Танец металлических исполинов

-Даа, ну и легенда! И это всё? - Да… А в каком смысле? - Ну, что сталось с несчастным Граймайдом? - А! Ясно. Ну, легенда на этом обрывается, но есть три версии. Одна, самая скучная – он так и сидит в скалах и воет от тоски и ужаса безумия. Возле Лимерика действительно есть несколько утёсов, где ветер порой производит странные звуки, и их принимают за… - А другие версии? - Ну, по второй версии его нашёл Святой Патрик, когда проповедовал в селениях Ирландии, отпустил ему грехи, и тот умер с блаженной улыбкой христианином. Хмм, да. И есть третья. - Какая? - Будто пещеру Граймайда нашла одна из первых ирландских аббатис, ученица и духовная дочь Святого Патрика. Она была преисполнена добродетелей и чиста душой. Жалость и сострадание победили в ней осторожность и святые заповеди. Она убила Граймайда. Но проклятье не умерло! Да.. Вот она, сила Ирландии! Ха-ха! И оно перешло на неё. - И губило людей? - Нет, её святость его поборола, больше оно никого не убило, но дало ей странную силу. Впрочем, я уже не помню подробностей. Это только основных версий две, а вообще изводов сказания о Граймайде со всевозможными разночтениями существует пара дюжин. Тот, что упоминает аббатису, один из самых старых и, пожалуй, наиболее экзотический. Мать вычитала его на стене какого-то женского монастыря недалеко от Корка. Немудрено, что им хотелось восславить свою аббатису. Мне она нравится потому, что это не так скучно, как в первой версии. А вторая… Знаете, у нас в Ирландии что ни произошло хорошего – всё приписывается святому Патрику. До того дошло, что думают, будто вовсе не было у нас других святых! - Понимаю. Но ведь… В эту минуту разговор был самым грубым образом прерван. В их по идее не слишком приспособленное для людей, но, тем не менее, вполне уютное помещение вошёл еще один человек. Вернее вошла. - О’Коннел, Гош, не время рассиживаться. Работа не ждёт! Не самая интересная, большая, срочная и трудная. В общем, такая, какой обыкновенно и бывает работа. Нам нужно как можно быстрее собрать и испытать первый образец наймера, пригодного для серийного производства. С классическим вооружением, - последнее было сказано с усилием, как бы выдавлено сквозь зубы, - так что у тебя, Патрик, теперь тоже куча дел. С этими словами Ракшата Чаула вышла из обжитого оружейником контейнера и нетипичными для неё быстрыми и резкими шагами удалилась прочь. Гастон Гош и Патрик О’Коннел поспешили приступить к делу, оба, впрочем, подумав, что их начальница определённо только что имела не самый приятный разговор: облик её был похож на вид чёрного штормового неба – гроза с молниями и громом могла разразиться в любой момент. И действительно в то самое время, когда ещё только зазвучал зачин старого ирландского мифа, Ракшата Чаула стояла посреди небольшого зала в японском стиле: перегородка из рисовой бумаги, почти полное отсутствие мебели – только циновка и низенький-низенький резной столик, на стенах – картины, изображающие (какая банальность) гору Фудзи, цветущую сакуру, замок Химедзи и, чуть в стороне, каллиграфический иероглиф в рамочке, означающий спокойствие. Ракшата не знала его смысла символа, а если бы знала, то нашла бы его весьма ироничным. Как раз спокойствия ей сейчас и недоставало. Её раздражало всё: сама манера вызова её сюда – прямо посреди важнейшей работы, как собаку по свистку, обстановка – нарочитая, фальшивая, а больше всего её раздражала эта дешёвая конспирация, которую так любил нынешний заказчик. Разговаривать приходилось, по сути, со стеной: собеседник сидел за перегородкой по-турецки, виден был только силуэт. - Ракшата Чаула, вот вы и здесь. Думаю, что сейчас самое время поговорить о