how i stopped hating your father

— Я думаю, нам надо поговорить. Нарцисса молча кивает, и они, так же не проронив ни слова, выходят из пыльной кладовой и направляются в сторону залитой солнцем кухни. Гарри садится за широкий дубовый стол, пока Нарцисса, присев напротив, мимолётным движением руки призывает домовика: — Тикси, подай чай. — Как прикажете, моя госпожа, — пищит совсем ещё юный, в сравнении со служащим Гарри Кричером, эльф и, хлопнув аппарацией, испаряется, чтобы тут же появиться вновь, но уже держа в жилистых лапках поднос, уставленный до блеска начищенным фарфоровым сервизом. Тикси с минуту звенит фарфором, журчит льющимися в чашки молоком и чаем, а затем, дождавшись одобрительного кивка хозяйки, снова исчезает, оставляя Гарри и Нарциссу наедине. Густая тишина перемежается со стуком пальцев о деревянную столешницу и еле слышными глотками. Гарри даже не боится хлюпать чаем, как это обычно бывает при любом застолье с Малфоями. В это мгновение, тянущееся уже, кажется, целую вечность, страх опозориться перед аристократкой напрочь перекрывается страхом услышать правду, которая вот-вот должна слететь с её бледных губ. Гарри поднимает глаза, до того упорно высматривавшие тайные послания в чашке с чаем, и в очередной раз сталкивается взглядами с Нарциссой, которая, вместо гипнотизирования напитка, оказывается, уже некоторое время гипнотизирует его задумчивое лицо. В глазах Гарри — вопрос и надежда. Он ждёт, что женщина сразу приступит к рассказу или, возможно, не совладав с гордостью, начнёт всё отрицать, но вместо этого она, нечитаемым взором устремившись ему, кажется, в самую душу, тихо произносит: — Ты злишься? Длинные мальчишеские ресницы дрожат, а скулы чуть сводит, когда Гарри понимает — да. Он злится. Однако упрямое благородство душит любые порывы обвинить в молчании и обмане, и парень цедит сухое «нет». Нарцисса на этот выпад лишь слегка усмехается и внезапно запускает тонкие пальцы в Поттеровские волосы. Пока Гарри пытается совладать со смущением, вмиг окрасившим его скулы и уши в румяно-розовый, женщина взъерошивает передние пряди и аккуратно проходится по макушке, перебирая и по-матерински мягко приглаживая выбившиеся волосинки. — Так и думала, что тебе достанется Джеймсовское гнездо вместо волос, — тихо смеётся она. — Когда мы были детьми, я всё время пыталась хоть немного усмирить этот бардак на его пустой башке, — тёмные брови невольно ползут вверх, когда Гарри слышит непривычно грубое слово из уст обычно сдержанной и не позволяющей себе подобного Нарциссы. — Потом прочёсывание его волос пальцами вошло в привычку, хоть и было абсолютно бесполезным. Знаешь, я уже и забыла, каково это, — отнимает руку, вновь начиная водить пальцем по стенкам чашки, и улыбается устало и задумчиво. Гарри смаргивает застрявшее в глазах недоумение и, совладав с чувствами, слегка раздражённо произносит: — Миссис Малфой… — Нарцисса. Останавливается и пару секунд удивлённо рассматривает собеседницу. — Нарцисса, — обращение непривычно, потому Гарри произносит его неуверенно и скомканно, — что это значит? Всё это. Эти колдографии — они настоящие? Вы знали моих родителей? Если так, то почему молчали? Все эти годы. Вы, мистер Малфой, Сириус, профессор Люпин, почему... — Гарри уже начинает задыхаться от накрывающих его с новой силой злости и отчаяния, когда лавину вырывающихся из него чувств прерывает холодная, почти невесомая ладонь, ложащаяся поверх его собственной. — Прости, — выдыхает Нарцисса, и Гарри улавливает в её голосе едва заметную дрожь, — я должна была рассказать тебе обо всём гораздо раньше, но мне мешали... — женщина запинается, пытаясь подобрать правильные слова, — определённые обстоятельства, — выдавливает она, вызывая в Гарри новую волну раздражения от очередной вылившейся на него порции неопределённости. — Но сейчас я попробую объясниться, — сжимает руку чуть крепче и смотрит напряжённо и выжидающе, — если позволишь. Парень чувствует, как вдоль позвоночника гуляет крупная дрожь. — Рассказывайте, — не совладав с голосом, почти приказывает он и, тут же смутившись собственного тона, исправляется: — Расскажите мне всё. С самого начала. Пожалуйста. Нарцисса, будто бы решив что-то для себя, осторожно кивает, сцепляет пальцы в замок и, выждав несколько мучительных для Гарри секунд, начинает свой рассказ: — Это началось двадцать семь лет назад...