Луциан

Луциан не сразу узнал этот соблазнительно пьянящий голос. Лишь когда обернулся, смог полностью подтвердить свои догадки. Это была Амелия. Прижимаясь к нему грудью, она довольно улыбалась, поглядывая на остальных с толикой безразличия и презрения. Никто и заметить не успел, как эта таинственная особа появилась здесь и оказалась прямо за спиной Луциана. — Не вмешивайся, Амелия! — с ощутимой угрозой в голосе прокричал Карл. Окружающая его воинственная аура будто бы взорвалась: резко увеличиваясь в размерах, стала куда более плотной и опасной. И приобрела яркий и колыхающийся алый оттенок. Однако это не произвело на Амелию ровным счетом никакого впечатления. Более того, она даже снисходительно усмехнулась, что только сильнее разозлило императора. Словно для нее это было не более, чем детская шалость. Яростно оскалившись, Карл уверенно шагнул в ее сторону. Земля под его ногами слегка задолжала и начала покрываться заметными трещинами, что явно не предвещало ничего хорошего. Беловолосая дама в свою очередь с высокомерной улыбкой играючи взмахнула тонкой кистью. Воздух вокруг императора неожиданно вздрогнул, приобрел тусклые темные тона и с ужасающей силой вдавливал старого чистокровного в землю, заставив того упасть на четвереньки. Давление на крепкое тело в черных доспехах нисколько не уменьшилось после этого. Наоборот, оно с каждой новой секундой только возрастало, обещая в любой момент просто раздавить Карла. Так что императору приходилось очень быстро адаптируется под сложившуюся ситуацию и прилаживать куда больше сил для сопротивления. Еще одной проблемой для Карла была таинственная магия Амелии. Стоило ему только упасть на четвереньки, как руки и ноги в тут же секунду опутало таинственным темным туманом; тот преобразовался в прочные кандалы с цепью на его запястья и голенях. Как бы Карл не пытался от них избавиться, те стойко переносили любые удары его ауры и Силы. — Отец! — Маркус уже собирался было броситься на помощь, но выставленная рука Райнера остановила его. — Не приближайся к ней. Она тебе не по силам. — Какой наблюдательный. — не без хитрой улыбки отметила Амелия, глядя на слишком уж доходчивого парня, который очень внимательно следил за ней. — Раз ты знаешь, кто я, то должен знать и то, для чего я здесь. — Ты хочешь вернуть Архонта Тьмы в этот мир. — Верно. Амелия выпустила из своих рук застывшего Луциана и медленно приблизилась к Карлу, что в тот момент жадно глотал воздух и продолжал сопротивлялся из-за всех сил. Ее легкое касание к его доспехам на мгновение ослабило ужасающее давление. Это позволило старому чистокровного вздохнуть с облегчением и на мгновение расслабиться. Однако темные кандалы все равно не давали ему избавиться от унизительного положения. — Верни мне моего сына! — Карл снова попытался встать, с силой дернув кандалы. Те с резким металлическим звоном натянулись, но не дали чистокровному сорваться с места. — Вернуть? — недобро усмехнулась Амелия. — Разве я его удерживаю? — Не прикидывайся дурочкой, Амелия! — Твоему сыну уже не помочь. Смирись с этим и забудь его. — Мы не допустим этого! — шагнув вперед, выкрикнул кронпринц. — Приход Архонта Тьмы ознаменует гибель всего живого. — Думаешь, я стану слушать какого-то смертного? — пренебрежительно спросила Амелия, одарив этого выскочку высокомерным уничтожительным взглядом. В то мгновение Алан ощутил, как на его доспехи начала давить чужеродная таинственная сила. И если бы не защитное благословление Богини Жизни, эта монструозная мощь давно бы размозжила его о землю, превратив в омерзительное кровавое месиво. Впрочем, даже с божественной защитой, Алан до сих пор ощущал это тяжелое давление на свои плечи. Амелия заметила эту силу. Нахмурилась, вцепившись недовольным взглядом в фигуру смертного. Ей понадобилось всего лишь мгновение, чтобы распознать источник этой силы и ее владелицу. — Значит, «она» одарила тебе своим благословлением… — с явным раздражением произнесла беловолосая дама, — Даже сейчас эта сучка пытается мне помешать… Резким взмахом руки Амелии породила огромную черную волну. Та с гудящим звуком устремилась в сторону кронпринца, разрывая землю перед собою в клочья. Но едва Алан успел что-либо предпринять, как