Хроника Темного Зодиака. Новое Старое Небо

Тысяча девятьсот девяносто второй год, осень Пока, порыкивая, профессор Снейп потрясал перед лицами юных водителей газетой в ожидании Дамблдора и МакГонагалл, Мирам полностью абстрагировалась, глядя куда-то под потолок с таким наитупейшим выражением лица, на которое только была способна. Волшебница прекрасно знала, что с ней случится, если она будет воспринимать слова оратора серьёзно. Учитывая довольно нелицеприятные, хоть и справедливые, вещи, в которых они на пару с Роном обвинялись, Мирам понимала, что расстроится вплоть до детских рефлексов неоправданных ожиданий. Которых, впрочем, в ее случае быть у разозленного родителя такой недисциплинированной ее не должно. Но триггер все таки может сработать как и когда угодно. Так что стоило попросту не обращать внимания и обтекать. Отвлек от самосозерцания Миру Рон, дернув за рукав и шепотом, с нотками панической трагедии, проговорив: - Нас, наверное, исключат. Кажется, её ответ был чересчур громким, поскольку все трое профессоров обернулись. - Разумеется, исключат. Они же сознательные и правильные взрослые. А мы нарушили закон, запрещающий нарушать закон. Отвечать Уизли-младшему Мирам старалась как можно серьёзней и прятать насмешку максимально качественно, разбавляя свою фразу нотками грусти. Снейп не купился, скривившись, как от зубной боли, а вот Рон принял все её слова за чистую монету и поник. Пока в глазах зельевара читались ярость и укор, Дамблдор весело улыбнулся: - Как же кстати, что большинство законов написал я сам. И подмигнул. Мирам хотела вступить в полемику о следовании букве законности для законодателя, но прикусила язык. Не к месту умничать. И так отклонилась от заданных реплик. И старательно изобразила восторг. *** - Как ты могла?! А если бы с тобой что-то случилось? - Не случилось бы. Осекшись и вглядываясь в спокойное лицо Мирам, Декан Слизерина неверяще покачал головой. - К чему ты ведёшь... - Так уверенно отвечать Золотце могла только в одном случае - Ты. Не говори мне, что так и было в твоём прошлом! Дождавшись утвердительно-безмятежного кивка, зельевар взорвался, разом забыв, что изначально собирался быть терпеливым и рассудительным, какие бы коленца Мирам в этом году не выкидывала: - КАК ТЕБЕ В ДВЕНАДЦАТЬ ПРИШЛО В ГОЛОВУ ПОЛЕТЕТЬ НА ФОРДЕ?! И вот таким нехитрым образом они пошли по второму кругу недавней головомойки. Ну... По крайней мере, рассуждала Мира, легкомысленно улыбаясь, чем бесила собеседника ещё больше, по крайней мере, ему не все равно. Это приятно. - Ты лучше расскажи, как вам с Локонсом работается. Профессор тут же скривился, уже порядком выдохшись и сбавляя обороты праведного возмущения. - Возможно, нам удастся хотя бы повеселиться за его счет. Других причин держать его в Хогвартсе лично я не нахожу. Иди к себе, наказание. Блэк, шагая в сторону факультетской гостиной, почему-то была невероятно довольна. Возможно, дело было в том, что тогда, в прошлой жизни, она, пусть и не сказала этого вслух, но все таки завидовала Рону, когда тот получил Кричалку. Хотя, казалось бы, сложно завидовать подобному громогласному позору. Но, с другой стороны, ведь она обозначала, что миссис Уизли было не все равно. А теперь и с ней случилось нечто похожее. Наверное, еще и поэтому Мирам не предупредила Снейпа о Фордике загодя. Хотела посмотреть, что будет. Еще бы это произошло вовремя. В то время. Ну, теперь Глава Аврората могла хотя бы примерно сказать, что это такое – быть чьей-то дочерью. *** Рон недовольно бухтел себе под нос, поминая Вопиллер, но все ещё продолжал жевать. Гермиона, не выдержав, сделала ему выговор за беседы во время еды. А Мира искренне удивилась, прислушавшись к невнятному бормотанию пополам с ругательствами. - Ты