на гнома. Оливер довольный ходил по лагерю и тряс своим мешком. — Кому хлорочки? Ну же, бросьте, самая отборная, — приговаривал он. — Уйди вообще отсюда! Ты зачем пришёл? — погнала его Дебби. Она перевесила через плечо свой арбалет. Оливер примирительно поднял руки. — Так а товар? — Иди и сам разводи у себя в палатке. Нам проблемы не нужны. — О каких проблемах ты говоришь, милая? Чистый кайф и забытье. — Во-первых, я тебе не милая, — Джош напрягся, но Дебби уже нацелила на Оливера арбалет, — а, во-вторых, нам нужна светлая голова. — Для каких таких свершений? — Свергнуть Нико и «Девять» и освободить товарищей. — А если мы немного выпьем, что такого? Хлорка придаст нам уверенности и сил, — возразил Сэмми. — Народ, а и правда, сколько времени мы уже находимся в постоянном страхе от того, что за нами придут? Сколько еще можно это терпеть? Сколько ещё можно каждую минуту трястись от страха? — вторил ему Найджел. — Хочешь забыться? Для этого у тебя есть Джаспер! — ответила Кристи. — Вспомните, как нам было хорошо в прошлый раз? А до этого? Что в этом плохого? — Теперь все по-другому! — Марк поднял руки в мольбе. — Неужели вы не заметили? Почти каждый день что-то происходит, епископы не отстают от нас ни на минуту. Что-то страшное грядет. — Это все из-за Тайлера, — ответил Том. — Без него было спокойней. — Дурак совсем? Он всегда с нами был! Или Дженна жила в палатке с каким-то другим мужем? — наехала на него Кристи. — А я так скажу: Оливер, ты, пока, разводи, кто захочет, тот придет, кто не захочет — сами виноваты, — встрял Том. — Больно скучно мы живём, чтобы запрещать себе единственную радость. — А ты кто такой, чтобы командовать? — подошёл к нему Джаспер. — Забыл меня, дружок? Я с тобой на границе сколько стоял? Когда епископы подходили так близко, что можно было пальцем дотронуться до их красных плащей, кто вставал перед тобой, защищая своим телом? Задерживал дыхание, лишь бы они не заметили малейшего движения, будто, нас и нет? — Эй, здесь один за всех, и все за одного! — подошёл к Тому Коул. — Джаспер хочет лучше для всех нас. — А мне кажется, что Джаспер с Тайлером захватили всю власть в лагере, а слушать свой народ не хотят! Все посмотрели на Тайлера. Руки парня похолодели. Он судорожно думал. — Вы правы, — ответил он, наконец. — Кто именно? — хохотнул Том. — Все вы. Мы действительно очень устали. Поэтому, в такое время особенно важно держаться всем вместе. Конфликты сейчас могут принести смертельную опасность. Я не могу ничего никому запрещать, это ваше дело, но советую принять общее решение. — А ты, что, не с нами? — спросил Том. — Я предпочитаю контролировать свой разум. — Ну вот, наш лидер и высказал свое мнение, — провозгласила Кристи, — так что сворачивайте лавочку. Часть Бандито, недовольно бормоча, разошлась в разные стороны. Однако, не все стали слушать Тайлера. Том по-тихому подошел к Оливеру и шепнул ему на ухо: — Ты пока останься где-нибудь неподалеку. Я загляну на костерок. Вскоре, в нескольких десятках метров от лагеря, в воздух поднялся новый столб дыма. Повстанцы поглядывали в ту сторону, но не решались подойти. Найджел не хотел идти против своего парня, Сэмми был очень занят готовкой. Остальные поняли, что Тайлер прав, и вернулись к своим делам, а дежурные засобирались на границу.

