Луциан

С момента возращения Лу в замок прошло несколько дней. Все это время принц провел в выделенной для него комнате, лежа на кровати. Хоть он и пытался отговорить всех от удержания его в этой странной темнице, врачи упорно твердили, что его тело все еще не восстановилось. Конечно, Лу мог бы и дальше с ними спорить, отстаивая свою позицию, но чувство тяжести и усталости предательски доказывали слова докторов, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как принять эту суровую истину. Впрочем, скучать ему не приходилось. Каждый день к нему приходила мать, которая постоянно волновалась о нем. Ее частые визиты напомнили Лу о далеком детстве, когда он был совсем еще юным и слабым. В те далекие времена она и вовсе не покидала его покоев, темными вечерами прижимая его к своей теплой груди и рассказывая ему множество различных историй древности и разные мифы их народа. Лу и вправду нравились те спокойные и мирные времена. Также Императрица подробно рассказала ему обо всем, что с ним произошло после возращения из «Долины Усопших»: начиная с прибытия машин в замок и заканчивая его спасением. К своему удивлению, Лу ничего из этого не помнил. Сколько бы его не спрашивали о том, что же с ним происходило в человеческой лаборатории, он мог лишь качать головой. Последнее, что Лу мог вспомнить — как его грудь пронзил странный клинок. Правда, порой он видел ведения, но это больше походило на странные образы, нежели какие-нибудь воспоминая. Иногда его навешали друзья. Основным его гостем была Сара, которая при первой же их встрече разревелась у него на руках. Для нее было настоящим ударом узнать, что Ник погиб в хранилище. Хоть между ними и были частые ссоры и перепалки, но «извращенец» — как его часто называла Сара — был для нее близким другом и товарищем, с которым она прошла через множество битв. Можно было даже сказать, что он был для нее кем-то вроде дурного старшего брата, а также драгоценной частью их небольшой и дружной семьи. Для Лу также было болезненным вспоминать те ужасные события, что произошли в хранилище. Но он твердо решил, что закончит начатое ими с Ником и Сарой дело, иначе это было бы позором для него, как для наемника. Да и смерть его друга не должна быть напрасной. Также навещать его приходили и Эрик с Эмили. Эрик в основном обсуждал с ним планы будущего похода за вещью, которая была необходима Лу, а Эмили всегда приносила с собою букеты различных цветов, скрашивая ими его скучный и угрюмый мирок. Порой к нему даже заглядывала несговорчивая и робкая Клэр, которая обычно очень смущалась общества парня. Но со временем и она немного привыкла к нему. Лу даже смог увидеть ее довольно забавную и милую улыбку; она была чистой и светлой, как самое настоящее солнышко. Да и время, что он с ней проводил за беседами, всегда было наполнено радостью и весельем. Не обошлось и без Ирины с ее странными способами лечения. Правда, выглядело это, скорее, как совращение, нежели лечение. Один ее визит даже закончился неожиданными обнимашками голышом, за что ее, впрочем, и лишили права навещать его. Хотя это ничуть не остановило Ирину, так как на этот запрет ей, в чем смог убедиться Лу чуть позже, было глубоко плевать, и сероволосая проказница по-прежнему продолжала его тайно навещать. Также с частыми визитами к Лу приходила и Диана. В большинстве случаев она, устроившись рядом с ним зачитывала ему древние книги и свитки, после прочтения которых они бурно обсуждали их содержание и возникшие вопросы, которые нередко выливались в забавные споры. Бывало, что она, молча прильнув к его груди, мирно наслаждалась его компанией, вспоминая какой-нибудь забавный случай из их общего детства. Это время для Лу было поистине счастливым. Однако оно не могло длиться вечно. Спустя неделю, Лу полностью восстановился, покинув хоть и мрачное, но несомненно важное для него место, в котором было создано множество веселых и теплых воспоминаний. Однако не успел он толком что-либо предпринять, как его вызвал совет старейшин. Для него это приглашение казалось немного старинным. Ранее он никогда в них не участвовал, да и особым желанием посещать их не горел. Слишком уж скучно и однообразно все выглядело из рассказов старшего брата, который часто на них бывал. Теперь же ему воочию предстояло ощутить все эти “детали” на себе. К тому же, оставался еще один очень важный для него вопрос, который он хотел решить при всех. Прибыв на место — просторный зал с невероятно темными и высокими сводчатыми стенами, которые, казалось, были сотканы из самой тьмы — Лу обнаружил нескольких старейшин. Те находились на своих местах в ожидании остальных. Не глядя на них, Лу молча прошел к месту, что было выделено для него в этом месте, и занял его. Старики, что иногда косились