Радиоактивное солнце

      Утро началось обыденно. Ранний подъем, максимально быстрые водные процедуры, чтобы не задерживать людей, идущих после Антона, и завтрак от приветливой бабушки Вари, бывшей поварихи в школьной столовой. Готовила она не супер вкусно, но хотя бы сносно, раскладывая каждому жителю бункера одинаковое количество еды, а Антоше чуть больше, приговаривая: "мальчик мой, ну почему же ты такой худощавый. Ты же охотник, а им нужно много сил и энергии для вечной беготни по опасной пустоши." Она самому Шастуну напоминала его бабушку, которая умерла за год до войны, чему сейчас Антон был, честно говоря, рад. Она не увидела весь тот ужас, что сейчас происходит в мире. Даже если в момент её ухода он рыдал, не желая, чтобы кто-то из его близких покидал этот свет.       Сегодня по плану у него не было никаких вылазок, и Антон молился всем только существующим богам, что бы его опять не выгнали в холодную пустошь за какой-нибудь очень важной вещью. Конечно, он знал, что просто так его — охотника высшего ранга не пошлют за какой-нибудь неважной побрякушкой, но даже за чем-то стоящим он выходить вообще не хотел. Хотелось хотя бы один денёк побыть в бункере, отдохнуть, поиграть в шахматы с Димкой, если конечно он не чем не будет занят, хотя это навряд ли, вчера самолично притащил на своих плечах ему ещё одного пациента. Кстати, надо узнать как Скрепка там поживает, а ещё спросить как его имя, а то эта кличка вызывает только смех. Кстати надо бы ещё узнать где Арсений, потому что когда Антон проснулся, его уже не было в кровати, да и на завтраке тоже мужчина не нашёлся.        Антон шатается по бункеру как неприкаянный, заглядывая в разные комнаты, где люди уже начинают понемногу заниматься своей работой, ищет среди них чёрную макушку и высокий силуэт, почти с него ростом, но, никого не находя, шёл дальше. Зачастую охотники, когда нет никаких заказов или срочных вылазок, так же как и Шастун прости шатались по бункеру. Наверное, только из-за этого парень и решил стать одним из них. Раз в несколько дней выходишь на вылазки или по поручениям что-то найти и всё, а тебя за это все любят и уважают. Конечно, был большой шанс не вернуться обратно, что сильно портило картину. По этой же причине охотников в бункере было мало. Раньше их было шестеро: Антон, Краб, Хилкинс, Гриф, Якорь и Толик. Но с недавних пор их количество уменьшилось до четырёх, а потом ещё до трёх. Казалось бы, они должны хорошо общаться между собой, раз объединены одним несчастьем, но всё как-то наоборот. Хилкинс – парень с Нижнего Тагила — всегда отличался уж слишком вспыльчивым характером, поэтому мог спокойно прописать между глаз, так что Антон решил не рисковать и особо с ним не пересекаться, даже если они оба шли на одно задание. Краб – мужчина сорока лет, откуда сам не говорил, но был прекрасным собутыльником и байки классные травил, которые Шастун ни разу не слышал, да и слушателем был хорошим. Но алкоголь всё же не лучший друг для мозга. Про Якоря и Грифа было уже сказано – два брата из Волгоградского бункера Ласковый май, и кто только такое название дал. По их словам, они сами дошли до этого бункера просто из-за того, что тот им наскучил, но чем больше люди с ними общались, тем больше было понятно что им не надоело, а их выгнали оттуда. Там они тоже были охотниками, так что как только их приняли в бункер Спокойное море — который называл первый его глава Добровольский, раньше работавший моряком — они сразу же отправились на первое задание, после которого перестали вообще что-либо делать, ссылаясь на то, что итак много охотников, которые могу сбегать по поручениям. За то время, что Антон находился в этом бункере, братья были на заданиях максимум четыре раза. И последний, Толик – просто Толик. Ну, если его конечно можно