***

Единственное, о чем жалел Тайлер, это что Оливер не появился со своей хлоркой на пару деньков пораньше. Он пытался мыслить здраво и морально. Внутренний голос уже ничего не говорил, зато периодически в голове раздавался лёгкий стук. Как будто, кто-то умирающий и слабый просился внутрь погреться. Тайлер все чаще посматривал в сторону голубоватого дымка. Тем временем, Найджел с Джаспером тоже не спали. Найджел пристально рассматривал карту цунтра города Дема, уже в который раз. — Посмотри, до туда рукой подать, а все равно цель недостижима. Джаспер положил свою руку поверх дрожащей руки парня. — Знаю, тебе больно, но мы не можем просто так идти на смерть. — Что, если хлорка придала бы нам сил? — Каким образом? — Вдруг она закроет наш разум и создаст дополнительную защиту? — Тебе хочется в это верить, хочется ухватиться за какую-нибудь надежду. Но ты не прав. Мне жаль. Найджел уткнулся лицом в грудь Джаспера. Старший был готов сделать все, чтобы ему полегчало. Даже разок поступиться принципами. Коул и Кристи шпионили за месными зельеварами. Они сидели под покровом ночи в зарослях шиповника и наблюдали, как Оливер и Том колдуют над большим чаном. Из него валил полу-прозрачный пар. Он стелился по водной бурлящей глади и поднимался в воздух. — Знаешь, как я скучаю по Клэнси, Коул! По его неутомимой энергии, по глазам, по речам. Хочу, чтобы он снова подошёл ко мне, взглянул сверху вниз и сказал: «Я прикрою тебя, куда бы ты не пошла!» Коул усмехнулся. — Да уж. Вот бы он умел выражать свои чувства более явно. — О чем это ты? — Брось, все знают, что ты ему нравишься. И это явно взаимно. — Перестань! Все это неправда, — Кристи толкнула Коула локтем в ребра. Он забавно крякнул, и мужчина с парнем у озера обернулись, заподозрив неладное. Шпионы в кустах затихли. Через некоторое время Кристи сдалась. — Лаадно, раз уж все знали… — она задумчиво вздохнула. — Вот бы представить его снова рядом с собой. Как настоящего! Будет плавать призраком в моих видениях, зато вместе. Коул представил, как здорово было бы тоже выпить хлорки и получить какую-нибудь супер силу, чтобы помочь Кристи и Клэнси воссоединиться. Все больше Бандито с завистью посматривали на дым в отдалении.

***

Под утро все, кто пришёл со стены и те, кто остался в лагере, были взвинченные, сонные и на нервах. Завтракать старались молча, чтобы не бесить друг друга лишний раз. Тишина позволяла хоть немного прийти в себя. Найджел жевал овсянку, опустив голову. Он понимал, что, если сейчас взглянет на кого-то, кроме Джаспера, сорвется. Однако Тайлеру тишина, к сожалению, не грозила. Стук в голове не прекращался. Как капля воды, капающая из испорченного крана, мерно и с одинаковой частотой, может свести с ума даже самого уравновешенного человека, стук сводил с ума Тайлера. Всего за ночь парень стал дерганым, часто мотал головой и периодически вздрагивал, когда стук усиливался. Как же он ненавидел эту атмосферу, этот голос. Это новое место давило на него, подбиралось своими черными клешнями к его разуму. Казалось, он сейчас сломается под этой тяжестью. Теперь он мечтал забыться, как прошлой ночью. Поэтому, когда на горизонте показались двое «химиков», все молча сидели и наблюдали. По правде, сначала парней было даже не видно. Первым в лагерь вкатился огромный бидон. Как Оливеру и Тому хватало сил его двигать, было загадкой. Когда огромную тару подкатили на сравнительно близкое расстояние, в ход пошла малая артиллерия. Том хвостиком ходил с канистрами за Оливером, который, в свою очередь, собирал неиспользованные кастрюли и расставлял на пни вокруг главного костра и немного поодаль. Затем, первый разливал содержимое. Дальше они принялись наполнять два небольших бочонка. Для этого им пришлось ещё раз сходить и набрать канистры. Каково было их удивление, когда по пути от бидона им на подмогу подошел Найджел, а за ним и Джаспер. Остальные Бандито тоже потихоньку вставали со своих мест и выстраивались в очередь за канистрами. Тайлер не был исключением. Наконец, когда он опустошил свою, все емкости