перед ним неожиданно появился Райнер. Сделав несколько пасов руками, инквизитор создал плотный защитный барьер, в который и врезалась темная сила. От их мощного столкновения во все стороны хлынула агрессивная и разрушительная энергия. Ее порывы походили на удары хлыста — отдавали резкими громкими хлопками и оставляли после себя глубокие вмятины в земле. К счастью Алана и находившихся рядом с ним генералов, барьер инквизитора выдержал, пускай и выглядел так, будто был готов в любой момент исчезнуть. Темная волна тем временем разбилась надвое и ушла вперед, оставив по бокам барьера глубокие выжженные кратеры, простирающиеся на несколько метров вперед. Из них так и валил темный тусклый дым. Амелию подобная выходка даже позабавила. — Думаешь, этот жалкий барьер сможет меня остановить? Она уже намеривалась ударить вновь, как до ее ушей донеся знакомый жужжащий звук. Что-то быстро приближалось, и несло в себе весьма опасную силу, поэтому Амелия незамедлительно отреагировала — махнула в ту сторону рукой, создавая легкий защитный барьер из темной энергии. «ВШУ-УХ!» Вражеская магическая атака ударила по заслону, не причинив тому серьезного урона, и быстро развеялась в черной блеклой дымке. Амелия с интересом взглянула на того, кто решился атаковать ее из-под тишка. И каково же было ее удивления, когда она обнаружила того самого темноволосого чистокровного, которого всего пару минут назад обнимала. Парнишка с вытянутой правой рукой, на дрожащих ногах, тяжело дышал и едва ли не кровью откашливался. — Как занятно… — Тебе ведь я нужен? — с вызовом спросил Лу, глядя прямо в золотистые глаза Амелии. — Тогда иди и попробуй взять меня! Быстро собрав большое количество темной могущественной силы, он снова выстрелил ей. «БДУХ!» Руку тут же пронзила острая боль, заставив Лу оскалиться. Отдача после “выстрела” была столь сильной, что едва ли не отбросила чистокровного назад. Ему едва-едва удалось устоять на трясущихся ногах. Магический заряд тем временем умчался в сторону неподвижной беловолосой особы с огромной скоростью. Он выжигал на своем пути абсолютно все: землю, камни, руины, мертвые тела и даже воздух. Складывалось такое ощущение, будто эта таинственная сила попросту стирала все попавшиеся объекты в труху. Амелия довольно улыбнулась. Эта будоражащая тело и душу сила… пускай сейчас она и не обладала той мощью, какой должна, но она точно принадлежала “ему”. Вскинув руку, беловолосая красавица не стала применять какие-либо защитные заклинания или иные уловки. Нет, Амелия просто приняла удар без всякой защиты. Магический снаряд врезался в ее раскрытую ладонь, изливая невероятную и разрушительную хаотичную энергию в разные стороны. И был тут же “погашен”, стоило той сжать кулак. — А ты довольно занятный парень, раз смог воспользоваться силой Тьмы. — искренне похвалила чистокровного Амелия, смахнув остатки темной энергии с ладони легким взмахом. — Вот только… Стоило ей шагнуть в сторону Лу, как тот незамедлительно расправил черный угольные крылья и одним мощным взмахом взмыл в воздух, резво набирая высоту. — Хочешь сбежать? — на лице Амелии появилась предвкушающая улыбка. — Жаль тебя разочаровывать, мальчик, но не у тебя одного есть крылья… В тот же миг за спиной беловолосой красавицы, в клубах темного дыма, появились пара крыльев. По цвету они были гораздо светлее тех, что были у Лу, да и по размеру слегка уступали. Расправив их, Амелия оттолкнулась от земли, затем взмахнула серыми крыльями, заставив окружающий воздух вздрогнуть, и кинулась вдогонку за уходящим от нее чистокровным. Лу выругался, когда заметил это. И тут же прибавил ходу. Он понимал, что не сможет уйти от Амелии. Слишком уж велика разница в их силах и возможностях. Как бы он не старался, та никак не остывала. Более того, с каждой новой секундой она все сильнее и сильнее сокращала разрыв между ними. Это лишь вопрос времени, когда она догонит его. Еще одной проблемой было то, что неизвестная таинственная сила все еще не до конца подчинялась ему. Она так и норовила вырваться из-под контроля, из-за чего Лу каждый раз приходилось ограничивать ее и сдерживаться. Это в свою очередь не позволяло ему в полной мере раскрыть весь ее потенциал, что ставило