на него, бокалами поглощали свежую человеческую кровь в ожидании недостающих членов данного собрания. Казалось, что для них все это было лишь очередной коварной игрой, в которой они играли главную роль. Будто именно от их решений зависело многое, если вообще не весь процесс в целом. И пока это долгожданная игра не началась, они как будто безмолвно спорили друг с другом, кто кого перепьет, жадно поглощая кровь из золотистых и серебристых бокалов. Позже, буквально через несколько минут, к совету присоединились Эмилия с Владом, при виде которых старейшины поднялись и учтиво поклонились, выражая свое почтение. Несомненно, дряхлые старики имели огромное влияние в решении государственных и политических вопросов: без их согласия не могла начаться как война, так и мирные переговоры; их решения не могли оспорить ни благородные, ни чистокровные. Лишь Император с Императрицей имели право согласиться с их решениями или же полностью им отказать. Пожалуй, единственный вопрос, где правители Империи не имели ощутимой власти — решение о правах престолонаследия. Только эти старые и зазнавшиеся чистокровные могли отнять или даровать права на престол наследникам Империи. Но и тут были некоторые ограничения, которые стоило учитывать. Во-первых — чистота крови. Только чистокровные знатных и очень древних кланов могли взойти на престол великой Империи. Да, в Империи было около тринадцати чистокровных кланов, сумевших сохраниться до нынешних дней, но лишь шестеро из них имели право предложить своих наследников в качестве претендента на роль Императора всей расы бессмертных. Во-вторых, будущий претендент должен был обладать так называемым Даром крови — особой сверхсилой, которая тысячелетиями развивалась в кланах чистокровных, передаваясь через кровь потомком. Именно из-за Дара крови чистокровные старались сохранить чистоту своего рода, не редко связывая узами брака единокровных детей. Ведь чем чище и древнее была кровь, тем сильнее становился Дар крови. Но если такого не обнаруживалось с течением определенного времени — около ста лет по летоисчислению смертных — то такого наследника лишали каких-либо прав на престол. В-третьих, будущий Император должен обладать не только значительными заслугами и достижениями на военном поприще и государственных делах, но и быть любимым простым народом. В истории бессмертных не редки были случаи, когда достойный и подающий большие надежды правитель был слишком тщеславен и жесток, что нередко выливалось в крупномасштабные восстания, где граждане впоследствии свергали таких зазнавшихся Императоров. Последним в зале появился Маркус, одетый в привычный белоснежный строгий смокинг. Он, чуть кивнув собравшимся старейшинам, занял место подле своего брата. Собрание началось. Первое, что на нем начали обсуждать — военные дела на севере Империи. Из этих данных Лу узнал, что войска смертных несли огромные потери, отступая к своим основным городам-крепостям на северо-востоке. Также были озвучены донесения и с других регионов, где проходили ожесточенные сражения. На юге войска бессмертных уже возвращались с доблестной победой, захватив несколько непреступных ранее городов-крепостей смертных, что вели долгое и упорное сопротивление. На западе дела обстояли чуть лучше; многие смертные города попросту сдались без боя, впуская в свой дом бессмертных. Только на дальнем востоке все было хуже, чем ожидалось. Объединенные войска смертных смогли разбить три армии бессмертных, что были посланы туда. Также, как оказалось, были уничтожены и подступающие подкрепления. Смертные успешно продолжали продвигаться в сторону давно утерянного и разрушенного бессмертного города далеко на западе, Хорвариума. Такое название носил некогда известнейший и прекраснейший из городов бессмертных. В те времена он был одним из самых важных — как стратегически, так и экономически — городов-крепостей на восточных границах Империи. Невероятно прекрасный, но в тоже время ужасный и неприступный Хорвариум подвергся неожиданной атаке, которая постепенно захлебнулась в крови обеих рас, а затем переросла в многолетнюю осаду, продлившуюся около двадцати пяти лет. Возможно, для бессмертных этот срок и был слишком малым и незначительным, но для смертных, чей век жизни был слишком скоротечен, это была одна из самых длинных и тяжелых осад за всю историю войн с бессмертными. Впрочем, упорство и острый ум все же смогли помочь людям отыскать незатейливую брешь в непреступной обороне Хорвариума, что привело к его полному уничтожению, оставив от некогда прекрасного города лишь одни руины. Покончив со всеми военными делами, речь зашла о торговых и государственных делах, в которых Лу не стал участвовать. Причина была довольно проста — он был далек от таких наук и дел, предпочитая