Truth or Dare

Тан

      Я еще в самом начале игры знал, какой вопрос задам. Ведь как бы долго мы не дружили, он никогда мне не рассказывал о таких вещах. Дружим всю жизнь, а у меня чувство, что я его почти не знаю. Если сравнить, то он знает куда больше обо мне, да и обо всех моих отношениях, хоть их было-то не очень много. Мне девятнадцать, а было у меня всего две девушки, о каждой из них Тхунва знает.       Конечно, тут скорее я очень открытый человек в этом вопросе, ну а разве друзьям такие вещи не рассказывают? А зная, какой Тхунва закрытый, мне остается доставать из него всё клещами. Успехов в этом так и не было ни разу, поэтому что еще делать? Игра — отличный способ узнать. Теперь оставалось дождаться ответа. Но Тхун не спешил делиться своими мыслями, отведя взгляд, хоть и улыбнулся на мой вопрос. Отсутствие ответа и эта улыбка заставили меня нервничать, но я старался улыбаться, чтобы не показать моего нервоза. А почему я, собственно говоря, нервничаю? Эй, успокойся, даже губы уже начали подрагивать.              Что тут такого? Должен же я в конце концов знать, кто ему нравится. Хотя я ему тогда так и не сказал, кто была эта девушка, что попросила меня встречаться с ней, но об остальных-то я рассказывал. Я даже не знаю, почему меня это вообще нервирует, но это ощущение накатывало с каждой секундой все сильнее. До того как спросил Тхуна об этом, я не нервничал. Но что же теперь изменилось?       Ожидание как-то затянулось. Почему он не отвечает, а? Решаю окликнуть его, но тут Тхунва поднимает голову и, посмотрев на меня, со всей серьезностью тихо спрашивает:       — Ты уверен, что хочешь знать ответ на свой вопрос?       Я даже не успеваю никак отреагировать, потому что наше укрытие потревожили — это была Мин. Другие ребята тоже уже выбрались из своих спальников.       — Ну что, парни, охранник ушел. Продолжим?       Я не знаю, что чувствовал сильнее, когда наш разговор прервали — раздражение, недоумение или любопытство. Но во мне появилась уверенность, что если мы продолжим эту игру, то я точно не хочу, чтобы Тхун ответил на мой вопрос в присутствии всех. Если он передо мной не может открыться, то отвечать на него перед другими я Тхуна точно не заставлю. Ответ должен знать только я.       Выбравшись из спальника, мы снова сели в круг. Я уставился на Тхуна, пока в моей голове кружилось миллион вопросов. Через пару секунд мне стало не по себе и я повернул голову к остальным.              — Эм, чего?       — Тан, ты чего там в голове сочиняешь, поэму чтоль? — заржал Тон. — Давай уже свой вопрос.       — Ах, да, точняк! Тхун, правда или действие?       — Действие, — не смотря на меня еле слышно проговорил он.       Боится, что задам этот вопрос при всех? Ла-а-адно, что же придумать интересненького?       — Сними свою майку, встань и поверти ею над головой, словно ты вертолет, и при этом крутись вокруг себя, — в конце не удержался и хохотнул, видя какое выражение лица сейчас у моего лучшего друга. — Ну чего ты, не надо так краснеть! Всего лишь небольшой стриптиз. Или хочешь выбрать правду?       Надувшись, Тхун медленно поднялся на ноги, стянул с себя синюю футболку и оставшись в спортивных штанах начал исполнять сказанное мной. Интересно, чего он так стесняется? Ведь обычно лучшие друзья делятся еще более интимными моментами своей жизни, а тут всего лишь нужно имя назвать.       Девчонки, в том числе и Мин покраснели и хихикали смотря на Тхуна. Когда же он закончил и сел на место, быстро нацепив на себя майку, я решил его подразнить и приблизился к его уху.       — Тхун, а из тебя отличный стриптизер выйдет, нужно лишь ещё немного потренироваться. Вон как девчонки раскраснелись! Тебе ещё бы штаны снять, — я легонько потянул их за резинку и быстро отпустил, — они бы тут растеклись по полу перед тобой.       — Тан! Стоп! — он слегка оттолкнул меня, потянулся к пустой бутылке из-под сока и раскрутил её. А я с каким-то ненормальным злорадством наблюдал за его раскрасневшимся ухом и не менее красным лицом.       