были наполнены. Все действо происходило в звенящей тишине. Будто совершая какой-то древний важный ритуал, Бандито подходили со своими алюминиевыми кружками к кастрюлям и бочкам и черпали оттуда хлорку. Невооруженным взглядом её нельзя было отличить от простой воды. Такая же и по плотности и по прозрачности. Только запах и вкус разительно отличались. Кипеть и бурлить раствор уже давно прекратил, и Тайлер понял, что пар, поднимающийся от бочек с хлоркой был вовсе не от температуры воды. Ядовитое вещество оставалось не только в жидком состоянии, но и поднималось вверх в виде пара, отравляя все вокруг. Несколько человек, включая Эмму и Марка, своих кружек не взяли и пить раствор не стали. Однако, от воздействия хлорки им все равно было никуда не деться. Голубоватый пар вскоре затянул собой почти весь лагерь, делая всех равными в своих убеждениях. Сначала они почувствовали только, как их горло разъедает ядовитое вещество. Тайлер закашлялся и начал судорожно вдыхать через нос, пытаясь не задохнуться. Все органы дыхания жгло как огнем. Бандито ждали. Они переглядывались и искали признаки опьянения друг в друге. Вдруг, что-то стало происходить. Как по мановению волшебной палочки, пейзаж вокруг них стал меняться. Солнце стало ярче, краски разнообразней. Вместо серых, скалистых границ появились зеленые джунгли с длинными лианами и тропическими деревьями. Прекрасные жар-птицы всех цветов радуги летали над ними. Невзрачные палатки превратились в уютные бунгало с соломенными крышами и окнами в пол, как на Канарских островах, а самодельные жесткие скамьи — в роскошные шезлонги. В дали виднелся песчаный пляж и бескрайнее теплое море. Жизнь превратилась в рай на земле. Хлорка, вдруг, оказалась повсюду. Она стелилась по земле и поднималась забавными завитками, когда кто-то нарушал ее покой. Бандито весь день плескались в дымящихся парах, смеялись, брызгались друг в друга, вдыхая и глотая все больше яда. Тайлер разлегся на шезлонге в обнимку с Дженной, попивая хлорку. Он наслаждался атмосферой. Глоток за глотком его разум исцелялся от токсичных биений. Очень скоро ему даже понравился вкус. Он смаковал свинец на языке и уносился куда-нибудь подальше от окружающих его стен, в которые он никак не вписывался. На границу вечером так никто и не вышел. Последние запасные костры потухли, обнажая лагерь со всех сторон. Ночь пришла незаметно. Но она не помешала повстанцам продолжить свое веселье. Они водили хороводы вокруг главного кострища, пели песни и танцевали. Скромная Эмма с границы так расхрабрилась, что отплясывала перед всеми в центре круга и зазывала остальных. Даже Тайлер спел пару своих хитов. Они не заметили, как со всех сторон их окружили епископы. У них был свой, смертельный хоровод. С каждым шагом они сужали круг. На том месте, где они прошли, вырастали кусты красной гвоздики. Их красивые бутоны горели огнем. Вдруг, в дымящихся облачных волнах хлорки началось какое-то движение. Бандито напряглись и с интересом стали наблюдать. Пар зашевелился, и из него вылезло странное существо. Оно было похоже на толстого чёртика. На лбу у него торчали два маленьких рога. Само существо было ростом чуть выше колена, с толстым пузом, большими черными глазами и большими ушами, из которых торчали длинные волоски, как усы у кошки. Его милый носик забавно двигался, принюхиваясь к людям. Он настороженно переминался с ноги на ногу. — Какой милашка! — воскликнула Кристи и присела на корточки, протягивая к нему руку. — Как тебя зовут, дружок? Они никогда раньше не видели это существо, но тут в сознании каждого появилось прозвучало: «Нед». Сам чертик был молчалив, но, видимо, он обладал небольшим уровнем телепатии и таким образом рассказал свое имя. Все Бандито последовали примеру Кристи. Они аккуратно звали чудика к себе. Вскоре Нед освоился и весело вперевалочку поковылял к людям. Чертик тянулся к ним и люди по очереди тискали его и брали на руки. Маленькое существо обнимало их и просилось обратно в воду. Там Нед был грациозен, как дельфин, и рассекал по дымящейся глади.