что, настолько не любишь мать? - Да Мерлин, люблю! Не в этом дело! Она просто не выносима иногда и... Ты... Ты просто не поймёшь. - Рон! Замолчи немедленно! Грейнджер поспешила одернуть друга, но было уже поздно. Мирам с еще большим недоумением взирала на рыжего, вдруг начавшего краснеть. Близнецы перестали хихикать, приготовившись наслаждаться зрелищем, которое обязательно должно было произойти. - Отчего же не пойму? Представь себе, я тоже люблю своих родителей. Безусловной любовью даже, я бы так сказала. И больше тебе скажу, вполне согласна, что они могут быть невыносимы. Знаешь почему? Они – люди. А люди имеют свойство быть не идеальными. Люди, обремененные ответственностью за чью-то жизнь ещё и нервные вдобавок, скажу я тебе. Это не отменяет того, что их стоит любить. И ещё секрет тебе открою, так считаю не только я, а подавляющее большинство. Мира прервалась, с сомнением глядя на потолок. И решила уточнить: - Ну, есть конечно, исключения из правил. Но там, я думаю, проблема в том, что это исключение –психопаты. Так вот. Отсутствие согласия с решением твоей мамы – вовсе не повод её за это поносить на чем свет. Вот я к чему. Пока Уизли тягостно молчал, а Гермиона победоносно кивала, Мира, как ни в чем ни бывало, пила наиотвратный тыквенный сок, который внезапно почему-то стал апельсиновым. Сия метаморфоза тут же сделала его на удивление терпимым. «Прекрасная речь, да жаль, впустую. Боюсь, в этой голове надолго столь пронзительный и возвышенный посыл не удержится. Предлагаю этому балбесу скармливать любую важную информацию пополам с булочками. Так есть хоть какие-то шансы». От неожиданности девочка подавилась напитком и, раздражённо стряхивая капли с мантии, зашипела рассерженной кошкой: «Вон из моей головы». «Помни, что если ты сейчас продолжишь так остро реагировать на мои слова, то будешь противоречить сама себе…» «Как говорит профессор МакГонагалл, женщина может противоречить сама себе сколько угодно». «И это, опять же, спорное заявление, подозрительно похожее на банальное оправдание собственной недальновидности». Беззвучный диалог прервался, ибо в Большом Зале появился Дамблдор, радушно со всеми здороваясь. А Мирам тем временем продолжала задаваться вопросом, как у Мастера Лигиллименции этот фокус, при всех ее щитах, получался. Тот же Альбус-Много-Имен так не мог, это было известно Главе Аврората доподлинно. И ни в одном чёртовом трактате по Менталистике за всю жизнь ей не встретилось ни единого упоминания о том, как вложить свои мысли в чужую голову, окромя Империуса и метальных закладок. И как вести мысленный диалог без взаимопроникновения лигиллименцией или в Омуте Памяти, Мирам тоже не знала. Напрашивался вывод о том, что этот подземельный гений исхитрился изобрести нечто свое и, презрев публикации и патенты, теперь вовсю пользовался таинственный навык на ней, не имея другого шанса пробиться сквозь блоки. Либо он где-то достал информацию. Там, где не смогла Мирам. Что маловероятно. Девушка обиженно запыхтела, досадливо глядя в пустой стакан. Хотелось кофе. Знакомый зуд в затылке после ухода Директора Мирам проигнорировала, обиженно запрятав даже самые поверхностные хвостики мыслей за блоки. *** Пожалуй, её речью, которая была слышна и за столом преподавателей, Северус был тронут, прекрасно понимая то невысказанное, что крылось за обобщениями. Мирам говорила искренне. И также искренне верила в то, что говорит. Хорошо, что на момент практики львенка в ораторском мастерстве Альбуса не было в Зале. Старик вполне мог бы обратить внимание на то, что несчастная сиротка говорила о родителях в настоящем времени. Интересно было одно: когда это горе сама догадается заменять себе сок через эльфов и доколе этим заниматься ему?.. Также тревожил еще один