считать простым. В прошлой жизни он участвовал в какой-то битве экстрасенсов и даже, вроде, выиграл. Шастун не знает, так как не смотрел, но по рассказам парня – он чернокнижник и разговаривает с демонами. Толик почти не говорит про свою прошлую жизнь, наверное, просто очень больно вспоминать, как и многим людям. Экстрасенс был единственным нормальным, насколько это было возможно, охотником из всех, кто был, не считая Краба, которого просто сгубили попытки утопить свою грусть о прошедших днях в алкоголе. С ним парень даже очень хорошо общается, но сейчас его нет в бункере, так как тот ушёл на погост или что-то типа того ровно за полчаса до прихода Шастуна обратно в бункер. Он просто надеется, что этот маг вернется обратно целым.        Кот ходит по этажам, не зная чем себя занять, пока не доходит до знакомой двери с надписью "комната смотрителя", за которой наверняка сейчас сидел Добровольский 2.0 с каким-то своим очень важным занятием, от которого его лучше не отвлекать. – Паш, а ты не знаешь, где Арсений? – Антон без стука заходит в комнату смотрителя чуть ли не с ноги выбивая дверь. Мужчина спокойно проверял отчёты по продовольствию и электроэнергии с водой, он даже не шелохнулся от резкого прибытия охотника к нему. – И тебе доброе утро, а что? Уже соскучился по своему ненаглядному? – Добровольский переворачивает листок, не видя как Шастун садится рядом, кладя руки на спинку деревянного стула, как тот молча возмущается такой формулировке слов. – Как ты пришёл к такому умозаключению? – Антон смущен, сам не осознавая из-за чего. Он укладывает голову на руки, смотря на Волю. – Ну раз ты уже знаешь его имя, значит у вас уже достаточно близкие отношения. Если ты переживаешь, то не стоит. Мне абсолютно всё равно кто с кем и в каких позах. – Нет, просто интересно где он. Нигде его найти не могу. К его другу хотел сходить, заодно и ему показать где его искать.– Парень заглядывает главе в бумаги с огромным количеством разных цифр и переводит взгляд на мониторы. – Он пришлёпал ко мне в пять утра, разбудил и сказал, что готов выполнять любую работу только "не выгоняйте Добби, хозяин". Ну вот он с того времени бегает по этажам как ужаленный, задания выполняет. Вы, наверное, разминулись на какой-нибудь из лестниц. – Он быстро поднимает взгляд на камеры впереди себя, стараясь уцепиться глазами за фигуру мужчины. За его действиями повторяет Антон, тоже всматриваясь в происходящее на мониторах. Но Паша откидывается на кресле, заканчивая это неинтересное задание, продолжая вчитываться в бумаги. – Поищи его где-нибудь сам, если опять не разминетесь. – Больше Паша ничего не говорит, как бы намекая, что разговор закончен и лучше Антону свалить уже и не мешать ему работать. Тот молча встаёт и фыркнув от этой занятой фифы, уходит восвояси, думая о том куда ещё он не сходил в этом бункере, вспоминая только про одно тайное место, куда пройти не так уж и просто.       Когда Антон только пришёл в этот бункер, ищя последнего родного человека в его жизни – маму, с которой они в последний раз говорили за пять минут до удара ядерной боеголовки по столице, самый первый, ответный удар. Она говорила, что подходит её очередь проходить что-то типа регистрации в подмосковный бункер и она честно будет в безопасности. Шастун уже тогда порывался сорваться из главного бункера страны, на её поиски, но Майя отговорила его, сказав, что после того, как можно будет относительно безопасно выходить на поверхность, они обязательно встретятся. После диалога резго оборвалась вся связь. Люди начали выходить на поверхность спустя пять лет. Каждый день проверяя уровень радиации в воздухе, и когда он опустился достаточно низко, Антон пулей, собрав малое количество вещей в походную сумку, пошёл на поиски матери. Он так жалел, что не уговорил маму