Сделав пару кругов бутылка остановилась на мне, а Тхун зловеще ухмыльнулся и переведя взгляд на меня издевательски спросил:       — Ну что, Тан, правда или действие?       Напряжение в животе усилилось, но теперь я уже не улыбался. Что-то мне плохо…       — Давай правду.       Последовала небольшая пауза, все затихли и с интересом наблюдали за нашими лицами, ожидая вопрос Тхунвы. И вот он сощурившись выдал свой вопрос.       — Был ли у тебя с кем-нибудь секс?       Мда уж, чего не ожидал того не ожидал. Удар под дых. Ведь знает же, как я стесняюсь говорить о таком… Говоря о девушках, я всегда пропускаю все интимные моменты. Во-первых, считаю это неприличным, рассказывать о такого рода вещах без согласия девушки, а во-вторых я имел не самый лучший опыт в этом…       — Был, — я быстро крутанул бутылку, стараясь ни на кого не смотреть. Я слышал, как Тон восхищенно охнул, а девочки с интересом затихли уставившись на меня, надеясь на продолжение.       Горлышко указало на Мин и я стараясь не нервничать посмотрел на нее. В её глазах читалось беспокойство, и я попытался взглядом дать ей понять, что всё хорошо.       — Мин, что выберешь, правду или действие?       — Действие.       — М-м-м, расскажи нам историю, которая заставит нас сегодня не спать.       – Тан, это долго, давай задание покороче! — заныла Мин.       — Ладно-ладно, тогда-а… Хм, иди на середину, я завяжу тебе глаза, и мы раскрутим тебя. Остановившись ты должна будешь поцеловать того, кто перед тобой, повязку не снимать, а потом мы тебя снова раскрутим и тогда снимешь повязку, — усмехнулся я, поигрывая бровями.       — Тан! Какого…?       — Это слишком, не находишь? — перебил Мин Тхунва, ошарашенно и неодобрительно смотря на меня.       — Нет, ну я могу изменить желание, но тогда оно будет еще жестче. И не надо на меня так смотреть! Пару движений губами и хватит, я же не заставляю с языком целоваться. Чего вы боитесь? — я с вызовом посмотрел на всех присутствующих, а в ответ тишина.       — Вот и отлично! Доставай свой платок, Мин.       Мин сделала шаг и застыла в середине нашего круга, с хмурым взглядом протянув мне платок. Я быстро завязал его и проверил, чтобы она ничего не могла увидеть. Все стояли тихо, и я подал знак начинать её раскручивать. Мы вращали её чуть меньше минуты и, наконец, она остановилась немного покачиваясь. Перед ней оказалась розоволосая девушка, кажется, её звали Мэй. Её лицо сейчас было вытянуто и она стояла в растерянности, бегая глазами по нашим лицам. Я ей кивнул и мотнул головой в сторону Мин. Мэй неуверенно шагнула вперед и прикоснулась своими губами к губам Мин. В эту секунду я отчетливо почувствовал на себе взгляд Тхуна и повернулся к нему. Его выражение лица было несколько странным. Казалось, что он смотрел изучающе, будто подозревая в чём-то, с толикой любопытства, которое почти мгновенно исчезло, стоило ему понять, что я смотрю на него. Мои брови подлетели вверх, будто спрашивая «чего уставился» и он сразу отвернулся к главным действующим лицам.       Я нахмурился, не понимая, что это было, наблюдая за его лицом ещё пару секунд. Краем глаза я увидел, как Мэй отстранилась от Мин, и вновь вернулся к происходящему. Мэй слегка покраснев и посмотрев на нас, шагнула назад. Мы тут же начали раскручивать Мин, после чего она развязала глаза.       — Я, пожалуй, пойду уже спать, — устало выдохнул Тхун и пошел к своему спальнику.       — Да, я тоже, — кивнула Мин.       — Окей, тогда расходимся, — закончил я и мы все разбрелись по своим местам.       Пару минут я искал свой спальник и, наконец, заприметив под одним из дрыхнувших парней, устало вытянул его, потревожив сон однокурсника. Но тот мгновенно уснул, так что я со спокойной совестью, наконец, улёгся. Зевота настигла меня, как только я залез в спальник. Закрыв глаза, засыпая, я снова вспомнил тот взгляд Тхуна. И нахмурившись, провалился в сон.