вопрос. Учитывая ситуацию, больше философский, чем практический. Почему так халатно к своей жизни относилась Мирам Блэк и совершенно её ни во что не ставила, он мог понять. А вот почему Мира Поттер в годы своего школьного бытия отмачивала ровно тоже самое – это было задачкой животрепещущей. Ответ профессор Зельеварения получил несколько дней назад в письменном виде. Но удовлетворён не был. «Я была немного туповата в детстве. И вообще, ты и сотоварищи поступали во всякие Ордена Фениксов и Пожиратели Смерти. Чем я хуже?» Не похоже на аргумент. Вот уже второй месяц мужчина исподволь продавливал самолюбие мадам и пытался взять ту на слабо. На слабо, как выяснилось, Госпожа Глава Аврората не бралась и жить долго и счастливо на спор отказывалась. Но, по крайней мере, вот подобных заявлений на весь честной народ в свой адрес Северус добился. И было совершенно не важно, что ни единая душа, кроме них двоих, не понимала всего смысла. Ему было достаточно осознавать ее порывы единолично. *** Спустя несколько дней Уизли сподвиг Поттер вступить в словесную баталию относительно спортивных увлечений и их практичности. Ведьма тут же дюже удивила фаната «Пушек», припечатав, что квиддич не является адекватным физическим упражнением, разве что – на ловкость и противоборство. И вообще, данный спорт достаточно специфичен и не может быть внесен в основы физподготовки. Гермиона же, заметив странный выбор подруги относительно мясных блюд и количество тарелок, под шум спора кочевавших от Рональда в сторону Мирам, а также – в кой-то веки включившись в полемику о том, какой спорт наиболее полезен, важно проговорила: - Правильное питание прежде всего, при любой нагрузке, Рон. Это важно. Поэтому Мира страдает. Ей надо хорошо питаться. И совершенно не важно, что она играет в квиддич и бегает по лестницам. Еда, Рональд. И режим. Уже порядком взбешенная упорством рыжика касательно очевидных вещей, Мирам, чуть не ложась на стол, елейно проговорила: - Это верно, Герм, надо правильно питаться. Особенно в сезон максимального обмена веществ. Летом. Как считаешь, у меня получится хорошо питаться летом? Наверное, в этом не будет проблемы. Как я раньше-то не подумала. Гермиона разом сникла, утихнув. «Если ты ещё и выбьешь девчонке передние зубы до кучи, чтоб она молчала хотя бы одну пару, очень обяжешь». «Тебя настолько выводят из себя вопросы студентов, что ты готов просить у меня заранее невозможного, уповая на призрачный шанс, что кто-то кроме тебя заткнет её фонтан красноречия силой? Живодер». «Попытаться стоило. Чем Моргана не шутит, вдруг тебе не все равно на моё здравие рассудка. И не вопросы студентов меня выводят. А вопросы и высказывания конкретно этой мелкой зазнайки». «Кажется, ты к ней не равнодушен. Берегись, Рон опасный противник. Особенно когда голодный». «Заговариваешься, дорогая». «А что такого? Жизнь длинная, жопа скользкая, все мы не без греха...» «Мирам!» «Ты первый начал. Бе-бе-бе». «Скатываешься на уровень начальной школы. Печальная деградация». «Я просто соответствую облику». «Не переигрывай. Тошно слушать». «Какая у вас у всех нежная душевная организация, просто невозможно. Как будто не ты только что подначивал меня выбить зубы лучшей подруге. Самому слабо, а чужими руками – всегда пожалуйста. Не зря ты Декан Слизерина». «Да что ты?! Мне идёт моя должность? Удивительно!» «Так. Мне срочно надо сказать ещё что-то ехидное, чтоб ты начал шипеть уже вслух, и МакКошка на тебя обиделась за передразнивание. Помогай думать». «Отходить бы тебя твоей же метлой, доченька…» Блэк замерла с бокалом в руке, задумчиво глядя в потолок и словно пробуя на вкус обращение. Звучало едко, но интересно. Хоть и непривычно. Но, коль Ужас Подземелий будет иногда разбавлять свою речь подобными