***

Также внезапно, как и появился, чертик вдруг растворился в глубине океана хлорки. Ночное небо затянуло тучами, и начался дождь. Он постепенно усиливался, и Бандито подставили разгоряченные лица приятной влаге. Грянул гром и заставил некоторых вздрогнуть. Дебби схватила Джоша за руку. Тайлер посмотрел вниз под ноги и понял, что вода стремительно поднимается. Дымящаяся хлорка была им уже по колено. Найджел попробовал спрятаться в бунгало, но их тоже затопило. Вся мебель плавала по комнатам. Они осмотрелись в поисках выхода, но их со всех сторон окружали стены. Они, будто, оказались в большой пиале. Дождь был непростой. Он смывал весь прекрасный пейзаж, как с нарисованного холста. Уютные бунгало превратились в покосившиеся хибары. Прекрасные джунгли стекали в море хлорки. На их месте со страшной скоростью вырастали скалистые пики, такие острые, что, окажись кто поблизости, проткнули бы насквозь. Страшные зубцы окружали Бандито, то врастая в землю, то взмывая ввысь. От былого веселья не осталось и следа. На его место пришёл страх. Бандито столпились в кучу и взялись за руки, с ужасом рассматривая приближающиеся пики. Дождь лил, не переставая, и уровень воды был им уже по пояс. В лагере было жутко темно. Было трудно понять, где черное небо заканчивается и начинается водная гладь. Вдруг, несколько человек закричали. Тайлер посмотрел на своих людей. В свете луны он увидел на лицах кровь. Она стекала Бандито по волосам на руки и дальше по телу. Он поднял свои руки. Они тоже были в крови. Внутри него похолодело. Как и остальные, он попытался смыть этот ужас в поднимающейся воде, но понял, что кровь была повсюду. Она лилась с неба и падала в хлорку. Кровь была вязкая, густая и ужасно пахла. Тайлер стал задыхаться. «Нет, только не сейчас!» — с ужасом подумал он. Но паническая атака была неизбежна. — Только я почувствовал себя неуязвимым, и снова он здесь, поблизости. Вязкая субстанция была им уже по грудь, и Тайлеру было даже не наклониться, чтобы восстановить дыхание. Поэтому он глубоко вдохнул и нырнул в кровавую жижу. Если нет дыхания, то и восстанавливать ничего не надо. Он сидел так, пока его лёгкие не наполнились кровью. Остальные Бандито недолго пытались оставаться на плаву. Уровень воды резко поднялся, погружая всех в кровавую массу. В панике люди начинали кричать под водой. Все больше человек захлебывались в крови. Все закончилось также внезапно, как и началось. Уровень крови резко снизился, и все попадали на мокрую землю. Тайлер вскочил и подбежал к Дженне. Было скользко и мокро. Он помог ей подняться и немного протер её лицо от вязкой субстанции. Дождь снова превратился в спасительную воду и потихоньку смывал кровавые подтеки. Но тут Тайлер в ужасе отшатнулся от своей жены. Он поскользнулся и чуть не упал. — Что такое, милый? — спросила Дженна и пошла ему навстречу, но Тайлер отходил все дальше. На него шёл окровавленный труп. Лицо Дженны было синее, распухшее и покрытое язвами. Глаза потускнели и закатились. Вокруг них были чёрные круги. Голова почти не держалась на шее и свисала на плечо. Протянутые к нему руки были в лопнувших язвах, и из них вылезали трупные черви. «Это все ядовитые пары, это пройдет!» — Тайлер закрыл рот руками, чтобы не закричать. — Ну как веселье, жалкий Бандито? — во рту горел привкус свинца. Это был не просто бред от хлорки. Теперь на него со всех сторон смотрели мертвые вываливающиеся глаза и посиневшие лица товарищей. Парень побежал к границе. Тем временем, Бандито в лагере пытались привести себя порядок. В наркотическом опьянении руки плохо их слушались. Они подставляли лица живительной влаге, льющейся с неба и потихоньку приходили в себя. — Что