деле. - А я так не думаю. Сейчас самое время это дело делать! А ваш нарочитый хватает меня прямо посреди важнейших исследований и… - И настаивает, что вас хотят видеть здесь, как я ему и приказал. Вы блестящий конструктор, Чаула-сама, но позвольте нам определять стратегию. Командование Фронта освобождения Японии сформулировало конкретные планы, которые надлежит претворить в жизнь. Если вы готовы помочь нашей борьбе, то исходите из них, предоставьте в руки сопротивления то, что нам действительно необходимо, - в голосе звучала усталость и горечь. - Я дам вам лучший найтмер из существующих. Что может подходить вам больше? – сказала Ракшата, слегка пожав плечами. - Десять найтмеров. Двадцать найтмеров. Тридцать найтмеров! Вот что может быть лучше! - Но это, простите, уже не моя забота. Я руковожу не заводом гигантом, а маленькой группой профессионалов. Наш товар – штучный. Мы можем выковать вам один меч, но не целый арсенал. У нас просто не хватит ресурсов. - Я знаю. И говорю не о том. И тебе это известно, Ракшата Чаула! Я хочу получить машину, которую можно будет запустить в серию. Пусть малую, пусть очень малую, чтобы сохранить завесу тайны. Но всё-таки серию. Ты же решила сделать свой шедевр. Нам в Японии это очень понятно. Всякий мастер хочет сделать свой шедевр. Благородное стремление, Чаула-сама. Но не за наш счёт! Мы в жизни не сможем повторить твое чудо, его оружие, которое вообще впервые увидело мир. В легендах хорошо, когда у самурая есть всесокрушающий меч, который рубит камень и сталь как шёлк и масло. Вот только мы не в легенде. - А похоже. Скажите, зачем весь этот дешёвый маскарад? Я прекрасно осведомлена кто вы - мне это было подробно разъяснено теми, кто меня сюда отправил вам на помощь. Что это, страсть к эффектам, или чтобы в глаза не смотреть, пряча стыд? - Это неприемлемо! – в возмущённом голосе отчётливо послышались старческие нотки, - Я скрываю свою истинную личину, от этого зависит всё. Ты её знаешь, да. Но кто может подглядывать за нами сейчас? Что может быть в этот самый момент? Я не знаю. Не знаешь и ты, и те, кто тебя послал. Не эффекты – безопасность, вот ключ и вот основа! И о каком стыде ты говоришь!? Возмутительно! Стыде! За что? Я сделал всё, что только был способен! - Отнюдь. Я приехала помогать не вам лично и даже не вашему Фронту, не забывайте, а всему народу Японии. Вы так и не свели меня с одной интригующей личностью… - Зеро, - в голосе звучало раздражение, - Нет, не свёл. Да это и вряд ли мне по силам. - Вот как? - Да. Он использует мои ресурсы, но мне не подчиняется. Больше того, я уже и не знаю, кому подчиняется та группа под началом Канаме. Скорее ему, чем нам, чем Фронту. Я не могу ему приказать. - Это не значит, что я не могу с ним встретиться. - Значит пока что! Вы должны выполнить свою работу. Я… требую… да, требую, чтобы все силы были брошены на создание упрощённой версии найтмера, с классическим огнестрельным оружием. Такого, который мы сможем пустить в серию. Только тогда у вас будет оборудование. Это моё условие. Повисло молчание. Лишь в левом углу комнаты, еще более электризуя атмосферу, жужжала нагло и беззаботно жирная чёрная муха. - Воля ваша, я подчинюсь. У вас будет такой найтмер. Но, в таком случае, Алый лотос отправится к Зеро. - Что!? - Я не могу с ним встретиться лично, но не можете же вы запретить мне послать ему подарок? Пококетничать… О, вижу, вам очень бы хотелось это сделать, господин… - Не смейте произносить моё имя! - Господин вы прирождённый, но вы смиритесь с этим. Таково моё условие. Время потянулось медленно, как мёд, стекающий с ложки. Было видно, как нервничает сидящий за ширмой, как он колеблется. - Хорошо. Так мы решили. Я