остаться дома в такое неспокойное время. Что она всё равно порывалась приехать к сыну в Москву, а как итог их поезд остановили на половине дороги, где непонятно и ей пришлось идти в какой-то бункер, не зная даже в каком городе тот находился. Шастун нагло вскрывает какую-то машину работников АЭС, с оружием. В первое время радиоактивных тварей было слишком много и без оружия было страшно и опасно вообще даже открывать гермодверь бункера. Жалеет об этом действии сразу, как только за его спиной отдалялся большой, сделанный из медной плиты с тонким слоем графита купол и слышаться голоса рабочих. Но за ним погони никакой нет, надеются что Антон образумиться и вернется, понеся достойное наказание. Да даже если не вернется, долго не проживёт. Но он не вернулся и выжил, примкнув к Спокойному морю. Изначально, когда он сюда приехал и не найдя мать, решил искать её дальше, но прогремел второй взрыв, запечатывая парня в бункере примерно на столько же времени. Тогда он слонялся по Спокойному морю, прямо как сейчас. Не зная что делать и боясь вообще как либо нарушить ту идиллию что здесь цвела. Здесь многие знали друг друга с детства, кто то ходил в одну школу или универ. Антон же здесь был лишним. Примерно тогда он познакомился с Димой и Пашей, но те были тоже заняты своими делами. В тот же год Шастун, благодаря своей неуклюжести нашёл потайной ход, с огромным туннелем, уходящий своей чернотой куда то далеко. Антон был бы не Антоном если туда бы не пошёл в поиске сам не зная чего. Туннель выходил в огромное, круглое помещение, высотой где то с двадцати этажный дом. Он вышел на маленькую платформу кольцом идущую по стене с лестницей ведущую верх на такую же платформу. Останавливаться было глупо. Шастун просто лез по этим шатким лестницам и проходил по супер узким проходам без чего либо издалека похожее на перилла или ограждения, каждый раз чуть ли не падая, хватаясь за металлические стены. На самом верху был купол и огромный механизм, который этот купол открывал. Только тогда. когда он встал на самой вершине, на более менее большой платформе, где потом он будет каждый раз сидеть, и посмотрев вниз, до него дошло что это шахта где по идее должна находиться ракета, а бункер вообще предназначен был для военной базы, но по каким то причинам, которые известны только правительству, его переквалифицировали для проживания гражданских лиц, уберя всю военную технику. С того времени прошло уже почти десять лет, а может уже даже больше. Антон вырос, нашёл свою нишу в этом бункере, а то место стало просто его успокоением, где он время от времени прячется от бытия.

***

       Антон сидит в столовой, просто из-за того, что здесь в такое время никого не было, а он хотел побыть наедине. Перед ним лежит книга, начатая ещё полтора года назад, но так и не смог дочитать, то на задании, то так сильно вымотан, что нет сил читать или даже просто концентрироваться на чём либо. Обеими руками он подпирает голову так, что обзор на то, что происходит вокруг закрыт. Да и книга оказалась по настоящему интересной, захватившей всё внимание парня, что он не заметил как в помещении появился ещё один человек. – Привет. – Говорит будничным тоном Арсений, устало плюхаясь на стул напротив Антона, складывая руки на обеденном столе. Шастун не ожидая увидеть человека, которого искал пол дня, дёрнулся, выпрямляясь, а потом расслабляется, опираясь обратно на стол. – Привет. Ты сегодня на побегушках у Главы? – Антон смотрит на мужчину напротив, разглядывая его в близи, как будто пытаясь запомнить каждую чёрточку его лица. Где то внутри появляется чувство, что он где то видел такие же черты, но где, не помнит. Только сейчас он замечает на безымянном пальце правой руки печатку. Она не похожа на обручальное, но также нельзя отрицать того, что оно могло