Безликий

Восемь утра. Чимин всё ещё спит, с головой укутавшись в одеяло и почти спихнув Юнги с дивана, а тот, собственно, и не был против — всё равно не спалось. Решив, что просто валяться, смотря в потолок — дело бесмысленное, Мин решил набрать номер Тэхёна — того, кто обязательно ему поможет, в какое бы дерьмо Шуга не вляпался. Побесится для вида, но в лепёшку расшибется и сделает всё возможное и невозможное. Запершись в ванной и включив воду, чтоб приглушить разговор, Юнги позвонил другу. — Юнги! Какие люди звонят. Неужели не забыл св… — Тэхён, я по делу. — Ну конечно, зачем ты ещё можешь мне звонить в такую рань. Выкладывай. — В общем, пробей мне родителей Чимина, его данные я тебе скажу. Мне нужно знать о них всё — кто такие, чем занимались и занимаются, где находятся сейчас и имели ли проблемы с законом. Это срочно, Тэхён, понял? К вечеру я жду отчёт. — Воу, полегче, что случилось? — Я всё объясню потом, просто сделай, как я прошу. — Нет проблем. Юнги отключился и скинул всю информацию о Чимине Киму, всё, что он знал — имя, возраст, бывший адрес проживания, бывшую школу и на данный момент университет. Для того, чтобы вычислить родителей, этого вполне достаточно. Отложив телефон в сторону, парень открыл кран посильнее и, набрав в ладони холодную воду, ополоснул лицо, чтоб хоть немного взбодриться. Он понимал, что оставлять Чимина здесь нельзя. Конечно, кто он вообще такой, чтобы что-то за него решать, но тем не менее Юнги очень боялся за него. Боялся, что позвонит ему, а он не ответит. Внезапно послышался какой-то шум из гостиной и Юнги второпях выбежал из ванной. Чимин стоял возле кухонного гарнитура, а вокруг валялась куча разбитой посуды. У Юнги сердце сжалось от одного его вида — весь бледный, с красными глазами и искусанными в кровь губами, он стоял посреди этого хаоса и утирал горькие слезы. Тут Мин увидел в его руке разбитый стакан, который он сжимал с такой силой, что острые осколки вспороли кожу и теперь ярко-алые капли капали на пол, а Чимин будто не замечал этого. — Чимин, что ты делаешь… — Юнги сделал шаг вперёд. — Они бросили меня! Все! — истерично воскликнул парень, переведя свой взгляд на Юнги. Тот ужаснулся — в этих прекрасных глазах было столько боли, отчаяния и…страха? — Меня продали собственные родители! Мама с папой, хён! Что я сделал? Я ничего не знал и не знаю об их делах, так почему… — рыдал раненным зверем Чимин, глубоко дыша. Мин, пользуясь случаем, подбежал к нему и, подхватив на руки, крепко прижал к себе. — Я не знаю, малыш, не знаю. Но могу сказать только одно — я никому и никогда не позволю что-то сделать с тобой. Пока я рядом, ты можешь не переживать. Ты веришь мне? — Я уже никому не верю. Слишком много верил, и вот как всё вышло. Но мне хочется тебе доверять, правда, очень хочется. — Чимин обнимал парня за шею, уткнувшись носом ему в ключицы и судорожно дышал, пытаясь успокоиться. Юнги молча кивнул, понимая, что требовать сейчас доверия не имеет права, абсолютно никакого. Но он был готов ждать. Он усадил Чимина на диван, попутно говоря, что сейчас ему нужно успокоиться и перевязать руку. — Ерунда, не нужно. Просто посиди со мной, пожалуйста. — Но у тебя кровь идёт. Чимин стянул с себя футболку и просто обмотал её вокруг руки. — Заживёт, как на собаке. — криво усмехнулся парень, стирая здоровой рукой слезы с впалых щёк. У Юнги внутри бушевала буря — он не мог смотреть на такого Чимина. Он глубоко вздохнул, готовясь к непростому разговору. — Малыш, я хочу с тобой поговорить. — О чем? — Я хочу, чтобы ты поехал со мной. Повисло молчание. — Ты хочешь…что? — Ты слышал. Я. Хочу. Чтобы. Ты. Поехал. Со. Мной. — повторил Юнги, глядя прямо в глаза Чимину. — Но почему? Тут уже замешкался Мин, нервно кусая губу. Сердце предательски стучало где-то в глотке, не давая нормально дышать, и он понимал, если не скажет эти слова в данный момент, то может больше никогда этого не сделать — либо сейчас, либо никогда. — Потому что я… — Юнги сглотнул неприятный комок в горле. «Боже, волнуюсь, как школьник.» — Потому что я люблю тебя. Чимин замер. Он поднял свой взгляд на Юнги, пытаясь понять — жестокая шутка это или же правда, но увидел там только безграничный океан любви — не было ни одного намека на ложь. Они молча смотрели друг на друга около минуты, а потом Чимин резко подался вперед, вцепился в ворот футболки Юнги и притянул его к себе, отчаянно целуя. Ответ последовал незамедлительно — Чимина подхватили на руки и посадили к себе на колени, жадно шаря широкими ладонями, увитыми венами, по спине и целуя так, как его никто никогда в жизни не целовал. Горячие сухие губы словно высасывали из Чимина последние капли жизни — у него голова шла кругом от нахлынувших на него чувств. Он попытался отстраниться, так как воздуха ему катастрофически не хватало. — Юнги-я, подож… — Помолчи. — Шуга положил ладонь на затылок и слегка надавил, вынуждая Пака вновь прикоснуться своими невозможно красивыми губами к своим. Он провёл языком по нижней губе, запуская его внутрь и сплетаясь в безумии с человеком, которого он безвозмездно пустил в свою душу. Чимин гортанно застонал, крепко сжимая плечи Юнги, не зная, что делать — его всего мелко потряхивало и казалось, будто всё вокруг кружится. — Юнги… — с влажным чмоком Чимин прервал их дикий поцелуй. — Я тоже люблю тебя, очень люблю…но я боюсь, что ты бросишь меня, как и все. Если это случится, я просто не переживу, понимаешь? — отчаянно шептал Пак, держа в ладонях его бледное лицо. — Тише. Успокойся. — Юнги гладил его по волосам, прижимая к себе крепче. — Я обещаю тебе, нет, я клянусь, что не сделаю ничего подобного даже под страхом смерти. Пока я дышу, — Юнги положил ладонь Чимина на свою грудь, — то только если ты рядом, пока я вижу, — ладонь коснулась глаз, — то вижу только тебя, пока моё сердце бьется — оно принадлежит тебе. — Хорошо. Я доверюсь тебе, Мин Юнги, и пусть одной судьбе будет известно, что с нами будет дальше. — Чимин улыбнулся и поднял мизинец. — Поклянемся? — С удовольствием, — усмехнулся рыжеволосый и с серьезным видом соединил их мизинцы, скрепляя их договор.