Trench

Тайлеру на плечо легла чья-то рука. Он вздрогнул и обернулся. За ним стояла Кристи. – Тайлер, ты уверен? У нас нет плана, нет ничего. Ты знаешь, я больше всех хочу вытащить Клэнси оттуда, но бросаться в пасть к демону глупо. – Только попробуй остановить его. Он ближе всех подвёл нас к тому, чтобы уничтожить Нико. Спасти сестрёнку, – встрял Найджел. Но Тайлер не собирался менять свое решение. Наркотик бил в голову и тянул его на свершения. Это была четвертая стадия опьянения – слепая уверенность, чувство, что можно свернуть горы. – Мы сделаем их, слышите! Нас больше, мы сильнее! Вперёд! – прокричал он. Со всех сторон раздался дружный хор одобрения. Бандито уверенно шли за своим лидером. Путь им освещало тёплое пламя факелов, на носы были натянуты желтые банданы. Они направились на запад, прямо в центр города Дема. Бандито шли весь остаток ночи. Уже солнце начало показывать свой красный диск на востоке, а центр города все не приближался. Он маячил на горизонте и, как малое дитя, не хотел подходить ближе. Они как будто шли на одном месте. По этой дороге повстанцы ходили сотни раз. Они знали её вдоль и поперёк, но теперь она была в два раза длиннее. Энтузиазма в глазах людей заметно поубавилось. Они шли притихшие, уставшие, головы опущены. Вдруг, перед ними резко выросли блочные девятиэтажки. Что-то с силой затянуло их в прямо на главную площадь. Она была уложена бетонной плиткой, которая потрескалась от времени. В центре возвышалось величественное здание. Оно состояло из девяти огромных труб, покрытых металлом. Все трубы были разной высоты. Диаметр их составлял несколько десятков метров. Входа было не видно. Бандито ошалело переглядывались. — Это нас от хлорки так колбасит? — задал разумный вопрос Найджел. — Или это епископы шутят с нашим разумом? — спросил Джаспер. — У епископов нет такой силы. Тем более, что мы под защитой, — парировал Марк. Но они ещё не знали всего, что произошло с ними в лагере в тот день. Они пожали плечами и подошли к зданию. Входа было не видно. — Что теперь? — прошептал Джаспер. Тайлер поднял руку в знак ожидания и подошёл к одной из труб. Он постучал особым образом, и, как по волшебству, на ней стал вырисовываться контур двери. Когда все закончилось, дверь сама отворилась, и они вошли. — Это что, телепатия? — спросил Найджел. — Как ты узнал? Но Тайлер уже шел вперед. Бандито приветствовало гулкое эхо их собственных шагов и потрескивание факелов в руках. Жёлтые блики падали на низкие своды туннеля. Повсюду на стенах были письмена на непонятном языке. Вскоре, туннель начал разветвляться, но Тайлер точно знал, куда идти. Как в самом начале, когда парень поневоле показал епископам путь до лагеря, Нико привёл повстанцев в самое сердце логова. Они вышли в огромную залу. Противоположный конец едва было видно. Где-то высоко, где заканчивалась труба, маленькой точкой виднелось розовеющее небо. Бандито с раскрытыми ртами осматривали необъятные размеры залы. Тут на другом конце показались фигуры. Они шли с противоположной стороны алтаря. Бандито подошли ближе. Эхо от епископов разносилось по всей трубе. Кто-то стонал, кто-то хрипел. На четвертом из них бряцал всевозможный хлам. Они не были удивлены появлению Бандито в их логове. Это казалось странным. Епископы шарили глазами по зале, пытаясь отыскать нарушителей спокойствия. Они видели движение огня, но не самих Бандито. — Мы пришли забрать своих людей, — крикнул Тайлер. Как цепные псы, Нико и «Девять» повернули носы в их сторону. Епископы приближались, и повстанцы выставили