Пленённые тайной

      Сыла мирно сопела в тёплых объятиях Халиля, положив голову ему на грудь, и лишь изредка что-то тихо бормотала себе под нос. Тёмные пряди её волос волнами спадали ему на плечо, иногда щекотали, из-за чего он порой хмурился, но его лицо сразу же становилось безмятежным.       Было в этой картине нечто особенное и притягательное — то, что на словах объяснить было невозможно. Однако когда громкий звон будильника разрезал благоговейную тишину в небольшом помещении трейлера, Сыла тут же распахнула веки и хаотичными движениями попыталась выключить источник звука, но по итогу лишь уронила злополучный телефон.       Не успела она за ним потянуться, как звук в тот же миг прекратился. Сыла облегчённо выдохнула и откинулась обратно на кровать, но лишь чтобы в следующую секунду с ужасом понять, что они проспали съёмки.       — Халиль! Халиль, просыпайся! — подорвавшись, она с трудом выпуталась из его объятий и подскочила на ноги, почувствовав, как сердце зашлось в бешеном ритме.       С явной неохотой разлепив тяжёлые веки, он прищурился и вопросительно посмотрел на Сылу, мечущуюся из стороны в сторону в поисках собственной одежды, которую в порыве страсти они же и разбросали по всем углам.       — Что случилось?       — Мы опаздываем на съёмки! — огорошила она, впопыхах натягивая на себя длинную чёрную юбку.       — Что? — глаза Халиля тотчас округлились. Он резко сел на кровати и с силой припечатался головой об настенную полку, что находилась чуть выше. — Вот зараза…       Стук был таким громким, что Сыла от неожиданности подпрыгнула на месте, а сам он лишь ахнул и тут же схватился за больное место, крепко зажмурившись на несколько мгновений.       — Халиль! — пулей подлетев к нему и аккуратно сев рядом, Сыла невесомо коснулась его головы, боясь причинить ещё больше боли. — Ты в порядке? Сильно ушибся?       Она попыталась осмотреть его на предмет серьёзных ран, а на её лице отражался неподдельный испуг вперемешку с беспокойством. Халиль настолько засмотрелся на неё, что, кажется, совершенно позабыл о боли, до этого пронзившей едва ли не всё его тело, и невольно улыбнулся. Даже сейчас, с растрёпанными ото сна волосами, в помятой юбке и красующимся на шее багровым засосом, она была такой манящей и красивой, что ему хотелось смотреть на неё вечно.       — Ты… ты чего улыбаешься? — поняв, что он её не слушал, Сыла нахмурилась, но его взгляд был настолько сосредоточен на ней, что она вмиг покрылась ярким румянцем.       — Ты так беспокоишься обо мне.       — Конечно, беспокоюсь! Разве может быть иначе? Я ведь… — она вдруг осеклась, поняв, что едва не сболтнула лишнего, и раздражённо вздохнула, глядя на него сверху вниз. Это так его рассмешило, что он не выдержал. — Халиль, это не смешно! Ты мог серьёзно пострадать!       — Я в порядке, Сыла. Я в порядке, видишь? — нежно взяв её прохладные ладони в свои руки, он опустил голову, тем самым дав ей убедиться, что ничего страшного не произошло. — Просто нелепая случайность.       — Ты меня так напугал… — она понемногу расслабилась, чуть склонив голову набок. Словно камень пал с души в этот момент, и Сыла почувствовала, как былое беспокойство мало-помалу отступает. Но на его место пришло осознание, заставившее её резко подскочить на ноги. — Съёмки! Где… где моя одежда? — она не смогла найти свой кардиган, но зато с трудом нашла блузку, одна пуговка которой оказалась оторвана.       Сыла недовольно вздохнула, вспомнив, как позволила оторвать её Халилю, не справившемуся с ней в порыве страсти, и мысленно отругала себя. Как она покажется перед стилистами в таком виде? Всё было слишком очевидно, но Сыла бесконечно надеялась, что ей удастся замаскировать последствия проведённого с Халилем времени, которого сейчас так сильно не хватало.       Сам же Халиль, всё так же сидя на кровати в одном лишь нижнем белье, взял с пола тот самый многострадальный телефон и едва не выронил его. Рот самопроизвольно открылся — увиденное повергло его в лёгкий шок, но в следующую секунду он усмехнулся и перевёл взгляд на Сылу, которая по-прежнему носилась по трейлеру.       — Сыла, ты не…       — У нас нет времени, Халиль! Почему…почему ты ещё сидишь? — она тяжело дышала, роясь в большой сумке явно в поисках чего-то важного и так срочно нужного ей. — Где же он… куда я могла его деть?       — Что-то потеряла? — осведомился Халиль, с упоением наблюдая за маленьким сумасшествием своей возлюбленной.       — Сценарий. Я его куда-то положила, но не помню…       — На столике, — он кивнул в сторону небольшого столика, на котором покоилась персикового цвета папка.       Сыла, быстро просеменив к нему, облегчённо выдохнула и взяла заветную вещь в руки, крепко прижав к груди аккурат там, где не хватало пуговички. Вырез оказался слишком откровенным, чтобы кто-то ещё, кроме Халиля, его видел.       Тот, в свою очередь, всё ещё сидел на кровати и лениво натягивал на себя чёрный велюровый халат, явно никуда не спеша. Сыла даже задуматься не успела над причиной его промедления и, не став дожидаться, пулей вылетела на улицу, едва не свалившись со ступеньки. Она резко зажмурилась, когда яркий свет ударил ей в лицо, и это стало полной неожиданностью для неё. Неужели они были так сильно увлечены друг другом, что вскоре уснули и даже не заметили, как пролетело столько времени?       Медленно открыв глаза и постепенно дав им привыкнуть к освещению, Сыла обескураженно ахнула. На улице уже вовсю светило солнце, а съёмочной группы и след простыл. Один лишь особняк величественно возвышался, но даже он казался ей пустым.       Она открыла рот, словно хотела что-то сказать, но не смогла произнести ни слова, крепко сжимая в руках папку со сценарием. А когда Халиль неспешно вышел следом, до её слуха донёсса его многозначительный хмык, и она повернулась к нему, всё так же пребывая в оцепенении. Тогда он, жмурясь, с улыбкой произнёс:       — С добрым утром, моя прекрасная госпожа.