его в заведомо невыгодную позицию. Также она все это время медленно преобразовывала его тело: меняла его костную структуру, преобразовывала мышечное строение, перестраивала и изменяла органы. Из-за всего этого тело попросту разрывало от нескончаемой адской боли. Казалось, будто внутри него все разрывается, меняется и перемещается, и в тот же миг снова регенерирует, останавливается и закрепляется. И так раз за разом. Только на одной лишь силе воли Лу удавалось все это время держать себя в руках. В противном случае, он давно бы уже рухнул вниз. Но самым страшным в этой ситуации было то, что эта инородная сила понемногу “подавляла” его сознание. Она словно пыталась погрузить его в глубокий сон. Пока не так сильно и навязчиво, но этого хватало, чтобы сбивать с мысли или отвлечь на мгновение. Резко мотнув головой, тем самым прогоняя туманное наваждение, Лу быстро оглянулся назад. Амелия до сих пор была на хвосте. И даже не думала “отпускать” его. Не сбавляя скорости, Лу собрал некоторое количество силы в правой руке; та покрылась плотным черным туманом. И махнул ей в сторону преследовавшей его девушки. Магия в тот же миг сорвалась с ладони, превращаясь в разрушительный разряд черной молнии. Она устремилась прямо к Амелии. И сразу же врезалась в небольшой туманный заслон, созданный беловолосой красавицей. Лу не удивился. Скорее, чего-то подобного он и ожидал от нее, потому снова ударил по ней молнией. На этот раз, куда более мощной и ветвистой. Часть ветвей ушла мимо, досадливо потрескивая, часть — снова угодила в заслон. И только одна из них смогла ударить в ее левое крыло. С громкий стрекочущим хлопком, она разорвала большую часть серой плоти, разбросав туманные перья в воздухе, а малую — серьезно обожгла и обуглила. В ответ, Амелия метнула в него неким подобием туманного копья перед тем, как уйти в крутой вираж. Луциан едва успел вильнуть в сторону, однако серый магический снаряд все равно зацепил правой крыло, разворотив его предплечье. Чистокровного сразу же начало кренить в левый бок. Из-за полученной раны, крыло больше не могло правильно функционировать и сильно дрожало, обещая в любой момент сломаться. Так что Лу пришлось сложить крылья и пойти на снижение. Темная сила тем временем уже успела покрыть ранение черным плотным дымом, и с легким хрустом срастила сломанные кости и плоть. Как только Лу ощутил, что крыло пришло в норму, он снова расправил крылья и уже собирался выровнить полет… «ВШУ-У-УХ!» Как возле его левого бока, на огромной скорости, пронеслась серая волна гудящей энергии. Лу даже предпринять ничего толком не успел; та с легкостью отсекла правое крыло и устремилась куда-то вперед. А самого парня тем временем резко бросило в крутой вираж. Тело закружилось с бешеной скоростью, а мир перед глазами словно бы пустил в пляс. В ушах так и свистел неумолкающий ветер, мешая ему сосредоточиться. Лишь спустя пару минут Лу смог взять над собой контроль и с трудом развернулся в воздухе. Как раз в самый последний момент, перед падением на землю. К счастью, реакция его не подвела. Буквально в считанных метрах от земли, он успел вытянуть руку вперед и создать черную магическую сферу… «БУБУХ!» «ТРЕСК!» Однако вложенной силы оказалось слишком мало. Барьер практически сразу же треснул и разбился в дребезги. А самого чистокровного хорошенько так приложило о землю, оставив в той заметный кратер. От этого резкого удара у Луциана попросту выбило весь воздух из легких. В глазах неожиданно потемнело, а грудную клетку сдавило с такой силой, будто в ту врезался грузовик. Кажется, он даже услышал звук ломающихся костей… или ему просто послышалось? Не успел он толком обдумать это, как его кубарем понесло по сухой земле, словно выброшенную тряпичную куклу. До тех пор, пока он снова не врезалось во что-то твердое. На этот раз, удар был не таким уж и сильным. По крайней мере, он не потерял сознание на мгновение, как в прошлый раз, и не услышал треска ломающихся костей. Однако по сильной боли в грудной клетке, в левом предплечье и правой ноге, он понял — тогда ему нисколько не показалось, и он точно что-то сломал. Поморщившись, Лу осмотрелся. По поднявшейся пыли и слабым ударам по голове и плечам, чистокровный