Тхунва

      Церемония посвящения — день второй.       Проснувшись под утро от беспокойного сна, я обнаружил, что все еще спали, а вокруг нас кружили старшекурсники, раскрашивая лица спящих. Я дотронулся до своего лица и, не почувствовав краски, приподнялся, разглядывая это действо. Сейчас старшие парни, хихикая, подобрались к Тану, что лежал в нескольких спальниках от меня, собираясь его раскрасить. Я усмехнулся и продолжил наблюдать, за ничего не подозревающим спящим сладким сном другом. Они уже начали рисовать ему длинные кошачьи усы, и тут я почувствовал, как до моего плеча слегка дотронулись. Я повернулся и увидел перед собой одного из старших.       Он был привлекательным — яркая улыбка, довольно соблазнительная, выкрашенные в блонд волосы заплетены в хвост, стройный, с подкаченными руками, на одной из которых из-под закатанного рукава белой рубашки виднелась часть татуировки с узором из перьев.       — Хей, нонг, ты у нас счастливчик! Раз проснулся, выбирай сам как тебя раскрасить, — поднимает брови и наклоняется ближе. — Меня зовут Сан, а тебя?       — Меня Тхун, Тхунва, — было слегка неловко от такой близости, а Сан словно и не заметил, продолжив улыбаться в нескольких сантиметрах от моего лица.       — Значит нонг'Тхун. Так как тебя раскрасить, м? М-м-м… как насчет… кролика? Нарисуем усы оранжевым, а носик коричневым. Думаю, ты будешь милашкой, — он тут же подмигнул, слегка усмехнувшись.       Я застыл. Он со мной флиртует? Решив, что кролик не такой уж и плохой вариант, я просто кивнул и Сан начал разрисовывать моё лицо.       — Да, я так и знал, — нарушил молчание Сан, как только сделал последний штрих на моей щеке. — Ты и правда милашка! — Сан ухмыльнулся, а мое сердце пропустило удар.       — Правда? — вот я идиот… Что за тупой вопрос?              — Ага, — он наклонил голову набок и поднял одну бровь, словно любуясь.       — Эм-м, тогда… Спасибо, пи'Сан, — смущенно промямлил я.       Сан еще раз ослепительно улыбнулся, кивнул и пошел к своей следующей жертве. А я в лёгком шоке следил за удаляющимся блондинистым хвостом.       Как только старшие закончили разрисовывать всем первокурсникам лица, они притащили большой барабан и быстрой дробью разбудили всех, кто до сих пор не поднялся. Подскочивший на месте сонный Тан ошарашенно огляделся по сторонам, а я прыснул от его вида. Его взлохмаченные волосы и испуганное лицо с рисунком на лице в виде панды, скрещенной с котом, выглядели слишком мило.       Успокоившись он глянул в мою сторону и сначала нахмурился от моих смешков над ним, а потом тоже прыснул, заметив мою кроличий раскрас. Что же, день обещает быть веселым.       Старшие сообщили нам время сбора в спортзале и оставили нас. Мы собрали спальники в одну кучу и пошли умываться, краска оказалась водостойкая, поэтому наш грим смыть не удалось, оставалось лишь причесаться и почистить зубы — благо нас предупредили взять щетки и пасты с собой на дни посвящения. За минут десять до собрания все первокурсники зашли в спортзал, и нас отправили переодеваться в раздевалки в форму университета. Натянув на себя чёрные брюки и белую рубашку с галстуком, я ещё раз глянул на себя в зеркало. Сан не соврал, рисунок на моем лице выглядел довольно мило — оранжевые усики и маленький темно-коричневый носик, словно у кролика, на фоне моих больших щёк и пухлых губ создавали ощущение, что так и надо. Я поправил свою прическу, так как часть волос в хаосе падала на лоб, а часть стояло дыбом из-за сна. Слегка смочив их и уложив, я направился к Тану.       