перед собой горящие факелы. — Вы только посмотрите! Сколько к нам пришло свежих душ, — облизнулся третий. Его огромный живот трясся при каждом движении. Он протянул к ним руку, и Дебби наставила на него арбалет. — А сколько всего я смогу взять у них себе, — потирал руки четвертый. — Молчать! — гром пронесся по стенам залы. Голос Нико был властный и не терпел неповиновения. — Думаете, так просто сможете забрать пленника и уйти отсюда? А что взамен? — Мы ничего тебе не должны, ты, мразь и тиран! — крикнул Найджел. — Отдай нам Клэнси и Люси и мы, может быть, пощадим вас. Смех раздался со всех сторон. Он отскакивал от стен и ударялся о неоновый алтарь. То писклявый, то громогласный, он вырывался из уст почти всех епископов. Лишь первый, у которого не было рта, молча смотрел на Бандито. Тут Тайлер понял, что где-то неподалёку видел угол, в котором сидел Клэнси. Он махнул рукой Джасперу, и они бесшумной тенью оторвались от остальных. При выходе из залы они обнаружили ту самую клетку. Джаспер подбежал к прутьям и прижался всем телом. — Клэнси! — прошептал он. — Брат, ты слышишь? Мы пришли забрать тебя отсюда. Клэнси не сразу осознал, что к нему обращаются. Он поднял на Джаспера свои опухшие глаза и недоверчиво склонил голову на бок. Джаспер судорожно теребил замок, пытаясь сбить его. Наконец, он со всей силы ударил по нему обратной стороной арбалета, и замок поддался. Парни проникли внутрь, и Джаспер подбежал к другу и склонился над ним. — Боже, что они с тобой сделали? — он поднял Клэнси с пола и перекинул его руку через плечо. Пленник едва держался на ногах. Тайлер свистнул в знак того, что пора уходить. Они забрали то, зачем пришли. Однако, звук привлёк и епископов. Нико с силой втянул воздух, пытаясь найти беглецов. Но Бандито уже были в туннеле, на пути к выходу. Кристи подбежала к бывшему лидеру и обняла его. Потом робко отстранилась. — Как я рада, что ты жив. Клэнси просиял. — Я тоже рад, что ты в порядке, — они смущенно улыбнулись. Однако, епископы были сильнее, чем казалось повстанцам. Когда они были в полной уверенности, что ушли от тиранов, Нико хлопнул в ладоши, и стены туннеля рухнули у них на глазах. В итоге Бандито оказались там же, откуда и начали свой путь — на злосчастной дороге, по пути к центру города. Вокруг было лишь бескрайнее поле. Клэнси был лишь приманкой, чтобы заполучить остальных. Они снова стояли в паре метров от тиранов. Им было негде от них скрыться. Больше не было спасительных туннелей или скалистых ущелий. Бандито не знали, были эти галлюцинации последствием опьянения или нарастающей силой епископов. Может, Нико воспользовался ослабевшим разумом повстанцев. Но одно было ясно точно — бежать некуда. «Клэнси и Тайлер с нами, все будет хорошо!» — успокаивали себя Бандито. «Клэнси с нами, теперь все будет хорошо!» — успокаивал себя Тайлер. — Отступаем, это ловушка! — крикнул Джаспер. Бандито начали пятиться в обратную сторону — к границе лагеря. — Вам не укрыться в своем убежище. Костры не горят. Вам некуда идти, — страшно завывал шестой епископ. Он парил рядом с остальными и обдавал их жарким огнем. — Нам и правда некуда идти, — шепнула Дебби Тайлеру. Он аккуратно отступал, направляя на епископов факел. — Мы можем открыть по ним огонь, а сами укрыться в пещерах на границе лагеря. Тут Клэнси выхватил арбалет из рук Джаспера и выскочил вперед. — Бегите, я их задержу! — крикнул он и стрельнул в Нико. Стрела летела прямо на епископа, но он резко схватил ее прямо у себя перед носом. Нико вытянул руку и сломал тонкую палочку. Но