понял, что угодил в какие-то руины. Наличие камней вокруг и на нем самом, это только подтверждало. Но не успел он мысленно пожаловаться, как уже в следующую секунду его вырвало целым поток крови. Грудь жгло так, будто туда засунули раскаленный кусок металла. А каждый новый вдох сопровождался протяжным хлюпающим хрипом — явный признак того, что у него пробиты легкие. Скривившись от нового приступа боли, Лу бросив взгляд влево. И снова поморщился. Левая рука была сломана и выгнута под неестественным углом. Из-за этого она сейчас неряшливо болталась от каждого неловкого движения. А вот ноге повезло больше. Та относительно уцелела и даже не выгнулась, пускай из нее и торчал крупный кусок сломанной кости. — Похоже, это твой предел… — послышался сладкий и столь же отвратительный голос Амелии неподалеку. С трудом повернув голову в нужную сторону, Лу увидел приближающуюся беловолосою красавицу. На ее идеальном лице по-прежнему была игривая улыбка. — Но ты молодец. Продержался столько времени, да и еще дал мне отпор… это о многом говорит. Уверена, будь все иначе, из тебя бы вышел первоклассной воин… Чистокровный поморщился от этих слов. Будь все иначе, он бы ни за что не решился на тот злосчастный поход, и постарался бы всеми силами избежать встречи с этой… — Кха-кха-кха… — разразился тяжелым кашлем Лу. Грудь снова пронзил пульсирующий болезненный импульс, заставивший чистокровного податься вперед и едва ли не согнуться пополам. Рука с силой сжала одежду в районе солнечного сплетения. Казалось, будто с секунды на секунду он выплюнет свои регенерирующие легкие. — Осталось совсем немного... — ярко-золотистые глаза Амелии были полны зловещего предвкушения. Ее прекрасное стройное тело мелко дрожало от сильного нетерпения, а изящный ротик сам собой растягивался в нежной улыбке. — Совсем чуть-чуть… и я смогу снова увидеть тебя… Но не успела Амелия закончить, как на ее пути появился надоедливый смертный. — С дороги… — с ощутимой угрозой в голосе произнесла Амелия. Райнер не ответил. Вместо этого, он бросил мимолетный взгляд на покалеченного парня, которому становилось все хуже и хуже. Учитывая его скверное состояние и частые неравномерные магические всплески, долго парнишка не протянет. Максимум — полчаса, не больше. И это в лучшем случае. В худшем же, чистокровный может в любой момент раствориться в разрушительной темной силе без остатка, и явить этому сгинувшему миру древнее и очень могущественное темное божество. Будто у них и без него проблем было мало. Самым лучшим решением в сложившейся ситуации было просто убить паренька. К сожалению, это нисколько не решит проблему и только отсрочит неизбежное, дав им еще немного драгоценного времени на подготовку. Как, собственно, и этой белобрысой. Чего ни в коем случае нельзя было допускать. Вторым вариантом было запечатать божественную сущность. Для этого нужен был мощный магический сосуд и сильный инквизитор, который мог провести соответствующий ритуал. И если со вторым проблем не было — Райнер вполне подходил под нужные требования — то вот с первым все было не так просто. Такой сосуд был, и сейчас находился на шее у чистокровного. По скромным прикидкам Райнера, он как раз выдержит божественную душу Архонта. Однако основная загвоздка заключалась в том, что эта самая вещица была создана самим Архонтом Тьмы. Из его сил и магии. И эта вещица сейчас “помогала” чистокровному поскорее покинуть этот бренный мир. Только идиот стал бы использовать этот предмет в качестве темницы… хотелось бы так сказать Райнеру. К сожалению, другого подобного предмета рядом не было, да и времени оставалось не так уж и много. Еще и «слово», данное тому чистокровному… — Я сказала: прочь с дороги! — разгневанный женский крик быстро вырвал инквизитора из глубоких дум. От фигуры беловолосой повеяло просто невообразимой разрушительной силой. Окружающий мир сразу же потерял все свои яркие тона и краски, стал монотонным и бесцветным. Мертвецки серым и безжизненным. Пространство вокруг покрылась заметными белыми трещинами, которые даже не думали останавливаться, все продолжая увеличиваться в размерах. Местами даже можно было увидеть, как некоторые “части” отваливаются от общего полотна, открывая