словами, Мирам была готова сносить любые перепады его настроения. Ей нравилось. Это была… очень правдоподобная игра в благополучную семью. Которой они никогда не будут. По крайней мере, для нее это было лишь игрой. Иначе воспринимать происходящее было нельзя, это решение ведьма приняла еще прошлой осенью и отступать от него не собиралась. Иначе можно сойти с ума. Иначе именно он станет якорем, притягивающим ее к невыносимому существованию. Хотя, увы, для зельевара игрой все это не было. Мужчина был серьёзен в своих порывах относительно нее. И чем дальше, тем больше. Удручало. Сожаление или же жалость скреблись в груди, Мира пока понять не могла. И вновь его голос скользнул в сознание, звуча уже не в пример спокойней. «У меня предложение». «Ага». «Расскажи своим друзьям правду и доводи беседами их. Хочу видеть, как Гриффиндор увозят в Мунго всем курсом. И обязательно – Грейнджер. Постарайся справиться до полудня, пока не начались мои пары. Я в тебя верю». «Да она тебе что, на мантии с утра потопталась, я не пойму?! Что ты так на ребёнка вызверился?» «Накопительный эффект. Заткни эту... Кхм. В общем, сил моих больше нет. Я предупредил». Мирам откинулась назад и вздохнула, ничуть не сомневаясь, что в состоянии, близком к точке кипения, ее вспыльчивый родственник за минуту доведет ни в чем, кроме любознательности, не виновную Грейнджер до слез и истерики. Через несколько минут Гермиона скривилась и зачесалась. Ещё через пять – ушла в Больничное Крыло. «Она пробудет там до вечера. А если из Мунго не приедет диагност сегодня, то – до завтра. Доволен?» «Ты понятия не имеешь, насколько. Что ты сделала со студенткой?» «Да так. Заклинание как-то придумала для крестника. Очень просил что-то простенькое и незаметное для отмазки на экзаменах. Симптоматика копирует Драконью Оспу. Действует трое суток. И Гермиона, кстати, очень расстроится, что пропустила занятия из-за чесотки неясного генеза. Но меня не мучает совесть. Знаешь, почему?» «Атрофировалась за ненадобностью». «Какой уверенный ответ. Но мимо. Дело в том, что Герм очень ответственная. И обязательно пойдёт по преподавателям за допзаданиями. По всем преподавателям, смею уточнить». «Знаешь... Иногда мне кажется, что Лорд в чем-то милосердней учеников Хогвартса. Авада, по крайней мере, заклятие мгновенное». *** Обозрев доску с рецептом, Блэк нахмурилась. И начала сверяться с руководством. - Я что, велел открывать учебники? Вкрадчивый голос позади Миру ничуть не смутил. Напротив, она, резко взмахнув рукой, с шумом ударила по страницам ладонью, чуть при замахе не заехав по носу профессору Зелий. Тот, видимо, опешив, стоял позади молча. - Ха! Я поняла! Класс был в предвкушении бури. Студенты замерли, отвлекшись от нарезки. - Поняли что? Что ваши действия несовместимы с умственной деятельностью? Урок не зачтен! Вон из класса! Отработка! *** "- И что для тебя явилось настолько удивительным, что ты решила столь наплевательски сорвать мне занятие? Если я не получу адекватного объяснения, имей ввиду, мыть тебе пробирки до конца недели" . - Я просто только сегодня осознала, что рецепты на доске не сходятся с учебником. " - Ах, эта твоя удивительная особенность замечать очевидное… Экая очаровательная рассеянность". - Но почему? " - По-твоему, сколько радости по десятибалльной шкале я испытываю, когда из-за некорректных писулек дряхлых старцев мне каждые десять секунд приходится опустошать котлы студентов, дабы избежать взрыва?.." - Мммм... Мало? " - Как глубокомысленно. Подытожим. Поскольку я все ещё не вижу ни единой объективной причины для подобного поведения, в этот раз ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО моешь тару". - Хей! Это не честно! Я занималась образовательным процессом! " - Разговор окончен" .