Просто дождись

***

25.10.2021.       Произвольная. Гран-при. Изменённый костюм Круэллы. Ты должна показать всё, на что сейчас способна, Саш. Травма мешает, Трусова не в лучшей форме, она это понимает. Но нельзя ей сдаваться, нельзя отступать, нельзя отказываться насовсем от выхода на лёд. Как бы не было тяжело.       Нужно собраться. Олимпиада будет через пару месяцев. Кажется, что много, но это не так. Каждый день, каждая тренировка, каждая программа важна. Выплесни всё свои силы наружу. Докажи, что ты можешь, что ты достойна. Не отставай. Сверши мечту.       Трусова заходит на лёд. Каждое движение даётся через силу. Круэлла не подаёт вид, ей сожаления не нужны. Девушка ждёт музыку, ждёт свой шанс показать себя, отсчитывает секунды, успокаивает себя, мысленно представляя всё, что могло бы помочь отвлечься. Скоро начнётся. Она чувствует. Откинув мысли куда-то вглубь сознания, до куда не достать просто так, Александра готовится. 3, 2, 1… Растопи этот лёд к чертям, русская ракета.

flashback

Алёна: Аня, смотри, смотри! *2 фотографии*

Аня:

Что там такого важного в 10 часов вечера? У меня не грузит

Алёна: Если твоя девушка считается чем-то важным, то это супер-пупер важно. Там я сфотала Сашину Круэллу

Аня:

Алён, я своими глазами её видела

А… ой… ПРОГРУЗИЛОСЬ

Алёна: Круто? Саша изменила немного её. Это теперь как платье. Скажи же клёво выглядит? Особенно эти газеты и юбка. Ань, ты там слюни пускаешь или что? Ответь уже! 5 минут игноришь

Аня:

Я тут. Всё нормально. Я жива

Алёна: Так и скажи, что она выглядит секси и ты представляешь какого это видеть в живую. А я лично рассматривала её костюм. Хехехе

Аня:

Отстань. Ладно, ты права. Не знаешь, как она там? Я всё же волнуюсь за эту балбеску

Алёна: Да ничего нового. С травмой всё также, всё также говорит, что всё нормально. Была бы ты тут… Она мне одной ноет, что боится не показать свой максимум и что с маленьким количеством четверных даже в тройку не войдёт.

Аня:

Передай ей, что я за неё кулачки держу. Прямо как увидишь её или найдёшь момент позвонить ей

Алёна: Хорошо, Анютик, скажу при первой возможности

end of flashback

      Последние элементы. Последняя минута. Всё. Сердце бьётся так, что кажется оно остановится в ближайшее время. Спокойствие, Саша, только спокойствие. «Трусова, ты молодец» — похвалила мысленно сама себя Саша.       Надев олимпийку, фигуристка подсаживается к своему тренеру. Результаты. Как же она хочет их знать. Как же ждёт. Как же волнуется. Подсчёт идёт. 232,37. Первая строчка. Выиграла. 1 место. — «Да, да, да, да», — взрывалась внутри от эмоций рыжеволосая, наконец довольная собой.       Ты проделала отличную работу. Ты заслужила похвалы, Саш. Умничка. Можешь не сдерживать себя.