никто не собирался бежать. Бандито дружным строем подскочили к Клэнси, бросились рядом с ним полукругом на колени и нацелились на тиранов. — Думаете, что можете перехитрить нас, жалкие Бандито? — Нико выкинул сломанную стрелу и поднял руки к небу в молитве. Остальные присоединились к нему. — Огонь! — крикнул Джаспер, и на епископов посыпался рой стрел. Но они все падали наконечниками вниз, не долетая до цели. Епископы защитили себя невидимым барьером. Нико направил руки на Бандито и в их рядах началось движение. Очень медленно, несколько Бандито опустили свои арбалеты. Также медленно, они положили их на землю и начали подниматься с колен. Остальные епископы присоединились к Нико в молитве. — Что происходит? Что ты делаешь? — крикнул Найджел Джасперу. Но тот не смотрел на него. Его взгляд был направлен на епископов. Он был пустой и безмолвный. — Милый, пожалуйста, остановись! — Дебби хваталась рукой за Джоша, но он, как кукла-марионетка, выполнял единственное порученное ему дело. Всего с земли поднялись восемь человек. Помимо Коула, которого Нико пометил в первую ночь пребывания Тайлера в городе, свое движение по направлению к епископам начали Джош, Джаспер, скромная Эмма, Сэмми, Гарри и Моника. Ее брат-близнец Чарли в ужасе смотрел на нее. Клэнси изо всех сил пытался сопротивляться. Вены на его лбу набухли, он с трудом передвигал ноги, пытаясь тормозить. Но ослабленный за время пыток организм не мог справиться с силой епископов. — Еще не поняли, чем для вас обернулось минутное послабление прошлым днем? — громогласно смеялся Нико. — Теперь они все мои! Прежде чем на помощь пришел Нед, тираны успели пометить еще шестерых Бандито. Только сейчас остальные заметили их черные шеи. В опьянении хлоркой внимание их было рассеянно. Лишь Тайлер не сдвинулся с места. Он так и стоял на коленях и орал от напряжения и боли. Он держался за голову руками и как мог противостоял Нико. Клэнси был на середине пути, он как можно медленнее передвигал ногами. Остальные меченые повстанцы вскоре присоединились к епископам. По одному на каждого тирана. И только Нико и третий епископ оставались стоять одни. — Боритесь, братья! — выговаривал Клэнси с трудом, сквозь зубы. — Не дайте им высосать из себя всю энергию, не дайте им стать сильнее! — Нам нужен отвлекающий маневр! — крикнула Дебби. — Надо расцепить их связь. — Я знаю, что делать! — прорычал Клэнси. Он передвигал руками, будто они были сделаны из железа. Он достал из-за пазухи нож. Епископы не стали разоружать его. Они были уверены в себе и не боялись маленького лезвия. — Ты что творишь? — крикнула ему Кристи. Она подорвалась побежать к парню, но один из епископов вытянул руки, и ее отбросило обратно. Подпитывающиеся от Бандито, епископы были очень сильны. Спасительный желтый цвет был им нипочем. — Остановись! Я давно хотела сказать тебе — я люблю тебя, слышишь? — надрывалась Кристи. — Победим их все вместе, одной командой. — Я тоже тебя люблю. Мне никогда не хватало смелости признаться, но теперь, похоже, поздно. Мы не можем их победить, мы в ловушке. — Пожалуйста! Мы же сможем быть вместе, — рыдала девушка. Она рыла землю руками, снова и снова пытаясь подобраться к Клэнси. Она была не одна. Все Бандито, оставшиеся на противоположной стороне, стреляли и направляли факелы на епископов. Но Нико и «Девять» тушили их один за другим. Вскоре, все спасительные огни погасли. Хоть епископы и не могли контролировать разум остальных, но подобраться к Клэнси не позволяли. Страшная сила удерживала людей на месте. — Я меченый, Кристи. Это