означать для Графа что то на равне с обручальным. Шастуну хочется расспросить Арсения по поводу этого кольца и в принципе насчёт его личной жизни, но здравый смысл говорит что это будет не этично спрашивать, когда они друг с другом знакомы только второй день. – Уже рассказал? Да, надо же что нибудь делать полезное, пока Скрепка не выздоровит. Кстати, ты ходил к нему? – Арсений кажется что вообще не замечает взгляд Антона на него, убирая той самой рукой с печаткой спадающую чёлку. Может это кольцо и вправду ничего не значит и парень как обычно думает не о том, хотя его голову вообще не должны посещать такие мысли. Это не его дело. – Ещё нет, хотел, но как то не дошёл до нужного этажа. – Шастун отводит глаза, рассматривая стены, как будто видит их впервые. Плакаты, которые нарисовала одна девушка, по типу плакатов из СССР, но только добавила туда мемы, в попытке поднять настроение людям и честно у неё это получилось. Только благодаря Оксане, девушке закончившей художественных колледж за несколько недель до войны, это место не угнетало своей серостью и мрачностью, напоминая о не возвратимых мирных днях. – Пошли вместе, заодно покажешь где медпункт, а то пока бегал не особо вчитывался в таблички на дверях. – Арсений медленно поднимается, как будто боится что ему сейчас откажут, зная что это не произойдёт. Антон молча кивает, книгу оставляет на столе. Её обязательно заберёт бабушка Варя, когда будет с двумя её помощницами готовиться к обеду, протирая столы, ставя на них салфетки с солонкой и раскладывая клеенки.       Медпункт находился не слишко далеко от входа, на минус первом этаже, пока сама гермодверь, со всеми этими коридорами, где пар должен сбить радиацию с вещей и только прибывших людей из пустоши находилась на нулевом. Там всегда пахнет лекарствами, как в поликлинике, только вот вечно сидящих бабок не хватает и было бы идеальное сходство. Оно называлось вообще Медицинским крылом первой помощи, но никто так его конечно не называл. Это было по настоящему целое крыло, с длинным коридором, ведущему в четыре палаты, каждая на четыре человека, процедурную, приёмную часть, маленькую сестринскую – склад и операционную. Здесь работало самое большое количество людей, по численности переплюнувшие обе станции энергообеспечения, находящаяся на минус пятом этаже. Каждый день работало в медицинском блоке четыре медсестры, ровно одна на палату и два медбрата. Ещё посменно три врача, два хирурга разной направленности и Дмитрий Позов, который был по совместительству принимающим врачом, хирургом и просто хорошим человеком немного знающий психологию. – Привет. – Антон заглядывает, не переступая порога в первую открытую дверь которую видит ищя фигуру Позова. Он был в сестринской, с толстый папкой, рядом со шкафом с разными медицинскими принадлежностями. Арсений стоит за спиной Антона, ждёт пока тот узнает где находится его друг, не влезая и просто рассматривая стены вокруг. – Привет. – Дима не смотрит на пришедших, продолжая заниматься своим делом. – Если ты насчёт вчерашнего пациента, то он в третьей палате и чувствует себя довольно таки хорошо. Вчера немного полежал в отключке, пока я его перематывал, но сейчас он чувствует себя отлично, раз начал забалтывать дежурящую в его палате медсестру. Я подумываю его уже выписывать, а то только работать мешает. – Хорошо, спасибо. – Антон улыбается от бурчания своего друга, прикрывая дверь в сестринскую, ведёт Арсения к третьей палате, куда стучится, перед тем как войти. – О, здарова длинный, спасибо что помог, а не пристрелил "что бы не мучались". Меня кстати Серёга зовут. – Парень сидит на койке, перемотанный, в одних штанах, улыбается и протягивает руку для рукопожатия. Антон ответно улыбается, протягивая руку и называясь по имени. Арсений тоже улыбается, видя