***

— Саш, ты как? Всё хорошо? — спрашивает по видео-звонку Щербакова. — Всё лучше некуда! Сама видела, я стала первой, — Трусова была счастлива.       Так забавно наблюдать как девушка, которая только недавно строила из себя серьёзную мадам, готовую кромсать на кусочки всех прямо на льду, сейчас пританцовывала и напевала под нос себе «I wanna be your dog».       Аня готова заплатить двойной ценой, чтобы эта рыжая бунтарка чаще была такой. Такой довольной собой, счастливой, наслаждающейся всем вокруг. — Я тебя не разбудила? Ты сонная какая-то, Анют, — Саша обратила внимание на потрёпанный вид девушки.       Сейчас 02:17. Зная, что у Ани в это время должен был идти пятый сон, можно догадаться, что да, разбудила. Но Щербакова всё равно врёт, даже если не умеет. Так только с Сашей. Только ей она врёт во благо. Аня каждый раз твердит, что нужно говорить о своих переживаниях, о том, что на душе, не плохо ли тебе, не устал ли ты. И продолжает дальше противоречить себе. — Не, я только легла, не беспокойся. Алёна скинула сериал интересный ну и сама знаешь, что произошло, — в этот раз правдоподобнее солгала Анна. — В этом вся Косторная. Она кстати недавно фоткала меня в новом костюме. Уверена она для тебя это сделала. Что скажешь? — заиграла бровями Трусова. — Красивый костюм, прям как ты. Идёт очень тебе такое. Хотелось бы посмотреть вблизи, уж больно интересная юбка у твоей Круэллы, — Щербакова ёрзала на кровати, пытаясь найти удобное положение. — Моя идея, — Саша гордо положила руку на сердце, растянувшись в улыбке.       Актриса. На льду строит из себя королеву убийц, идущую в бой, а с самыми близкими и родными она бывает несерьёзная, шустрая, везде ищущая возможность похитрить, над кем-то прикольнуться. Это больше всего Щербакова любила в девушке. Грозная на вид, но такая зайка на самом деле. — Как свободное время найдётся, встретимся, хорошо? Я соскучиться успела, — бормотала Аня с почти закрытыми глазами. — Всегда будет время побыть вместе. Главное не забывать, что на носу очень важные события, я ведь права? — Саша посмотрела на Аню, которая ей коротко кивнула, — Вот и хорошо. Спокойной ночи, — Трусова послала в экран телефона воздушный поцелуй и быстро отключилась.       На носу важные события… А ведь и правда. Впереди чемпионат России, чемпионат Европы, КП, ПП всякие и самое главное… Олимпиада в Пекине. Грандиозное событие. Им нужно отобраться на неё, сколько бы на это не уйдёт нервов. Сколько они ещё будут падать, оттачивать всё до идеальности, ведь фигуристы те ещё перфекционисты.

***

13.11.2021.       Усачёва получает сильную травму. Её уводят со льда на руках. Девушке больно даже стоять, не говоря уже о ходьбе. Перелом бедра. С обычного флипа. Это была всего лишь разминка. Насколько же всё-таки этот спорт опасен и непредсказуем.       Об этой новости не присутствующие в тот день девочки узнают только на завтрашний день. Кошмар. И ведь каждая так может пострадать, казалось бы на самом лёгком элементе. Никто не знает, что будет через секунду. Никто не знает, какой исход ситуации произойдёт. Никто и предположить точно не может. Бедная Даша.       Этот субботний день не пройдёт спокойно. Каждая в своих мыслях, в окружении своих страхов. А что если бы это был прыжок по-выше? А если бы это было что-то серьёзнее? Что если бы повредились что-то более важное? Переломы не являются чем-то сверхъестественным в фк. Это ожидаемо. Но есть одно большое но… Так и карьеру в спорте можно закончить, только начав её. Дети ломаются во всех смыслах этого слова.       Аня читает уже кажется 20-ую статью о травме Даши, пытается откапать, не было ли каких-то новых заявлений, не говорила ли что-то сама Даша. Хотя, не думаю, что на следующий день после такого перелома захочется что-то комментировать. Страшно.       Телефон начинает вибрировать. Сейчас вообще нет желания с кем-то что-то обсуждать. Долго игнорировать надоедающий звук не получается. В последний момент Аня отвечает. Это Камила. — Ками, что слу… — Мне передали, что Даше сейчас ни чуть не лучше. Это капец, Ань, я разрываюсь от волнения за неё. Говорят, на восстановление может уйти месяца 3-4. Это ужас… Я пытаюсь себя успокоить, но паника просто из ниоткуда берётся… — по голосу Валиевой было понятно, что она еле сдерживает слёзы. — Камил, тихо, тихо, постарайся успокоиться. Дыши глубоко и выдыхай постепенно. Просто попробуй, не знаю поможет ли, но попробуй, — Аня паниковала не меньше младшей и перебирала в голове способы успокоиться.       На другой стороне трубки были слышны вдохи и выдохи в смеси с всхлипами и подрагиваниями голоса, который, кажется, ещё чуть-чуть и сорвётся. Щербакова не отходила от телефона. Плевать сколько уйдёт на ожидание времени. Главное, чтобы Камиле стало легче. — С-спасибо… дышать проще стало… Тебе ничего не известно больше, Ань? — девушка сказала всё, на что хватило сил. — Нет. Я тоже самое спрашивала у Сани. Без толку. Она тоже в шоке сидит и слова вымолвить не может. Скорее всего сейчас утопает в размышлениях. А я дура бросила трубку так рано. Надо было поговорить с ней… — старшая была в не меньшем отчаянии. — Надо держаться. Как-нибудь. Перезвони ей. Знаешь Сашу — она себе тоже места сейчас не находит, волнуется больше нас двух вместе взятых, даже если с Дашей они не так близки. Мне так кажется. Прости, что потревожила… — Всё хорошо. Не извиняйся. Звони когда нужно или пиши. Мне не жаль потратить хоть весь день на тебя и Сашу. Вы мне слишком дороги стали за последнее время. Береги себя, — подёргивала красным носом Аня. — Хорошо. Ты тоже.