значит, что тебе никогда не будет безопасно со мной. Если вернусь в лагерь, я подведу всех вас. Это из-за меня вы сейчас здесь, под угрозой смерти. Я это начал, я с этим и покончу. — Да таких у нас девять штук, брат! Один за всех, и все за одного! Мы справимся только все вместе! — кричал Найджел. Но Клэнси уже не отвечал. Он замолчал, направляя всю свою энергию на нож в руке. Слезы ручьем лились по его щекам. Он в последний раз обернулся посмотреть на любимую девушку и Бандито, ставших ему семьей. Затем он отвернулся и со злостью посмотрел в пустые глазницы второму епископу, который пытался его контролировать, будто хотел забрать у него всю энергию и со всей силы воткнул себе нож в сердце. Все оборвалось. Все разом. Жизнь человека и связь всех епископов. Они ничего не смогли поделать. Сосредоточенность на удержании контроля над Бандито не давала им возможности исправлять непредвиденное. Такого не ожидал даже Нико. Он и представить не мог пожертвовать собой ради кого-то. Поэтому потерял связь. Тайлер шумно вздохнул и резко распрямился. — Быстро! Закройте свой разум от них. Ни о чем не думайте, освободитесь от страхов и воспоминаний. Меченые Бандито зажмурились. Раз потеряв контроль, епископы уже не смогли пробраться обратно. Они ни за что не могли уцепиться в головах повстанцев. Черный туман заволок их сознание. Тайлер подобрал арбалет и выстрелил в Нико. На этот раз он не смог остановить стрелу, и она продырявила ему плечо. Черное пятно разлилось по красной мантии. Бандито закричали и рванули на ослабших епископов. Но они уже растворились в утреннем тумане. — Сбежали, как трусы! — крикнул в пустоту Найджел. — Еще увидимся, ублюдки! Я приду к вам за своей сестрой, и всех вас перебью! Все повстанцы с обеих сторон бросились к Клэнси. Кристи и Джаспер аккуратно перевернули его на спину. Глаза лидера были закрыты, сердце не билось. Но его рука продолжала сжимать нож в груди. Слезы девушки капали на лицо мертвого Бандито. — Проклятый нож! — вытирал слезы Джаспер. — Зачем я дал его ему? — он легонько бил по щекам друга, по груди, пытаясь оживить его. — Эй, ты не виноват. Ни в чем не виноват, — утешал его Найджел. Первый оторвался от Клэнси, обнял парня и зарылся руками в каштановые кудри. Долгое время все молча сидели возле тела товарища. Головы были опущены в беззвучной молитве, у которой не было слов. — Нужно пойти и достойно его похоронить, — наконец прохрипел Марк. Хоронили на общем кладбище, чуть дальше от центра города. Епископам было все равно на мертвых, поэтому это место было им неподконтрольно и безопасно. Некоторые Бандито, в том числе и Кристи, отстаивали идею похоронить Клэнси рядом с границей лагеря, но Марк их переубедил. — Все мертвые равны перед Богом. Не стоит гнушаться присутствия рядом с нашим братом остальных горожан, — серьезно сказал он. Неподалеку виднелись блочные кварталы. Могилы ровными рядами тянулись во все стороны. Их было не много, так как жилая часть города была небольшой. Тем не менее, люди умирали часто. Со временем их души рассыпались, унося вслед за собой и тело. Здесь, среди неоновых надгробий, Бандито вырыли свежую могилу. На кладбище не было ничего связанного с огнём и тёплым, жёлтым светом, поэтому все надписи и «свечи» были сделаны из неона. По ночам холодный свет от кладбища виднелся на многие километры. Чарли с Джаспером смастерили гроб. Каждый бросил по горстке земли на крышку, в знак почтения. Закапывали тоже по очереди. Вместо надгробия поставили крест и заклеили жёлтыми лентами. Марк прочитал