бездонные черные дыры. Из них сочилось что-то омерзительно темное и живое. Темная сила еще даже коснуться Райнера не успела, а он уже в полной мере ощутил ее ужасающее последствия на себе. Разум мгновенно подвергся мощной панической атаке. Он был подобен хрупкой деревянной лодочке, оказавшейся в центре бушующего шторма. Воздуха в легких стала катастрофически не хватать, словно тот неожиданно откачали, а все тело будто бы в раз лишилось всех сил и одеревенело. «ТУХ!» Ноги все-таки не выдержали и подкосились, из-за чего инквизитор упал на колени. В глаза плыло. В голове творился сплошной бардак, который никак не хотел утихать. А сердце и вовсе пустилось в бешеный пляс, обещая с минуты на минуту остановиться от сильного напряжения. А ведь это была только “прелюдия”... Страшно было даже представить, что с ним произойдет, если эта сила обрушиться на его. Закусив губу до крови, Райнер на мгновение избавился от пагубного наваждения. Пускай страх все еще сковывал его тело и сердце, но он заставил себя вытянуть правую трясущуюся руку вперед. Влил в раскрытую ладонь огромное количество магической энергии. Та резко вспыхнула, разливаясь ярким голубоватым светом, и образовала вокруг него сферический барьер. Ужасающее давление, как и закравшийся в сердце страх, резко ослабли, позволив инквизитору вздохнуть с облегчением. По крайней мере, на время… «ТРЕСК!» «ТРЕСК-ТРЕСК!» Райнер выругался. Из-за чудовищного давления барьер начал трескаться буквально на глазах. Даже вливаемая им магическая сила никак не могла замедлить этот процесс. Было очевидно, что с минуты на минуту, тот рухнет, и тогда… тогда ему будет ОЧЕНЬ плохо. Амелия тоже видела это. И считала подобные бесполезные потуги просто верхом глупости. Смертный ведь понимал, что не сможет победить ее. Более того, он даже был не в силах оттеснить ее или хотя бы сдержать, однако все равно продолжает упорствовать. Рада чего? Призрачной надежды на то, что им все-таки удастся победить ее? Бред. Даже если весь собравшийся здесь сброд решит объединиться, у них все равно ничего не получиться. Ее сила была далеко за пределами их жалкого и крохотного воображения, и попросту уничтожит каждого осмелевшего идиота. Или же они считали, что кто-то из присутствующих сможет подавить душу ее возлюбленного? Бесполезно. Запущенный процесс был необратим. Да и сама Амелия не допустит какого-либо вмешательство. Запечатывание? Тоже мимо. Ни у кого из присутствующих не было достаточно мощного сосуда, который смог бы сдержать душу ее возлюбленного. А реши они воспользоваться медальоном на шее мальчишки, как тут же подпишут себе смертный приговор. Амелия прикинула еще с десяток возможных способов, и на каждый из них сразу же нашла соответствующие контрмеры. В конце концов, у нее было предостаточно времени, чтобы основательно подготовиться к этому дню. Так что у этих отбросов не было и шанса против нее. Коварно улыбнувшись, Амелия вытянула правую руку вперед. На ее раскрытой ладони образовались плотные темные завихрения, которые все продолжали и продолжали уплотняться. А когда те наконец-то сжались до такой степени, что превратились в один маленький черный шарик, Амелия сложила пальцы в форме пистолета и “выстрелила”, позволив тому с мощным гулом устремилась в сторону сферического барьера. Черная “пуля” на невероятной скорости врезалась в барьер и сразу же взорвался яркой и беззвучной чёрной вспышкой. Она резко увеличилась в размерах, а ее мощные порывы разрушительной энергии с легкостью смели хлипкую преграду. Они буквально вдавили находившегося внутри инквизитора в землю. Тот даже предпринять ничего толком не успел. Да и что этот смертный мог сделать? Каждый новый незримый удар был такой силы, что походил по мощи на лобовой удар тяжело груженного грузовика. Более того, особо сильный порыв энергии даже сумел отсечь тому руку — отрубленная конечность резко отлетела в сторону и была тут же превращена в месиво новый порывом темной энергии. Столь быстрой и разрушительной была эта Сила. Впрочем, предпринять кое-какие меры инквизитор все-таки успел. В какой-то момент, полностью позабыв о защите и поставив свою жизнь на кон, ему удалось вытащить из-за кромов странный объект. Амелия толком не