Добравшись до его шкафчика, я тихо встал позади Тана, завязывающего шнурки на ботинках, ожидая, пока он закончит свои сборы. Ему оставалось переодеть верх, поэтому встав со скамейки, он схватился за края майки и стал стягивать её. Повернувшись к шкафчику, он, конечно же, натолкнулся на меня.       — Слушай, ты меня убить хочешь? — он схватился за сердце, на уже обнаженной груди, и стал успокаивать дыхание. — Нельзя же так подкрадываться!       Я быстро пробежался взглядом по его накаченному телу, стараясь особо не задерживаться и ухмыльнулся.       — Извини, — произнес я и отвернулся, смотря на противоположный ряд шкафчиков. Боковым зрением я видел, как он натянул на себя рубашку, и только тогда снова повернулся к Тану. Он застегнул почти все пуговицы, оставляя свободными верхние две, и повернулся ко мне, протягивая галстук.       — Завяжи мне, пожалуйста.       Я взял галстук, зная как он ненавидит этот элемент одежды.       — Повернись, — Тан вопросительно посмотрел на меня. — Что? Я завязывал его только на себе. Ты как-то раньше сам справлялся.       — Если я начну завязывать сам, то может через час что-то и получиться.       Он отвернулся, а я тихо выдохнул. Конечно, оба варианта расположения Тана относительно меня заставляют нервничать и думать о том, о чем не следует, но в таком положении я хотя бы не буду видеть его лицо. И он мое тоже.       Мы практически одного роста, ну может разницей в один сантиметр, поэтому я думал, что легко смогу завязать. Ага, не тут то было. Закинуть галстук на его шею это ещё ок, но... Во-первых, руки не слушались, а во-вторых, чтобы его завязать нужно было обнять его, а в идеале положить подбородок на его плечо. Это было слишком.       — Эй, сядь на скамейку.       — Не дотягиваешься? — повернул голову Тан с ехидной ухмылкой. — Конечно, кролик поменьше панды будет, — продолжил он, трясясь от сдерживаемого смеха.       Не знаю, что во мне взыграло больше — гордость, желание или ещё что-то — но я притянул его к себе за талию, обхватил его руками, положил голову на плечо и стал специально медленно завязывать галстук. Сказать, что меня это не возбудило, не могу — ещё как, но я старался сдерживаться, иначе при такой близости, стояк бы точно был чертовски ощутим. Тан резко замолк и даже, казалось, боялся пошевелиться, и мой внутренний дьявол решил использовать ситуацию на максимум.       — Кто сказал, что не дотягиваюсь? — почти прошептал я рядом с его ухом. — Мне просто показалось, что тебе будет так удобнее, панда, — закончил я с улыбкой в голосе и, кажется, переборщил с мягкостью, потому что Тан резко отстранился и сел на скамейку.       — Да, так будет удобнее, — через пару секунд произнёс Тан, не смотря на меня.       Я сглотнул, начиная нервничать, и подойдя, уже без лишних действий, завязал ему галстук за пару секунд.