молитву. — Покойся с миром, брат. Пусть хотя бы на том свете тебя оберегает наш символ, — прошептал Джаспер. Каждый Бандито старался сказать пару слов в память о Клэнси. Вспоминали совместные моменты, смеялись сквозь слезы. Кристи так и не проронила ни слова. Слезы не давали ей ничего сказать. К тому же, она все сказала любимому на прощание. Подошла очередь Коула произносить речь. Молодой паренек подошёл ближе, но, вместо речи, выхватил из кармана нож и приставил себе к горлу. Волна ужаса прокатилась в рядах Бандито. Но Коул отбежал на пару шагов назад, чтобы его никто не смог остановить. — Дайте мне сказать! — Малыш, только давай без глупостей! — примирительно выставила вперёд руки Дженна. — Мы тебя уже один раз чуть не потеряли. — Вот именно! Разве я делаю что-то полезное для вас? Нет. Я просто обуза! К тому же я тоже меченый! От меня будет больше пользы, если меня не будет. — Что ты такое говоришь, дружок? В чем будет польза, если ты умрёшь? — Я преподам им урок! Я покажу, что значит не бояться их! Они запомнят силу духа Бандито! — он сильнее прижал нож к своей шее, но тут его руку перехватил Тайлер. Он стоял ближе всех к парню и, пока тот говорил, тихо подошел к нему сбоку. Он с силой вырвал нож из рук Коула и кинул Джасперу. В глазах Тайлера читалась ярость. — Урок преподашь, значит? Мм, — он немного помолчал, формулируя мысли. Воцарилась полная тишина. — Давайте я отведу вас на самое дно своего разума, заведу в психушку. Смотрите, как бы не потерять рассудок по дороге. Держите его при себе, пока будем решать эту проблему. А в чем, собственно, моя проблема? Тайлер исподлобья смотрел на своих слушателей, как загнанный зверь в клетке. — Вот моё мнение. Мы все больше восхваляем тех, кто… — его голос сорвался. Дернулась рука. — Кто сам решает уйти. Наша культура относится к поражению, как в победе. Прежде чем отвернуться от них навсегда, мы возносим их до таких вершин! Вешаем флаги в их честь, передаем информацию из уст в уста, чтобы ещё сильнее запечатлеть поступок. Разве могила в таком раннем возрасте, это выход? Нет. Все с замиранием сердца слушали речь. Коул притих, опустил взгляд. Он выглядел испуганно. Как будто, его ругали взрослые. — Думаете меня не зовут к себе эти неоновые надгробия? Призывают мои кости к себе (Тайлера посещают мысли о суициде), — Тайлер повысил голос, и Коул вздрогнул. Затем, почти шёпотом Тайлер повторил несколько раз: — Зовут… зовут… зовут. — Так, в чем же моя проблема? — снова громко спросил Тайлер. — Постарайтесь понять меня правильно. Она связана с теми людьми, которые могли бы посодействовать этому… А мы их восхваляем. Я тоже мог бы использовать стримы на Твиче, разговоры, мог бы просто сдаться и так хайпануть! Мог бы уйти и устроить такую шумиху, что все бы узнали мое имя! Мне бы устроили чествование и транслировали бы везде. — Не буду снисходителен и скажу прямо, что это очень удобно, — Тайлер засмеялся. — Но, вот, я все болтаю и болтаю. Перейдём от слов к делу. Думаете, что получаете недостаточно любви? А им почти ничего не достаётся (людям, склонным к суициду). Вот вы скажете: «Зачем он пошёл на это? У него же все есть! Я буду горевать по ребенку, но слезинки не пророню ради короля». Тайлер тыкал пальцем в толпу, его движения были ломаными. — А меня все зовут неоновые надгробия. Призывают мои кости. Зовут… зовут… — голос его дрожал, и к нему подбежала Дженна. Он взял ее за руки и внимательно посмотрел ей в ясные, голубые глаза. — Пообещай мне кое что. Если я сдамся и проиграю сам себе, ты не будешь горевать и