вместо нудных разговоры о законах поединки на мечах. К счастью, продлились эти нудные разговоры не так уж долго, постепенно подбираясь к тому самому вопросу, ради которого и было собранно данное собрание. — Теперь, когда мы закончили с посторонними вопросами, самая пора решить то, что нам повелел сделать наш Император. Старый лысый чистокровный медленно поднялся со своего крупного дубового стула бардового цвета. Его тускло-алые глаза, которые, казалось, были готовы вот-вот потухнуть, внимательно оглядели всех присутствующих, что находились в комнате. Слабо улыбнувшись, старейшина обнажил кривоватые клики. Те успели окраситься медью от слишком частого употребления крови. — Наш мудрый Император сейчас находиться в пограничных княжествах с важными политическими делами, и не может участвовать в этом совете. Однако Его Императорское Величество отдало нам свое указание на этот счет. Император желает, чтобы мы выбрали его временного наместника, чьи руки поведут всю Империю в его отсутствие. — Что за вздор? — возмутилась Эмилия, резко вмешавшись в разговор. — В отсутствии своего мужа, я, как его законная жена и Императрица нашей великой Империи, должна взять управление государством в свои руки. — Мы прекрасно знаем законы нашей Империи, Императрица Эмилия Эрланд Де Старда. Не Вам учить нас им. — высказался тощий длинный чистокровный, на голове которого был плотный и обвислый капюшон. Лишь два едва тлеющих огонька следили за всем происходящим из непроглядной тьмы, а его длинные и острые пожелтевшие ногти упрямо тарабанили по старому столу. — Это прямой приказ Его Императорского Величества. — высказался толстый старейшина. — Даже Вы не в силах ему противиться. — он нагло ухмыльнулся, от чего его пухлое, заплывшее жиром лицо несколько растянулось, приняв странный и омерзительный овальный вид. — Прошу предоставить документ, в котором изложен приказ нашего Императора. Рядом с толстым старейшиной появился молодой слуга, который и передал ему кроваво-красную папку. Получив ее, толстый старейшина незамедлительно раскрыл ее, отыскав в ней необходимый лист бумаги, который тут же и продемонстрировал. Как и говорилось ранее, на нем находилось указание Императора с его личной печатью и печатью. Подтвердив достоверность сказанных толстым старейшиной слов, остальные кивнули ему. — Теперь нам осталось решить, кто именно возьмет на себя это бремя в отсутствие Его Величества. — заключил мысли всех собравшихся широкоплечий и крепкий чистокровный. Его посидевшие длинные волосы опоясывала своеобразная золотистая диадема, с которой свисала серая вуаль, скрывающая лицо старейшины. — На данный момент у нас есть только две подходящие кандидатуры: это два молодых принца, что сейчас находиться в этом зале. Только они могут взять в свои руки временные бразды правления нашей Империей в отсутствии Его Императорского Величества. — говорила ухмыляющаяся женщина, чьи руки были увенчаны золотыми кольцами со множеством камней. Выглядела она, что удивило Лу, очень молодо, хотя ее статус старейшины говорил совсем о другом. — Осталось только решить, кто достоин этой чести. — едва слышимым старческим голосом проговорил сгорбленный чистокровный — самый старый старейшина совета, которому было более десяти тысяч лет. Самих же кандидатов даже не удосужились спросить по этому поводу, что жутко бесило Лу. Да и выбирать между ними двумя — где выбор был вполне очевиден — было попросту глупо. «Я не гожусь на роль правителя, — мелькнуло в голове Лу. — Для этого прекрасно подойдет Маркус. Он и старше меня, и опытнее, да и любим всем нашим народом». Влад же, глядя на все это со своей, нейтральной стороны, был немного удивлен таким странным решением нынешнего Императора. Чтобы Карл, да выбирал наместника, не обсудив это с его сестрой? Но пока что было рано делать поспешные выводы, не дождавшись окончания данного собрания. — Выбор между кандидатами будет проведен с помощью голосования. — проговорил тощий старейшина. — Тот, кто наберет большинство голосов, займет трон на время отсутствия Его Величества. — Отдаю свой голос за принца Маркуса. — первым, кто озвучил свой выбор, был лысый чистокровный. — Отдаю свой голос за принца Луциана. — высказалась следом Императрица, решив отдать свой голос младшему сыну, чтобы сравнять их счет. На данный ход старейшины лишь сжали свои костлявые руки. — Дарую свой голос принцу Луциану, так как считаю именно его достойным этой чести. — с веселой улыбкой сказал Влад, чем еще сильнее разозлил старейшин. Теперь счет был два к одному в пользу Луциана. — Отдаю свой голос за принца Маркуса. — на этот раз высказался самый старый из старейшин, при этом даже указав на платиноволосого чистокровного костлявым пальцем. — Отдаю свой голос за принца Маркуса. — нагло