что его друг приходит в норму намного быстрее чем ожидалось, садиться рядом с ним на койку, пока Антон садиться на тумбочку стоящую рядом. В палате кроме них троих никого не было, но по незаправленной кровати напротив было понятно что здесь по идее есть ещё один пациент, которого наверное увели на процедуру. – Тебя и вправду легко поцарапали, раз уже медсёстрам работать мешаешь. –Как мамочка начинает отчитывать своего друга Арсений с явным весельем в голосе, приваливаясь к его плечу. – Ну если бы не твоя хотелка оказаться до ядерной зимы в Омске, до которого почти три тысячи километров, то меня бы не подстрелили и мы бы не оказались здесь, а сидели в каком нибудь бункере неподалёку, так что твоя вина тут тоже есть. – В такой же шутливой манере отзывается Серёжа. Они явно знали друг друга уже очень давно, заменив всех родных.       Между тремя парнями была чуть ли не семейная обстановка. С серёжей было комфортно, даже не смотря на малое время их знакомства. Говорят, если что такие дружеские отношения будут самыми крепкими, нежели те, которые появились из-за того, что их свела одна компания или один род деятельности. Они шутили так, как будто знали друг друга уже огромное количество времени, как будто они сейчас на чьей нибудь кухне, сидят и обсуждают недавние новости в их жизни за кружками кофе или чая, который так любит Антон. Но всё хорошее часто заканчивается. Вот и сейчас в палату заходит дежурная по палате медсестра с Серёженым соседом по палате мужчиной сорока лет, но с полностью седой головой, побритой под уже сильно отросший ёжик. Медсестра говорит что Серёже уже пора идти на перевязку, а парням отсюда до завтрашнего дня, так как пациенту нужен будет покой. Арсений и Антон слушаются девушку, уходят, оставляя Серёжу.       Уже когда Антон хватается за ручку двери, что бы они окончательно вышли из больничного крыла, Шастуна окликают. – Закончили? Слушай Антон, у тебя же нет никаких запланированных вылазок? – Позов смотрит на лист перед собой, поправляя очки на переносице. Раз спрашивает о вылазках, значит ему надо что то принести, и как может догадаться охотник, это будет связанно с сегодняшней инвентаризацией. Мда, не получиться у него отсидеть и денёчка в спокойствии и умиротворение в бункере. – Что то надо принести? – Антон старается скрыть резко появившееся раздражение в голосе. Он понимает что просто так бы его не выкинули опять в пустошь, но как же не хочется выходить. – Да, у меня закончилось достаточно большое количество нужных препаратов. Надо об этом сказать Добровольскому, что бы он организовал вылазку. – Позов ещё раз просматривает лист перед собой, сверяясь со списками, проверяя ничего ли не забыл написать. Наконец кивает самому себе, отдавая бумагу охотнику. – Хорошо, я скажу. – Антон смотрит на огромный список непонятных для его, простого ума, слов в сорок один пункт. Давно же Дима не проверял свои запасы, раз получилось так, что почти у каждого пункта стоит приписка (десять) в скобках, означающая количество пачек или бутыльков. – Только на этот раз тебе нужен кто нибудь в помощники, там слишком много всего, один не унесёшь. Так что пока Толя не вернулся можешь расслабиться. – Дима трёт шею, снимаю очки. Мужчина проснулся как все, но казалось что он сильнее всех остальных людей в бункере уже устал, подтверждая что инвентаризация это зло. – Я могу пойти с тобой, если в списке есть то, что надо принести срочно. –Арсений отзывается почти сразу, заставляя посмотреть на себя обеих мужчин. – А это идея. Если Паша согласиться и найдёт бункер, который голов предоставить всё нужное, то можете сегодня уже выдвигаться. Быстрее начнёте – быстрее закончите. – Дима вымучено улыбается, выгоняя окончательно мужчин из медицинского крыла, говоря что ему надо работать, а им сходить к главе.