рассмотрела его, но вот его мощь и возможности узрела в полной мере. Странный серебристый предмет, по форме напоминавший толи боевой стилет, толи молитвенный крест, был брошен смертным в самый центр образовавшейся черной воронки. И стоило ему попасть в нее, как та неожиданно замерла, а затем с гудящим звуком начало резко уменьшаться в размерах, пока полностью не исчезла. На поле боя повисла немая тишина. Которую сразу же разрушил тяжелый кашель смертного. — Признаю, ты меня удивил. — призналась Амелия, глядя на покалеченное тело смертного. — Но не более. Она уже намеривалась снова ударить по этому зазнавшемуся смертному, и даже вытянула для этого руку, как перед ней появилась какая-то девица в серебристых доспехах с щитом на перевес. Амелию это даже позабавило. В голубых глазах этой не самой умной представительницы смертной расы горел огонь яростной злобы, среди которого прослеживались нотки волнения и даже страха. Нет, не за свою жизнь. А за жизнь того парня за ее спиной. — Юна… — послышался хриплый голос парня позади, — не вмешивайся… Кха-кха! Инквизитор даже попытался подняться на единственной оставшейся руке, чем только сильнее навредил себе. Но смертная его даже не послушала. Она по-прежнему продолжала сверлить взглядом ненавистную ей фигуру беловолосой незнакомки. Этим она напомнила Амелии себя. Ведь когда-то и она поступила таким же образом, когда ее возлюбленный просил ее уйти с поле боя. — Раз уж моя любимая сестренка решила вмешаться, — сказал с уверенной улыбкой еще один смертный. Он подошел к светловолосой девушке с правого бока и положив руку ей на плечо, — то, как я могу остаться в стороне? — другой же рукой он сжимал рукоять меча. Казалось, он был готов в любой момент обнажить его. Заметила Амелия и Карла, который также решил присоединился к этой группе, став по левое плечо от принцессы. По его воинственному взгляду было понятно, что чистокровный не намерен отдавать своего сына в лапы этой коварной интриганки. К удивлению Амелии, примеру этой слишком уж уверенной в себе троицы последовали и остальные. Сперва их было двое — какие-то высокопоставленные старики, и, похоже, самые верные воины среди смертных. Затем их стало четверо — прибавилась еще какая-то парочка, но уже среди бессмертных. Потом уже с полдюжины. Количество этого зазнавшегося сброда росло не так уверенно и активно. Видимо, продемонстрированная недавно Амелией сила давала о себе знать, заставляла лишний раз подумать о том, что с ними будет, если они выступят против нее. Но даже не взрезая на этот сильных страх, их количество все равно становилось все больше и больше, что только сильнее раздражало Амелию. Похоже, недавней демонстрации было недостаточно, раз этот мусор до сих пор не понял своего место. Намереваясь исправить это возникшее недоразумение, беловолосая красавица начала собирать просто запредельное количество темной силы. Она хотела покончить с ними за один удар и не собиралась сдерживаться. Заметив это быстрее остальных или, скорее, даже почувствовав нарастающие колебания магической энергии, Райнера пробила волна холодных мурашек. Его интуиция и боевое чутье в один голос твердили инквизитору о том, что беловолосая готовит нечто мощное и очень разрушительное. А судя по растущему внутри волнению, оно вполне сможет уничтожить как минимум две трети собравшихся. Если вообще не всех, так как влаживаемая той сила просто поражала своим количеством и концентрацией. Райнер дернулся вперед, на сколько это было возможно в его состоянии. Тело сразу же отреагировало на эти резкие действия: разразилось волной невероятно острой боли, заставив парня чуть ли не харкаться кровью. — Барьер!.. Быст... *глоть* — прокричал во всю глотку инквизитор перед тем, как закрыть рот рукой. Из той уже сочились первые ручейки крови. Быстрее всех сообразили и отреагировали, как ни странно, бессмертные. — Всем немедленно поднять барьеры! Живо! — в спешке отдал команду своим воинам Карл и начал создавать первые слои будущей магической стены. Бессмертные достаточно быстро подключились к этому процессу, помогая Императору вливать огромное количество энергии в совсем еще хрупкие, но довольно высокие стены барьера. — Быстрее! — кричал генерал Браун, подгоняя