Тепло

Глубокая ночь. Лето. На улице было достаточно прохладно; небо заволокли тяжёлые чёрные тучи, через которые нельзя было увидеть ни луну, ни звёзды, ни яркие огни мимо пролетающих самолётов, которые поднимались выше, чтобы облететь всё это безобразие. Нередко на тёмном полотне проскакивали яркие молнии с характерным грохотом в холодных светло-жёлтых и белых тонах, иногда поблёскивая голубым и нежно-фиолетовым. Красивое зрелище. В такой относительно спокойной атмосфере Союз уже который час подписывал, по словам Америки, "очень важные документы", но, на самом-то деле, они являлись пустой тратой времени и сил, ведь государство, которое прекратило своё существование ещё тридцать лет назад, не имело и не видело смысла производить махинации с ручкой и бумагой, особенно в таком количестве. СССР даже и тихо возмущался и ругался по этому поводу, но это никак не помогало ему покончить с макулатурой. Стук двери. Три глухих удара разлетелись по всей комнате, но были перебиты громом и раздавлены стенами помещения, которые уже столько времени давили на Союза. - Да-да? - коммунист оторвался от бумаг. - СССР, можно войти? - голос немного дрожал, но совсем капельку; декабрист слишком сильно устал, чтобы это заметить. - Несомненно. Скрип двери, щелчок — она закрылась обратно. В комнату прошёл Британия и сел на кровать Союза, томно потерев закрытые глаза. Зачем он пришёл к нему посреди ночи?Да ещё и шёл чёрт знает откуда, не проще ли было пойти к другим? Русский не обратил на незванного гостя особого внимания и продолжил свою рутинную работу, вздыхая. Британец же сидел спокойно и неподвижно, лишь зрачками бегая по полупустой комнате, будто пытаясь что-то найти и сжимая и без того смятое одеяло ладонями. Коммунист не видел особого смысла в том, чтобы заправлять кровать, ведь по его мнению так она выглядела намного уютнее, нежели идеально разгладенная и ровная. Молния. Гром. Тихий, сдавленный и такой неловкий писк. Союз подумал, что от сильного ветра похожий звук могла издать оконная рама, но притормозил с выводами и обернулся на британца. Его ночной гость застыл в одной позе, смотря в окно и подрагивая. В его широко открытых глубоких темно-синих глазах, точно ночное небо, читался ужас и до сих пор поблёскивала та самая молния, которая лишь дополняла атмосферу ночи его анархичных очей. Бритт ещё сильнее вжался в одеяло и пригнулся, даже не заметив взгляда Союза, хотя коммунист смотрел чётко на него и никуда больше. Эти глаза...Неужели Британия...Напуган? - Велик, - русский усмехнулся - Неужели ты грозы боишься? Яркая молния. Через тридцать-сорок секунд в окно ударил громкий гром, от которого даже включилась сигнализация у какой-то машины под окном, противно пища и мигая. Великобритания забился под чужое бордовое одеяло, всхлипывая и дрожа, пока за окном беспощадно продолжалась сильнейшая гроза, к которой, казалось бы, уже все привыкли. - Велик?.. Возможно, британец даже не слышал коммуниста. Он обнял подушку, уткнувшись в неё носом, что успокоило его ровно до следующего грома. Небо давило ещё сильнее, чем стены и, казалось, вот-вот упадёт. - Велик... - русский встал из-за стола и подошёл к комку всхлипывающего и дрожащего одеяла, в недрах которого был гость декабрита, но, чтобы его найти в этой куче, требаловось не просто мастерство, а настоящая магия. Союз сел рядом с своеобразным клубком, поглаживая его по спине. - Не бойся, всё хорошо - коммунист попытался "вскрыть упаковку" напуганного Бритта, но безуспешно - Тихо, тш-ш-ш-ш-ш...Вылезай, молний пока нет. Британия аккуратно высунулся из-под одеяла, смотря вниз, горбясь и пытаясь успокоиться, но всё тщетно. Союз молча его обнял. Он не стал объяснять Британии то, что гроза — это безопасно, если ты сидишь дома, ведь Великобритания прекрасно знал это без лишних мудрых изречений ещё класса со второго, если не с первого или ещё раньше. Бритт уткнулся лицом в свитер русского, стыдливо скрывая глаза от него, но то, что в них были слёзы, было понятно по влаге на вязанной кофте коммуниста. - Всё, успокаивайся. Сегодня поспишь у меня. И как ты только по темноте ко мне добрался?Мы живём не так-то уж и близко. Замёрз, наверное...Да? Британец просто кивнул, не желая отвечать ни на что дрожащим голосом. Русский бережно положил это тельце на кровать и лёг рядом с ним, накрывшись одеялом и накрыв им Великобританию. Он прижал Бритта к себе, гладя по волосам, от чего Британия сам не заметил, как провалился в сон, крепко обняв русского. - Эх ты, - прошептал Союз, улыбнувшись - Трусишка. СССР поцеловал британца в щёку и тоже начал засыпать, пока за окном улицу освещали молнии, в окно бил гром и яркий свет, а у чьей-то машины опять включилась сигнализация и противно пищала на всю улицу, вызывая недовольство у и без этого злых соседей, которые выкрикивали его через открытые форточки вместе с накипевшей яростью. Во всей этой вакханалии эти двое — СССР и Великобритания — были самыми спокойными и тихопосапывающими. Одни, в пустом доме с чёрной крышей. И плевать, насколько яркий была последняя молния и какой громкой был гром, принадлежащий ей.