дня! — Дженна заплакала. Она отрицательно замотала головой. — Да, да, пообещай, — шептал Тайлер. — Что сразу переключишься на другого. Дженна все еще мотала головой. Она целовала Тайлера, и его лицо стало мокрым от её слез. А, может, это были и его слезы. Было неясно. Когда она отстранилась, он продолжил. — Неоновые надгробия всё зовут мои кости. Но они их не получат! Нет, не получат! — в знак подтверждения, он уверенно кивнул головой. — Не поймите меня неправильно. Чем больше мы об этом говорим, тем меньше нас пугает это клеймо. Но, раз уж мы заговорили об этом, ради справедливости, давайте подвинемся и дадим место еще одному мнению. Может ли быть такое, что кто-то захочет поддаться соблазну? Использовать эту ошибку в целях разжигания агрессии? Чтобы повести за собой? Использовать как оружие? Думают: «Я преподам им урок!» — все посмотрели на Коула. Его уши горели огнём. — А я отказываюсь от этого урока! И в мыслях наших пусть такого даже не будет! — Говоришь, что ты обуза? Тогда борись! Очень просто взять и уйти. Дерись со всеми! Помогай в бою! — Тайлер впервые в упор посмотрел на Коула. Но, вдруг, его взгляд упал на свежую могилу, и он сник. — Не подумайте, я не хочу оскорбить то, что осталось позади. Лишь умоляю! Давайте не будем возносить «это» в героизм, — голос Тайлера сорвался на крик. — Он помог нам выиграть битву, дал шанс закончить начатое. Вот, в чем состоит его героизм. — Но давайте отвлечемся от этих высокопарных речей. Лучше навестим своих стариков, когда все это закончится, и отдадим дань уважения им. За их пройденный путь, за жизнь, которую они не предали! Вот, что нужно чествовать! — Тайлер шумно выдохнул и умолк. Все стояли, потупив взгляд и размышляли. О жизни и смерти.

***

В лагере предстояло много работы. Незаметно прошёл ещё один день, и нужно было восстанавливать все потухшие костры. Дежурные были назначены, ужин сварен. Жизнь понемногу вставала в свою колею. Только не было слышно привычной веселой болтовни вокруг. Не причитала Ида, не ворчал Сэмми. Все занимались своими делами молча. Периодически были слышны всхлипы. Даже Оливер не призывал никого и не гоношил. Он остался в лагере вместе со всеми. Вероятно, ему стало страшно отделяться. Тайлер ушел в отдельную палатку, которая раньше принадлежала Клэнси и заперся там. Он замкнулся в себе в немой уверенности: больше он не причинит никому вред. К нему по очереди приходили Бандито, спрашивали про самочувствие, предлагали помощь. Он упорно молчал. Но, когда пришел Джош и обнял его, он не выдержал. — Это я во всем виноват, друг, понимаешь? — Ни в чем ты не виноват. Все вы вечно перекладываете на себя вину. А на деле виноваты только те тираны, из-за которых мы все здесь торчим. — Рядом со мной опасно, пойми ты! Это из-за меня Клэнси убил себя! Я повел вас на епископов. Если бы я пошел с Нико сразу, он бы никого не тронул! Как ты не понимаешь? — голос Тайлера срывался на крик. Он точно знал, что делать. — Я уйду, — прошептал он. — Уйду к нему добровольно. — Хватит с нас мучеников, кончай уже, — взял его за плечи Джош. В палатку зашла Дженна, и Джош оставил их наедине. — Пожалуйста, не приходи. Я специально изолировался, потому что могу причинить тебе боль! — Не ты, а он. Тайлер, я не могу просто сидеть сложа руки. Я знаю, что могу помочь и хочу этого. Внезапно, уже не глаза Тайлера смотрели на неё, и не его руки тянулись к ней. Злой и хитрый взгляд исподлобья, глаза, которые всегда так ласково на нее смотрят, смотрели недобро. Руки, которые всегда только нежно прикасались к ней, больно