это было, чувак? — спросил Оливер у Тома. — Что, сам уже не рад, что принес свое пойло? — подошёл к нему Джаспер. Лицо Оливера он видел смутно, все вокруг шаталось. — Смотрите, — указал вперёд Найджел, — кто-то идёт. Со стороны, куда убежал Тайлер, шла фигура. Дженна, было, собралась бежать навстречу, но остановилась как вкопанная. Она увидела первой, а следом и все остальные. К ним приближался один из епископов. Красный плащ развевался на ветру, а в небе над ним парил стервятник. Свет луны упал на вуаль, покрывающую лицо и проник сквозь неё. Бандито ахнули. За вуалью скрывалось лицо Тайлера. С середины носа, по щеки и дальше по всей шее оно было черное от сажи, а глаза смотрели хищной птицей. Люди закричали. Джош сильно зажмурился и часто-часто заморгал, пытаясь избавиться от ужасного видения. Епископ подошел еще ближе. Тайлер исподлобья, но с интересом осматривал своих товарищей. Он наклонял голову то вправо, то влево. Было видно, что он практически их не знает. Бандито пятились, оглядываясь назад, не зная, чем защитить себя. Вдруг, он сильно хлопнул в ладоши и епископ исчез, оставляя Тайлера в его обычной одежде. Лицо парня больше не было чёрным, а глаза испуганно смотрели на друзей. — Тайлер! Тай, это ты? — Джош подскочил к нему первым. — Ну и привидится же такое. Напугал до чертиков, брат. — О чем ты? — Да ты же был вылитый Нико, ну вот прямо секунду назад. Тайлер нервно рассмеялся. — Да ты чего, шутишь что-ли? Завязывай. — Да точно он говорит, — встрял Сэмми. — В красном плаще, весь черный. Тайлер только недоверчиво улыбнулся и махнул на них рукой. Где-то в глубине сознания он понимал, что среагировал бы абсолютно по-другому, не будь его разум затуманен хлоркой.

***

Страх и ужас потихоньку отпускал повстанцев, и они снова кучкой собрались вокруг главного кострища. Языки пламени тускло освещали лица и почти не грели. Все очень устали и сидели с опущенными плечами. На Бандито навалилась апатия и грусть. — Что с нами стало? Посмотрите, до чего мы докатились! — с завыванием проповедовал Марк. — Как же я хочу домой! — вторил ему Сэмми. — Я так устал от всего этого. Несколько Бандито начали плакать. Повар всхлипывал на плече у Кристи. Тайлер воспользовался тем, что все заняты утешением друг друга. Дженна сидела в обнимку с Дебби и о чем-то шептала ей. Карман рубашки что-то жгло, и парень зашел в палатку проверить. К своему удивлению, он вытащил оттуда цветок красной гвоздики. Как он туда попал Тайлер понятия не имел. Он поднес бутон к носу и вдохнул аромат. Что-то ноюще и протяжно защемило в груди, будто давно забытое чувство или воспоминание о детстве и родительском очаге. Парень схватился за грудь и сел, сгорбившись. Он раскрыл рот и стал что-то нашептывать сначала неразборчиво, пробуя слова на вкус. — Прости меня. Я совсем про тебя забыл, — слезы текли по щекам и душили его. — Я как старый флаг у моря. Меня изрядно помотало. Что-то теплое поднималось в груди. Как встреча с другом, с которым давно не виделись. Вот оно прямо здесь — ощущение ностальгии, запах, уносящий туда, где было хорошо. Из него хотелось сделать свечку и наслаждаться вечно, лишь бы он не уходил. — Сможешь ли ты заново собрать по кусочкам все, что у нас было? — ответ пришел не сразу. Тихий голос раздался в голове у Тайлера. Он ничего не требовал, не угрожал. Он лишь плакал, умоляя, и от его слез душу Тайлера можно было выжимать, как губку. — Ведь я просто химикат в твоем мозгу. Парень закрыл глаза, чтобы вытереть слезы и увидел место, в котором он раньше не был. Секунда послабления с обеих сторон, и они, будто, поменялись разумами. Тайлер видел глазами Нико. Он увидел все — низкие своды подземелья, кельи