произнес толстый старейшина и незамедлительно опустошил очередной бокал с кровью. — Отдаю свой голос за принца Маркуса. — старейшина с вуалью на лице с холодом озвучил свое решение, при этом ударив всеми ногтями по столу, оставив несколько глубоких вмятин на нем. Эмилия волновалась. Счет был явно не на стороне Луциана. На данный момент, если ничего не измениться, то Маркуса непременно признают временным наместником. — Отдаю свой голос за принца Луциана. — неожиданно высказалась женщина, при этом взглянув на Лу очень похотливым взглядом. Подобного хода никто не ожидали. Даже сами старейшины, казалось, пришли в некое замешательство и растерянность, когда услышали данное решение. Их тусклые рубины слегка блеснули в темной комнате, а негодование и злость в ту же секунду пропитали окружающий воздух. Теперь счет был три к четырем в пользу Маркуса. — Отдаю свой голос за принца Луциана. Еще одной неожиданностью стало заявление Маркуса. Старейшины, которые снова были сбиты с толку, пытались возразить такому неожиданному решению принца, но Маркус был непреклонен. А когда он объявил, что и они с его младшим братом имеют право голоса, так как тоже являются участниками данного собрания, старым чистокровным и вовсе не нашлось, что ему ответить. Теперь счет был равным. Последний голос оставался только за самим Лу. Он уже видел, как сморщенные и серые лица старых старейшин, которые голосовали за его старшего брата, постепенно скривились от безысходности. Казалось, будто они съели что-то кислое, от чего их гримасы становились еще омерзительнее, чем ранее. Иногда их лица и вовсе застывали на небольшой промежуток времени, обращаясь в восковую маску. Те же, кто голосовал за Лу, успели вздохнуть с облегчением. Его дядя — князь Влад Эрланд Фон Баффо — даже нагло ухмылялся, наслаждаясь скорой победой. Эмилия тоже позволила себе чуть улыбнуться. Маркус, как заметил Лу, остался прежним — на его лице по-прежнему читался бесстрастность. А женщина-старейшина, казалось, уже строила какие-то грандиозные планы на его счет. Впрочем, этого вполне стоило ожидать, ведь эти древние чистокровные никогда ничего не делали безвозмездно. Лу решил подняться со своего места, чтобы огласить свое решение. — Я, Люциус Крейгон Фон Баффо, отдаю свой голос за принца Маркуса. Просторная темная комната в то же мгновение наполнилась давящей тишиной. Все молча вглядывались в лицо младшего наследника — принца Луциана — который по собственной воле отдал победу своему старшему брату. У Влад даже челюсть успел отвиснуть от услышанного. Старейшины же, которые тоже были первое время удивлены, смогли прийти в себя куда быстрее князя. Все они довольно ухмыльнулись, довольствуясь таким неожиданным, но вполне удачным раскладом. — Решением данного совета, мы, старейшины великой вампирской Империи Сальфарии, признаем Вас, принца и наследника, Маркуса Крейгона Де Старда, временным наместником в отсутствие Его Императорского Величества. Правьте же мудро и справедливо, Ваше Высочество! — все старейшины незамедлительно поднялись и преклонили колено перед новым правителем. Влад, досадно выругавшись, также преклонил колено. Было очевидно, что он не был доволен подобным решением своего племянника, который своими собственными руками отдал трон — хоть и временный — своему старшему брату. Эмилия, слабо улыбнувшись, тоже была слегка расстроена. Несомненно, Маркус был лучшим кандидатом на роль будущего Императора, и она ничуть не сомневалась, что Империя в руках ее старшего сына будет лишь процветать и становиться сильнее с каждым новым столетием. Маркуса любил и уважал обычный народ, его многочисленными деяниями — восхищались, а перед его устрашающей силой — трепетали. Но Эмилии хотелось, чтобы именно Луциан унаследовал трон Империи — пускай и временно. Это помогло бы ее младшему сыну обзавестись необходимыми связями и влиянием среди благородных и чистокровных, что помогло бы ему в будущем в качестве главы клана Баффо. Эмилия не спеша подошла к Маркусу, который успел склониться на одно колено, и протянула ему правую руку. На ней находилось серебристое кольцо с ярким кровавым камнем — печать Императорского рода. Наместник, не молвив ни слова, поцеловал этот камень. Затем поднялся, чтобы Императрица с нежностью поцеловала его в лоб. — Надеюсь, твое правление будет таким же справедливым и мирным, как и у твоего отца-Императора. К Маркусу приблизился и Лу, который с яркой улыбкой на лице обнял старшего брата. Он был счастлив, что совершил именно такой выбор. Маркус всегда был лучше него как в политике, так и в государственных делах. Более того, его военными заслугами гордилась вся Империя. Верно. Именно такой правитель был необходим Империи. Тот, кто сможет повести их Империю в светлое будущее.