своих бойцов. — Быстрее, идиоты! Иначе мы все здесь поляжем! Но они не поспевали. Это было видно невооруженным взглядом. Влитой энергии хватило на создание только трех слоев защиты, в то время как четвертый только-только начал формироваться. А вот Амелия к тому времени уже заканчивала с подготовкой соответствующего заклинания и была готова ударить с минуты на минуты. — Довольно! — знакомый ей голос прозвучал довольно близко, поэтому для Амелии не составило особого труда найти его источник. — Неужели решил сдаться? — не без иронии, с издевательской улыбкой спросила беловолосая красавица, продолжая удерживать в раскрытой ладони черную сферическую воронку размером с футбольный мяч. Лу пропустил ее издевку мимо ушей по одной простой причине – у него не осталось сил отвечать ей. Он на ногах-то едва стоял, и если бы не помощь Маркуса рядом, давно бы уже свалился на землю. Еще и эта темная сила внутри… Луциан понимал, что долго не продержится. Он чувствовал, как все быстрее и быстрее приближается к своему пределу. Конец был близок. Слишком много изменений произошло в его в теле. Слишком сильно инородная сущность влияла на его сознание. И пускай Луциану все еще удавалось удерживать бразды правления собственным телом в своих руках, но от его собственного «Я» осталось совсем немного. Лишь жалкая одинокая крупица, которая продолжала храбро и упорно противостоять необъятной всепожирающей Тьме. Подобно крохотной свече в беспроглядной темной комнате, она с каждой секундой становилась все слабее и слабее. И обещала в любой миг погаснуть, полностью раствориться в прожорливой черноте. И покуда этот момент не настал, Лу намеривался бороться с ним до самого конца, пускай и понимал тщетность этого противостояния. — Отмени свое заклинание. — тем временем потребовал Маркус. — Не хочу. — Отмени заклинание. — не сдавался чистокровный. — Иначе, — свободной рукой, Маркус направил лезвие меча к горлу Луциана, — я убью его. — Думаешь, меня это остановит? — с вызовом спросила та. В ответ первый принц медленно провел тыльной стороной лезвия по горлу брата, пустив небольшой ручек крови. — Отмени. Заклинание. — по словам повторил Маркус, глядя прямо в золотистые омуты беловолосой. Высокомерная улыбка в тот же миг пропала с лица Амелии, сменившись на холодную бесчувственную маску. И пускай внешне она по-прежнему казалась собранной и спокойной, но внутренне вся напряглась при виде пролитой крови. Нечто подобное от этого чистокровного беловолосая красавица вполне ожидала, и даже брала в расчет подобное развитие событий. По ее нескромным прогнозам, дальше угроз этот принц точно не зайдет, ведь жизнь брата не была для него пустым звуком. И пускай она была уверена в этом, но не намеривалась лишний раз рисковать. Особенно сейчас, когда до полного преображения чистокровного оставалось всего ничего. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как развеять разрушительное заклинание, чтобы лишний раз не провоцировать бессмертных. — Маркус… — практически беззвучно прошептал Луциан, не в силах даже голову поднять. Его изменяющееся тело буквально повисло на плече брата, окончательно обессилив. Сознание все сильнее и сильнее затухало, обещая с минуты на минуту исчезнуть в чужеродной тьме. На радость темной сущности внутри него, которой уже не терпелось как можно скорее обрести столь долгожданную свободу. — Все будет хорошо. — поддерживая брата, шептал Маркус. — Мы выберемся отсюда. Вернемся домой. К семье. И все снова будет как раньше... Маркус продолжал внимательное следить за неподвижной Амелией. Он понимал, что эта коварная особа только и ждет подходящего момента, чтобы избавиться от него. Более того, чистокровный даже был уверен в том, что эта дамочка знала, что он не посмеет убить Луциана. Как и знала о том, что устроенное ими представление — не более, чем жалкий блеф, призванный запугать ее. «Но раз она знает, тогда почему не реагирует? — неустанно размышлял Маркус, — Почему выжидает и бездействует? Может, она все-таки поверила? Нет. Вряд ли. Слишком ума и коварна. Должна была уже догадаться. А раз так, уверен, в ее бездействии есть какой-то неуловимый мне подвох. Словно она чего-то дожидается… Вот только чего?» — Прости… — с