епископов, главный алтарь. До сих пор у Бандито возникал вопрос, как пробраться в самое сердце города. Больше это не было проблемой. Тайлер увидел все. Входы почти не охранялись, так как епископы не ждали, что у кого-то хватит смелости напасть на них. Тайлер проследил за епископами. Все девять стояли в кругу, склонившись над алтарем в молитве. Главное святилище было сделано из неоновых ламп и отдавало холодным светом. Первый епископ был слабым и заметно меньше других. Он единственный не проговаривал молитву, а просто мычал. У него не было рта. Второй был без глаз. Его лицо было покрыто мелкими ссадинами, как будто буря прошлась по нему. Третий епископ был невероятных размеров. Его челюсти что-то жевали. Этот был самый противный из всех. Его лицо было покрыто язвами, он гнил заживо. Тайлеру в нос ударил ужасный запах. Четвертого было почти не видно в куче хлама, который был на его горбу. Он согнулся в три погибели, но отдавать ничего не собирался. Пятый все время порывался сесть. Его поднимали остальные и заставляли продолжить молитву. Ленивый епископ шевелил одними губами. Его глаза закрывались, а спина была сгорблена. Шестой епископ не стоял ногами на полу, а парил над землей. У него не было тела, он был призраком. Читая свою молитву, епископ выл от боли. Он был окружен огнем. Седьмой вторил ему в агонии. Лицо его было все сморщенное и сухое, будто он долгое время находился в бесплодных землях пустыни. Сверху на него капали раскаленные капли огня. У восьмого епископа в районе живота была окровавлена мантия. Можно было представить, насколько большая рана зияет под ней. В перерывах между молитвой он натравливал друг на друга своих соседей, вызывая суматоху. Наконец, Тайлер присмотрелся к Нико. Его отражение было видно в одной из неоновых ламп на алтаре. Его лица он все также не мог разглядеть. От остальных главный епископ отличался спокойствием и величавостью. Он стоял прямо и на нем было никаких изъянов. Заметив раздор в рядах своих подчиненных, Нико доставал огромную плеть и бил ею по спинам епископов. Как грозный страж девятого круга ада, как Люцифер, он следил за порядком. В рядах остальных епископов проносился вой, и они на некоторое время успокаивались. Тут, в отдалении главного зала, в темном и сыром углу Тайлер заметил какое-то движение. Он присмотрелся и заметил тень. Это был Клэнси. Парень раньше не видел его, но понял, что друзья его вряд ли бы сразу узнали. Лицо его было опухшее от побоев. Глаза заплыли, на веках были кровоподтеки. Под носом застыли струйки крови. Несколько епископов подошли к нему. Один из них с силой приложил пальцы к вискам Клэнси. Он стал читать над ним какую-то молитву, громко завывая. Глаза парня закатились, зрачки пропали. Епископ высасывал из него энергию и остатки души, чтобы насытиться самому. Последние капли воли испарялись из истощенного тела. В любой момент они могли заслать его, как марионетку, в лагерь под видом освобожденного и сделать из него мину замедленного действия, которая изнутри подорвет стройные ряды Бандито. Вся ностальгия в мгновение улетучилась. Тайлер помотал головой и открыл глаза. Впервые он контролировал свои видения и оказался там же, где и был — в палатке. Он встал и решительно кивнул себе. Когда он вышел, Бандито с удивлением обернулись. — Все за мной. Берите все, что можно унести из оружия. Мы идём в город на епископов, освобождать заложников, — Тайлер схватил факел и уверенно пошел к границе. На нем был комбинезон в желтых полосках скотча, на нос была натянута желтая бандана. Тайлер чувствовал такую уверенность, что оставил при себе красную гвоздику. Она огнем горела в кармане, как символ его личного бунта.