обхватили ее. Нико толкнул её на себя и прошептал на ухо: — Зачем ты пришла, а? Он ведь предупреждааал, — он противно засмеялся. Дженна замерла, в ужасе слушая его речь. Потом дернулась, пытаясь вырваться. Но цепкие руки не хотели её отпускать. Нико держал её одной рукой за плечо, второй гладил по щеке. Он медленно водил рукой, убирая пряди волос за ухо. Она отвернула от него голову в отвращении. — Что такое? — нежно спросил он. — Не нравится, когда муж тебя ласкает? — Не нравится, когда Ты это делаешь! — она с ненавистью и вызовом посмотрела на него. Попыталась дернуться ещё раз, но Нико, словно, пригвоздил её к полу. — Что, уже оправился после сегодняшней стычки и прибежал снова мучить Тайлера? — Неужели он многим отличается от меня? — Нико картинно выпятил нижнюю губу. — Мы же одно целое. — Нихрена вы не одно целое! Ты убиваешь его. Отпусти его и меня сейчас же! — он разжал руки, и она отступила на пару шагов назад. На секунду ей показалось, что он действительно расстроился, но потом он снова натянул нахальную улыбку. — Думаешь, это я плохой? — он засмеялся своим скрипучим смехом. — Кто изгнал меня, кто постоянно говорил мне, что я никто и ничего не стою? — Оо, мы это уже проходили. И, кажется, ты знаешь ответ. Это ты отравляешь его, чернишь его душу, мучаешь нас обоих! Отпусти его, Темнолицый! — Темнолицый уже тянул к ней свои руки, складывая захват для шеи, но тут в ужасе одернул. Она узнала взгляд Тайлера. Он видел его глазами все, что произошло. Его трясло, он прижимал руки к себе. — Дженна, прости, мне так жаль. Я навредил тебе, сделал больно. — Нет, это все он. Перестань винить себя за то, чего не делал. Лучше утешь меня. Тайлер видел, что её трясет, а на глазах выступили слёзы. Его убивало то, что он ничего не может с этим поделать. Он не мог заставить себя поднести эти грязные руки к ней. Она смотрела на него почти с той же обидой, что и на Темнолицего. — Перестань записывать его зло на свой счёт. Ты нужен мне. Но он стоял, не двигаясь. Тогда она отвернулась от него, заплакала и пошла к выходу из палатки. Глубокий рык вырвался из груди Тайлера. Он превозмог себя и перегородил ей путь. — Подожди. Дженна подняла на него взгляд и улыбнулась. Он медленно подошёл и положил ей руку на щеку. Она прижала её своей рукой, и он её обнял. Тело его почти не слушалось, движения были ломаными. — Позволишь мне выйти из палатки хоть раз и потеряешь себя и меня, — она засмеялась сквозь слезы. — Знаю, милая. Звучит, будто, ты хочешь поработить меня, — они улыбались, но их смех лишь немного прикрывал ужасную правду. Без Дженны Тайлер не справится. Она смотрела ему в глаза и хотела избить его до полусмерти за все, что он ей сделал. Но она понимала, что, единственное, в чем виноват Тайлер, это в своей неуверенности. Всё остальное за него делал Темнолицый. Тогда, стоя в той комнате, Тайлер понял кое что. — Я уничтожу Нико! Я больше не позволю им причинить тебе и всем остальным вред. Дженна удивленно на него посмотрела. — Почему ты называешь его Нико? — А как я должен его называть? — А ты не помнишь? Тайлер моргнул и дернул головой. Внутри него проносились давно забытые образы. Кто-то рядом все время, нашептывает ему, заставляет забиваться в угол комнаты. — Что я должен помнить? — Темнолицего. Тайлер вздрогнул и закрыл глаза. Он не хотел вспоминать. — Это все просто моя очередная фантазия. Мой кошмар или бред. Это все не по-настоящему. — Три года его не было, Тайлер. Тебе удалось изгнать его. Нам это удалось. Что же случилось? — Тайлер не знал, что ответить.