согласен. Серийный… - Да, да, серийный обыкновенный найтмер. Я сделаю вам его очень быстро. Однако в таком случае, становится очень важным вот что. Колесница – это хорошо, это существенно. Но куда важнее – возничий. У Арджуны была самая простая колесница, но возничим его был сам Кришна. Кто мог устоять против него? Иными словами, если убрать вашу излюбленную многозначительную загадочность, то мне нужны пилоты. Лучшие, что есть. Я могла бы отобрать их… - Пилоты будут. Я предвидел этот вопрос. Полковник, выйдите сюда, думаю, что пора вас представить. Из-за ширмы показался человек, удивительно высокий для японца, со строгими, рублеными чертами лица, сухого и внимательно-собранного. Волевой подбородок, строгая выправка, катана сбоку, цепкий взгляд. - Полковник Кёсиро Тодо, к вашим услугам. Я и четверо моих ронинов… то есть четверо моих бойцов станем первыми пилотами новых машин. - Расскажите о себе, полковник, - сказал голос из-за ширмы, видя то, что на лице Ракшаты поселилось недоверие. - Полковник японской армии, 37 лет, имею боевой опыт. - Ну что же так кратко! Скромность – благородна, но сейчас необходимо другое. Перед вами Кёсиро Тодо, лидер Четырёх священных мечей, автор Чуда при Ицукусиме, первый клинок сражающейся Японии! - До чего же опять претенциозно! Не трудись в рекламе – всё видно и так. Какой бравый вид! Какой суровый взгляд! Какая сабля! Скажите мне, полковник, доводилось ли вам управлять найтмером? Или считаете катану надёжней? – спросила Ракшата голосом, преисполненным сарказма. - Доводилось. Единственному в армии старой Японии. - А вот это уже интересно. Мне казалось, что в Императорской армии найтмеров не было. Продолжайте. - Вы правы. Не было. Официально. А реально… реально мы были тогда друзьями Британии, почти союзниками. В это трудно теперь поверить. Император изменил курс нашей страны. Мы стали искать друзей на противоположной стороне. Но это было строжайшим секретом. Долгое время никто, в том числе и среди армейских офицеров, не знал об этом. Какое-то время оставались в заблуждении и британцы – и они секретно прислали нам в Японию пять найтмеров для ознакомления. Это была своеобразная пробная партия. Британское правительство предполагало договориться с нашим о крупномасштабных поставках, десятках машин, которые мы должны были бы закупить. Сделка в итоге не состоялось, как нетрудно догадаться, но у меня было три месяца. Наш испытательный отряд был переброшен на остров Итсукушима: он почти не населён и считается священным у нашего народа – на нём стоят великие храмы синтоизма. Нас никто не должен был побеспокоить. Мы занимались без перерыва. Эта техника захватывает, она окрыляет человека. Я исследовал Глазго вдоль и поперёк. Постиг его силу, узнал его слабость. И использовал позже, чтобы победить. Когда британцы высаживались – их, правда, было мало – остров хотели превратить в передовую базу снабжения, я не сомневался в том, что нужно делать. Знал об уязвимостях ходовой и как вывести машину из равновесия, как заклинить пулемёт метким выстрелом, как прятаться от “глаз” и “ушей” найтмера. Меня называют Тодо Чудотворец, но я лучше всех знаю – никакого чуда не было – только следствие упорного труда и немного везения, как и всегда на войне. …Да, это так. Но если вы ищете в Японии того, кто может управлять найтмером, то я – тот, кто вам нужен! - Хорошо. Вы одержите ещё не одну победу, обещаю. Радуйтесь, - это Ракшата сказала уже повернув голову и другим голосом, - у вас действительно есть хороший пилот, я погорячилась. Время не ждёт. Есть ещё вопросы, которые нужно обсудить именно сейчас? Последовала пауза. - Полагаю, что нет, - возвестила ширма. Ракшата Чаула вышла молча.