***

       Антон конечно рад что у него есть повод познакомиться с Арсением поближе, но не от всей души. Ну вот нахера он вообще тогда предложил пойти вместе с охотником. Толик мог вернуться завтра или вообще через несколько дней, как чаще всего происходило, а за это время Антон бы отдохнул и морально и физически перед тем, как опять выйти из бункера. Но Арсений-долбанный помощник- не знаю как его по батюшке решил вызваться на помощь, забирая у Шастуна законные выходные. Паша почти сразу одобрил его кандидатуру на роль охотника. Так же быстро нашёл бункер, готовый дать им то, что надо, взамен на нужные им механизмы для оружия, которые изготовлялись в Спокойном море на самом последнем этаже, в другой части бункера. По расчётам Паши они должны оказаться в том бункере к ночи следующего дня, если прямо сейчас отправляться. Всё в этом мире было против что бы Антон отдохнул.       Они собрались быстро. Антон в песочно-сером комбинезоне с капюшоном, который оставляет шею и голову открытыми, с чёрной балаклавой, повязанной чуть ниже кадыка так, что бы было удобно в случае с песчаными ветрами быстро натянуть её до носа, а с макушки резким кивком головы скинуть очки, закрывая глаза от песчинок. На руку цепляет ПДА со встроенным дозиметром, компасом и картой. Поверх надета лёгкая, но тёплая куртка, с гербом прикрывающая нож и кобуру на поясе. Ночью уже слишком холодно, а по плану Паши, парням придется всё же спать в пустоши. За спиной рюкзак с припасами, аптечкой, запасной нож, верёвка, патроны для винтовки Драгунова и пистолета, ну и ещё что то из набора юного выживальщика. Сверху на рюкзаке спальный мешок. Может с напарником у него получиться хоть немного поспать. Антон уже стоит в оружейной и закидывает на плечо оружие которое он считает уже своим собственным. Он даже на нём вырезал свои инициалы Ш.А.А рядом с гербом, когда наконец появляется Арсений опять в своём чёрном костюме, оставляющий открытыми только глаза, а на лбу затонированные противоосколочные очки как у ФСБешника. На нём куртка цвета хаки, тоже с гербом бункера. Куртка Якоря. На поясе нож, под подмышкой кобура. За спиной такой же рюкзак со спальным мешком, наверное с таким же наполнением как и у Шастуна. – Не спрашивай почему так долго, мне не хотели давать рюкзак, якобы я не их, значит ничего мне не надо, пока не вмешался Добровольский и не объяснил, что этот рюкзак мне нужен, для дела, на которое он меня отправил. – Арсений тяжело вздыхает, явно вымотанный разборками с некоторыми особями человеческого рода. Остается надеяться что в пустоши таких не будет наблюдаться. – На. Паша попросил передать, мало ли, может планы поменяются. – Он протягивает Антону рацию, вешая такую же себе на пояс. Арсений тянется на такой же винтовкой, но быстро осмотрев её, вешает обратно, беря похожую рядом, пока не находит нужную, с рисунком на прикладе. На тёмном прикладе было изображено что то синей и красной краской, уже достаточно сильно стёршееся, из-за чего рассмотреть издалека рисунок сложно. Арсений быстро перекидывает оружие через голову и одно плечо, направляясь в сторону выхода из бункера.       Оба мужчины останавливаются возле гермодвери ожидая Добровольского, который должен ещё раз повторить весь их план и дать разрешение на открытие двери. – Значит так, Кашара и Графиня, план таков. – Вспомнишь гавно... Паша появляется неожиданно, от чего Антон и Арсений, настраивающиеся на вылазку морально вздрогнули. – Бункер находиться на северо-западе, в километрах четырёх от нашего, я вам уже поставил точку на карте. Где то на середине пути будут три сталинки, достаточно хорошо сохранившиеся, до них никаких убежишь, куда не смогли бы добраться твари не будет, так что постарайтесь к ночи оказаться там. Но не расслабляйтесь, в одной из трёх сталинок находиться повышенная аномальная активность, в какой из них неизвестно. Люди из бункера Мирное небо будут ждать вас только до вечера, примерно за час до заката следующего дня, не опаздывать, они знаю как выглядит наш герб, так что вам остается только его показать и вас пропустят. Там же вы и переночуете. Поняли? – Паша прищуривается, ожидая ответа. – Есть генерал. – Арсений в шутку прикладывает руку к голове, отдавая честь, что вызывает у Антона смешок. Он повторяет за действиями Графа, тоже прикладывая руку. – Ну с богом. – Паша жестом показывает что бы дверь открыли, отходя в строну.