этими словами Луциан неожиданно дернулся вперед, прямо не лезвие меча. Маркус даже понять ничего толком не успел, как его брат, с разрезанным горлом, завалился на землю, заливая ту огромным количеством крови. Давящее чувство начало понемногу отступать, ужасная боль — притупляться, а разум — проясняться. Тело наконец-то смогло по-настоящему ощутить столь долгожданную легкость и желанную свободу. От всевозможных физических изменений, от разрушительной темной силы внутри, от тяжелых оков таинственной сущности, которая желала поглотить его сознание. Все это позволило Луциану вздохнуть с облегчением… пускай за это и приходилось платить собственной кровью. Маркус находился рядом. Справа от него, на коленях. И сдавливал шею, пытаясь сдержать упрямый поток крови, который рвался наружу из разреза. Он видел, как жизнь постепенно покидает тело его родного брата. Видел, как глаза, что до недавнего времени горели ярким и холодным золотистым огнем, поблекли, вернув себе прежний, стальной оттенок. Видел, как они медленно, секунда за секундой, становились все холоднее и холоднее. Луциан умирал. И Маркус ничего не мог с этим поделать. Но даже в подобной ситуации, на лице его младшего брата все равно сияла светлая и добродушная улыбка. Такая же, как в далеком детстве. Как в те спокойные и мирные деньки, когда они играли в родном саду. — Ты же не можешь вот так умереть! Ну же! Вставай! Вставай! – сжимая тело брата, Маркус продолжал яростно кричать. Он верил, что это всего лишь очередная глупая шутка брата, которые он так часто любил устраивать в детстве. Верил, что сейчас Луциан откроет глаза, и они вместе посмеются. Но как бы сильно Маркус не верил в это… Серые глаза Луциана полностью погасли. Рука, что до последней секунды сжимала ладонь брата, сорвалась на землю и упала в лужу крови. А безжизненное тело в тот же миг покрылось первыми языками синего пламени. Пока что еще крохотными и очень слабыми… «ВШУ-УХ!» Но уже в следующую секунду они стали расти прямо на глазах, превращаясь в могучее яростное пламя, охватившее тело Луциана целиком. Маркус не ощущал от этого грозного и опасного на вид огня какого-либо жара или даже тепла. Нет, скорее, оно было холодным и безжизненным, будто само прикосновение Смерти. Всего лишь мгновение — и от родного брата осталась лишь жалкая горстка пепла. Тот быстро прошел сквозь его раскрытые пальцы, будто сыпучий песок. — Довольна? — сжимая в своих руках прах умершего брата, Маркус медленно поднял голову и взглянул в шокированные глаза Амелии. Видимо, и для нее смерть Луциана стала большим потрясением. Хотя Маркусу было по большому счету плевать на это. — Вот, чего ты добилась... — протянул он руку в ее сторону, демонстрируя ее содержимое. Амелия выглядела подавленной, злобной, раздраженной и раздосадованной одновременно. Ведь все, к чему она так яро стремилась и чего так упорно добивалось все эти долгие века опять испарилось в одно мгновение. Какой это раз уже был по счету? Десятый? Двадцатый? Каждый раз, когда до конечной цели оставался всего лишь один единственный шаг или считанные секунды, что-то шло не так и все исчезало. Все. Всего лишь одна маленькая ошибка или один незначительный недочет в детально проработанном плане. И все тут же терпело крах. Сжимая кулаки до крови, Амелии хотелось закричать от подобной несправедливости. Почему все всегда мешают ей? Разве это преступление — желать вернуть того, кого любишь всем сердцем? Желать увидеть “его” лицо спустя столько времени. Обнять. Почувствовать “его” запах, тепло от “его” прикосновений и вновь ощутить себя любимой... Однако это еще не конец. Как бы тяжело у нее на сердце сейчас не было, Амелия упорно глотала эту невыносимую обиду. И не намеривалась так легко сдаваться. В конце концов, душа его возлюбленного все еще была цела, и в скором времени вновь обретет нового носителя. Как было десятки раз до этого. А пока что ей оставалось только ждать. Ждать того самого момента, когда она сможет вновь вернуть его в этот мир… С этим мыслями, Амелия резко развернулась и шагнула вперед, в образовавшийся сгусток плотного серого тумана. И стоило тому поглотить ее с головой, как он тут же развеялся, оставляя после себя одну лишь пустоту.