***

14.11.2021.       С прошлой ночи не спится. Трусова так и не смогла даже глаза прикрыть этой ночью. Когда нет возможности с кем-то поделиться переживаниями очень трудно. Только ты сама себя слышишь. Никто другой. Ты одна утопаешь в размышлениях. Ты одна накручиваешь себя, даже без возможности услышать, что того, что ты себе надумала — не случится.       Она не стала тревожить Аню больше. Щербакова и так всю жизнь её слушает. Она и так с малых лет успокаивает Трусову, пытается приласкать ту, усмирить её. Она видела тысячи выплесков Сашиных эмоций и тысячи раз останавливала их. Нужно дать Щербаковой отдохнуть от этого. Может данное действие пойдёт во вред самой Александре, но так уже на всё начхать.       Ане нужен моральный отдых. От всех этих криков, от волнений, от всего. Ей сейчас не лучше других. Кареглазая очень чувствительно относится к ситуациям, когда кому-то из близких стало плохо. Она может переживать сейчас в раз 100 больше боли. Об этом думала Саша.       Трусовой страшно. Сколько бы бы она не притворялась всесильной, сколько бы не делала вид, что ошибки ей даются легко, сколько бы она не пряталась за маской девочки, которая всё равно сделает то, что нужно. Ей страшно неудачно упасть. Ей страшно получить другую травму, которая будет несовместима со спортом. Не совместима с фигурным катанием. Не совместима с тем, чем она живёт.       Звонок. У кого-то есть силы звонить в 08:24? Особенно после таких новостей. Рыжеволосая смотрит на телефон. Нет желания отвечать, но звук так и выводит из себя. Кто там? Аня… Как ожидаемо. — Саш, привет… Прости, что так рано, знаю, ты спала, наверное… — не договаривает девушка. — Я не спала. Вообще, — признаётся Саша. — А… поняла… Можешь не говорить почему… Как ты себя чувствуешь? — Паршиво, если честно. Я очень много думала вчера о всём, что произошло… Такое ощущение, что по моим мозгам прошлись шипами. Тяжело… Но не переживай, я справляюсь. Ты как? Переживала сильнее всех, наверное? — хриплым голосом задаёт вопрос Саня. — Не знаю… Может быть… Ками очень переживала вчера. Страшно было за неё, она места себе не находила, — вспоминает вечер вчерашнего дня девушка.       Неловкая пауза. Что дальше говорить? В голову не лезет ничего. Как же они устали. И при этом им говорят не обращать внимание. Просто делать вид, будто всё хорошо. «Не с вами же это случилось, продолжайте дальше делать то, что положено вам, хватит сожалеть, вы соперницы». Да пошли вы все к чёрту. — Саш… Можешь дать обещание мне? — интересуется Аня уставшим голосом. — Смотря какое, — Трусова напряглась. — Пообещай, что ты будешь в порядке и ты не допустишь, чтобы с тобой что-то случилось… такое. Я не переживу, если и тебя заберут на руках на скорую, — Щербакова держалась за переносицу, старалась остановить подступающие слёзы.       И как тут давать обещание? Саша и сама-то не знает, что будет завтра, что будет через неделю, через несколько месяцев. Тут фигуристка на глазах людей упала на разминке с самого, казалось бы, безобидного элемента и получила огромную травму. А Саша выполняет всё самое возможное и невозможное, идёт на риск. У этой ли девушки не стоит просить о том, чтобы она была спокойнее, сдержаннее и не допустила бы что-то себе сломать. Но Трусова понимала — Аня в какой-то степени права. Нельзя допустить подобного. В таком случае на жизни рыжей бунтарки будет поставлена точка. Жирное пятно на спортивной жизни. И в первую очередь за это пятно себя терзать будет Саша. — Обещаю, — коротко, но не известно на сколько правдиво отвечает она.